"Танец надежды"
Глава 4 "У космоса нет плохой погоды"
Молочного цвета вода обрушивалась на береговые камни. Ветер порывами проносился над поверхностью моря, оставляя мелкую рябь, что позже переходила в мощные гребешки волн. Они разбивались о борт «Инжи», сверкавшего белизной парусов среди серой бесконечности. На Элизий обрушился туман – редкий гость в этих краях и признак плохой погоды. Но мудрость гласит: «У космоса нет плохой погоды – лишь плохой Бегущий».
Судно причалило возле импровизированной гавани, что была собрана силами Арсури и добровольцев примерно за неделю. Саэхор ступал по мокрым доскам с невзрачным ящиком в руках. Он переносил всё, что ему понадобится для того, чтобы обустроить кузню прямо на корабле. Плавание плохо сказывается на ней – солёная вода разъедает металл. Но пути вели их намного выше бушующих рек и морей, а юноше открывалась возможность ваять в любое время.
Широкими шагами он взобрался по трапу и оказался на палубе, покачивающейся под ударами волн. На носу корабля, всматриваясь в цилим – подзорную трубу Звездоглядов - стоял Фаэриз. Она была полностью раздвинута, позволяя вглядеться в самые дальние уголки диска.
- Полёт будет неспокойным. Уверен, что нужно отправляться именно сегодня? – Он оторвался от созерцания и обратился к Саэхору.
- Скажи мне, сколько займёт путешествие до Окаймы? – Юноша ответил вопросом на вопрос.
- Месяц, может даже полтора. С такой погодой и на таком огромном корабле лететь мы будем долго. – Мужчина свернул цилим.
- Я нашел путь короче. Доберёмся за несколько дней, - губы Фаэриза расползлись в ухмылке от слов Саэхора, - но выдвигаться нужно сейчас.
- Не рановато ли ты вздумал вытворять такие трюки, капитан? Ты многому научился и перенял от меня всё, что мог, но даже я бы побоялся лезть в сердце бури. – Язвительный тон Фаэриза за последнюю неделю сменился на такт и уважение, что не мог не заметить Саэхор.
«Наконец-то он начнёт относиться ко мне как к равному»
- Мне был сон в прошлую ночь, Риз. Он посещал меня не в первый раз. – Юноша обратился к собеседнику по имени. – Деревня была в огне. Наша деревня.
Старшего Бегущего прошиб ледяной пот. Дзыны не видели плохих снов – любое дурное сновидение среди высокого народ было видением будущего. Далёкого или близкого – это было неизвестно. Но оно было неминуемо – это точно.
- Что еще ты видел? – Правая рука Риз сжалась в кулак.
- Не видел – слышал. Крики и вопли...женщин, детей...- слова тяжело давались юноше.
- Глупцы! Значит они не оставили деревню! Они должны были уйти к Мастерам Копий – это ближайший из воинственных кланов Дзынов. – Фаэриз опустил голову. – Я же их предупреждал!
Высокий народ был един в своей любви к музыке и созиданию. Ваяние новых форм посредством звуков и вибраций тысячи лето стояло во главе угла всего существования Дзынов. Вечным камнем преткновения, что смел вносить лёгкую смуту в их единство, был металл. Чтобы достать его из недр требовалось потревожить духов и спокойствие природы. Чтобы обработать его, нужен был огонь. Чтобы придать ему форму, нужен был шум, безобразный в своём отличии от музыкальной гармонии.
Дзыны могли выковать оружие потрясающей силы, что умножало силы их голосов и сердец. Пращуры, испокон веков, были против этого, но теперь у них не было иного выхода, кроме как укрыться под защитой тех, кого осуждали многие годы.
«Злая ирония» - подумал про себя юноша и подошёл к Фаэризу почти вплотную.
- Это лишь видение того, что произойдёт в будущем – у нас есть время всё изменить.
- Но мы не знаем сколько...
Юноша хотел было добавить еще что-то, но остановил себя.
«Ему не следует знать. Пока»
- Именно поэтому мы должны поспешить и нырнуть в бурю – корабль это выдержит – должны и мы. – Саэхору удалось взбодрить Фаэриза и улыбка вновь вернулась на его лицо.
- Вся эта затея – небывалая наглость. Но мне нравится! – Он направился в сторону кают, но остановился у дверей. – Вино на твоём судне предусмотрено?
- Конечно! Лучшее, и всё в твоём распоряжении! – Ответил ему Саэхор.
- Чудно! Я буду у смотровых окон, зови – если понадоблюсь.
