| Босс: Конец истории | 18+

Затишье перед бурей наступило одновременно ожидаемо и резко. Нейтон забрал абортивные таблетки и больше не приходил. Вместе с ним исчезли и визиты Чарли. Еду приносили только утром. Порция уменьшилась. Воды совсем не стало. Я понимала, что стратегия была выбрана самая беспощадная. Взять меня измором. По всем фронтам выбранная тактика обещала стать победной. Во-первых, любой человек тронется умом без воды. А во-вторых, даже если я не тронусь так быстро, как им бы хотелось, на беременность это повлияет в любом случае.

Лёжа одна на промозглой кровати, я смотрела в потолок и только сейчас заметила, что глажу живот. В конечном итоге, я смирилась с тем фактом, что у нас с Гарри получилось. Если всё-таки я вернусь домой, то любая его реакция будет принята мной достойно. Потому что теперь, когда Нейтон пытался отнять у меня ребёнка, я чувствовала, как гормоны управляют мною. Материнское бешенство это или... инстинкт самосохранения, я не знала. Но факт оставался фактом. Мне нужно было найти способ сбежать.

Казалось, всё просто. Однако после моего неудачного нападения на Нейтона, он забрал всё то, что могло покалечить или хотя бы поцарапать его. Убежавший прочь взвинченным, он сильно испугал меня тогда. Сейчас он пугал меня тем, что не появлялся.

Повернув голову, я в который раз оглядела скудную комнату. Четыре стены, дверь, кровать, тумбочка и цепь на ноге. Не так много предметов. А как использовать их при самообороне, я пока не догадывалась. Да и ко всему прочему, мой мозг отказывался работать. Наверное, таким образом складывалось уменьшение потребления воды. Мне приносили одну бутылку в день. В первые сутки такой внезапной смены я не ощутила никаких негативных последствий. На вторые появилась слабость. Сегодня я уже не могла встать с кровати. Кажется, у меня кружилась голова.

Коротко: дела были плохи.

И я чувствовала, как быстро покидали меня силы. Моргала я чаще, да и с закрытыми глазами мне было куда комфортнее, чем с открытыми.

Цепь, сжимающая мою ногу, казалось, увеличилась в весе и тяготила меня сильнее. Даже сейчас я предпочла поставить ступню на холодный пол, лишь бы не поднимать цепь на кровать. На это у меня тоже не было сил. Я копила энергию, чтобы в самый ответственный момент дать отпор Нейтону или Чарли.

Наступит ли этот момент?

Сжав веки, я почувствовала боль в глазных яблоках. Кажется, у меня начиналась мигрень.

Думай, Джессика, думай.

Мне нужно орудие.

Убийства.

Ещё мне нужен ключ от замка оков, без которого я не то, что не покину эту злополучную комнату, я не отойду дальше метра от кровати.

Ко всему прочему, я должна как-то убедиться, что в доме никого нет, кроме Нейтона и Чарли. Если тут блуждает охрана, то всё становится в разы хуже. Я могу попытаться разговорить кого-то из них. Но выбрать более сговорчивого труднее, чем могло показаться. Нейтон сейчас жил идеей «выполнения миссии по убийству моего ребёнка». Он наверняка не станет болтать лишнего. И всё же он проявлял вспыльчивую часть своей натуры. На этом я могла сыграть.

Чарли...

Заложник ситуации. Своей и моей. Я видела в его глазах сочувствие и покорность. Два абсолютно разных чувства. Но в моих реалиях они ещё и оказались противоположными. Покорившись судьбе, которую ему уготовил Нейтон, он лишь сочувственно смотрел, безмолвно умоляя покориться и меня. Следом. Как сделал он.

Но это не было в моём стиле. Возможно, в прошлом, окажись я в этой ситуации, поддалась бы из-за страха за свою жизнь и будущее. Сейчас я была другим человеком. Частично потому, что повстречала Гарри, частично потому, что решила наконец повзрослеть.

Вновь вспомнив о Гарри, я скорчилась. Мне стало невыносимо больно. Я скучала по нему. Пока зловещий голосок нашёптывал, что такова наша судьба — никогда не быть счастливыми вместе. И таким образом мы расплачивались за дерзость заключения брака. Неужели так оно и было? Настолько несправедливо.

Сухость во рту управляла мной. Я потянулась к тумбочке, чтобы взять бутылку, но та упала с пустым звуком. Не поверив, я распахнула глаза и посмотрела на пол. Туда, куда упала бутылка. Оказалось, в комнате уже было темно. Сколько я пролежала в своих мыслях?

По всей видимости, долго, раз наступило время отбоя.

— Чёрт... — почти без сил прошептала, еле-как нащупав бутылку. Да, пустая.

Злость забурлила во мне с необычной силой. Я швырнула её в тёмную пустоту. В ответ она ударилась о стену и шмякнулась на пол. Вновь наступила тишина. И я всё также сильно хотела пить.

Мне ничего не оставалось, кроме как лечь обратно и укрыться простыней. Чем быстрее усну, тем быстрее наступить завтра. Чарли принесёт новую порцию еды и воды. А я попробую с ним ещё раз поговорить. Надавлю на жалость, если получится. Тем более, раз уж он мне сочувствует, то должен пойти навстречу. Перед глазами возникло его испуганное и одновременно злое лицо, когда он гонял меня по лофту, чтобы усыпить и увезти. Это он сделал, не моргнув и глазом.

Превратил мою жизнь в ад.

