| Босс: Конец истории | 18+

— Дела плохи, — коротко подытожил Чарли, закончив короткий и совсем непрофессиональный осмотр. Он убрал руку с моего лба и отодвинулся в сторону, сидя на кровати. — На фоне сильного обезвоживания у тебя повысилась температура и участилось сердцебиение.

Честно сказать, я не чувствовала ни озноба, ни того, что моё сердце отбивало ритм клубного трека. Тем не менее сфокусировать взгляд на лице Чарли получалось с трудом. Он что-то говорил дальше о скверных последствиях обезвоживания. Затем о правилах трёх, когда дело касалось еды и воды. И по-моему, он что-то сказал про три дня.

— Джессика, нам нужно что-то делать, — тревога в его голосе вызвала во мне удивление. Неужели стокгольмский синдром начал работать в обратную сторону? Похититель сочувствовал жертве. Я слышала злорадный смех Вселенной. Или дело было в помутнении моего разума?

Подтянув простынь к подбородку, я только сейчас ощутила дрожь в руках и плечах.

Очередным утром принесли солёную рыбу и картофель, а также знакомую бутылочку с розовой жидкостью. Нейтон играл по-крупному, потому что знал, что я не буду есть рыбу, которая вызовет сильнейшую жажду. Таким образом он лишил меня и воды, и еды. Он играл на моей силе воли и отчаянии. И честно?

Я хотела сдаться. Поэтому было решено Чарли обе бутылки, иначе я могла сорваться. А теперь он говорил, что дела мои плохи. Точнее и мои, и ребёнка. Потому что живот опасно ныл уже какое-то долгое время. Об этом я ему пока не говорила. Я даже думать не хотела, что Нейтон каким-то нелепым образом одерживал победу.

— Если мои подсчёты верны, ты сейчас на опасной границе.

Лишь усмешка сорвалась с моего рта. Как же удивительно было, что Чарли считал факт обезвоживания той самой «опасной границей». Но я не стала напоминать, что факт похищения был куда более пугающий. Больной на голову Нейтон Ривера манипулировал, играл мной и готов был разменять жизнь моего ребёнка на строчку в завещании.

От мыслей о персональном мучителе отвлёк Чарли. Он встал с кровати и подошёл к своему месту на полу. Аккуратно взяв бутылку с розовой жидкостью, он, не болтая ею, открутил крышку и поставил рядом с подушкой.

— Тебе нужно хотя бы немного попить.

С этими словами он оторвал от своей рубашки лоскут ткани, затем второй и третий. Мой мозг никак не воспринимал увиденное. Он просто-напросто превратился в желе, булькающее в собственном соку. Так что мне ничего не оставалось, кроме как заторможено моргать и исподлобья наблюдать за сокамерником.

— Что ты... — я перевела дыхание, почувствовав сильную сухость во рту от одного вида воды, — ...делаешь?

— Иногда источника воды у нас нет. Поэтому я создам что-то наподобие фильтра и очищу эту жидкость.

Чарли накрыл лоскутами своей порванной рубашки горлышко, затем перевернул бутылку над крышечкой и стал наблюдать. Я едва могла разглядеть капли, образующиеся на мокрой ткани.

— Это я пить не буду. Очень уж... опасно...

— А умереть — это неопасно? — нервно усмехнулся он в ответ и тут же осёкся. Да, мы уже говорили о моей смерти. И если быть честной, я ощущала дыхание костлявой на своём затылке. Но, возможно, это лишь моё сознание спутывалось сильнее.

Я ничего не ответила и закрыла глаза. Игнорировать боль в животе и тошноту было выше моих сил. Я застонала.

— Теперь не так горько. — произнёс он, по всей видимости, попробовав фильтрованную воду.

Признаться, я не видела, так как глаз не смогла открыть.

— Давай, Джессика, пей. — на удивление, его прикосновение к моему плечу показалось довольно нежным и заботливым.

Нет, Джесс, нет! Мы не должны ему слепо верить!

Помотав головой, я не собиралась пить. Однако невозможно было игнорировать то, как сильно хотелось пренебречь всеми принципами и осушить бутылку целиком. Живот продолжал ныть.

— Это не навредит тебе так, как навредит отказ от воды. Понемногу, Джессика... — Чарли приставил крышку к моим губам.

Я приоткрыла рот, и совсем крошечная порция воды со сладким привкусом попала мне на язык. Меня будто охватила эйфория. И всё, что я смогла сделать, это заплакать. Слёзы, вызванные счастьем от приёма воды, покатились по моим щекам. Я почувствовала, как Чарли вздрогнул. Наверное, он не ожидал подобной реакции. Я и сама не ожидала.

— Как ты себя чувствуешь? — прозвучал вопрос, который, по моему мнению, не требовал ответа.

