Майнкрафт

Мы брели по раскалённым камням. Тишина давила, будто сама земля наблюдала. Искры сыпались с потолка, заставляя пригибаться, а под ногами трещины издавали глухий хруст — будто мир шептал: вы здесь лишние.

Я бросил взгляд на Мадину. Она теребила кулон, губы сжаты в линию. Сарвар шёл впереди, пинал камни, его плечи были напряжены, но он не показывал слабости — как всегда.

Мадина нарушила молчание. Голос дрожал:

– Вы... вы уверены, что нам стоит туда идти? А вдруг это ловушка? Что если Херобрин...

Сарвар обернулся, усмехнувшись:

– Trampa? Ну да, конечно, он наверняка приготовил нам сюрприз с ленточкой и тортом. – Он швырнул в лаву камень. – Если это ловушка — я лучше сдохну, чем буду ждать, пока этот loco сделает свой ход.

Я остановился, глядя ему в глаза.

– Мы уже потеряли одного друга. Кто знает, что ждёт нас дальше?

Он не отвёл взгляда. В нём смешались вызов и грусть.

– Влад знал, на что шёл. Он сделал выбор. Ahora es nuestro turno.

Мадина кивнула, не сводя взгляда с тлеющих обломков вдали.

– Влад... он рискнул всем, чтобы спасти нас.

– Но он не успел всё рассказать, – прошептал я, сжимая кулаки. – Херобрин, армия, конец света... Почему он выбрал нас?

Сарвар горько рассмеялся:

– Наверное, потому что больше некому. Или мы просто оказались не в том месте, не в то время.

– Не в то время? – фыркнула Мадина. – А если это и было наше время? Может, именно поэтому Влад отдал свою жизнь!

Сарвар поднял руки.

– Vale, vale, может, ты права. Но если идём — то como unos héroes¹, а не как кучка испуганных niños². ("...как герои¹") ("детей²")

Мы замолчали. Только потрескивание лавы нарушало тишину. Я снова услышал голос Влада — как эхо. Он верил. Верил в нас.

Мы двинулись дальше. Густой туман Ада обволакивал, тени становились длиннее, чужими.

– Эй, chico, – вдруг сказал Сарвар с лукавой улыбкой. – Если мы выберемся, мне дадут звание El Gran Capitán?

– Если выберемся, Сарвар, ты заслужишь что угодно, – ответил я с натянутой усмешкой.

Он расхохотался — громко, уверенно, будто этот ад не мог его сломить.

– De verdad? Тогда я выберу себе дом на пляже и кучу тако. И никаких демонов. Только солнце и светлые деньки! ("В самом деле?")

Мадина резко остановилась. В её взгляде — решимость и боль.

– Мы не можем позволить этому злу победить. Если не мы, то кто? Может, портал и даст нам шанс. Мы обязаны попытаться.

Слова застряли у меня в горле. Влад поверил в нас до самого конца. Отступать — больше не вариант.

– Ты права, Мадина, – я крепче сжал меч. – Мы не зря сюда пришли. Этот портал — наша единственная надежда.

– Ну что, значит, идём? – Сарвар кивнул. – Путь один.

Я кивнул в ответ. Мы пошли вперёд, навстречу неизвестности, уже зная: дороги назад нет.

Тишину разорвал низкий рёв — тяжёлый, как звук боевого рога. Я замер. Со всех сторон к нам рвались монстры.

Хоглины появились первыми — клыки сверкали в тусклом свете Ада, копыта били в камень с гулом. За ними валом шли свинозомби и скелеты-лучники со стрелами наперевес. Над ними парили гасты. А в тени, будто ночной туман, крались эндрмены и скелеты-иссушители.

Сарвар отшатнулся, изображая панику:

— Ну, похоже, нас тут точно не ждёт банкет с пирогами, — хмыкнул он. — Хотя я бы и не прочь перекусить перед дракой.

— Как ты можешь шутить в такой момент?! — Мадина оттолкнула хоглина волной магии. В глазах — напряжение и страх. — Это не просто драка, это... безумие!

— Именно поэтому и шучу! — Сарвар выхватил меч, оскалившись. — Так веселее их разделывать. Vamos, amigos!

Первый хоглин с рёвом бросился на нас. Я едва увернулся — его клыки прошли в сантиметре. Сарвар прыгнул вперёд — один удар, и туша рухнула с грохотом.

— Madre mía! Какой ты жирный! Но я видел и хуже. — Он лихо развернулся, отбивая следующий удар. — Ещё кто-нибудь хочет попробовать?

Стрела просвистела рядом.