В то время, как мои былые дни были сплошным раем.

— Хей... — почувствовав на носу прикосновение, полное ласки, я вдохнула аромат, напомнивший мне розу. — ...белоснежка. Пора просыпаться.

Лёжа на животе, я приоткрыла глаза и в сумраке спальни увидела Гарри. Он сидел на краю кровати, той части, которую теперь регулярно занимала я. На нём были лишь шорты. Взъерошенные волосы оказались влажными. Белая роза, которую он держал между двумя пальцами, коснулась моего носа ещё раз.

— Или ты хочешь ещё немного подремать?

— Доброе утро, — прошептала в ответ и взглянула на цветок. — Откуда.? — непонимающе проворчала. По всей видимости, мозг мой ещё не проснулся.

— Своровал, — беззаботно ответил он и положил розу на подушку рядом с моей головой.

— Что? — происходящее больше напоминало мне сон, чем реальность, в которой мой парень... точнее уже муж-миллиардер ворует цветы.

— Во время пробежки заметил у наших соседей отличный куст с розами. Он растёт у самой изгороди. Грех было не попытаться. Тем более... — Гарри наклонился ко мне, и его мятное дыхание опалило щёку. — Белый тебе к лицу.

— Быстро ты заговорил о грехах, Гарри. — усмехнулась я в ответ.

— Ты ведь знала, за кого выходишь. — коснувшись губами мочки уха, он говорил совсем тихо. Меня окутали мурашки. И его руки. Завёрнутая в простынь, свои чувства и его нещадящие объятия, я почувствовала, что краснею, как тринадцатилетка. — За грешника. — уверенно произнёс он, и я тут же запротестовала.

Мотая головой из стороны в стороны, я ощущала его губы на своём виске. Гарри усмехнулся недовольному возражению. Приподнявшись и нависнув надо мной, он уже внимательным взглядом окинул моё лицо.

Я посмотрела на него в ответ.

Едва пробивающиеся лучи солнца сквозь наспех закрытые шторы падали на кудряшки Гарри. Его каштановые волосы пропитывались золотом солнца, от чего образовывалось подобие нимба. Наверное, мне мерещилось спросонья. Однако улыбка на его губах была наполнена чем-то священным.

— Гарри, ты больше похож на ангела...

Услышав мои слова, он с интересом наклонил голову.

— Кажется, я переборщил вчера с силой, и ты всё же стукнулась об изголовье. — на полном серьёзе сказал он и, положив руку на мою макушку, стал ощупывать череп. Он действительно искал подтверждение своим словам в несуществующей травме?

— Я в порядке, — увернувшись от руки, я снова посмотрела на Гарри.

— Сколько пальцев я показываю? — в его изумрудах искрилось веселье, когда он загнул два, демонстрируя при этом мне три пальца.

— Очень смешно, — я закатила глаза.

— Дорогая, это не ответ на мой вопрос. — его опасно-ласковое обращение кольнуло меня где-то в животе.

Я вспомнила о тесте на беременность. И о том, что положительный результат для Гарри всё ещё был тайной. Я не могла подобрать правильный момент, чтобы признаться. Да и не знала, как сделать это. По-простому, без всякой вычурности? Жизнь и так была похожа на сказку. Поэтому мне не хотелось делать из этого целое шоу.

— Так, сколько? — он пошевелил тремя пальцами, увидев, как потерял моё внимание.

Может, это подходящий момент?

— Столько дней нам осталось в Майами. — внезапно признался он и широко улыбнулся. — А затем мы уедем в наше свадебное путешествие. Как тебе план?

Я не забыла, как он перебирал различные острова и на свадебной церемонии, не постеснявшись священника, и по дороге после.

Не испорчу ли я момент своим признанием, что беременна? Не сотру ли улыбку с его лица четырьмя словами?

Гарри, ты станешь папой.

— Отличный план, — вместо необходимых четырёх из меня вылезло только два. Это всё, на что я была сейчас способна.

Он наклонился ко мне ещё ближе. Тёплое дыхание смешалось с моим неровным. Я сжала бёдра. Прикусила губу. И смотрела на него, охваченная чувством яркой жадности. Оно заставляло идти на поводу у обстоятельств. Я не брала инициативу в руки. Я вновь была под его полным контролем, как когда-то очень давно.

Вишнёвые губы коснулись моей скулы. И неподвластное мне тело задрожало.

— Знаешь, — прошептал он и вновь оставил чувственный поцелуй на моей щеке. Он действовал не спеша, — мне нужно сходить в душ после пробежки...

— Угу, — только и смогла ответить.

— И кажется, ты выглядишь так, будто станешь моей компанией.

— В душе? — тихо переспросила я.

Боже, какой же глупой я, наверное, выглядела, переспрашивая очевидное. Готовая сорваться в пучину неловкости, я тут же была подхвачена страстным желанием Гарри продолжать этот непрекращающийся флирт.

— Если тебе предпочтительнее ванна, то готов заверить: из меня компания тоже получится неплохая. — он усмехнулся куда-то в мою шею, заставив вздрогнуть от щекочущего чувства. Я ненавидела щекотку с детства. Она обнажала мою уязвимость. Мою ранимость. Но перед ним я не боялась обнажиться. — Ну так что, единственная и неповторимая миссис Стайлс?