С синяком под глазом, сухими губами и дрожащими конечностями я не могла физически встать с кровати. Это прекрасно знала я и не обременяла себя надеждами. Это видел Чарли и... Нейтон. Уверена, он довольствовался моим состояние, наблюдая за всем происходящим через свою крошечную камеру под потолком.

Так что я не ответила на глупый вопрос. Чарли сделал ещё пять порций воды в крышечке, которые мне пришлось выпить. Он сделал и для себя немного.

Прикрыв глаза, как мне показалось, всего на несколько минут, я провалилась в сон. И мне что-то мерещилось. Это были воспоминания из далекого прошлого. Из детства. Тогда, когда я была единственной в классе, кто знал, кем хочет стать, когда вырастет. Я говорила об этом своим родителям, друзьям и одноклассникам. Мне казалось, что я знала о своём будущем всё. Вплоть до выпуска, вплоть до поступления в университет.

Я собиралась стать кем-то важным в жизни. Достичь больших высот. И даже порой из кожи вон лезла, лишь бы быть замеченной. После работы в нескольких маленьких компаниях я попала туда, куда мечтали попасть многие. Во вторую самую крупную строительную компанию в Англии. Первая, конечно, принадлежала Гарри. Я стала близка к топ-менеджменту и приходила на помощь мистеру Вуду во всём, когда он этого просил. Круглые сутки я была с ним на связи и выполняла задачи, выходящие далеко за рамки моего трудового договора. Я была его правой... да что уж там говорить! Обеими руками. Я стала его обеими руками.

Пришедший в компанию новый босс мог стать моей погибелью. Уверена, Гарри собирался уволить меня. Избавиться, как избавился от огромной части сотрудников. Но всё обернулось чем-то другим для меня и моего будущего.

Оказалось, что ничего я не знала, когда была маленькой. Я лишь была одной из миллионов детишек, которые думали, что они знают, кем хотят стать. И уж тем более та маленькая Джессика Кинг даже не догадывалась, что окажется в ситуации, подобной этой. Потому что она не знала, какой сложной и запутанной на самом деле представляется жизнь. И эту жизнь у меня отбирали.

Сжав руку под футболкой, я думала о своём ребёнке. И о его будущем. Оно должно быть светлым и совершенно безоблачным. Потому что в ней будут гиперзаботливая мама и сверхответственный папа. Это ли не причина посещать психолога после восемнадцатилетия?

Из мыслей (или это был сон) меня выволок громкий звук. Металлический и неприятный для ушей. А ещё совсем не обещающий хороший исход.

Едва я разлепила глаза, как увидела незнакомое лицо, нависшее надо мной. Чьи-то незнакомые серо-зелёные глаза осматривали мою скулу. Смешанное сознание не давало мне узнать человека, да и в целом разобраться в происходящем. Да я даже с трудом распознала твёрдое прикосновение к шее.

— Если ты намеревался убить её, у тебя отлично получается. — грубый, взрослый голос я не узнала.

Взглянув на Нейтона позади незнакомца, я увидела беспокойство в его тёмных глазах.

— Тошнит, да? — обратился мужчина ко мне. На вид ему было около сорока, может, больше. И я его точно не знала. Подобный строгий взгляд никогда бы не растворился в моих воспоминаниях.

— Всех беременных тошнит. — холодно отрезал Нейтон.

— До удара тошнило? — преспокойно спросил мужчина, кажется, зная, откуда у меня на лице синяк. И его это нисколько не беспокоило.

Я кивнула.

— Ей нужна вода, Нейт. Как и любому другому человеку. И если ты не собирался таким мучительным способом убить её, то просто напои. Потому что у неё серьёзное обезвоживание.

— У неё есть вода! — Ривера указал на тумбу, где стояла бутылка с розовой жидкостью. — Пей, сколько влезет.

— Ты подмешал туда что-то, — вмешался Чарли. Он сидел всё также на полу.

— Ты вообще молчи, — рявкнул на него более недовольным тоном. Очевидно, Чарли был у него не в милости.

Воцарилась тишина. Незнакомец оглядывал меня очень внимательно. И это показалось мне странным. Если только у него нет рентгеновского аппарата в глазах. К слову, на Супермена он не был похож.

— Ты просил мою оценку её состояния — я говорю: всё хреново. Потенциально заработанное сотрясение не так страшно, как обезвоживание. Так что просто дай ей воды. Если она не захочет пить это, — Мужчина качнул головой в сторону бутылки, — то ничто ей не помешает вызвать тошноту, как только ты уйдешь. От этого будет только хуже.

— И ты сделаешь то, что обещал? — спросил Нейтон, и я, находящаяся вне контекста, не совсем поняла, о чём шла речь.