— Ay, caramba! — он пригнулся, метнул меч — прямо в грудь лучнику. — Ладно-ладно, понял! Вы серьёзно настроены!

Мадина воздвигла магический барьер. Над головой взревел гаст.

— Долго я не выдержу... — прошептала она, ноги дрожали, голос срывался.

— Chica valiente! Ты у нас самая сильная, давай ещё немного! — крикнул Сарвар, отбивая удар иссушителя. ("Храбрая девочка!")

Я метнулся к ней, прикрывая. Вокруг — искры, стрелы, пламя. Всё тело болело от напряжения.

— Они нас просто не отпустят, — выдохнул я.

— Да, но мы их тоже! — Сарвар рассмеялся, лоб блестел от пота. — Vengan aquí, cobardes! ("По одному, уроды!")

Гаст выстрелил. Взрыв. Воздух обожгло. Мы пригнулись.

— Ты хоть понимаешь, как это опасно?! — крикнул я, отбивая очередную стрелу.

— А ты хоть понимаешь, как это весело? — подмигнул он. — Vamos, compadre, покажи им, на что ты способен!

Ирония в голосе — но не бравада. Он держался. И я почувствовал, как это передаётся. Вдох. Хват меча крепче. Я рванул вперёд.

Удар. Хоглин взвыл. Кровь хлынула дугой, туша повалилась. Но следом налетели новые — их было слишком много.

Мадина отступала к нам. Её ладони полыхали магией, лицо искажено сосредоточенностью. Заклинания летели во врагов — огонь, лёд, вспышки. Но я видел: силы на исходе. Плечи дрожали, дыхание сбивалось. Она сдержала очередной взрыв — и едва не рухнула.

— Я... мне нужно быть в состоянии ярости, чтобы превратиться в бабочку и использовать силу... но это... это слишком, — прошептала она. Взгляд метался, пальцы дрожали.

Сарвар, отражая удар эндермена, ухмыльнулся. Поймал меч в воздухе, парировал атаку.

— Разозлись на меня. Как тогда, когда я уронил твою куклу в реку, — сказал он серьёзно, но с огоньком.

Магмакубы подползали. Он не отводил взгляда.

— Думаешь, это поможет? — Мадина оглянулась. На лице — усталость, но и слабая улыбка. — Так просто забыть это проклятое детство?

— Por supuesto! Я надеюсь, что поможет, — Сарвар усмехнулся. — А если нет, хотя бы развеселим этих idiotas перед смертью! ("Конечно!")

— Я на всё надеюсь, если это спасёт наши задницы! — крикнул я, отскакивая от зомби. Меч пробил броню, вонзился в грудь. — И не переживай, Мадина. Твоя сила — это чудо!

Небо резко потемнело. Словно по сигналу, раздался пронзительный вой — гасты. Их глаза светились, как призрачные угли. И в ту же секунду в нас полетели огненные шары.

Я успел пригнуться. Один пролетел впритирку, осветив всё вокруг жаром. Я взмахнул мечом — вспышка, отзвук удара, и шар исчез в лаве с глухим всплеском.

— Mierda! Нас сожгут, если будем стоять тут, как мишени! — заорал Сарвар, пригибаясь. — Мадина, сделай с ними что-нибудь!

Мадина стиснула зубы, зажмурилась и подняла руки. Вспышки магии вырвались из её ладоней, взмыли вверх. Несколько гастов зашипели, слепо метаясь. Один — рухнул в лаву.

— Я... постараюсь, — выдохнула она. Её голос дрожал, но в глазах вспыхнула решимость. Она вновь вскинула руки — и поле озарилось её светом. — Держитесь. Мы их прижмём.

Сарвар уже рвался в бой. Меч описывал круги в воздухе, и каждый удар был точным. Он кричал проклятия, будто издавая боевые марши. Его "Vamos!" и "Aguanta!" резали шум боя, поднимая нам боевой дух.

— Eso es! Уходите с дороги, pendejos! — проревел он, разрубая магмакуба пополам. ("Вот так!")

Его энергия заражала. Даже Мадина, еле держась, метнула в зомби огненный шар. Тот вспыхнул и повалился. Мы сражались плечом к плечу, прикрывая друг друга — и вдруг поняли, что волны монстров начали редеть.

— Vamos, muchachos! С нами всё будет BIEN! — крикнул Сарвар. — Пора этим malditos дать урок!

И тут из тени вынырнули скелеты-иссушители. Быстрые, как тени. Один — прямо на Мадину.

Я прыгнул вперёд. Удар — меч рассёк мою броню, боль ударила в рёбра, выбив воздух.

Сарвар мгновенно прикрыл меня. Его щит с грохотом отшвырнул врага.