То утром мы встретили вместе, продолжили наслаждаться... как Гарри назвал наш союз? Компанией. Мы наслаждались друг другом в душе. Затем за завтраком, погрузившись в обыденную беседу. И после — за предобеденной прогулкой. Каждый раз я ловила себя на мысли, что не верю в реальность происходящего. Наконец я была с тем, кто готов разделить мои планы на жизнь, воплотить мои мечты и поставить одну меня на первое место. Сказка, ставшая явью. Главным героем, которой был мужчина, принёсший рай прямиком ко мне в руки.

Когда включился свет, замки на двери в темнице задребезжали и заныли. По ту сторону двери кто-то изо всех сил пытался от них избавиться. И я встрепенулась. Откинула простынь с себя и ощутила, как адреналин заставил моё сердце биться быстрее.

Кажется, у того, кто пытался попасть внутрь, тряслись руки, иначе я не могла объяснить то, как долго снимались замки по ту сторону. Дёрнувшись вперёд, я ощутила тяжёлую цепь на ноге, которая грубо и почти без звука напомнила об обстоятельствах, в которых я пребывала несколько дней.

Мой рот приоткрылся. Глаза широко распахнулись в ожидании того, кто решился нарушить моё заточение. Надежда вспыхнула сильнее и не могла сравниться ни с одним днём. Я надеялась, что этот уничижительный кошмар подойдёт к концу. С минуты на минуту. И не успела я представит лицо Гарри и то, что я ему скажу при встрече, как дверь резко сорвалась с места.

В комнату вошёл... нет, влетел Нейтон. Всклокоченный, взбудораженный и злой. Хотя правильнее сказать, что он был в бешенстве. Вена на лбу вздулась и пульсировала, пока влажные чёрные волосы представляли собой развороченное гнездо птицы. Следом за собой он втащил Чарли, и как только дверь за ними захлопнулась, он толкнул его к моей кровати.

Я вскочила и бросилась к нему. Не знаю, произошло это из чувства страха или сочувствия. Потому что внутри меня не было ни того, ни того. За прошедшие дни, если мои мысли и касались Чарли, то только в плохом ключе. Потворствуя Нейтону, он показывал себя трусом. И в моих глазах таким оставался.

Но сейчас, нагнувшись к нему и борясь с темнотой, которая вот-вот могла покрыть мой взор, я разглядела свежую ссадину на его скуле.

— Джессика, сядь обратно на кровать. — прогремел холодный голос Ривера.

Я продолжала оглядывать лицо Чарли и не могла не заметить, как тяжело у него получалось сфокусировать глаза. Он жмурился и снова всё более отчаянно пытался проморгаться.

— Джессика, — ледяным тоном повторил Нейтон, и следом я расслышала щелчок курка. Он был таким резким и похожим больше на угрозу, чем на предупреждение, — сядь на кровать. — по слогам произнёс он.

Тогда я перевела взгляд на него. Только сейчас заметила, что одет он был в помятый костюм. И в руках у него внушающий тревогу мне и Чарли находился пистолет. Он сжимал рукоять так сильно, что это не могло не броситься в глазах. Нейтон был на взводе. Поэтому не послушаться его обернулось бы непредвиденными последствиями как для меня, так и для Чарли.

Дулом он указал на кровать ещё раз. Я послушно села, сдерживая подступающие слёзы. Мне стало страшно.

— Ты умеешь с этим обращаться, — Нейтон бросил к ногам Чарли кандалы и перевёл дуло на него. — Приковывай.

Раздался лязг металла. Чарли, подняв кандалы, показал свои намерения. Он не собирался сопротивляться. В вопросе своего заточения он сотрудничал намного лучше, чем в обсуждении моего освобождения. От раскрывшейся слабости меня затошнило.

Когда кандалы застегнулись на лодыжке, Нейтон отдал следующий приказ:

— Сними обувь и подтолкни в мою сторону.

Прикрыв глаза, я поняла, что не могу больше на это смотреть. Вместе с тем, как низко падал Чарли, полный послушания, неслись и мои надежды. Две минуты назад я видела своё спасение, а сейчас... я даже не представляла, каковы мои шансы. Настолько они были ничтожны.

Как и было велено, обувь оказалась у ног Нейтона.

— Поздравляю, Джесси, теперь у тебя будет компания. — он говорил ехидно, довольный собой и тем, чего добился.

Нейтон опустил пистолет и спустя несколько длительных секунд убрал его, заправив за пояс брюк. Мы ведь были прикованы и не создавали ему больших проблем.

— Могу потешить твоё эго. — усмехнулся Ривера. — Тебя отчаянно ищут. Полиция и тупорылые федералы. — Закатив глаза, он показал всем видом, насколько был не впечатлён их попытками.

Я ощетинилась, почувствовав отчаянное желание сорваться и броситься в его сторону. Припрятанный ствол за поясом брюк высвободил мою злость.

— Они найдут меня. — со всей уверенностью произнесла я и вздёрнула подбородок.

Нейтон ухмыльнулся, опуская свои руки в карманы брюк.

— Знаешь, — сделав несколько шагов, он лениво прислонился к бетонной стене, — сегодня на допросе федералы со всем сочувствием смотрели на меня и... жалели жениха, которого бросила невеста и, поплатившись за свои поступки, оказалась в руках маньяка. — Нейтон с лёгкостью готов был растоптать мою веру быть спасённой. Кажется, это он и делал. — Так что у них нет никаких доказательств. А тот, кто вытащил тебя из квартиры, — его тёмные глаза переметнулись к Чарли всего на мгновение, и что-то опасное появилось в них, — и оставил херову тучу следов, бесследно исчез из Майами.