Незнакомец пробежался взглядом по моему лицу ещё раз. Он что-то продолжал оценивать, пока я дрожала, как лист на безжизненной ветке в позднюю холодную осень.

— По крайней мере, будут шансы.

Он встал и отошёл к двери. В проёме только сейчас я заметила лысого мужчину с автоматом в руках. Один из охранников. Он безучастно смотрел на нас, переводя взгляд с одного на другого, представ передо мной молчаливым наблюдателем происходящего.

Всем и каждому отдельно в этой комнате было плевать на моё будущее. Их объединяли деньги и человек, страшащийся потерять наследство. Именно от них каким-то гротескным образом зависела моя жизнь.

Нейтон подошёл к кровати и наклонился ко мне, чтобы негромко произнести:

— Довольна собой, считая, что победила? — говорил он с желчью в голосе.

Я ничего не ответила, так как победой происходящее назвать не могла. Если они не отправят меня обратно домой, дав свободу, о которой я грезила, тогда это вовсе не было победой. Выигранное маленькое сражение — не более.

— Ты, — Нейтон обратился к Чарли и что-то бросил ему. По лязгу я поняла сразу: брошены были ключи. — Отведёшь её наверх. И только попробуй что-нибудь выкинуть. Сначала пулю получит она, затем — ты.

Со знакомой игрушкой в руках чёрного цвета Нейтон Ривера не изменял себе. Ему доставляли удовольствие эти далеко не бесплодные угрозы.

Чарли вновь оказался послушным соучастником, отстёгивая свою ногу от металлической кровати. Затравленным взглядом он посмотрел на меня, и что-то в его глазах блеснуло. Кажется, мы думали об одном и том же. Никто из нас не собирался возвращаться обратно в эту камеру. Она мне порядком осточертела. И пусть я знала, что провела в ней несколько дней — максимум неделю — время растянулось настолько, что я исчисляла своё заточение в годовом эквиваленте.

Когда и моя нога наконец оказалась свободна от металлических оков, Нейтон поспешил добавить:

— Без фокусов, помним?

Ствол был направлен в нашу сторону. В это время и охранник сжал рукоять автомата сильнее. Костяшки его руки побелели. Незнакомец покинул комнату и исчез за дверьми.

— Помним?! — грозно обратился ко мне Нейтон, и я перевела взгляд от проёма к нему.

Кивка ему было достаточно.

Чарли помогал мне переставлять ноги, а оказавшись на них, я ощутила такую сильную слабость, которая заставила меня перестать сомневаться в своих способностях. Я не убегу. Я просто не смогу. И если бы не руки Чарли, с таким головокружением я бы не смогла и миновать полметра, не приземлившись обратно на пол. А ползком у меня шансов и вовсе не было.

Впервые я увидела дверь, о которой так много говорил Чарли. Но в этот раз, судя по тому, что код Нейтон не вводил, она была не заперта. И я наконец покинула подвал. Воздух на мгновение опьянил меня. Он не был затхлым и сырым, каким я дышала внизу.

— Его — в гостиную. — распорядился Нейтон, указав пистолетом на Чарли.

Я только и успела упереться рукой о стену, когда поддержка в виде Чарли исчезла, и охранник увёл его по коридору в противоположном направлении.

— Пошли, — Нейтон обхватил мой локоть с такой грубой силой, что я едва успела подавить писк. Он не церемонился.

Мы продвигались внутрь большого особняка. По интерьеру и предметам глупой, неуместной для сложившейся ситуации роскоши я не узнавала место, в котором меня держали. Когда я запнулась, запутавшись в своих вялых ногах, Нейтон дёрнул меня за руку так, что сустав болезненно отозвался. Я вспыхнула гневно и прошипела:

— Не очень-то ласково ты обращаешься со своей невестой!

— Даже не начинай, Джессика. — он попытался отбрехаться от меня и моего чересчур нагловатого тона.

— Думаешь, я вообще начинала, Нейтон? — передразнив, я даже не заметила, как мы оказались в просторной, но совершенно неуютной кухне.

Парень ничего не ответил, толкнув меня в сторону двух идеально отполированных раковин. Казалось, ими никто и не пользовался. Дом-призрак — вот, где я находилась. Роскошный и никому ненужный. От одного вида небольшой лужицы на дне одной из раковин у меня ещё сильнее пересохло во рту. Я схватилась за мраморную столешницу и продолжила:

— Мне просто интересно, Нейтон, как ты оцениваешь шансы нашего «И жили они долго и счастливо»?

— Твоё «долго и счастливо» меня мало интересует. А теперь прекрати трепаться попусту, возьми стакан и выпей воды.

Данный им зелёный свет заставил мои руки сильнее дрожать. Я почти дёрнулась телом к стоящим прозрачным стаканам, но остановила себя, чтобы сказать:

— Как печально, что ты ещё не понял. Твоего «долго и счастливо» уже не существует. И ты слеп, Боже, да ты глуп, раз считаешь, что всё это сойдёт тебе с рук.