С лицом победителя юноша прохаживался по палубе, проверяя, всё ли готово к отлёту. Взглядом он обводил огромные тюки с припасами. Через решетку он видел набитый трюм. Еды и напитков было навалом. Он даже запас достаточно расходников для кузни и возможной починки корабля. Но было кое-что, чего он не мог достать, ни в Элизии, ни в Закрае.
Команда – вот чего он не был в состоянии увезти из этих мест. Фаэриз был единственным, кто мог составить ему компанию. Старший оставил «Пегас» в Закрае, где сын и внук приглядят за ним.
Риз был живым, следовательно, мог спокойно путешествовать с ним. Мёртвые же были привязаны к этой земле. Болезненным напоминанием этого послужила Саэада, стоявшая на берегу возле гавани. Мокрыми от слёз глазами она смотрела на фигуру сына, ринувшегося к ней сразу, как тот её приметил.
Они заключили друг друга в объятья и простояли так, казалось, несколько часов. Но этого было ничтожно мало для прощания близких людей.
- Возвращайся живым, сын мой. И только с победой. – Эти слова будто наполнили Саэхора необузданной энергией. Матери горько было отпускать своё чадо, но ему был предначертан свой путь, каким бы опасным тот ни был, и Ада осознавала это. Своё дело она сделала – теперь был черёд Саэхора.
«Именно поэтому она – мудрейшая из всех, кого я знаю»
- Я не подведу. Найду отца и Лету, как и ты и сказала мне. Вместе мы остановим Эйдов. – Ответил юноша.
- Я не могу пойти с тобой, сын, но знаю того, кого вы должны взять с собой. – С этими словами за спиной Ады из лес возник знакомый силуэт в балахоне. Витая над землей, Арсури приблизился к ним. Глаза Саэхора расширились от удивления.
- Приветствую тебя, Бегущий. Я никогда не был не твоей родине и почту за честь, если ты позволить мне отправиться в край света и тепла вместе с тобой. – Лесной дух скрестил обе пары рук на груди в знак почтения.
- Добро пожаловать на борт... - Саэхор замялся - ...я не знаю твоего имени.
- Наш народ не использует их в общении между собой, но оно у меня есть. Зови меня Дэнгл. Я буду полезен и помогу установить контакт с другими Арсури. – Прошипел он.
- Запомни, сын – ты должен остановить кровопролитие, а не стать причиной войны. Среди Эйдов есть те, кто был благословлён природой. Искорени лишь зло.
- Я понял, мама. – Саэхор поцеловал Аду в лоб, развернулся и отправился обратно на корабль. Долгого прощания его сердце бы не выдержало.
Дэнгл взлетел на судно вслед за ним и откинул трап. Юноша взял в руки лютню и прошёлся пальцами по струнам. Белоснежные паруса распустились, и ветер мгновенно наполнил их. «Инжи», набирая ход, рассекал молочные воды.
Затем, громко ударив по струнам еще раз, Саэхор скомандовал: «Од Йукари». Нос корабля вздёрнулся вверх и понёс их высоко в небо. Через несколько секунд они уже вовсю приближались к зеленоватой границе космоса. Юноша бросил последний взгляд вниз.
Ада махала ему рукой, провожая заплаканными глазами. Поодаль от неё, средь деревьев, была видна знакомая фигура Орфаида. Он сжал руку в кулак и поднял её высоко вверх. Саэхору был ясен этот знак.
***
«Инжи» разрезал носом густой туман, плотной тучей обложивший, казалось, половину космоса. Определить то, где находится корабль в данный момент, было тщетно, но курс, заложенный Саэхором, не обманывал их. Они порядком отдалились от Элизия, о чём свидетельствовал поднимающийся ветер. Он рвал белое полотно тумана своими жестокими порывами, что становились лишь сильнее.
Весь экипаж собрался в просторной капитанской каюте. Она была обставлена скромно, походя на жилище отшельника. Непримечательная кровать, крепкий дубовый шкаф с массивными дверцами. Всю заднюю стену занимало огромное смотровое окно во весь рост. Снаружи они были замаскированы музыкой зодчих Арсури, изнутри же они были укреплены песнями не меньшей силы. Такие окна, сделанные из огромных хрустальных пластин стояли и на носу корабля, под фигурой Гергедана, и на дне судна, позволяя видеть картину внизу во время полёта.