— Я всё пытался исправить... — наконец Чарли нарушил свой обет молчания.

— Хреново у тебя получилось! — резче прежнего отозвался Ривера.

Моих ноздрей коснулся запах алкоголя. Он не был трезв. Возможно, отчасти по этой причине он стал агрессивнее прежнего. Или же он просто лукавил, делая вид, что его нисколько не волнуют полицейские на хвосте.

— Кто тебя просил возвращаться в квартиру?! — рявкнул, продолжая понужать своего помощника.

Я хладнокровно продолжала смотреть на Нейтона. Хотя мне так и хотелось взглянуть на Чарли. Неужели он прислушался к моим полуслезливым просьбам? Я беспокоилась о Бобби. И так или иначе, догадывалась, что на третий день его одинокого пребывания в квартире всё будет очень плохо. Без воды. Без еды. Без ласки и внимания.

— Подставить меня хотел?

— Нет, — замотал головой Чарли. В глаза он ему так и не посмотрел.

— Ты ведь знаешь, что будет с твоей больной матерью.

— Знаю, — как послушный щеночек, вторил ему.

— Без моего финансирование она не больше, чем труп.

Он всё-таки озвучил свою угрозу, хотя, думаю, Чарли и без этого знал, что к чему. Правила игры в этой комнате были известны каждому. Нейтон погонял нас, зная болевые точки и манипулируя ситуацией так, как ему вздумается.

— И что дальше? — мой холодный голос, лишённый всякого страха, прозвучал твёрдо. Я заставила Нейтона нахмуриться. Ему не понравился ни вопрос, ни мой тон. — Ты решил, что будешь делать с нашими трупами?

Нейтон ощетинился. Однако ответить я ему не дала, продолжив:

— Теперь на твоей совести будет целых два. Как же ты выйдешь из воды сухим тогда?

— Джесси, именно тебе не составляет труда выйти отсюда на свободу. — его опасно сладкий голос заставил меня съёжиться. Я будто бы разговаривала с психопатом, которому было всё равно на абсолютно все обстоятельства. Нейтон витал в облаках и надеждах, что у него всегда всё будет под контролем. — Я предлагаю тебе лучшую жизнь.

— Ты предлагаешь мне убить ребёнка.

— Да брось! — отмахнулся он. — Не драматизируй. Абортивные таблетки на то и существуют. В штатах не запрещено избавляться от лишнего груза в виде спиногрыза. Тем более я уже объяснял, что готов быть папочкой, просто не для чужого щенка.

Психопат — по-другому я его назвать не могла — с какой-то детской искренностью предполагал, что план идеален и в нём нет подводных камней. И пусть ему на самом деле претила мысль становления отцом, ради денег он был готов пойти на любые жертвы.

— Первенца ты родишь от меня, а дальше... трахайся, сколько влезет. Я не буду против. Больше того скажу: по своей натуре я не ревнив.

— Чего в словах «я буду мамой» тебе было непонятно? — произнесла я размеренно с полной уверенностью в себе. Лицо Нейтона исказилось и приняло знакомую гримасу злости. — Я не выпью таблетки и никогда добровольно не стану убивать своего ребёнка, потому что я хотела его!

Не знаю, то ли присутствие Чарли внушило мне непомерную, однако глупую отвагу, то ли разбитое выражение лица Нейтона, когда он вошёл в комнату.

— Сделать правильный выбор никогда не поздно. Даже для такого человека, как ты. — более спокойно добавила я.

— Кажется, это ты до сих пор не поняла одну примитивную истину. — раздраженно фыркнул он в ответ. — Будь на стороне весов дюжина больных матерей и неродившихся маленьких щенков, коего ты вынашиваешь, я бы всё равно выбрал бабки. Потому что деньги лечат больных и немощных, а щенков превращают в подобие людей со средним IQ. Вот она суть выбора. И если для этого мне нужно, чтобы ты пожертвовала чем-то, я буду рад посодействовать. — Он окинул беглым взором бетонные стены, дав понять, что уже содействовал.

— Ты всего лишь продажный трус, который находит только Богу известные оправдания своим гнилым поступкам... — гнев полился из меня, и я не успела взять себя в руки, как Нейтон подлетел к кровати. Одной рукой он схватил меня за шею, а второй сжал волосы в крепкий кулак.

Он оказался быстрым. И кажется, решил доказать, что не является трусом, которым я его только что клеймила.

— Я бы мог пустить пулю тебе в лоб, сука! Прямо сейчас! — его рука сжала мою шею так сильно, что я почувствовала напор крови, вставшей в вене. Голова сжалась от давления, а в ушах запульсировало. — И никто бы не нашёл вас. Никто бы не пришёл на порог моего дома. Никто бы не подумал, что это моих рук дела...

Кроме Гарри, — подумалось мне.

Я смотрела в злые глаза Нейтона и не могла вздохнуть. Его рука чертовски сильно впивалась в мою шею.

— Отпусти её, — процедил Чарли, и не успела я даже перевести взгляда, как Нейтон, быстро выудив пистолет, щёлкнул предохранителем и приставил к моему виску.

— Дёрнешься в нашу сторону — и я вычеркну Джесси из своего списка потенциальных невест. Не более, чем свайпнуть в Тиндере.

— Думаешь, после всего она просто будет с тобой? — непонимающе задал вопрос парень.