Сжав челюсти, Нейтон медленно и уверенно поднял пистолет, чтобы направить на меня. Эта картина была до боли мне знакома. И она всё также заставляла меня бояться.

— Джессика, — прохрипел он уже сиплым голосом, — если я почувствую, что ситуация выходит из-под моего контроля, то я сделаю всё, что есть в моих силах, чтобы в тюрьму я сел за убийство. Так что, моя дорогая невеста, если корабль пойдёт ко дну, ты пойдёшь вместе с ним. И только смерть разлучит нас.

— Ты больной... — прошептала я, обескураженно мотая головой из стороны в сторону.

Я всматривалась в неидеальный узор мрамора и переставала различать линии, сплетающиеся друг с другом, пока пелена из моих собственных слёз застилала глаза. Живот заныл с новой силой, и чтобы отвлечься, я потянулась к стакану. Пить мне хотелось больше, чем препираться с очевидно больным Нейтоном Ривера.

— Я отчаянный. — усмехнувшись, ответил он.

— Будто есть разница.

Вода наполнила стакан, и я припала к нему, вкушая первые глотки с сильной жадностью. Прохлада, попавшая в меня изнутри, взбудоражила каждый нерв, каждую частицу и клеточку.

— Мне объяснить, чем именно я отличаюсь от сумасшедшего?

Осушив первую порцию, я подставила стакан под кран и заворожённо наблюдала, как он наполняется. Словно это магический трюк. Фокус.

— Избавь меня от слезливых речей о маме с папой, в детстве тебя недолюбивших.

— Она должна выпить достаточно воды. — внезапно появившийся позади Нейтона мужчина, всё также безучастный по отношению к моей судьбе, произнёс своё никому ненужное наставление.

— Пяти стаканов будет достаточно? — не спуская с меня дуло пистолета, Нейтон держал мою жизнь под мушкой.

— Вполне. Я приведу в порядок гостевую спальню, и мы можем начинать.

— Двадцати минут тебе будет достаточно? — упивающийся моим непониманием, Нейтон скалился, как гиена побитая. Хотя из нас двоих с подбитой скулой была только я.

— Да. — коротко ответив, мужчина удалился.

— Ты слышала. Пять стаканов. И у тебя будет двадцать минут, чтобы мысленно попрощаться со своим ребёнком.

Холодок пробежал по спине, и я дёрнула головой, повернувшись к нему. Он говорил об аборте. Всё это время. А сейчас, по всей видимости, переговорив с врачом, сделал следующий ход. Нейтон собирался довести дело до конца. Сегодня. Точнее через двадцать минут.

— Не тяни время, Джесси. Пей.

Со стаканом в руке я застыла, не сводя глаз с Нейтона. Он дал мне время обдумать услышанное, правильно понять смысл слов. И принять судьбу такой, какая она есть. В том виде, в котором он изначально всё запланировал.

Теперь поданная Чарли идея не казалась мне абсурдной. Лучше выложить всё на берегу и сказать, чей это ещё был ребёнок. Если Нейтону было плевать на моё материнство, на отцовство Гарри он взглянет по-другому.

— Нейтон, послушай... — я попыталась поставить стакан на столешницу, но Ривера угрожающе помотал головой, цокнув языком с запретным посылом. — Ты не понимаешь, что делаешь...

Я не успела закончить, да даже начать. Нейтон снял пистолет с предохранителя одним пальцем. И этого щелчка было достаточно, чтобы я прикусила свой язык так быстро, насколько могла.

— Мне ничто не помешает просто выстрелить тебе в живот. И операция нужна не будет. Однако шансы твоего выживания значительно уменьшатся. Так что лучше помолчи и выпей столько, сколько положено.

К сотрудничеству он не был склонен. Да и я исчерпала причины, почему аборту не суждено было случиться. Про Гарри Нейтон слушать не станет. Он намеревался довести дело до конца. И это было дело принципа. Кто же знал, что упорство и целеустремлённость в крови Ривера!

Я глотала воду медленно, в процессе оглядывая кухню. Ни ножа, ни чего-то более-менее представляющее угрозу не нашлось. И когда наши взгляды с Нейтоном встречались, я видела в его карих нетерпение и даже некое беспокойство. Возможно, он не был столь уверен в своих действиях, а возможно, он предчувствовал, что я могу решиться на что-то дерзкое и необдуманное.

— На твоём месте я бы поторопился. А то так и не скажешь, будто ты понимаешь, сколько пуль в этой обойме. — заносчивым тоном произнёс он.

В очередной раз дерзить я не собиралась, а уж тем более упоминать вслух о том, что я действительно не знала, сколько пуль в обойме. В огнестрельном оружие я не смыслила ни черта. Воспитание двух закоренелых пацифистов дало о себе знать.

