"Танец надежды"
Глава 5: "Танец надежды"
I
Тонкий силуэт молнией проносился меж ветвей, оставляя на листьях лишь колыхание воздуха с запахом цветущей липы. Девушка явно спешила, широкими шагами пересекая еле видные лесные дорожки. Рыжие волосы были, как обычно, подобраны лентой голубого цвета, ставшей тёмно-синей от впитавшегося пота. Одета она была по своему вкусу: шелковая рубаха, поверх которой струился изумрудный плащ, что сливался с листвой. Лишь юбку она сменила на просторные коричневые штаны, заправленные в высокие сапоги. На спине покоился верный футляр с флейтой.
Лета на всех парах неслась в сторону дома. Её светло-зелёные глаза горели злобой и некоей обидой, что бывает у детей, которые столкнулись с небывалой несправедливостью. Пухлые губы были плотно сжаты, a курносый нос был вздёрнут вверх, довершая образ взрослого ребёнка. Но те, кто был ей близок, знали, что это лишь ширма. За этим взглядом скрывалась мудрость веков, что достались по наследству её происхождения. Ей было уже двадцать шесть - в родном Эксане она уже считалась «пожившей» на этом свете, a для других Дзынов и вовсе была наравне с мудрейшими из пращуров.
В десятке метров от неё были слышны шаги потяжелее – средь листву мчался мужчина средних лет. Он был так же изящен, ступая по утоптанной земле потаённой дорожки, в попытке не побеспокоить деревья. Злато растрёпанных волос, струившихся до спины, местами сверкало прожилками серебра. На лице красовалась неаккуратная борода цвета намного более тёмного. Это было крайне необычно для Дзынов, ведь те считали растительность на лице варварством и признаком дурного воспитания.
Мужчина бы не отставал от Леты, но его тяготил инструмент, что покоился в чехле на спине, ремешком пересекавшим грудь. Внутри покоился Эвренсаль – высшая музыкальная ценность Дзынов.
Внезапно, девушка остановилась как вкопанная и застыла на месте. Мужчина догнал её. Она остановила его рукой. Лета припала к земле, принюхиваясь, затем встала и достала флейту.
- Они уже здесь. – Сказала девушка практически шепотом.
- Мстить пришли?
- Само собой, Алай. - Лета положила ему руку на плечо и потянула вниз. Они присели, скрывшись за кустами. - Сколько же мы могли с тобой им портить кровь безнаказанно?
- Так говоришь, будто у их и сейчас получится нас наказать. – Голос отца семейства Саэ звучал ободряюще для девушки.
- Лес беспокоен, трава и листья потревожены, но следов мало. – Флейта провела рукой по влажной почве, на которой виднелись следы тяжелых сапог. - Может Эйдов не так уж и много?
- Нельзя уповать на случайности. – Ладонь Саэалая легла на рукоять клинка, что покоился в ножнах.
- Ты прав. Зайдём с двух сторон. Разделимся прямо тут. – В глазах девушки появились слёзы. – Лишь бы они не нашли его.
- Эй, Флейты, ну ты чего? – Алай обнял девушку за плечи и прижал к себе. – Я помню тебя с малых лет, и ты никогда ничего не боялась – сейчас, не время. Помни – надежда превыше всего.
Лета посмотрела в глаза друга и кивнула, улыбнувшись. Обнажив оружие, они разбежались в разные стороны. Флейта покинула футляр на спине – выглядела она иначе, чем обычно, будто бы её сплавили с большим куском металла.
Аккуратными шагами она двигалась в сторону своего дома, что был в огромной опасности. Словно капля росы, что катится по травинке на рассвете, она лавировала меж деревьев, едва касаясь листвы. Вскоре перед ней открылась большая поляна, в центре которой покоился огромный дуб, что сложил свои ветви на землю, скрывая жилище Флейты.
Вокруг древа стояла толпа Эйдов. В руках они сжимали топоры, мечи и длинные трубы, что назывались в Орте ружьями – одно из тех изобретений, что стало возможным после открытия взрывного порошка. Автором этого чудовищного вещества была некто по имени Вид-Ойма. Именно она была первым Эйдом, что пустили жить в Эксан, признавая её заслуги.
«Удавила бы голыми руками» - гнев и злость по отношению к Вид-Ойме переполнял Лету при взгляде на орудия смерти в руках коротышек. Флейта узнала про горе изобретательницу во время последней вылазки в Орту.
***
Девушка была плотно укутана в любимый плащ. Лошадь несла её по заброшенной дороге, ведущей в горы. На границе секций всегда было неспокойно, так и сейчас тут бушевал пронизывающий иглами холода ветер. Флейта знала все пути между регионами диска, поэтому без трудностей нашла этот. Она бросила взгляд назад, где цветущей долиной расстилалась до самого края Окайма – вечнозелёная, но уже не такая мирная, как прежде.
Лета нежно провела пальцами по шее животного, и лошадь помчалась галопом вперёд. Вскоре она миновала перевал и начала спуск вниз. Пейзаж по сторонам от неё резко переменился – лес не дышал той жизнью, что на родине Дзынов. Животных было практически не видно, дорогу то и дело перегораживали рухнувшие деревья. Кора их давно отвалилась, обнажив тоннели, сделанные насекомыми. В некоторых местах в небо устремлялись лишь короткие пни целых рощ, вырубленных Эйдами.
