Сумеречными Тропами

Мастер призыва отскочил в сторону, не понимая исходит ли от Люлан Мао угроза. Юноша сомневался, что некромант собирался нанести физический вред, но реакция Пяньцзы до сих пор вызывала вопросы.

Мужчина, оказавшийся позади, не дал молодому человеку придумать пути отступления, утянув мага себе за спину и отдав нефритовую флейту. Мастер призыва моргнул, совершенно потерявшись в мыслях.

− Замолчи! – взревел Шэчи Пинь, вложив в удар такое количество силы, что попади адепт по пригнувшейся в бою Пяньцзы, сразу лишит жизни. Девушка собиралась прыгнуть в сторону.

Металлический звон от удара составного клинка и духовного оружия показался юноше сильно громким. Обращенная кошка подняла голову на столкнувшиеся над ней мечи. Недавно подвергшийся нападению Пяньцзы Люлан Мао теперь вступил в бой на стороне девушки и мага.

−Не думала, что её ученик будет прятаться за спинами других! – воскликнул бестелесный дух. – Лисёнок, как ты стал таким никчёмным?

Мастер призыва некоторое время рассматривал музыкальный инструмент, пытаясь вспомнить, откуда у него подобный предмет. Услышав обвинение, юноша поднял голову.

− Цун Мин, именовавший себя великим древом шагнул в Пустоту, − маг медленно приложил флейту к губам. – Не хотите ли просто дождаться окончания ливня и выйти за барьер?

−Цун Мин...– повторила Тянь Лянь, будто пытаясь вспомнить услышанное имя. − Великое древо невероятно сильно! Шагнуло в Пустоту? Ты верно бредишь!

Мастер призыва примерно прикинул исход боя. Сам Шэчи Пинь являлся неплохим мечником, но, находясь под влиянием Тянь Лянь, приблизился к уровню легендарного. Женщина улыбалась, управляя молодым мужчиной, будто куклой. Люлан Мао обычно сражался короткими кинжалами, Пяньцзы предпочитала когти. Обоим пришлось выступать против легендарной мечницы. Составной меч в руках некроманта доставлял мужчине больше неудобств, чем пользы. Несмотря на то, что оба мужчины находились на расстоянии друг от друга, предпочти Люлан Мао кинжалы имел бы больше шансов на победу. Пяньцзы выигрывала в скорости, но наносимые девушкой удары не несли в себе достаточно силы. Обращённая кошка могла рассчитывать на то, что соперник выдохнется, но Тянь Лянь, выступающая кукловодом плевать хотела на состояние подчинённого человека.

− Шэчи Пинь, послушай! – крикнул мастер призыва.

Раздавшийся свист, извлекаемый из музыкального инструмента, являлся пыткой для людей, обладающих слухом. Маг понимал, что нарушение концентрации – путь к лишению Тянь Лянь влияния, потому решил использовать вернувшийся предмет.

− Во имя Тени! – заорал дух, заключённый в мече. – Она утверждала, что твоя игра – нечто невероятное. Но я не думала, что в этом смысле!

Шэчи Пинь, Люлан Мао и Пяньцзы накрыли руками уши.

Свист превратился в трель. Мастер призыва позволил разорвавшему тишину звуку превратиться в нечто приятное для слуха, но оглушённые начальным этапом представления люди и не думали слушать. Молодой человек двинулся к мечнику, все присутствующие стояли на коленях, не способные подняться.

Маг добрался до адепта, ногой выбил у того из руки меч, отчего оружие улетело в сторону, и прекратил игру.

Молодой человек окинул присутствующих взглядом. Люлан Мао наблюдал за происходящим, не думая убирать руки от головы. Судя по виду мужчины, шок от музыкальных способностей спутника до сих пор не рассеялся. Пяньцзы широко раскрыла глаза, губы девушки дрожали от испытанного ужаса. Юноша направил удар исключительно на Шэчи Пиня, но все присутствующие оказались под влиянием чарующего звука.

Мастер призыва приподнял кончиком флейты голову адепта, пытаясь понять разрушена ли связь между мечницей и мечником. Заметив в глазах юного дарования яростный блеск, юноша отступил назад. Как и ожидалось, Тянь Лянь не последовала за оружием, силуэт женщины медленно формировался позади продолжающего затыкать уши хозяина меча. Это говорило о возросшей во время пребывания в клинке силе духа. Похоже, что женщина уже успела пустить корни глубоко в сознание человека.

Мастер призыва раздумывал, сможет ли и подчинённого мечника проводить на Сумеречные тропы и уже там оторвать от него присосавшегося духа, когда позади раздался довольный голос Ин Эр.

− Смотри-ка, здесь еще и пещера есть! – вещала кукла. – Сейчас просушим одежды и пойдём искать остальных. Не нужно беспокоиться, о них. В конце концов, что может угрожать двум магам?

Мастер призыва повернул голову и встретился взглядом с Хо Хуа. Обладательница сосуда так и застыла. Юноша являлся единственным человеком среди присутствующих, остающимся на ногах. Другие окружали молодого человека, опустившись на колени и зажав себе уши.

− Госпо... жа не понимает, что здесь происходит! – запнувшись, воскликнула Ин Эр.

Как и маг кукла предстала лишь в нижних одеждах, остальные ткани, девушка прижала к себе пытаясь прикрыться от направленных взглядов.

Тянь Лянь воспользовалась промедлением и оказала толику влияния на подчинённого. Шэчи Пинь поймал возвращающийся в руку меч и со всей силы ударил.

Молодой человек успел воспользоваться флейтой, блокируя удар. Ин Эр тут же запустила веер, пытаясь оказать кукловоду поддержку.