Я едва могла моргать. Голова будто бы набирала вес, и я больше не в силах была держать её на своей слабой шее.

Нейтон заметил это и ослабил хватку. Тогда я вздохнула полной грудью и чуть ли не опьянела от того, как много воздуха оказывается мне необходимо для парочки секунд жизни.

— Думаете, это единственный рычаг давления? — ехидно передразнил он Чарли. — У Джесси ведь есть родители, которые как раз находятся в Штатах. Тут мне их достать проще, чем в Англии, например. Дальше по списку Дани и её такой милый малыш. — перечисляя моих близких, Нейтон упивался страхом, который разглядел в глазах. — Как только ты выйдешь за пределы этих стен, сделав аборт, конечно же, глупым будет с твоей стороны идти в полицию. Это ведь будет равнозначно прощанию со всеми, кого ты любишь, моя дорогая. Так что проще всего полюбить меня такого, каким ты меня сейчас видишь.

— Ка-жет-ся... — хрипя, я изо всех сил пыталась выговорить несколько слов, — ...тебя даже твои родители не любят...

Я усмехнулась и даже не успела оценить результат своих слов по его весьма невыразительной мимике. Резкий удар по лицу чем-то очень тяжёлым, казалось, на мгновение вырубил меня. Все мысли разом покинули мою голову. Я не помнила ни своего имени, ни то, кем являюсь. В каком мире живу.

Первым на ум мне пришёл большой сад с белыми розами. Дикими розами. Пышные бутоны. Полные цвета лепестки. И колючие, опасные шипы. Самые красивые цветы защищали себя самыми длинными иглами.

— Хей, белоснежка, пора просыпаться...

Жгучая боль пробудила меня. Я вскрикнула и почти заплакала. Только взгляд Нейтона не дал мне сподобиться жалости к самой себе. Я отплатила за дерзость.

— Повторишь то, что сказала?! — он дёрнул меня за шею так грубо, что хрустнул сустав.

Не услышав ни слова, он покачал самодовольно головой:

— Как я и думал.

С этими словами Нейтон толкнул меня назад, и я стукнулась о стену сзади. Этот удар был ничем по сравнению с тем, как он треснул меня рукояткой пистолета. Скула пульсировала, и сквозь эту боль я ощущала, как щекочет кожу скользящая вниз струйка крови.

Встав у дверей, он с пренебрежением окинул нас взглядом. Мы были его большой проблемой, вызывающей страх. А в страхе поведение таких приматов, как Нейтон Ривера, может быть непредсказуемым.

Сегодня он это доказал.

— Твоя мать будет жить, только если она выпьет таблетки. — Пачка абортивных пилюль полетела через всю комнату и приземлилась у ног Чарли. — Ты будешь жить, только если она выпьет таблетки. Как вам такие правила игры, детишки?

Он рассмеялся. Наглым образом расхохотался, не чувствуя ничего, кроме наслаждения от того, что натравливал нас друг на друга.

— Да начнутся голодные игры. Так ведь там говорили? Брехню про удачу упоминать не буду. Раз вы здесь — она вас давно покинула.

Довольный собой, он открыл дверь и исчез из нашего поля зрения.

Пока в моей голове гудело от боли и от полученной информации, скула пульсировала и неприятно ныла. Кажется, впервые за все прошедшие дни я наконец поняла, куда именно попала. И раньше-то было ясно, что это никакой не курорт, однако сейчас я чётко видела: Нейтон готов зайти настолько далеко, насколько посчитает нужным. Из сегодняшней ситуации я уяснила одно. Моральный компас Нейтона Ривера был сбит. Причём очень давно.

— Джессика, — в звенящей, напряженной тишине послышался голос Чарли. Моего сокамерника, — ты в порядке?

Я не ожидала почувствовать его прикосновение к себе. В голове вспыхнули воспоминания, как он гонял меня по всей квартире с одним единственным желанием — лишить свободы. Теперь будучи заложником в прямом смысле и переносном, он лишился преимущества. И неужели этот факт делал из нас друзей по несчастью?

Отдёрнувшись от его руки, я ответила:

— Не прикасайся ко мне! Никогда больше не прикасайся ко мне!

В глазах Чарли возникло грустное осознание. Ни общие обстоятельства, ни соседство не делало из нас приятелей.

— Твои трусливые поступки привели меня сюда. А их последствия — тебя. И то, что мы заперты в четырёх стенах, не заставит меня забыть, каким гнусным человеком ты себя показал. Так что если вздумаешь решиться хоть на одно поползновение в сторону этих таблеток или моего ребёнка, клянусь, от тебя не останется и мокрого места.

Отчеканив, я притянула простынь, которой обычно прикрывалась, к скуле и приложила к ране. От лёгкого прикосновения под кожей заныла каждая клеточка. Я отбрасывала от себя мысли о синяке, который через несколько часов явится на моё лицо. Мне нужно было выбираться.

— Я и не думал даже... делать эти поползновения. — негромко и хмуро произнёс он в ответ.

Стараясь не обращать на него внимания, но при этом держать в поле зрения, я взглянула на простынь. Чёрт, кровь текла сильно.

— Если хочешь, можешь забрать таблетки и положить их вне зоны моей досягаемости.

Периферийным зрением я заметила, что он почти беззвучно поднял коробочку и переместил на кровать.

Впервые я задумалась над тем, где он будет спать. Тут не было второй кровати. Не было даже матраса или подушки. Скорее всего, Нейтона совершенно не волновали подобные мелочи в виде комфорта других людей. Ему важны были деньги.