«Вот что бывает, когда Арсури прогоняют с их земель» - подумала Флейта.
Девушку дернула поводья вправо, и лошадь устремилась прямо в чащобу. Им пришлось сбавить темп – стволы упавших древ укрывали землю, мешая проезду. Некоторые из них стояли криво, наклонившись, a другие обломились у корня и опёрлись на соседей, медленно утягивая их за собой, к земле. Рваными клочками неопрятная трава вырывалась наружу из-под завалов. Аккуратно перебирая копытами, всадница ехала вглубь леса.
Вскоре она остановилась. Сухие ветки треснули под её сапогами, когда она спрыгнула с лошади.
«Не было тут такого запустения в прошлый раз»
Взяв поводья в руки, она повела скакуна за собой к небольшому домику, спрятанному среди престарелых берёз. Ступив на порог, она вытащила небольшой ключ из походной сумки и несколько раз провернула его в замочной скважине, тихо напевая песню. После этого, дом будто бы вздохнул, раскрыв себя хозяйке. Древа подняли наверх свои ветви, что прежде закрывали крышу и окна от взоров посторонних.
Флейта потянула дверь на себя, но та не поддалась. Девушка ухватилась за ручки и слегка приподняла её, после чего, уже, смогла войти.
«Совсем просела от дождей и гнили»
Внутри пахло сыростью и плесенью. Нога Леты провалилась вниз через одну из треснувших половиц. Под ней разбежались тучи мокриц и прочих насекомых, что любят влагу и темноту. Девушка недовольно почесала расцарапанную лодыжку. Солнце проникало в дом через окна и прорехи в крыше.
- Надо было Алая с собой брать, хоть подлатали бы хату. Совсем скоро развалится. – Сказала Лета сама себе и повалилась на кровать, что стояла в углу, рядом с небольшим камином. – Немного поленюсь и пойду работать.
В следующие несколько часов дом наполнился запахом горящих берёзовых поленьев. Флейта сидела на мягком коврике, что покоился в небольшом чулане. Пальцами она ловко срывала кору, подбрасывая её в огонь камина. Пламя моментально схватывало её, наполняя хату приятным треском. Всё вокруг постепенно прогрелось и запах сырости отступил.
Девушка занялась рутинными делами – поставила в огонь глиняный горшочек, что ей вручили в деревне Звездоглядов перед отъездом. Заговорённая песнями Дзынов посуда была необычайно крепкой и долго держала еду или напиток внутри тёплым или прохладным. За домом Лета заглянула в ветхий сарайчик.
- Сухо! Отлично! – Обрадовалась она и прошла к рядам огромным бочек. Внутри одной из них она зачерпнула овса и насыпала еды лошади. Флейта наполнила всю кормушку доверху – далее она пойдёт пешком и вернётся лишь через несколько дней.
Зайдя обратно внутрь, девушка проверила оружие. Два изящных кинжала, покрытых надписями на древнем Эксанском наречии опустились на кровать. Посередине легла расписная флейта, которой Лета и была обязано своему второму имени. Встав перед ними на колени, девушка начала тихий напев. Проводя пальцами по металлу клинков, она словно растапливала его, направляя на инструмент. Жидкость охватывала флейту, переплетаясь с её деревянной основой, сделанной из давно погибшего клёна. Вскоре металл распределился на трубке ровным слоем узоров и замысловатых клапанов. Оставшиеся рукояти кинжалов оказались из того же материала, что и сам инструмент и Лета приладила их к нему, дополнительно удлинив.
Весь процесс утомил девушку – прерывистое дыхание и вспотевший лоб выдавали её усталость. Флейту нужно было подготовить к возможному бою, a ничто не улучшает боевые качества инструмента так, как металл. Варварский минерал, без которого, тем не менее, Дзыны не могли обойтись.
Сняв с огня горшочек, Лета достала из походной сумки деревянную ложку и принялась ужинать, буквально сметая содержимое. Поев, она взобралась на кровать и провалилась в сон.
***
Эйды облепили дом Флейты, но никак не могли понять, что им делать дальше. Дуб был оплетён слишком сильной музыкой, чтобы просто прорубить себе путь топорами. Но низкий народ пришёл сюда не вырубать лес. Они искали то, что было внутри. A вернее того, кто был внутри.
Лета отыскала глазами Саэалая – он сидел напротив, спрятавшись в кустах, с клинком наготове. Лицо его выражало смертельную решимость помочь девушке во всём на свете.
«Старый добрый друг
Как много выпало нам бед»
В её памяти мелькнули моменты далёкой уже юности, когда они втроём – Лета, Ада и Алай – путешествовали по диску в поисках приключений. Девушка злобно выдохнула – сейчас их было лишь двое.
Осмотрев толпу недругов, девушка взглядом нашла командира - плотную широкоплечую женщину. Лете она казалась квинтэссенцией всего ужасного и варварского, что было в Эйдах: низкая, даже по меркам её народа, с толстыми уродливыми руками, что оканчивались короткими кривыми пальцами. Командир сняла шлем, держа его у пояса, и обнажила массивную голову с коротко стриженными волосами рыжего цвета. Они торчали во все стороны, словно иглы у ежа.
