Глава 32. Тишина между нами
Весна продолжала медленно перетекать в жаркие дни, но для Дани она больше не была тёплой. Солнечный свет, свежий воздух, цветущие деревья — всё казалось чужим, далёким. И всё потому, что рядом был Алексей. Но теперь он был совсем другим.
Он почти не обращал на Дани внимания.
Голос тихо произнесённого имени стал звучать пусто, как эхо.
Плечо, которое раньше поддерживало, теперь оставалось пустым.
Даже взгляд, которым Алексей когда-то мог прогонять тревогу, теперь был равнодушным.
И Даня понял, что что-то изменилось навсегда.
Сначала это мучило его. Каждое игнорирование, каждый холодный жест, каждая улыбка, адресованная другим, а не ему, прокручивались в голове, оставляя пустоту и тяжесть. Он пытался достучаться: шуткой, фразой, тихим вопросом. Но Алексей не отвечал.
— Почему? — шептал он себе в тишине. — Что я сделал не так?
Постепенно, день за днём, Даня начал замечать, что эта боль будто становится частью него. Он перестал ждать тепла, перестал надеяться на прежнюю близость.
Он сидел один в своей комнате, бордовые волосы слегка спутаны, глаза потускнели от бессонных ночей. Музыка в наушниках больше не спасала. Он учился быть рядом, но словно сам с собой — мир внутри замер, и тепло больше не проникало.
— Лёша... — тихо пробовал он иногда, но ответа не было.
И постепенно в его душе возникло странное чувство — смесь отчуждения и внутреннего спокойствия. Он перестал требовать внимания, перестал ждать жестов. Они стали словно чужими друг для друга. Не врагами, но и не друзьями. Просто... два человека, сидящие рядом в одной реальности, но на разных планетах.
В школе Даня больше не пытался искать его взгляд. Когда Алексей смеялся с Катей или с друзьями, он просто опускал глаза, слушал музыку и терпел. Это была новая форма выживания — пустота внутри, но устойчивость снаружи.
Вечером он снова лежал в кровати, обхватив подушку.
— Всё равно, — шептал он себе, — всё равно... если я просто буду терпеть... если я не буду ждать... может, будет легче.
Слезы шли тихо, почти незаметно, но он больше не кричал от боли. Он научился молчать и жить с пустотой.
Но в глубине сердца всё ещё оставалась слабая искра — воспоминание о тех мгновениях, когда Алексей был солнцем, когда тепло могло проникать в самую глубину.
Теперь эти воспоминания были как призрак: красивые, но недосягаемые.
Весна была в самом разгаре, но для Дани она превратилась в серую тишину. Птицы пели, ветер шевелил листья, но он больше не чувствовал радости. Только привычку терпеть.
И в этом странном состоянии он осознал: иногда любовь и доверие могут быть потеряны не потому, что кто-то плохой, а потому что люди меняются. И единственное, что остаётся — научиться жить с этим.
Он закрыл глаза.
Тишина между ними стала новой нормой. И Даня, хоть и плакал в подушку, начал понимать: иногда нужно позволить себе быть чужим рядом с тем, кого любишь.