На четвёртом стакане я наконец забыла, что такое быть измождённой жаждой. Безусловно, сознание всё ещё пребывало в тумане, но не таком густом и плотном.

Сморгнув пелену с глаз, я даже не поняла, каким именно образом оказалась в темноте. Холодильник позади меня, едва воспроизводящий звуки своей технической жизни, замолк. Дисплей навороченной микроволновке погас. Лишь лучи лунного света продолжали ползти по паркету.

Вспышка в моей голове велела ногам давать дёру. И они послушались. Я рванула в противоположную сторону, позабыв, что держу в руках стакан. Да и саму меня держали на мушке.

— Куда-то собралась? — прорычал Нейтон и обхватил меня обеими руками, дёрнув на себя назад. Я почувствовала металл пистолета, упирающегося в бок, и попыталась высвободиться из хватки.

Но он держал крепко, словно понимал, что от этого зависело и его будущее. Если я окажусь на свободе, у него не будет шансов. Куда бы он не подался.

— Знаешь, меня возбуждают девушки, дающие отпор... — прошипел он мне на ухо, вытаскивая из кухни куда-то прочь. В темноте я едва различала силуэты охранников и очертания мебели. — Ты оказалась не такой бесхребетной дурнушкой, какую я ошибочно разглядел в тебе.

Оскорбление, завёрнутое в личину комплимента, нисколько не тронуло меня. Я снова попыталась выбраться из его рук, но ничего не получилось — хватка оказалась намертво крепкой.

Он втолкнул меня в комнату, очертание которой сразу напомнили гостиную. Между двумя большими диванами на коленях стоял Чарли. Двое охранников, держащих по автомату, замерли, словно статуи в саду, позади него. За нами с Нейтоном вошли ещё несколько головорезов — лысые громилы — по-другому я их назвать не могла.

Оказавшись на удивительно мягком ковре, я поравнялась с Чарли. Наши плечи буквально соприкоснулись. И через ткань я почувствовала тепло его тела. Он не дрожал, как это делала я. Он выпрямил плечи и безотрывно смотрел на Нейтона.

— Свяжи её! — бросил Ривера одному из охранников.

— Верёвка была только на одного. — буркнул в ответ мужик, стоящий за моей спиной.

— Это меня не волнует. Она не должна покинуть дом. Только вперёд ногами. Где черти носят Терри?! — теряя контроль над ситуацией, Нейтон на наших глазах снова становился нервным и раздражительным.

— Здесь я! — в гостиную вошёл ещё один мужчина, однако его лицо было покрыто маской.

— Стой смирно, — обращаясь ко мне, прошипел стоящий позади охранник. Рефлекторно я взглянула назад. Он обрезал шнур от стереосистемы, решив проводом заменить верёвку. — Смотри вперёд!

— На кой хер ты в маске? — недовольно вопросил Нейтон.

— Патрулировал улицу. — его ответ заставил меня нахмуриться. Что-то было другое в том, как звучали слова. Лёгкий акцент. Напоминающий мне о доме. Об Англии.

С интересом вспыхнув, я взглянула исподлобья на охранника в маске. Ничего, кроме чёрной ткани и глаз, я не увидела. В сумраке они, казалось, светились, как у кота. Он медленно моргнул и лениво отвёл взор к своему хозяину. Всего на одно долгое мгновение он наградил меня взглядом, а затем стёр из своего поля зрения, как делали все в этом доме. Для них я была частью задания.

Стоящий позади охранник дёрнул мои руки на себя, отчего плечи мучительно заныли. Я судорожно выдохнула, чувствуя, как холодный, жёсткий полиэтилен провода болезненно сжимает мои запястья. Но опять же, всем было плевать.

— Я хочу, чтобы ты проверил генератор. Возможно, из-за непогоды он вышел из строя. — Нейтон приземлился на диван и несколько раз беспокойно провёл рукой по волосам. Наши с ним взгляды пересеклись, и он усмехнулся, оглядывая меня, пойманную в очередную ловушку. Мой изможденный, усталый вид его откровенно радовал. Нейтон ещё раз усмехнулся, пока я кривилась от боли.

Охранник в маске лишь кивнул и удалился так же бесшумно, как и до этого появился в гостиной.

— Ты, — Нейтон обратился к тому, кто стоял позади нас с Чарли, — проследи за доктором. Он на втором. Пусть там и остаётся. Остальные, патрулируйте внутри дома. Ни одна мышь не должна проскользнуть внутрь или наружу.

Гостиная заметно опустела. Остались мы втроём и один охранник. Нейтон медленно, смакуя моментом, переводил глаза с Чарли на меня и обратно. Уверена, в его голове формировались гадкие мысли и мерзкие комментарии.