Солдаты стояли вокруг нее не смея сказать лишнего слова или сделать лишний вдох. Командир молчала, обдумывая дальнейшие действия, и никто не смел её отвлекать. Было видно, что это был не страх, но уважение, как относились обычные воины к могучей женщине.
- Эта выглядит опасно. - Почти шепотом сказала Лета. - Её убьем первой.
Жестом девушка указала Алаю на командира и тот согласно кивнул. Далее мужчина приложил руку к голове и махнул ей в сторону Леты.
"Я начинаю. Я знаю"
Флейта приблизилась к её губам. Девушка сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, подготавливая дыхание к бою. Сердце в груди начало биться быстрее, разгоняя вибрации, что через пару секунд передадутся в музыку через инструмент.
Лёгкая мелодия заструилась меж листьев, вытекая на поляну, где стоял дом Леты. Воины Эйдов мигом насторожились и начали высматривать по сторонам - они знали, что в Окайме музыка просто так не играет.
"Хватайтесь за головы, коротышки. Все равно не увидите"
Солдаты стали массово сбрасывать с себя шлемы, что стали им давить. Воздух вокруг Эйдов уплотнился, стал густым и вязким.
- Не сметь! Надели обратно! Вам жить надоело? - Крикнула командир и водрузила шлем на прежнее место. Она и её солдаты корчились от боли, но последовали приказу, не став сбрасывать броню. Все Эйды разговаривали на чистейшем Дзынском.
"Ладно, ладно, низкорослые. Как вам такое?"
- Ружья! Залп! - По команде главного стрелки выстрелили в сторону леса, абсолютно вслепую. Один из металлических шариков переломил молоденькую берёзку, что росла рядом с деревом, на которое взобралась Лета. Свысока она отлично видела всех врагов разом.
"Ничтожества!" - Вспылила она и заиграла громче.
Над солдатами начала сгущаться настоящая туча. Резко запахло свежестьб, а вокруг Эйдов начали мелькать крохотные всполохи молний.
Музыка была звуком, звук передавался через воздух, и Дзыны тысячи лет совершенствовали свое мастерство работы с ним. Можно было сгустить облака, чтобы вода обильным дождем пролилась на посевы, спасая их от жары. А можно было разрядить воздух и спровоцировать грозу, чем сейчас и занималась девушка.
Словно кукловод, она аккуратно собирала воинов в кучу, чтобы те, сторонясь уколов молний, стояли как можно ближе друг к другу.
В центре испуганной толпы стояла командир, невозмутимо вглядываясь в чашу. Паника среди воинов начала нарастать, когда их уши начал резать ужасный свист. Воздух и молнии засасывало в небольшую сферу, что висела меж Эйдов.
- Что нам делать? - Выкрикнул один из солдат.
- Дай ружье! - Крикнула ему командир. Он повиновался приказу и подал ей орудие.
Флейта готовилась претворить в план в действие, но почувствовала на свете мерзкий, злобный и, буквально, осязаемый взгляд.
- Я нашла тебя! - Взревела женщина и выпустила металлический шарик.
Крохотная сфера в этот момент разорвалась на куски, раскидав Эйдов в стороны. Молнии пронизывали их тела. Безобразной кучей они, задевая друг друга, валились с высоты на землю, ломая конечности. Тяжёлые доспехи не позволяли им быстро подняться, сковывая движения.
Но триумф Леты был сиюминутным - снаряд прошил её плечо, вонзившись в дерево позади. С криком она здоровой рукой ухватила флейту, боясь ее выронить, но лишь потеряла равновесие. Сломав несколько веток, она ударилась оземь.
Боль. Пронзительная боль. Дзыны не были к ней привычны, поэтому даже небольшие травмы приводили из в состояние первобытного, цепенящего шока и страха. Жизнь в солнечной Окайме огораживала их от подобных испытаний, но война всегда врывалась без приглашения.
Почти теряя сознание, она услышала где-то в стороне слова Дзынской атаки: "ВО-БА-ДО!". Алай бросился расправляться с жалкими остатками Эйдов, что лежали на поляне перед домом Леты. Ее атака сбила их с ног и повалила с треском на землю, словно топор гнилое дерево. Сквозь боль она улыбнулась.
Несколько минут она лежала без движения, но внезапно наступившая тишина насторожила её. Оперевшись на здоровую руку, она начала подниматься. Все вокруг было мутным. В висках затрещали кости и её глаза были готовы взорваться от напряжения. Опираясь на ветви деревьев она следовала вперёд, не силясь выпрямился во весь рост - голова раскалывалась, а рана на плече будто затягивала всё тело внутрь кровоточащего отверстия.
Солнечный свет ослепил Лету, когда она ступила на поляну. Её колено пронзила острая боль от удара тяжёлой дубиной. Она вновь рухнула на землю, но в этот раз её падение смягчила трава. Тяжёлый сапог со свистом влетел ей в живот. Девушка не могла не то что закричать, даже вдохнуть. Несколько пар рук схватили её за плечи и начали тащить в сторону.
Лета почувствовала, как её швырнули в сторону. Лицом она зарывалась в теплый песок, который в этих краях заменял обычный чернозём. На её плечо легка знакомая рука с длинными пальцами.
- Лета, ты как? Что с тобой, где болит? - Раздались слова Алая.
"Беспокоится, как за своего ребенка" - мелькнуло у нее в голове.