Чарли заговорил вновь:

— Полиция ищет тебя. Усиленно. — будто бы зная, что меня волнует та жизнь за пределами бетонных серых стен, которой меня лишили, он решил дать мне необходимую информацию. — Началось всё с обыска квартиры, затем копы побывали в цветочном и оранжереи. На днях явились на инвесторский вечер Стайлса. Временно взяли под стражу Нейтона. Поэтому он такой... взвинченный и ненормальный.

Как будто он был другим в остальные дни!

Прозвучавшая фамилия Гарри заставила меня замереть. Меня будто обдало морским бризом. Освежающим. Приводящим в чувства. Я знала, что он ищет меня.

— Ничего себе, — удивление, прозвучавшее в его таком спокойном голосе, вынудило меня повернуться к нему. Чарли, прислонившись спиной к стене, сидел на полу расслабленно и умиротворённо. Ссадины на его лице уже расцветали. — Это его ребёнок?

Прозвучавший вопрос привёл меня в чувства. Страшась, я перевела испуганный взгляд на камеру. Индикатор всё также моргал. Съёмка велась без пауз.

— Звук она не записывает, — произнёс парень, перехватив мой взгляд. — Да и по большей части за тобой наблюдал только я. У Нейтона нет на это времени. На территории парочка охранников, которым заплатили за то, чтобы не они задавали вопросы. Так что в случае облавы они скорее свалят на все четыре стороны, чем будут защищать Нейтона и его собственность.

С простотой душевной он выкладывал мне весьма полезную информацию. Однако я не торопилась ему верить. Вдруг Нейтон послал его сюда, чтобы поиграть со мной или выведать какую-то информацию. Так что просто поверить в то, что камера не записывает звук, я тоже не собиралась. Поэтому продолжала молчать.

— Впервые я заметил его спорткар недалеко от входа, когда возвращался домой. Дорогих тачек полным-полно в Майами, но такой, как у него, я не встречал ни разу. Всё-таки правду говорят, что существует разница между миллионером и миллиардером. — Он давал мне понять, что знал обо всём с самого начала. — И как-то раз я видел вас вместе. Это не показалось мне странным, так как я знал, что вы познакомились. Однако, задержав взгляд...

Я перебила его.

— Хватит.

— Задержав взгляд, я увидел нечто большее в глазах Стайлса. Вот что показалось мне странным. Нежность и трепет в глазах того, кто преимущественно излучает одно недовольство. И всё же...

— Прекрати. Мне не нужны твои домыслы.

— И всё же даже в этот момент я не подумал о чём-то большем. Стайлс ведь мог пребывать в приподнятом настроении, не так ли? — Чарли не намеревался останавливаться в своих признаниях. И по всей видимости, его никак не волновали мои призывы. — Пока ты не обмолвилась тем, что достанешь любые деньги, лишь бы я помог. Тогда мне пришлось убедиться и проверить свои догадки. И что же я узнал? Вчера Гарри Стайлс по счастливой случайности находился рядом с участком, где опрашивали Нейтона. Что же это: праздный интерес к судьбе потенциального партнёра? — размышлял он вслух, пока я не отрывала глаз от его преспокойного профиля. — Или переживания о возлюбленной?

Карие глаза обратились ко мне с вопросительной деликатностью. Но я продолжала молчать. К чему признания в том, что он прав? Мы были заложниками одной и той же ситуации. Так что внезапно приобретённое Чарли знание о моих далеко не платонических отношениях с Гарри не вызволит нас из заточения.

— Ты могла бы сказать Нейтону об этом. Велика вероятность, что тогда он хорошенько обдумает свои поступки, взвесит последствия и придёт к единственному правильному выходу. — Чарли не сомневался ни капли в своей правоте. Кажется, ему сложно даже было представить, что он допустил ошибку в своём анализе.

— Какому?

— Молить о пощаде. — безмятежно подвёл итог и откинул голову назад на бетонную стену. — Каждый миллиардер обладает определённой властью. Властью денег и знакомств. Ради возмездия каждый первый миллиардер пустит свою власть в нужное русло, чтобы добиться справедливости. И что-то мне подсказывает, Стайлс не каждый первый. Он — то самое редкое исключение из правил.

Чарли хмыкнул.

— Часто ему плевать на справедливость и навязанные правила игры. По крайней мере, так пишут, да и сам Нейтон подобным образом отзывался о нём. Что мы получаем в итоге? Беременную наследником большой империи девушку. Неприятеля. Ссадину на твоём лице. Недоедание. И получаем возмездие самого могущественного бизнесмена, который, не моргнув, сотрёт город. Так что на месте Нейтона я бы молил о пощаде. Как собака, пузом к верху.

Я не собиралась принимать в полное внимание этот вывод. Чарли пусть в каких-то аспектах жизни и знал Нейтона лучше меня, но я увидела монстра, который терял голову при страхе. Паника овладела им, и он тут же был готов к уничтожению тех, кто косвенно мог являться угрозой. Поэтому моё лицо саднило. Поэтому я была на первой стадии обезвоживания. Поэтому оказалась узницей здесь.

— Чем раньше он перейдёт к выпрашиванию индульгенции, тем выше его шансы на выживание.

Сравнение Гарри с Богом показалось мне уморительным, однако я как никто другой знала, насколько страшна может быть его кара.