— Не переживай, Джесси, мы уложимся вовремя. Эта небольшая заминка ничего не значит.

Я покачала снисходительно головой и опустила взор на пушистый ковёр.

— Раз всё теперь предрешено, скажи, какой твой план дальше? — негромко спросила я.

— Интересуешься нашим с тобой совместным будущим? — он решил нагло уточнить то, о чём речь и не нашла. Но Нейтону нравилась мысль, что он всё ещё выигрывал.

— Пытаюсь понять степень твоей глупости.

Колкость, брошенная мной так непредусмотрительно, нисколько его не разозлила. Мне даже показалось, он хихикнул, как девчонка. Тёмные глаза Ривера впивались в моё лицо. Он высунул язык и обмакнул губы, с шумом вдыхая воздух.

— Из нас двоих только ты, Джесси, оттягиваешь неизбежное. Я предоставил тебе столько возможностей облегчить процесс избавления от ребёнка, но ты упорно продолжала отказываться и отрицать очевидное: из ситуации был и есть один выход. Просто прими это. В чём же тогда моя глупость?

— То, как ты уверен, будто у нас есть будущее.

Нейтон закатил глаза и смачно цокнул.

— Я не предлагаю тебе себя в качестве партнёра до конца наших дней. Да, понимаю, что в наследство я вступлю не скоро, но пока мне достаточно получить пакет акций от отца. Однако взамен нужно дать родителям видимость стабильности. Понимаешь? Расставание с тобой отняло приличное количество очков с моего счёта. И я рискую лишиться всего. Акций, недвижимости, наследства и даже фамилии.

— Нейтон, если ради этого ты лишишь меня ребёнка, я лишу тебя твоего будущего. И ничто в жизни не заставит меня дальше играть в твоём спектакле.

Он вознёс пистолет, но к счастью, не направил его на меня и произнёс:

— Ты уже в нём играешь. И у тебя сольная роль.

Его непоколебимая самоуверенность в который раз выбила почву из-под моих ног. Сложно было понять: Нейтон действительно оказался настолько слеп или взаправду имел больше тузов в рукаве, чем я могла предположить.

И пока он отвлёкся на другие дела, я медленно и аккуратно повернула голову к Чарли. В таком положении, когда мы стояли на коленях, наша разница в росте была более очевидной. Он смотрел вперёд, а затем, видимо, почувствовав мой взгляд, перевёл свои глаза на меня. Хоть и в темноте, но на таком близком расстоянии я смогла разглядеть ссадины на его лице. Ему тоже нехило досталось.

Всего один раз качнув головой, он дал мне знак, чтобы в любой момент я была готова. Никто из нас не собирался по окончании этого безумия с отключением света возвращаться обратно в подвал. Одна только мысль о той бетонной коробке заставляла моё тело неприятно дрогнуть. Нет, туда я не вернусь.

— Смотрите вперёд! — охранник позади ткнул автоматом мне между лопаток, и я вытянулась, как нитка под напряжением в двести двадцать вольт.

— Чёрт, где носит Терри?! — непонимающе вопросил Нейтон, хлопнув ладонями по бёдрам.

Мужик позади нас засуетился. Зашуршала одежда, и я расслышала помехи, похожие на звуки плохо работающего радио.

— Терри, что там с генератором? — заговорил охранник по рации.

Нейтон смотрел на него в ожидании ответа, но он так и не поступил.

— Терри, приём. Какие-то проблемы?

И вновь в ответ не прозвучало ничего.

— Кажется этот тропический шторм влияет и на вашу технику. Чёрт! — выругался Нейтон.

— Не в таком радиусе, — непонимающе пробурчал охранник и вновь обратился к Терри, но я не слышала его слов.

Всё моё внимание сфокусировалось на волнующемся Нейтоне. Ему это всё не нравилось, и я понимала почему. Ситуация продолжала выходить из-под контроля. И дело было не в наших с Чарли действиях. Тогда я повернулась к парню и взглянула на его восторженное лицо. Он был доволен происходящим, будто управлял погодой, будто он приложил руку к вышедшему из строя генератору. И на мгновение я поверила в это.

— Что-то здесь не так, — едва смогла расслышать его слова.

В страхе, что нас раскроют, я покосилась на Нейтона вновь. Но оказалось, его волновал пропавший Терри, а не наша маленькая, незначительная беседа.

— Генератор? — мне пришлось обойтись одним словом, чтобы наш разговор как можно дольше оставался незамеченным.

— Да всё. Например, зачем они вывели нас сюда? — недоумевающе спросил он, обращаясь ко мне, но глазами следя за Ривера. — Ситуация складывается так себе. А мы до сих пор не заперты в подвале.