- Плечо и нога, не чувствую вообще. Боль...жут-кая... - глаза открыть не могу...никак. - Выдавливала она из себя слова.
- Лучше тебе не смотреть. - Саэалай говорил абсолютно безнадежно. - Командир их идёт. Ты молчи, я на себя всё возьму, может они тебя пожалеют.
- Не смеши меня. Какая жалость может быть среди чудовищ? Даже у животных есть понятие чести...
Железный сапог обрушился на грудь девушки.
- Нет! - Прокричал Алай, но его сразу же образумили солдаты, использовав свой любимый метод - удары дубинами.
- Леалета, что кличут Флейтой, - прозвучал низкий неприятный голос командира, - наконец-то, я тебя поймала. Хан давно уже тебя ищет.
Слова Эйдки разожгли давнюю злобу в душе девушки и она попыталась открыть глаза. Лета никак не могла прийти в себя, но в этом ей помогла огромная женщина, что нависла над ней. Раскрутив фляжку, она вылила Флейте на голову непонятную вязкую жидкость. Попав в рот она отдавала мерзкой горькотой. Руки Эйдки потянулась к лицу Леты и насильно раскрыли ей глаза. Яркий свет слепил её, но она четко различала жуткий образ, что навис над ней.
- Хан Котлык повысит меня в чине, когда я притащу ему не только тебя, но и Саэалая! Жаль, что Саэаду не получится припереть - она уже подохла. А то, был бы комплект! - Алай вскочил на ноги, раскидав державших его воинов. Огромный кулак в данной рукавице обрушился ему на лицо и повадил обратно.
- Забирай меня и уходи. Его оставьте - над семьёй Саэ вы и так уже поиздевались вдоволь. - Голос Леты дрожал, но она старалась сохранять его спокойным.
- Так вы - просто добавка к главному блюду. Мы пришли сюда не за вами, а за НИМ! - Эйдка кричала прямо в лицо Флейте. - Где дух леса?!
II
Лета шла по лесу, стараясь не наступать на сухие ветки. Лошадь она оставила у избы, потому как дальше двигалась скрытно - никто не должен был найти её следов.
Орта сменила лето на осень. Листва уже раскраснелась, но ещё держалась крепкими ручонками за ветви. Редкие порывы ветра, что проносились через заросли, приносили прохладу, но сама земля, прогретая солнцем, дышала теплом. Дожди уже успели заявить о себе - два предыдущих дня мир провел под серыми облаками, которые проливались вниз монотонным стуком капель о листья и крыши. Летнее буйство с его бурями и смерчами уступило место мирному дождику, что сменялся душным паром от нагретой земли.
Полагаясь на свои глаза и руки, что ощупывали еле заметные метки на деревьях, Флейта двигалась к одному из самых чудесных мест Эйдского мира. Вскоре картины изломанного, брошенного всеми на произвол леса, сменились аккуратной идиллией. Деревья вокруг стояли ровно, ловя ветвями свет. Меж них пробегали тонкие линии дорожек, что были хорошо стоптаны. Вся гниль была убрана и на чистой земле всем буйством своей незыблемой силы разрослись ягоды и травы.
Меж деревьев зазвучал топот детских ножек. Детвора носилась под распростёртыми ветвями, играя в прятки. Те из них, что были постарше, едва завидев Лету, сразу же ринулись к ней.
- Тётя Флейта, ты пришла! – кричали они. Девушке пришлось сесть на землю, чтобы быть с ними на одном уровне – некоторые из детишек еле доставали ей до колен.
- Ну, я же обещала, малявки. - Шутливо отвечала она им. – Пойдемте в деревню, мне нужно поболтать со старшими. – Маленькая девочка протянула крохотные ручки к Лете и та подняла её вверх, усадив на шею.
Все вместе они вошли в живописную деревню среди древней чащобы. Во многом она была похожа на поселение Дзынов, но нельзя было не отметить одну отличительную черту – манию огромного. Жилища Эйдов были большими и всегда в несколько этажей, облепляя стволы деревьев. Будто бы маленький народ всегда ждал гостя повыше, или надеялся подрасти сам. Меж дома пролегали небольшие водные каналы, что шли от нескольких лесных озёр, возле которых и была построена деревня. Эйды мирно сновали по уличкам, молодёжь носилась, играя в догонялки, старики смотрели в небо, сидя на скамейках возле хат. В воздухе летала простецкая деревенская песнь, что так сильно напомнила девушке о доме:
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Как пойдём с тобой
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Дальнею тропой
Как во светлом лесу
На песчаном плесу
Жил да был наш народ,
И поныне живёт.
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Чистою водой
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Полон водопой
Как деляночку мы
Сохраним до зимы.
Что земля принесёт –
Наш живот сбережёт.
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Мы за край родной
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Выстоим горой
Как парным молоком
Напоим каждый дом,
Чтобы всякий малыш
Вымахал выше крыш.
Ой-и-а-ий-и-а-ой
За листвой густой
Ой-и-а-ий-и-а-ой
Наш пчелиный рой
Как во ближнем бору
Соберём поутру
Сладкий гречневый мёд
Ой, да на год вперёд
Ой-и-а-ий-и-а-ой...
Лета, расплывшись в улыбке средь окружившей её толпы, обратила все взгляды разом на себя. Народ сразу же заулыбался в ответ, признав старого друга.