Вся каюта была залита светом, освещая рабочие верстаки Саэхора, где он мастерил инструменты и оружие. Сама же кузня находилась на палубе. По центру просторного помещения стоял исполинский круглый стол, уставленный утварью, инструментами и картами, разных размеров. Над одной из таких и склонились члены немногочисленной команды «Инжи».
- Мы должны успеть, иначе вся наша задумка окажется бесполезной! – Сэхор был возбуждён как никогда. – Фаэриз, сколько у нас времени до начала движения секций?
- По моим подсчётам – всего лишь половина дня, а может и того меньше. – Ответил он задумчиво потерев седые виски.
- Итак, - Юноша явно прилагал большие усилия, чтобы говорить спокойно и думать размеренно, - мы находимся здесь.
Палец Саэхора указал на участок круглой карты известных земель и космоса. Полотно представляло собой набор соединённых между собой обручей разной ширины. Они были сложены один в другой, начиная с крайнего, с самым большим диаметром.
Каждый из подобных обручей назывался секцией, и самой последней из них была секция «Запределья» – граница изученного Дзынами пространства. Карта весьма условно обозначала его, ведь никто из ныне живущих никогда не преодолевал этого безбрежного моря. Считалось, что это окончание мира и дальше ничего нет – лишь пустота космоса. Следующей секцией был огромный обруч, вместивший в себя Элизий с внешнего края и Закрая с внутреннего, разграниченный огромной стеной посередине.
За ними шли пять секций холодного космоса. Они почти ничем не отличались друг от друга – кроме как количеством звёзд внутри них. Затем шла самая опасная часть пути для неопытного Бегущего – секция светила. Это был широкий участок, где свой ежедневный путь осуществляло солнце, поднимаясь высоко днём и опускаясь к границе Окаймы ночью, но никогда оставляя её без своего света.
Именно отсюда и брал своё начало заселённый мир. Три секции – родина Дзынов – Окайма, родина Эйдов – Орта и Эксан – центр мира, где возвышалась ось. Самым широким и объёмным из всех «обручей» была Орта, скованная по краям высокими цепями гор.
- Можете еще раз рассказать о своём плане?Мне крайне трудно уследить за вашими мыслями. – Разрезал тишину каюты голос Дэнгла, напоминавший присутствующим Дзынам нечто среднее между шипением змеи и стрекота насекомых в летней траве.
- Постоянно забываю, что ты никогда не покидал Элизий. – Ответил Фаэриз. – Слушай внимательно. Про секции тебе всё известно, но вот чего ты не знаешь – это их движение вокруг Оси.
Саэхор с любопытством изучал духа леса.
«Во время первой нашей встречи он казался мне всезнающим мудрецом, но следовало покинуть родную обитель, как он стал похож на любопытного ребенка»
Фаэриз продолжал свой рассказ: «В определённое время, знаменующее смену времён года, все секции движутся по кругу в разные стороны, чередуясь через одну. В Элизии вы это узнавали по переменам в погоде, как перед нашим отлётом – ветер и туман сгущались на границе между вашей и следующей секцией. Окайма и Орта движутся относительно друг друга, сменяя виды и ландшафты. За все перемены отвечает Эксан, контролирующий Ось, чьё вращение и запускает ход этого колеса».
- А что происходит среди космоса? Ведь там нечего двигать. – Прозвучал вопрос Дэнгла.
- Тут все Бегущие спорят о том, что же на самом деле происходит, но с уверенностью можно сказать одно – на границах секций холодного космоса создаются вихревые потоки... - Фаэриз замешкался и обратился к юноше. – Саэхор, твои познания будут посвежее моих, объясни.
- Всё очень просто. – Юноша пальцем обозначил несколько линий. – В этих местах, на стыках, из за разницы движений, появляются...
- Течения? Как у реки? – Закончил фразу Дэнгл.
- Верно! – Обрадовался Саэхор.
«Молодчина, схватывает на лету!»
- Если мы сможем правильно взять курс, направить корабль против движения нынешней секции, то сможем войти в следующую и поймать попутный ветер, что мигом домчит нас до следующей границы... - Довольный своими познаниями Саэхор размахивал руками.
- И повторить это нам нужно четыре раза всего за один день, пока идёт движение. – Фаэриз хотел было осадить парня, но довольная мина не спешила уходить с его лица.
- Если будем следовать плану, то всё получится. Фаэриз, сколько у нас времени до границы?
Бегущий подошёл к окну. Туман уже рассеялся, позволяя путешественникам сориентироваться. Он окинул взором все звёзды, что были вокруг и сделал выводы.