— Нейтон собирается провести аборт... — прошептала я в ответ, но не успела закончить, как пришлось прерваться. Рация охранника позади снова закряхтела. И судя по всему, Терри не отвечал. — Тот мужчина в подвале... он — врач, по крайней мере, так сказал Нейтон. Он отправился на второй этаж, чтобы подготовить комнату для проведения...

— Я понял, — прервав меня, пробормотал Чарли. — Прошло уже достаточно времени, чтобы запустился резервный генератор. Но электроэнергии до сих пор нет. А значит, что все самые редкие вероятности сбылись в нашей реальности — сигнализация в доме отключилась, камеры не записывают. Мы должны действовать, Джессика. Второй раз нам так не повезёт.

— Я сказал: никакого трёпа! — прервал нас разъярённый охранник и толкнул Чарли в плечо.

— Я разберусь. — безмятежно отозвался Нейтон. Он вновь посмотрел на нас с упоением. — А ты иди посмотри, что там с Терри, и почему он медлит с включением генератора.

Он распоряжался, как настоящий босс. Со всеми необходимыми статусу замашками и с ощутимым пренебрежением, нередко возникающее между начальником и подчинённым. Высокомерно и властно.

Нейтон взял стул и поставил его напротив нас. Не шелохнувшись, я несгибаемо стояла на коленях, игнорируя ноющую боль в животе и какое-то странное, нарастающее нехорошее предчувствие. Оно было во мне всегда, но сейчас как-то обострилось. Возможно, так на меня влияло отсутствие освещения. А возможно, дело всегда было в чокнутом Нейтоне Ривера.

— Удивительно, что вы спелись. Не этого я добивался, — хмыкнул с интересом парень. Он вытащил пистолет и положил на бедро, направив дуло в нашу сторону. — Ты, Чарли, мог бы уже не сидеть здесь, если бы способствовал достижению главной нашей цели.

— Она никогда не была наша. — отрезал Чарли.

— Собираешься играть героя? Или, может, хочешь сказать Джессике, что я заставил тебя участвовать во всём этом?

— В твои искусные манипуляции входит моя мама. Так что да — я был вынужден.

— Бывают в жизни и не такие огорчения. Спросит у Джесси, какого ей? — забавляясь и ситуацией, и этим разговором, Нейтон широко улыбнулся. Он наклонился вперёд, и наши лица почти оказались на одном уровне, но Нейтон всё же слегка возвышался. — Поделишься? — он подмигнул мне и продолжил: — Представь, что ты на сеансе у психолога.

— Я понимаю, что впервые психологу помощь нужна больше, чем мне.

Он хихикнул и откинулся обратно на спинку стула.

— После аборта и тебе оплатим. За это можешь не переживать.

— Удивительно, что ты спокоен, когда, очевидно, всё идёт не по плану. — твёрдо произнёс Чарли, и я почувствовала его поддержку. — Я говорю не о том, что она отказывается идти у тебя на поводу. — Он отрицательно покачал головой. — Весь этот шторм совпадает с тем, что оба генератора вышли из строя. Твои охранники не могут решить эту проблему...

— Ты многое себе надумал. — отмахнулся от него Нейтон.

Я взглянула на Чарли и заметила лёгкий прищур в его глазах. Тогда мне стало ясно: он пытался раскачать лодку спокойствия, в которой гордо восседал Нейтон. Когда он выходил себя себя, то показывал свою вспыльчивую натуру. Этим можно было воспользоваться.

— Правда? — уголки губ Чарли дрогнули в полуулыбке. Теперь я не сомневалась в его намерениях, — Раз ты так сильно хотел избавить меня и Джессику от лжи и лицемерия, почему же ты тогда преуменьшил те поиски, которые ведут ФБР с полицией?

По тому, как улыбка Нейтона потеряла огонёк, я поняла, что Чарли метнул своё острое копьё точно в яблочко.

— Её только ты и не ищешь. Что подумают федералы, когда увидят, что любимый, хоть и бывший жених пальцем о палец не ударил? — Чарли манипулировал ситуацией, пока я глазами сверлила дырку в Нейтоне. — Я могу тебе подсказать. Учесть, что за день до моего исчезновения, один из агентов уже связался со мной, желая обсудить произошедшее. Спрашивал, видел ли я что-то... Могу ли я прокомментировать ваши отношения. Конечно, возможно, им стало известно, что мы с пропавшей Джессикой проживали в одном доме. Возможно, они нашли отпечатки моих пальцев, которые я не смог уничтожить. А возможно, я им уже всё рассказал.

Сдавив челюсти, Нейтон безрадостно переместил руку на пистолет и сжал рукоять. Это крошечное движение не скрылось от меня, и я отчётливо ощутила запах керосина, которым пропитался разворачивающийся диалог.