- Как же поживает Арувирь? Не хворает? – Спросила она у древнего Эйда, что вышел ей навстречу из своего дома, стоявшего в прохладной тени возле озера.
- Арувирь жива и процветает, да всё не без твоих стараний и Арсури, будет долгим их век. – Ответил старик.
Говор Арувирьцев всегда удивлял Флейту. Когда на впервые их встретила, уже почти полтора десятка лет назад, она еле понимала их.Говорили они на Дзынском, как и все Эйды, но часто вкрапляли слова родного языка и необычайно тянули гласные, что делало их речь одной длинной песней. И Лета очень это любила.
- Говоря о последних – мне бы с ними переговорить. Лес ближе к перевалу совсем захворал. Может, они сдюжат и исправят? – Флейта заметила, что взгляд старика стал серьёзнее. – Что такое, Кавал?
- Они ждут тебя. У нас тут много чего произошло за последнее время, без твоей помощи не обойтись. – Нараспев говорил старец.
- Сломалось что-то? Или опять по лесам рыщут? Так я их прогоню, не беспокойся – инструмент с собой. – Лета показала на футляр с флейтой на спине.
- Этих напастей тоже хватает. - Старик, опираясь на резной посох, поманил её за собой. - Раньше было легче.
- У Эйдов новое оружие. Много Дзынов погибло при атаках на малые деревни. Мне кажется, - Лета прищурила глаза, устремила взгляд в гущу леса перед ней, - они готовятся к войне с нами.
- Как же порой мне бывает стыдно за свой народ, но корни есть корни. А что за оружие такое? - Кавал взял особо высокую ноту на вопросе.
- Длинные тонкие трубы, что они забивают черным мерзким порошком. Он создаёт взрыв, от которого во все стороны разлетаются металлические шарики. - Флейта показала руками то, как выглядело Эйдское ружьё.
- Ах, так ты об этом? Да уж, тяжёлое проклятие положила на земли Вид-Ойма своим порошком. - Старец умолк от пронизывающего взгляда Леты.
- Так вот кого стоит винить в этих разрушениях?
- Она, скорее учёная. Первая Эйдка в Эксане! - В голове у Леты все встало на места при словах Кавала.
- Чем они только думали, открывая ей двери?! - В голосе Флейты звучало почти детское возмущение.
- Вопрос к тебе. - Улыбнувшись, ответил старец. - Или к хану Котлыку. Она росла при его дворе...
- Она из Хайсита! - Воскликнула девушка. В её памяти возник образ ханского сына, что держал нож у её горла, грозясь прирезать её. - Из-за неё ты так обеспокоен?
- Нет. Всё серьезнее. Пойдём в рощу, сама обо всём узнаешь.
Ноги понесли их по знакомым дорожкам мимо домов. Народ улыбался и весело встречал гостью, по которой они все соскучились. За деревней шла роща, где было Эйдское кладбище – еще одно отличие от высокого народа. Деревьев тут было немного – они стояли вокруг курганов, что обозначали упокоенные здесь тела и души предков. Каждой семье – свой курган – в общей сложности, около двадцати возвышенностей. Все они были украшены деревянными поделками и засажены красивыми цветами.
Арувирь была одной из нескольких деревень тех Эйдов, что не захотели идти одной дорогой со своими сородичами. Шумные толпы городов, тонны камня и огни костров они променяли на мирное существование в родных глухих лесах, где их не мог никто найти. Кроме Дзынов и Арсури, конечно же. Именно духи леса увели этих Эйдов вглубь древних чащ и спрятали от всего мира.
На одном курганов стояло высокое существо. Трехпалые руки перебирали цветы. После каждого касания его когтей, растения распускались яркими бутонами. То был древний Арсури - Эрекс, один из тех, кто живёт с самого своего появления. Тысячи лет смазались уже в его памяти, но он был полон сил и энергии, дышал мудростью в каждом своем движении.
- Леалета, как хорошо, что ты пришла именно сейчас. - Сказал дух леса, когда они подошли к нему.
Флейта и Кавал отдали глубокий поклон мудрецу.
- Рада, что вы в здравии и как всегда за работой, дорогой Эрекс. - Девушка поприветствовала его, положив руки на плечи. Арсури проделал тоже самое.
Дух леса был очень древним, но крайне сильным. Все благодаря своей несмертной оболочке - бледную кожу скрывала надёжная костяная броня из темно жёлтых пластин, что плотно прилегали одна к другой. Огромную голову его, похожую на муравьиную, венчал рогатый шлем, что своими прорезями подчеркивал огромные глаза.
- Кавал сразу привёл меня к вам. Вы выглядите обеспокоенным. – Лета была удивлена - не часто увидишь то, как волнуется существо возрастом в несколько тысяч лет.
- Спасибо тебе, старейшина. Побудь с нами – тебе тоже следует слышать. – Рукой Эрекс позвал их поближе к себе и сел на траву. Гости последовали его примеру. Вокруг них появились силуэты еще двух Арсури. Они парили над землей на парах тонких стрекозьих крылышек. Они поднесли несколько горшочков с яствами: рыбной похлёбкой с травами, лесной земляникой и крепкой настойкой. – Спасибо вам, Мавка и Арий.
Флейта жадно обвела взглядом блюда, раскинувшиеся на поляне – она жуть как проголодалась.