Тянь Лянь цокнула языком, понимая, в каком положении оказалась. При всём желании побег из-за стоящих на проходе девушек казался невозможным мероприятием.

− Разрыв!

− Прикрытие!

Оба восклицания прозвучали одновременно, но именно второе являлось попыткой побега. Пространство пещеры заволокло плотным дымом. Мастер призыва склонился ближе к земле и только потом почувствовал, как над ним просвистело лезвие меча.

Пяньцзы прыгнула на хозяина, возвращая себе истинное обличие. Некромант тянул мага на выход.

Оказавшись на свежем воздухе, мастер призыва пересчитал присутствующих взглядом, не заметив мечника.

Маг закашлялся и прикрыл глаза, понимая, что дождь, наконец, закончился.

***

Окончание дождя – являлось знаком, что дорога за барьер открыта, но мастер призыва не спешил уходить. Высушив вещи и обрушив пещеру, чтобы никто не смог воспользоваться письменами безумца, маг направился к домику Цун Мина.

− Зачем мы сюда пришли? – некромант, которому особо не представилось случая рассмотреть строение теперь насладился зрелищем в полной мере. Спутник-маг достал из мешочка небольшую подвеску, положил на землю перед строением и встал на колени.

− Мы вели себя неуважительно, − отозвался юноша и накрыл предмет ладонью, что-то шепнув, маг положил поверх вторую руку. После совершённого действия, молодой человек поклонился, едва не касаясь земли.

Некромант потерял дар речи. Последователи Тени ни перед кем не держали ответа. Совершение подобного церемониала могло свидетельствовать только о глубоком уважении учения, которому человек следует.

Люлан Мао, кинул взгляд на спутниц. Ин Эр отвела Хо Хуа в сторонку и вела с ней односторонний диалог, пытаясь вывести спутницу на разговор.

Юноша поднял голову и наблюдал, как чёрное пламя поедает предмет, уничтожая вместе с ним и остатки магического барьера, и все сожаления больше никогда не вернувшегося в этот дом Цун Мина.

− Если это дом устроившего всё это человека, − заговорила Хо Хуа, маг рассказал о древе всем собравшимся по пути к строению. – Почему же тогда он больше не вернулся в него.

Люлан Мао перевёл взгляд на молодого человека.

− Потому что не получил того самого результата, − отозвался юноша. – Цун Мин больше не являлся магом, он лишил себя сил, обращаясь в древо. А древо оказалось не способно напитать ключ к барьеру магией.

− Разве можно по собственной воле решить стать деревом? – задала вопрос Ин Эр.

Юноша наградил куклу долгим взглядом. Маг словно видел в девушке что-то.

− Похоже, что можно, − отозвался молодой человек. Люлан Мао заметил, что глаза юноши на мгновение полыхнули гневом, который растворился в безразличии.

***

Мастер призыва наблюдал за спутниками, погружаясь всё глубже в мысли. Люлан Мао гладил умерших лошадей, когда вдруг повернул к юноше голову.

− Зачем тебе флейта, если ты не используешь её по назначению? – наконец спросил мужчина. – Отбивать подобным инструментом удары меча, а потом...

− Как же не использую, − отозвался мастер призыва. – Разве я не играл на ней в пещере?

Некромант нахмурился. Первоначальный свист оглушил всех кроме самого мага. Остальные, некоторое время лишившиеся возможности слышать не прониклись композицией, боясь услышать продолжение.

− Ин Эр! – юноша бросил флейту в сторону девушки. Та перехватила инструмент и улыбнулась, как ребёнок, получивший невероятный подарок.

Под нежную мелодию флейты, мастер призыва наблюдал, как некромант поднимает мёртвых лошадей. Юноша вполне мог призвать себе ездовое животное, но не спешил вмешиваться.

Животные теперь не нуждались во сне, еде или отдыхе. Молодой человек нахмурился, понимая, что от мёртвых существ для некроманта куда больше пользы, чем от живых.

− Может, для начала направимся к священному месту, − поднял неожиданную тему Люлан Мао.

Юноша гладил сидящую на плече кошку, когда услышал предложение. Несмотря на происходящее, мастер призыва больше не позволял себе даже случайно заимствовать силы у связанного с ним человека. Видимо, некромант ощутил, насколько стал слаб маг, делящий печать.

− Бай У служила Отцу всю сознательную жизнь, − улыбнулся мастер призыва. – Не думаю, что её помощь искренняя. Уверен, что воспользуйся я предметом, потеряю нечто значимое. Последователи Отца коварны.

Молодой человек прикрыл глаза.

− Я намерен медитировать весь оставшийся путь, − сказал юноша. – Не нужно отвлекать меня на такие глупости, как сон и обед.

Мелодия флейты прервалась.

− Но сестрица Хо приготовила похлёбку, − воскликнула Ин Эр.

Маг наградил куклу недовольным взглядом.

Хо Хуа перевела глаза на некроманта и кивнула.

− Хорошо, − спокойно ответил Люлан Мао. – Но пока мы стоим на месте можно выпить заваренный чай. Он поможет при медитации.

Мастер призыва сел вместе с остальными и принял чашку.

Девушки быстро пили суп, и только Люлан Мао ничего не делал.

Юноша решил, что разберётся с чаем и уйдёт в повозку, но проглотив жидкость поднял взгляд на спутников. Три пары глаз устремились прямо на него. Молодой человек задумался, что послевкусие чая кажется каким-то знакомым. Юноша приподнял руку, касаясь виска, картинка начала медленно плыть. Кто-то придержал мага, не позволяя упасть, и, подняв на руки, унёс в повозку, уложил и накрыл чем-то мягким.

Пяньцзы, довольная подобным раскладом, прижалась к хозяину и довольно заурчала рядом. Именно под этот приятный звук мастер призыва погрузился в сон.