— Bueno, muchachos, вечеринка в самом разгаре! — ухмыльнулся он. — Где ваши приглашения? Или все по списку?

— У них явно другие планы на наше веселье, — выдохнула Мадина, отмахиваясь от подкрадывающегося эндермена.

— Может, они просто завидуют, что мы такие красивые, — фыркнул Сарвар, парируя удар. — Dios mío, даже эти кости хотят в нашу группу!

Монстры не отступали. Магмакубы подскакивали всё ближе, оставляя за собой огненные следы. Стрелы свистели над головой, вонзаясь в землю и броню. Всё тело ныло, дыхание стало рваным.

Каждое движение — усилие. Но мы держались.

— Слушайте, — произнесла Мадина. Голос твёрдый. Хотя она едва стояла. — Если не справимся… вы должны уходить. Я задержу их.

— Cállate! — отрезал Сарвар, отражая удар. — Кто тогда будет слушать мои шутки? Нет уж. Держимся до конца. Я не готов быть последним мексиканцем в этой истории!

— Это серьёзно, Сарвар! — выдохнула она, отбивая врага.

— А я серьёзно! — бросил он, отскакивая и тут же контратакуя. — Если я уйду, кто будет так эффектно отражать атаки и при этом выглядеть сногсшибательно?

— Мы здесь все вместе. И уйдём отсюда только вместе, — сказал я. Меч дрожал в руке, но я поднял его выше.

Сарвар, несмотря на раны, всё ещё ухмылялся.

— Так, señores y señoras, я ещё не закончил! Кто следующий? — с рывком он обрушил меч на очередного иссушителя и, бросив взгляд через плечо, добавил: — Если выберемся отсюда — угощу вас лучшими тако в мире.

— Ты шутишь? — спросила Мадина. Но в её глазах мелькнула благодарность.

— Конечно, нет. Вдохновение приходит в самых тяжёлых ситуациях. А сейчас — просто доверьтесь мне, — сказал он и отразил следующий удар.

И хотя врагов становилось всё больше, а силы уходили, Сарвар держал нас на плаву. Его дерзкие шутки будто раздвигали стены этого ада.

Мы шагнули вперёд — и замерли. Где-то позади, в глубине туннелей, раздался жуткий, режущий визг. Он пронёсся эхом по огненным стенам, будто сигнал бедствия. Сердце ухнуло.

Мы обернулись, сжав оружие, готовые встретить новую армию Херобрина…

Но из теней, как ураган, вырвались пиглины. Сотни. Тысячи.

В лавовом свете их золотые доспехи сияли, словно расплавленное солнце. Они шли как единое целое, лавиной. Перед ними — Вождь. Громадный. Уверенный. Его топор сверкнул в воздухе.

— Думали, мы вас бросим? — прогремел его голос.

— Ай, caramba! Это что, наша спасательная армия? — выдохнул Сарвар, расплываясь в широкой улыбке.

Вождь хлопнул его по плечу — так, что Сарвар едва устоял. Оскал клыков на его лице был почти весёлым.

— Не только моя деревня. Здесь пиглины со всего Незера. Мы знаем, кто стоит за всем этим. И не дадим вам умереть в одиночку!

Он поднял секиру, и армия пиглинов взревела, как один.

Надежда прорвалась сквозь пепел усталости. Мы не одни.

— Никогда не думала, что так обрадуюсь этим ребятам, — сказала Мадина, улыбаясь сквозь боль.

— Я тоже, — выдохнул я, опуская меч на плечо.

Но покой длился недолго.

Из адского жара перед порталом поднялась новая волна врагов. Хоглины, магмакубы, скелеты, иссушители, эндермены… Их было так много, что горизонт потемнел. Стена ужаса, идущая на нас.

Сарвар, смахнув пот, усмехнулся:

— Это ещё не конец, amigos. Держитесь рядом. Мне ещё нужно всех вас спасти.

Мадина прищурилась:

— У тебя есть план, шутник?

— Конечно! Бежим на них и орём как безумные. Чтобы они подумали, что мы сумасшедшие. Всегда работает!

— Однажды твои шутки нас точно погубят, — буркнула она, вставая в боевую стойку. Но во взгляде — одобрение.

Вождь переглянулся с Сарваром и хмыкнул:

— Твои шутки хуже адских гулей. Но, похоже, они работают.

Вражеская армия надвигалась, как огненное цунами. Рёв хоглинов сотрясал землю, магмакубы оставляли за собой пылающие следы, а иссушители поднимали в воздух чёрные мечи, дымящиеся, как дымоходы Ада. Мышцы налились свинцом. Я едва сжимал рукоять меча. Отступать было нельзя.