- Разделите со мной этот стол. Чем богаты, как говорится. – Эрекс усмехнулся. – А настойка на травах лесных, крепкая. С дороги – самое то.
Довольная Лета широко улыбнулась.
- Вы как всегда, радушны. – Девушка поклонилась духу леса и приступила к еде. Жадно уплетая горячую похлёбку, а затем и душистые ягоды, запивая их терпкой настойкой, Лета даже позабыла, что её звали для важного разговора.
- Он здесь. – Сказал мудрец, как только Флейта отложила посуду. Её бровь вопросительно поднялась. – Стальм.
Глаза Флейты начали дёргаться в уголках. Она вскочила на ноги и сложила руки на груди, стараясь успокоиться. Вдохи и выдохи прерывистым потоком прорезали её нутро.
- Где? Где он? – Дрожащим голосом спросила она.
- Прости, я знаю, что тебе это приносит боль. – Ответил Эрекс. – Но без твоей помощи никак. Кавал, расскажи.
Старец пригладил бороду и начала рассказ.
- Неделю назад мы наткнулись на следы родичей – они прочёсывали восточную часть леса. Ты знаешь, как мы поступаем в таких случаях.
Лета кивнула в ответ на его слова.
- Но вместо группы разведчиков, мы наткнулись на целый лагерь – бревенчатую крепость. Мы поймали и допросили одного из стражей – внутри они держат пойманного Арсури, что носит огромную шляпу.
Взгляд девушки переметнулся к Эрексу.
- Это может быть только он. Вряд ли кто-то еще решился бы на вылазки в такое беспокойное время. – Ответил мудрец.
- Зачем он Эйдам? Почему не развоплотился? – Лета говорила, будто сама с собой.
- На первое ответить не могу, а вот второе – весьма просто. Стальм боится потерять ту личность, что жила все эти годы. Боится забыть тебя. – Слёзы текли из глаз Флейты. – Также, вероятно, они мешают ему это сделать, сковав по рукам и ногам.
- Это как-то связано с мерзкой Эйдкой-ученой? - Флейта еле сдерживала себя от того, чтобы пасть и разрыдаться.
- Возможно... - Эрекс задумался, - они проявляют нездоровый интерес к нашим народам.
- Что же нам делать? – Лета ладонями растёрла глаза, что они стали красными.
- Атаковать. Отбить его. Мне тяжело просить тебя об этом, но я не могу позволить умереть моему сородичу. Он может выдать расположение родового древа. – Руки девушки сжались в кулаки. – Ты ведь не знаешь где оно?
- Нет. – Солгала Флейта.
- Всё случится этой ночью. – Эрекс встал на ноги. – Кавал, подготовь отряд для отвлечения. – Мудрец подошёл к девушке почти вплотную и положил руку на щеку. – Они возьмёт внимание на себя, а ты проникнешь внутрь и вызволишь его. Хорошо?
- Угу. – Смиренно ответила Лета.
Ровно в полночь, когда шум утих в лагере Эйдов, Кавал и его дружина уже были на местах. У всех в руках были луки и стрелы, а на земле стоял горшочек, с вырывающимся из него пламенем. Лета ждала с другой стороны, готовясь играть свою музыку. Верная флейта прильнула к губам.
Десяток огненных снарядов улетел в сторону бревенчатой крепости. Языки пламени начали быстро распространяться по одной из стен, словно разливаясь по ней, как молоко.
Лета начала свой концерт. Над лагерем сгустилась грозовая туча, из которой вырывались небольшие молнии. Флейта спрыгнула с дерева и побежала к укреплениям Эйдов. Стража бросила ворота, убежав разбираться с отрядом Кавала. В руке девушки мелькнул бледный нож, что её дал Эрекс. Он был сделан из кости древнего сома, сотни лет назад жившего в могучей реке.
Ноги вели её аккурат в центр крепости. Боевой танец Дзынов звал её к тому, кого она боялась уже не встретить. По пути она встречала Эйдов, в хаосе сновавших меж построек, но их жизни мгновенно прерывались лезвием древнего оружия. След из мёртвых тел вёл в шатёр, обитый шкурами.
Не злость была источником той силы, что она вкладывала в свою музыку и каждый удар. Танец надежды, что так часто выручал высокий народ в беде, сопровождал любящее сердце к своей цели.
Внутри шатра была лишь одна Эйдка, что стояла возле огромной клетки, собранной из десятков крепких прутьев. В ней стоял высокий столб, к которому было приковано чудное существо. Тонкое тело, облаченное в рваные брюки и цветастый кафтан, было перевязано цепями, что сдерживали голову, руки и ноги. Шляпа, что обычно покрывала треугольную, как у богомола, голову, валялась комком в стороне.
- Мы обездвижили его, чтобы он не смог убить себя и возродиться и своего древа. - Средь треска пожара и хаоса вокруг раздался высокий, словно детский, голос.
Эйдка, что стояла перед клеткой, обернулась к Лете.
- Кто ты? Уйди прочь и я не трону тебя. - Флейта осмотрела девушку. - Мала ещё, умирать.
- А ты должно быть - Леалета, что кличут Флейтой. - Слова Эйдки мурашками пробежались по телу Леты.
"Её самообладание пугает меня..."
- Я представлюсь - меня зовут Вид-Ойма, я учёная и живу в Эксане, как ты когда-то.