- Через час будем на месте. Погрешность во время движения в тумане оказалась минимальна. Я встану за штурвал, а вы...
- Нет уж, я тут капитан. Я разработал курс, который нам помог пройти непогоду, значит и мой план сработает. – Тон, с которым говорил Саэхор, удивил присутствующих.
- А какие роли достопочтимый капитан отводит нам? – Фаэриз нацепил на лицо обычную ехидную ухмылку.
- Ты будешь ждать с бубном наготове. Как только мы будем приближаться к новой границе секции, я разверну судно, а ты придашь импульс для набора скорости. – Саэхор ткнул пальцем в Арсури. – Дэнгл, ты будешь отвечать за паруса и боковые крылья. Если их не убирать в нужный момент, нас разорвёт.
- Принято, капитан. – Ответил дух леса.
- Все по местам. Если повезёт, то к концу дня мы будем купаться в лучах света солнечной Окаймы! – Скомандовал юноша.
Фаэриз довольно ухмыльнулся и вышел наружу.
- Заносчивый и самоуверенный, весь в мать... - проговорил он почти шепотом.
***
Корабль мчался через космос, раздвигая пространство перед собой рогом жемчужного Гергедана. Судно светилось изумрудными переливами, готовое к любым испытаниям. Как и команда – все были на своих местах. Дэнгл парил возле центральной мачты, готовый ринуться к ней или боковым крыльям. Фаэриз стоял на носу, заготовив бубен – до его первого боя оставалось всего несколько минут. Саэхор же гордо стоял возле штурвала. Дрожь в руках выдавала волнение, но внешне юноша был спокоен, не подавая никому вида. Он знал, что при малейшей оплошности его сменит кое-кто постарше.
«Эту бурю я должен пройти сам. Испугаюсь раз, буду бояться всю жизнь»
- Риз, приготовься. По моей команде, вдаришь, что есть мочи! – Прокричал юноша. – Мы ворвёмся в секцию на полном ходу. Получим больше скорости!
- Держи штурвал крепче, капитан! – Улыбаясь, ответил Риз.
«Снова издевается, или в этот раз серьёзен?»
Саэхор в который раз тщетно пытался разгадать поведение своего компаньона. Весь год, что был преддверием большого путешествия, старший Бегущий только и знал, что подтрунивал над парнем.
«Не говоря о том, что чуть не убил меня, сбросив с «Пегаса» в Элизий» - думал он про себя – «Пожалуй, лишь время рассудит его мотивы, но смерть сына и внука подорвали его, это заметно. Седина пошла дальше, морщины. Не устраивает он более веселых застолий, полных вина и боя его бубна. Всё больше сам с собой, наедине. Но ничего – его ждут две внучки в Окайме и ради них он готов умереть сам. Он успел пожить под тёплым светом Солнца, а они еще нет»
Большей загадкой представал перед ним Дэнгл - молчаливый Арсури. Дзыны полагали, что они едины меж собой, но лишь Бегущие, попвшие в Изумрудный лес, узнавали о них чуть больше. Были и имена, были и разные мнения и споры. Многие их лесных духов отказались помогать юноше, однако, другим запретить тоже не могли.
- Внимательней, Саэхор. Кажется, мы уже рядом. – Голос Дэнгла вырвал юношу из лап вечных размышлений.
Пред «Инжи» высилась огромная сияющая стена. Он напоминала собой место соединения двух рек, где чётко было видно столкновение разных вод.
- Захожу на первый разворот. Приготовиться! – Саэхор выждал пару секунд. – Раскрыть паруса и боковые крылья!
Повинуясь приказу, Дэнгл мелькал над палубой, мельтеша крыльями за спиной. Через несколько мгновений всё было готово.
- Риз, бей! – Крикнул капитан и крутанул штурвал.
Корабль снизил скорость от поворота, готовясь войти в следующую секцию по ветру. За могучей стеной, разделяющей слои космоса, были видны ужасающие вихри, вызванные движением Оси. Фаэриз начал стучать в бубен – от былой медлительности не осталось и следа. Дикие порывы врезлись в паруса и позволили не утратить темп после разворота. Рог Гергедана на носу первым прорезал стену и влетел в секцию, а за ним и весь «Инжи».
Бешеный поток подхватил их и понёс вперёд. Дзыны еле удержались на своих местах, чуть не сдутые ветром. Лишь Дэнгл сохранял прежнюю позицию и спокойствие возле мачты. Корабль трясло, словно желе.