Оказавшись здесь по своей вине, я могла выбраться только благодаря Гарри. Да, было что-то в этом схожее с божественным вмешательством.

— Не надумывай себе ничего. — единственное, что произнесла я и окончательно отвернулась от парня, перекатившись на ту сторону кровати, где он ни за что не достанет меня.

— Джессика, ты имеешь полное право не верить мне.

Как будто я в этом сомневалась!

— Я совершил ошибку, когда согласился участвовать в плане Нейтона. И мне никак не оправдать себя за то, что я напал на тебя. Я помог ему. Поэтому ты здесь. И мне правда искренне жаль.

— Ну хоть это ты понимаешь. — негромко отозвалась, смаргивая слёзы, быстро скапливающиеся в уголках глаз. Жалость мне сейчас была ни к чему! Однако именно из-за неё я чувствовала себя такой уязвлённой.

Чарли ничего не ответил. Уверена, он знал, что извинения эти были никчёмны. Это бы ничего не исправило. И всё же, задумалась я, его пребывание может сыграть мне на руку.

Гонимая сомнениями и недоверием, я знала, что не смогу сейчас просто задать вопрос в лоб. Но и время, казалось, утекало, как песок сквозь пальцы. Налаживать мосты и проверять его на вшивость — такой возможности у меня больше не было. Я хотела вернуться домой. И я не собиралась пить таблетки. Эти два факта были настолько истинными, что я строила на них свою жизнь сейчас, как на священных столпах. Поэтому глупо было бы отказываться от будущего только потому, что я хотела добавить третий столп, который гласил: «Не доверяй Чарли».

— Вот возьми, — я протянула простынь, которую сорвала с матраса и подушку.

Повернув голову, он непонимающе нахмурился.

— Не стоит...

— Ты мне ещё нужен, потому я не могу позволить тебе простудиться на холодному бетоне. Так что бери. — я сунула вещи в его протянутые руки и вновь отодвинулась к другому краю кровати.

— Но как же ты?

— Без подушки не умру. — буркнула в ответ и легла на голый матрас.

Свет погас как раз вовремя. Но я всё же прикрыла глаза, прячась под простынью. Так мне становилось легче — когда камера на могла заснять всех моих эмоций на лице. Я будто была в безопасности.

— Спасибо, — я отчётливо услышала благодарность и почувствовала, что он имел её в виду. Было что-то в его голосе отчаянное и трепещущее. Наверное, он не ожидал, что я буду столь добра после всего того, как он поступил со мной.

Но я не хотела быть похожим ни на него, ни на Нейтона. Я хотела остаться милосердной и... человеком.

— Кстати... я покормил кота.

***

О том, что наступило утро я поняла тогда, когда включился свет. Однако проснулась я примерно за час до этого. В тишине, пока я лишь гадала, какой был час, по комнате проносились звуковые волны тихого похрапывания Чарли. На удивление, он спал крепко, как будто это была не камера, а пятизвёздочный номер отеля. И лежал он не на полу, а на самом мягком матрасе. В свою первую ночь, когда я не была накачана препаратами, спалось мне тревожно. Казалось, каждые двадцать минут я вздрагивала и ворочалась, вглядываясь в беспросветную темноту в поисках Нейтона или кого-либо ещё.

Чарли совсем не мучился обстоятельствами. И он даже не вздрогнул, когда дверь открылась, и кто-то, уже не он, внёс еду. Зажмурив глаза, я лежала спиной и делала вид, что сплю, хотя уверена, что напряжение в моём теле читалось за милю. Послышался стук подноса о поверхность тумбы. Но мы «не проснулись». Тогда дверь вновь закрылась. Оставшись в тишине, вновь наедине со своим страхом, я поклялась, что в следующий раз, когда эта дверь откроется, я приложу все усилия, чтобы оказаться по другую сторону. И нет, дело будет не в туалете и не в чистке зубов.

Спустя какое-то время я зашевелилась. Повернувшись лицом к комнате, я обнаружила, что Чарли смотрел на меня. Чёрт! Кажется, я пропустила момент, когда он проснулся, а похрапывания стихли. Задерживать взгляд на нём мне совершенно не хотелось, поэтому я быстро нашла, на чём сфокусироваться.

Порция свежей еды почти заставила меня озвереть. Достаточно было одного вида. Однако быстро я сообразила: порция-то всего одна. Плюс-минус по объёму такая же, как вчера. Но нас стало двое.

Хмыкнув, я сразу поняла, что это лишь дополнение к кровожадному плану Нейтона. Он намеревался нас стравить друг с другом. Через голод. Через жажду.

Вперив глаза в бутылку с какой-то розоватой жидкостью, я хотела наброситься и на неё тоже. Несколько дней полузасухи почти свели меня с ума. И в этот раз я вынуждена была посмотреть на своего соседа.

— Ешь всё. Тебе нужнее, — взглядом он указал на мой плоский живот и отвернулся, по всей видимости, не особо желая смотреть, как я буду уплетать за обе щёки.

— Уверен? — зачем-то переспросила в ответ. — Мы могли бы разделить пюре и... — вновь бросив взгляд на тарелку, я удивилась, как подобие мяса не вызывало во мне тошноту. — ...котлету.

— Не сегодня. Ешь.

Тогда я взяла ложку и зачерпнула слишком густое пюре. Чарли встал на ноги и решительно взялся за разминку. Я тоже так делала. Первые несколько дней, пока были силы и энергия. Сейчас я едва поднимала ложку с пюре и несла ко рту. В пальцах появилась дрожь.