Взгляд Леты метался между клеткой и девушкой.
" У меня нет времени на эту маленькую мерзость, Кавал не сможет сдерживать их так долго"
- Тебе следует умереть за свои преступления, но сейчас мне не до этого. Считай, что сегодня ты родилась во второй раз. - Флейта двигалась вперёд, пройдя мимо Вид-Оймы, словно её и не было в шатре.
Лета взяла Флейту и наиграла мелодию – прутья клетки разлетелись во все стороны, а путы, что держали пленника, рассыпались в пепел.
Обессиленное тело готово было рухнуть на землю, но девушка подхватила освобождённого духа леса.
- Стальм, это я – Лета. – Шепотом она сказала ему на ухо и поцеловала в щеку.
- Ч-что? Как это возможно? – Избитый до полусмерти Арсури еле говорил.
- Я заберу тебя домой. Обещаю. – Девушка перекинула его длинную руку себе за голову, и они пошли в сторону выхода. – Я всегда знала, что найду тебя.
Пара направилась к выходу, но их путь преградила Вид-Ойма. Свет лёг ей на лицо, и Флейта лучше рассмотрела его.
"Молода и прекрасна"
Каштановые волосы вились кудрями, ниспадая на гладкий лоб, чуть прикрывая зелёные, словно изумруды, глаза. Острые скулы подчеркивали строгость и худобу лица, а тонкий нос довершал эту картину.
- Останьтесь - нам нужно лишь поговорить, всего-то! - Слова девушки отдавали такой наивностью, что им хотелось верить. Но взглянув на Стальма, избитого до полусмерти, и его лохмотья, что обрывками висели на нём, Лета пришла в ярость.
- Ложь, как и всё, что говорят Эйды! - Лезвие ножа мелькнуло пламенным следом в воздухе. Кровавый след алой полосой рассек лицо Вид-Оймы. Кожа на лбу разошлась в стороны, из рубца на месте носа поливал фонтан, а губы мотались, словно косые дверные створки.
- А-А-А! - Дикий вопль наполнил шатер. Раненая девушка рухнула на землю, держась руками за лицо.
- Больше никогда не вставай у меня пути, Эйдка. - Голос Леты прозвучал как звон клинка в пустой комнате. Она взмахнула ножом ещё раз, и стенка шатра разошлась перед ней.
Выйдя наружу, они обнаружили, что Эйды успешно справлялись с пожаром, туша его из вёдер, а Кавал с отрядом должен был уже уйти. Взгляд девушки метался из стороны в сторону, ища выход.
«Что же нам делать?»
В её мысли ворвался голос Стальма.
- Никогда не теряй надежду, Флейта. – Арсури был еще слаб, но выглядел бодрее, чем несколько мгновений назад. За его спиной распустились плотные зелёные крылья. Руки обвили девушку за талию и вместе они взмыли в ночное небо.
***
Прошло полгода со дня спасения Стальма и вот Лета, вместе с самым близким другом, лежала на земле, тщетно пытаясь защитить свой дом. Командир Эйдов снова обрушила сапог на грудь девушки, отчего та изошлась кровавым кашлем.
- Хан очень разозлился, когда узнал, что ты изувечила его протеже. - Сказала женщина переведя дыхание.
- Грязные твари! Оставьте её в покое! - Саэалай вырвал руку и отбросил в сторону солдата, что держал его. Кувырком он скользнул к сабле и, подняв ее, воскликнул: "ВО-БА-ДО!".
Лиловый огонь сорвался с клинка и устремился к главной. Импульс готов был разорвать её, но один из преданных воинов подоспел к своему командиру и оттолкнул её. Сила голоса и клинка разорвала его от шеи до живота, оставив зияющую рану на месте груди.
Дзын готовился к развороту, надеясь забрать с собой побольше врагов. Один из солдат попытался схватить его за плечо, но в миг лишился руки по локоть. Переставив ноги в пируэте, он заслонился от ружей телами Эйдов, что не успели среагировать.
"Ему нужна помощь...но я даже встать не могу, не то что играть..." - Флейта беспомощно лежала на земле, прерывисто дыша.
Следующие несколько мгновений Саэалай ещё боролся, но врагов было много больше. Не уследив за очередной атакой, он получил рукоятью ружья в затылок. Всё вокруг для Дзына стало черным. Он рухнул лицом в грязь, что растоптали Эйды. Их сапоги обрушились на его тело, выбивая последние силы.
- Госпожа Валеска, что с ними делать? - Спросил один из солдат у командира.
- Избейте, что никогда не смог более держать оружия. Но не убивайте - Хан хочет лично с ними разобраться. - Ответила она.
С извращёнными улыбками бросились они на Саэалая. Лицо его превратилось в опухшее месиво. Сапог опустился ему на руку, переломав все пальцы. Даже крик уже не рвался наружу и его уст.
- Хватит! - Рыкнула Валеска. - Они плохо терпят боль. Вдруг помрёт. - Её слова вызвали смех среди солдат.
Лета, смотрела на поверженного друга, над которым глумились враги.
"Ты не заслужил такого, дорогой друг"
Вдруг, девушка почувствовала вибрацию земли. Обрывки трав, что остались после сапог Эйдов, на мгновение, осветились изумрудным светом и снова погасли. Она подняла голову вверх - тоже самое произошло с листьями векового дуба. Эйды ничего не заметили, пока глумились над Саэалаем.