- Убрать паруса! – Арсури повиновался и быстро, как прежде, справился с командой. Саэхор взялся обеими руками за штурвал и начал аккуратно выправлять его вправо. Вены на руках вздулись синими канатами поверх серой кожи.
«Дёрну слишком резко – нас развернёт и разорвёт потоком. Нужно аккуратнее, аккуратнее...»
Юноша внимательно следовал пометкам, оставленным им прямо на штурвале. Они помогали ему держаться намеченного пути. Через несколько минут тряска улеглась и они встали на верный курс, проносясь мимо огоньков звёзд столь быстро, что они пролетали мимо них сверкающими линиями.
- Ух-ух-ух, справились. – Саэхор вытер пот со лба. – Осталось еще три. Риз, ты в порядке?
- Чувствую себя потрясающе. Пойду, хлебну вина. – Бегущий направился в каюту.
- Сколько до следующего?
- Это широкий участок, так что не меньше четырёх часов при нынешней скорости – я и выпить и проспаться успею, ха-ха! – Фаэриз исчез в дверях.
- Как тебе, Дэнгл?
- Непередаваемые чувства! Хотя, я весьма молод по меркам моего народа – отсюда такой восторг. – Ответил обычным шипением дух леса.
- Разве бывают молодые Арсури? – Саэхор закрепил штурвал в нужном положении и спустился вниз по лесенке к своему собеседнику.
- Извини, я неверно выразился. – Юноша отмечал поразительную перемену в духе леса. От властного мудреца до ребёнка, раздираемого любопытством. – Мы бессмертны и существуем с самого своего появления, a вот нынешняя моя оболочка – молода.
- Не совсем понимаю... - Ответил Саэхор в замешательстве.
- Я покажу тебе... - Дэнгл, паривший в воздухе над палубой, взлетел выше, устремился вниз и растворился в дереве корабля.
Судно покрылось изумрудной сетью ветвистых линий, из которых начали вырисовываться очертания.
«Многие тысячи лет назад, когда до прихода богов и создания Дзынов было еще далеко, возникли мы - Арсури»
Голос Дэнгла звучал будто бы отовсюду, нашёптывая историю каждому на ушко.
«Как тогда, в лесу» - подумал Саэхор.
«Была в нас огромная сила и бессмертие – не было числа тем летам, что мы могли прожить, не постарев ни на миг...но не вечной была наша телесная оболочка, в которой ты видишь меня»
Зелень линий рисовала картины тысяч Арсури, бродивших средь пустынных лесов безымянного тогда еще Элизия.
«Оболочка смертна и меня, как и любого духа леса, можно убить, a точнее – развоплотить. Тогда этот Арсури – его память, опыт – исчезали, a первородное древо рождало новое тело, живущее новой жизнью старого духа. Так мы существуем в вечном круге перерождения тысячи лет – остались лишь единицы из нас, которые не теряли своего первого тела и помнят первые дни существования. Но они предпочитают о них молчать»
- A твоё древо? Где оно?
«Ты уже его видел, Саэхор, во время своего испытания»
Палуба под ногами сменила картину и показала до боли знакомую юноше сцену. Тонкий как тростинка парень стоит посреди бушующего моря зелени Изумрудного леса. В руках его изогнутый клинок. Губы произносят слова, после которых воздух разрывается искристым импульсом, что летит прямо в вековой дуб напротив. Пред ним возникает знакомая фигура Дэнгла, после чего Саэхор бросает саблю наземь и падает на колени, сплёвывая кровь.
«Так значит, он не врал...» - промелькнуло в голове у ошарашенного Дзына.
«То было моё первородное древо – вековой дуб, который ты чуть было, не уничтожил. Но проявил мудрость и милосердие, остановив клинок и импульс его. Смерть оболочки – лишь путь к рождению нового тела и личности Арсури, но вот смерть древа – приговор для нас»
По телу молодого Дзына пробежали мурашки. Он сел на палубу и обхватил голову руками.
«Именно так, юный Саэхор. Убьёшь древо – уничтожишь Арсури. Нас не станет больше, никогда. Только меньше. Без нас будут умирать животные, исчезать целые виды и мир вскоре превратится в то, чем он был до нас – пустоту. Пустоту мёртвых лесов, пустоту рек и озёр, пустоту почвы»
Дэнгл появился в своём привычном обличии и подлетел к юноше.
- Ни в чём не вини себя – я бы защитил древо любыми средствами. Потерять эту оболочку было бы вовсе не обидно – ей всего лишь сорок лет, она ничего еще не видела.
- A что Эйды? – Спросил Саэхор.