— Что с твоей мамой? — первой заговорила я.

Прозвучавший вопрос заставил парня остановиться и прервать потягивания.

— Я имела в виду... Чем она болеет?

— Рак толстой кишки. Вторая стадия. Выявили совершенно случайно и не так давно, — словно робот, он отвечал мне стандартными подготовленными фразами.

— Хорошие прогнозы?

— При должном лечении — да.

Он сжал челюсти, отчего желваки надулись под кожей. Тема была для него более, чем сложной.

— Гарри оплатит лечение, если мы выберемся отсюда. — заговорила я, чем рисковала, раскрывая и подтверждая наши отношения. — Но ты должен мне помочь.

Чарли ничего не ответил. Он сложил простынь, кинул её на подушку и сел. Он молча посмотрел на меня, оставив тишину висеть между нами. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как приступить к еде. И чёрт бы её побрал. На вкус она показалась мне великолепной. И дело крылось не в навыках повара, а в том, какой на самом деле голодной я была.

— С побегом могут быть большие проблемы. Во-первых, на территории дома, как я говорил вчера, есть охрана. Их не так много, но уйти незамеченными у нас вряд ли получится. Во-вторых, мы находимся в подвале, войти и выйти из которого можно только с кодом-паролем. Каждый раз, когда я спускался к тебе, Нейтон чаще всего дистанционно вводил код. По интерфейсу экрана у двери могу только сказать одно: нам нужно всего четыре цифры. Как понимаешь, вариантов слишком много, чтобы методом тыка ввести нужный. Да и неясно, что будет, если мы введём неверный.

Ситуация ухудшилась на глазах.

— И ты ни разу не видел, как он вводит код?

— Он очень скрытный, разве ты ещё этого не поняла?

— А ты разве ещё не понял, что я ничего не знаю о нём? — фыркнула в ответ и отвернулась, переведя взгляд к тумбочке.

Значит, Чарли был бесполезен всё это время.

— Тогда, — неуверенно произнесла, — нам нужно передать сообщение. Дать понять кому-либо, где мы находимся. И кто-то придёт на помощь!

— Наша проблема — дверь. Мы не сможем позвонить или поговорить с кем-нибудь, пока не найдём способ раздобыть код.

— И какой твой план? — я буркнула, чувствуя, что сильно недовольна тем, как он отметает каждую мою идею.

— Стар, как мир. Ты отвлекаешь. Я делаю всё остальное. — пожав плечами, он казался мне таким спокойным, что я действительно сомневалась, будто он он здесь против воли.

Его глаза устремились к бутылке с розоватой водой. Прищурившись, он изучал её внимательным взглядом. Мне даже почудилось, будто он собирался попросить меня поделиться.

— Впервые не вода? — не знаю, зачем именно, но Чарли решил уточнить.

— Вроде как, — я дёрнула плечами в пренебрежительном жесте. Ему ведь должно было быть виднее, что я пью и ем впервые.

— Можно? — он протянул руку. Цепь всё равно не позволила бы ему приблизиться к тумбе.

Я взглянула на парня, и в моих глазах он быстро прочёл недоверчивость. Я хотела выпить всё сама.

И всё же я не произнесла ни слова. Не знаю, с чем это точно было связано. Но явно не с щедростью. Однако было что-то в его задумчивом, любопытном взгляде. Поэтому я передала ему бутылку.

Чарли внимательно присмотрелся к ней. Открывать не стал. Хотя выглядела жидкость крайне привлекательно. Я знала, что она должна быть сладковатой. Возможно, это был морс или разведённый сок.

Он поднял её к лампочке на потолке так, чтобы свет прошёл насквозь. Морщинка пролегла между его бровями, когда парень нахмурился сильнее. Тогда он и решил открутить крышку, но набрасываться жадно не стал. Мне даже показалось, что Чарли едва промочил язык, сунув его в горлышко. И сразу сплюнул на пол.

— На твоём месте я бы это не пил. — он закрыл бутылку и не торопился возвращать её мне.

— Считаешь, Нейтон что-то подмешал? — слегка недоверчиво вопросила я.

— Во-первых, на свету видны нерастворённые крупные остатки чего-то непонятного. На вкус, несмотря на сладость, слегка горчит. Скорее всего, он сменил воду по одной причине.

— Чтобы скрыть вкус, — закончила я за него, логично подведя итог.

— Получилось так себе. — немного лениво пробормотал Чарли. — Нехватка воды длится уже несколько дней. И это чертовски плохо. Убивать он тебя не собирается, как мы уже поняли, но... такой стресс для организма негативно повлияет на ребёнка.

Это я знала и без него. Но он сам уже сказал: всё упиралось в чёртову дверь, код от которой нам никогда не раздобыть.

— Джессика, как далеко ты готова зайти? — Чарли задал вопрос в лоб, перестав ходить вокруг да около. Да и его проницательность меня слегка раздражала. И всё же... другого более подходящего союзника у меня под рукой не было. Был только человек, принесший меня в логово больного ублюдка.

Чарли качнул головой, увидев, по всей видимости, в моих глазах отчаяние и готовность.

— Возможно, нам придётся покончить с ним.

— Спрашиваешь, готова ли я убить Нейтона? — холодным тоном переспросила. Чарли кивнул. — Другого выхода у нас ведь нет.

Подписывайся на мой телеграм-канал: https://t.me/vasha_vikusha