"Глупец, что ты удумал?"
- Мы сильнее вас, музыкантов! Всегда были, но терпели ваши высокомерные взгляды! - Валеска нависла над поверженным Дзыном. - Даже в Эксане признали заслуги Эйдов!
Солдаты вокруг загудели одобрительными выкликами. Средь шума они не заметили, как над их головами мелькнула огромная тень. Но её заметила Флейта.
"Откуда здесь корабль Бегущих, да ещё такого размера?" - мысли Флейты прервал голос, что раздался со стороны векового дуба.
"Прошу вас, остановите это насилие. Я выйду к вам, нетерпеливые Эйды"
- Стальм, не делай этого! - Крикнула Лета. Валеска наградила её тяжёлой пощечиной.
- Долго же ты, дух леса. Выходи! Негоже прятаться за спиной своей возлюбленной!
" Мне больно видеть тот хаос и ту боль, что вы причиняете этим землям. Мои предки предлагали вам мир и процветание, но вы изгнали их топорами и пламенем"
- Хватит болтать! Девка не выдержит долго - ранения сильные. Выходи и они останутся живы. - Валеска недовольно сложила руки на груди.
"А какая участь ждёт меня?"
- Преступления духов леса перед моим народом слишком велики - мы срубим это родовое дерево и ты умрёшь, Стальм. - Голос Валески отдавал пронизывающим холодом.
Глаза Леты наполнились слезами.
"Так я и знал. Вам кажется, что от нас только беды и что с нашей смертью больше никогда не будет бурь, смерчей и наводнений. Наполнятся водой пустыни, зима оставит ваши земли и болота отступят. Но это не так. Вместе с нами вы убиваете саму жизнь. Но вас не исправить. Вы презираете мирную жизнь - вы ищете трудностей, чтобы затем их решать и создавать из них новые. Вот он, ваш варварский круг существования!"
- Хватит! Выходи сейчас же или девка - мертвец! - Валеска приставила нож к горлу Леты.
Дуб разгорелся изумрудным светом и начал поднимать ветви. Изумлённые Эйды следили за тем, как "потухшее" древо набиралось сил, восставая пред ними. Вскоре показалась арка, что венчала собой вход в дом Леты. Из него широкими шагами двигалось высокое существо. Расшитые цветами брюки кверху переходили в белого цвета рубаху. Поверх нее красовался изящный плащ с рукавами, застегнутый на две жемчужные пуговицы. Голову венчала широченная шляпа, которая закрывала лицо Стальма. Он шел, опираясь на длинное дубовое копьё с ярким наконечником.
- Всё, что ты говорил, дух леса, я уже слышала от других твоих сородичей. Сначала они несли свою ахинею, а затем - умирали.
- Другого я и не ожидал услышать от мерзавки, подобной тебе. - Слова об убитых Арсури тяжёлой болью отдались в его сердце. - Вы - мастаки уничтожать то, что древнее вас на сотни и тысячи лет. И за это вы будете наказаны.
Резкий бой бубна взорвал воздух, заставив всех Эйдов схватиться за головы. Над поляной появился величественный фрегат с фигурой Гергедана на носу. Он начал спускать вниз по спирали, огибая дуб.
В мыслях Леты возник знакомый образ, что она видела год назад.
- "ВО-БА-ДО!" - Прозвучал не менее знакомый голос. Сияющий импульс сорвался с палубы корабля и вслед за ним на землю спрыгнул юный Дзын.
- Саэхор! - Воскликнула Флейта.
С фрегата сорвался ещё один силуэт, но мгновенно растворился в лесу. Эйдов, что шли на подмогу из чащи, начали опутывать корни деревьев, сдавливая им горла.
Стальм, перехватив копьё, бросился к любимой. Он ловко управился с двумя стражами, что охраняли Валеску, и направил оружие в ее сторону. Командир отбивала выпады своей дубиной, но быстро уставала, в то время как свежий Арсури лишь наседал. Короткая палица не могла достать Стальма, чьё копьё каждым выпадом оставляло порез на лице Эйдки. Во время следующей атаки, Валеска перехватила оружие и зажала его под мышкой. Крутанувшись на месте, она переломила древко, оставив Арсури безоружным. Два шага, больше похожих на прыжки, и она была подле него. Могучий удар кулаком опрокинул Стальма на землю. Зелёные крылья, распустившиеся за спиной, не дали ему упасть и он решил взлететь. Валеска схватила его за ногу и начала тянуть к себе - она была сильнее.
Вдруг, чья-то рука ухватила её за волосы и дернула на себя. Последнее, что увидела воительница, было взбешённое лицо Леты и ее залитые кровью глаза. В руке она сжимала обрубок копья.
- Получай, грязная тварь! - Наконечник и часть древка вонзились ей в шею. Эйдка тот миг пала замертво. Стальм, освободившись от хватки, подлетел к Флейте.
- Прости, что так долго. Я летал за подмогой. - Арсури поцеловал Лету в лоб и прижал к себе.
Сражение было окончено и последние Эйды, что не были ещё живы, лежали изувеченными в лужах крови. Последнее, что увидела Флейта, перед тем, как потерять сознание, был Саэхор, что нёс своего отца на корабль.