- A что они? Дети и есть дети. Но я согласен с тобой – им нужно воспитание. Слишком много Арсури уже погибло по их вине. – Дэнгл сложил под собой ноги и стал легко, словно пёрышко, парить над палубой рядом с юношей. Так, за приятным разговором, бежали часы средь космоса.
Следующие три секции команда преодолела без каких-либо сложностей. Фаэриз каждый раз, посвежевший, поднимался из каюты и мощно бил в бубен, Саэхор правил штурвал в нужном направлении, a Дэнгл метался по палубе между парусами и крыльями, врезаясь в дерево корабля в одном месте и вылетая в другом.
- Ну что, тормозим? Завтра-послезавтра будем греться под солнышком в Окайме! – Сказал довольный Фаэриз, откладывая в сторону бубен.
- Рано расслабился! – Крикнул ему Саэхор. – Последняя секция осталась, пройдём её сейчас же и будем там через пару часов.
- Ты с ума сошёл, малой! Это – секция светила, кто же её проходит на скорости? – Фаэриз откинул инструмент в сторону и рванул к юноше. – Мы сгорим, глупец!
- Встань на место и не указывай, что мне делать, Риз. – Рукой Саэхор оттолкнул мужчину, который прижался к нему практически вплотную.
- Куда ты так торопишься? Зачем! Мы готовились целый год, но тут что-то изменилось и ты рвёшься домой так, будто весь диск в смертельной опасности! – Лицо старшего Бегущего горело злым огнём.
- Ты пил слишком много вина, Риз. Успокойся и не мешай. Встань на свою позицию. – Саэхор старался сохранять спокойствие, но было видно, что оно дало трещину под напором Фаэриза.
- Вот оно что! Я понял! – Глаза мужчины расширились. – Ты что-то видел, во сне. Но никому не рассказал!
- Встань на место, нам скоро заходить на поворот. – Пот проступил на лбу юноши.
- Я принял тебя, как родного сына. Несмотря на всё, я принял тебя! Знаешь ли ты, сколько я вытерпел косых взглядов осуждения в Закрае? Сколько мне стоило убедить Дзынов поверить тебе? Ничего ты не знаешь! – Слова Фаэриза перешли на откровенный крик.
- Принял он! Ты хотел убить меня! Подло и низко! Разве так должен поступать Бегущий со звёздами? – Саэхор не сдержался и позволил втянуть себя в эту перепалку, но руки его яростно сжимали штурвал, не отпуская его и не позволяя сбиться с курса.
- Я взращивал в тебе воина, который сможет постоять за себя! Весь год я возился с тобой, пытаясь воспитать настоящего Бегущего, как, в своё время, воспитали меня! – Фаэриз слегка успокоился и стал говорить тише. - Я думал, что научил тебя быть достойным Дзыном. Честным и справедливым...a ты, всего лишь маленький лжец.
Саэхор резко выкрутил штурвал, готовясь к повороту и входу в секцию светила. Старший Бегущий грузно повалился на палубу. Юноша застопорил управляющее колесо и рванул к лежащему на земле Дзыну. Нависнув над ним, словно коршун над жертвой, он сказал:
- Ты умрёшь, Риз. Погибнешь в огне родной деревни. A я тороплюсь исправить это, ведь мне известно, когда это произойдёт. – Парень подал ему руку. – A теперь вставай и бери в руки бубен, нам предстоит сложный полёт.
Фаэриза словно окатили холодной водой. Прояснившимся взглядом он посмотрел в глаза юноше – в них стояли слёзы. Встав на ноги, он отряхнулся и пошёл на нос корабля, не проронив и слова. Через несколько секунд бой раздался снова и корабль начал набирать скорость. Влетев в секцию, они почувствовали небывалый жар – светило не щадило тех, кто осмеливался приблизиться к нему близко. По широкой дуге они огибали Солнце. Вздутые жилы на руках Саэхора, многие часы подряд не выпускавшего штурвал, горели безумной болью, a одежда начала дымиться. Тоже самое было и с Фаэризом, не прекращавшим игру, несмотря на жар. Неизменно спокойным оставался лишь Дэнгл, укрывшийся в балахоне.
В глазах юноши начало мутнеть и он начал терять сознание, когда поток свежего летнего ветра обдал его с головы до ног. Парень сделал усилие и раскрыл глаза – перед ним вдали красовалась твердыня Оси, a под ним начинались земли родной Окаймы. Выпустив, наконец, штурвал из рук, он повалился на палубу и провалился в глубокий сон.