— Возможно, я изначально понимал, что сделка с тобой мне невыгодна. Возможно, я предрёк этот исход для себя и оставил на всякий случай письмо в квартире. Возможно, я вру и не оставлял, а выслал напрямую в участок. В любом случае, ты не проверишь, потому что есть что-то, что не просто «возможно». Ты проигрываешь эту партию самому себе.

С улыбкой на лице, которая подразумевала наличие какого-то психического заболевания, Нейтон опустил голову. Плечи его задрожали от беззвучного смеха.

— Ты бы видел себя со стороны! Да вас обоих! — Ривера разразился громким смехом, вновь посмотрев на нас. Его брови поднялись. — Стоишь на коленях и так воодушевлённо говоришь о возмездии. Речь года!

— Главное, чтобы ты приготовил свою речь для присяжных в зале суда.

Нейтон сжал рукоять пистолета сильнее, однако улыбка с нездоровым озорством в глазах застыла на его лице.

— Она должна быть проникновенной и не выдающей твоих сомнений. Потому что сейчас ты не так уверен, каким был в начале.

Я успела только моргнуть, а Нейтон уже вскочил на ноги и поспешил с размахиванием своим пистолетом перед лицом Чарли. Всем нутром я сжалась. Атмосфера накалилась до опасного предела.

Чёрт!

Мы не обговаривали с Чарли, что будем делать и как действовать, если появится хотя бы одна маленькая возможность совершить побег. Должна ли попробовать сделать что-то сейчас? Или у Чарли было чёрти что ещё на уме?

— Твоя мамаша сдохнет, и поверь я прослежу, чтобы причина была не в болезни.

— По крайней мере, мои родители не будут стыдиться своего сына! Не будут говорить: «Мы делали всё возможное, чтобы он вырос хорошим мальчиком. А получили больного выродка, испортившего не только нашу фамилию, но и наследие»...

Всё моё тело парализовала, когда я услышала оглушающий звук выстрела. Во тьме, к которой мои глаза успели привыкнуть, пролетела вспышка, как комета в ночном, затянутом облаками небе. Я почувствовала, как Чарли упал назад. В ушах моих звенело с такой силой, что я, сама того не осознавая, закричала. Впрочем, голос мой доносился откуда-то издалека.

Почувствовав тепло между ног, я поняла, что обмочилась. В сознательном возрасте со мной такое случилось впервые. Я не контролировала своё тело ни в момент, когда мои штаны становились мокрыми, ни тогда, когда, упав назад, я перекатилась на бок и, словно стыдливая гусеница, поползла прочь.

Столкнувшись с диваном, я начала перемещаться дальше. Мне нужно было встать на ноги, но чёртов провод сжимал мои запястья с такой силой, что приходилось держать спину прямой, иначе плечи разрывало от боли. Это не позволяло мне с обыкновенной лёгкостью встать на ноги и унестись прочь. Я валялась за диваном и ощущала, как звуки реальности возвращаются ко мне. Уши постепенно воспринимали шум окружающего мира.

— Ну же, Джесси, где ты? — изнеженный голос Нейтона навеял воспоминания о когда-то просмотренных клишированных фильмах ужасов. Он был Майклом Майерсом и Джоном Крамером в одном флаконе. — Не стоит прятаться... Ты ведь знаешь, сколько пуль в моей обойме...

Он снова заговорил о чертовски глупых фактах, которые мне не были известны.

Задержав дыхание, я старалась не издать и звука. А затем понемногу, имитируя движения самой настоящей гусеницы, стала продвигаться прочь в темноте.

— Тебе некуда идти, кроме как в мои объятья... — голос его отдалялся, что означало одно: я двигалась прочь. Если окажусь на кухне, то смогу раздобыть нож и перерезать провод.

Стараясь не думать сейчас о Чарли, я всё же ощущала, как из глаз брызнули слёзы. Рыдать на полу в планы мои не входило, однако грудь бешено поднималась. Я проглатывала всхлипы.

— Эти прятки меня начинают уже доставать. Я ведь так долго искал тебя, моя милая невеста, что не могу уже потерять.

В любой момент я могла быть обнаружена охранниками.

— Тебе некуда бежать! — взревел он.

Но я собиралась попытаться.

— Я найду тебя и собственноручно вырву этого ребёнка из твоего поганого чрева!

До меня донёсся звон бьющегося стекла. Пол завибрировал от приближающихся шагов. Тяжёлых и угрожающих. Лёжа в непонятном коридоре, я почувствовала, что больше не одна.

— Может, всё-таки просто выстрелить тебе в живот, чтобы ты больше не мучилась? — услышала я голос Нейтона откуда-то сверху и замерла.

Всего мгновение я искала в его словах блеф. А затем он стёр все мои сомнения, выстрелив.

Подписывайся на мой телеграм-канал: https://t.me/vasha_vikusha