Сарвар, тяжело дыша, крикнул через плечо:

— Надеюсь, вы готовы, потому что я хочу вернуться домой к обеду!

Несмотря на кровь, пот и гарь, он сохранял свой дурацкий задор. Я усмехнулся — даже сейчас он не сдавался.

Вождь вскинул секиру:

— Мы идём вместе! Ни шагу назад!

Мы переглянулись. Страх не исчез, но вместе с ним пришла решимость.

С боевым кличем Вождь повёл армию. Пиглины лавой хлынули вперёд. Грохот щитов, звон мечей, боевые вопли — всё смешалось в единый ревущий поток. Мы рванули за ними.

Впереди показался силуэт портала, будто надежда сама пробивалась сквозь гарь. Но враги шли волна за волной. Скелеты-лучники били издалека, магмакубы прорывались в лоб. Земля пылала. Воздух плавился.

Стрела свистнула мимо и оцарапала мне руку. Дышать становилось всё труднее. Сарвар прыгнул на скелета, сбил его и пронзил мечом.

— Ты не лучник, amigo, ты мишень! — ухмыльнулся он, вытирая лоб.

Мадина уже метала огненные шары и молнии, разбрасывая врагов. Сарвар крикнул:

— Смотри, Мадина, вот ещё один! — он едва увернулся от стрелы. — И он, похоже, соскучился по тебе!

— Если он так хотел, мог бы и письмом написать! — ответила она, превращая скелета в пыль.

Мы пробивались вперёд. Мадина шла рядом, её магия пылала, выжигая путь, но я видел, как её движения замедлялись. Магия гасла быстрее, чем раньше.

— Смотри вперёд! — крикнул я, отбивая магмакуб, прыгнувший на неё сверху. Она успела отпрыгнуть и отбросить врага в лаву. Дыхание её стало рваным. Глаза — усталыми.

— Эй, hermano, что там с нашими билетами? Я ещё не готов в адский отпуск! — Сарвар всё ещё шутил.

— Портал! — закричал я, заметив фиолетовое свечение. — Это наш шанс! Бежим!

Внезапно — крик.

Я обернулся. Сарвар стоял на колене. Из-под его брони текла кровь — стрела пробила доспех. Лицо перекошено от боли. Он еле держался.

— Я задержу их... Идите без меня...

— Даже не думай! — выкрикнула Мадина. Её глаза вспыхнули гневом. Вокруг нас взвился магический купол, ярко-красный, как сама ярость. Враги с грохотом врезались в барьер, но тот держался.

— Веди нас, я его держу! — сказал я, подхватывая Сарвара. Он перекинул руку через моё плечо. Я взглянул на Мадину.

Она кивнула и, не оборачиваясь, пошла вперёд, расчищая путь. Её заклинания резали воздух, как клинки.

Я почти тащил Сарвара. С каждым шагом он слабел, но глаза его горели:

— Vamos, amigo... Мы справимся. Просто доведи меня до туда.

Эти слова звучали в голове, как мантра. Сквозь пепел, жар и кровь мы продолжали идти — пока фиолетовый свет портала не оказался совсем близко.

Когда мы, наконец, приблизились к порталу, я обернулся на последний миг. Перед нами разверзлась картина абсолютного хаоса и самопожертвования. Весь ад вокруг нас пылал: стены горели, лавовые потоки кипели, вокруг рвались огненные шары, и крики раздавались отовсюду. Среди этого ужаса я увидел пиглинов, которые продолжали сражаться, несмотря ни на что. Один из них, хромая и истекая кровью, всё равно кинулся на ближайшего магмакуба, проткнув его копьём, прежде чем тот раздавил его в ответ. Они стояли до конца, не давая монстрам прорваться к нам. Пиглины бросались в бой со смелостью, которой раньше от них не ожидали, их крики глушили стоны раненных врагов. Всё пространство было залито пламенем, вокруг сверкали вспышки взрывов, освещая ужасающую картину битвы. Было больно смотреть на это, ведь если бы не они, мы, возможно, были бы уже мертвы.

Среди всей этой неразберихи я увидел Вождя, который, несмотря на торчащую в плече стрелу, продолжал сражаться с врагами. Его взгляд встретился с моим — в этих глазах читалась твёрдая решимость, словно он говорил: "Не останавливайся. Мы сделали всё, что могли, ради вашего спасения."

Я почувствовал, как внутри всё переворачивается от осознания их жертвы. Глядя на Вождя, я не мог избавиться от мысли, что это была его последняя битва. Его лицо, покрытое пылью и кровью, излучало невероятное спокойствие и гордость.

— Спасибо, Вождь... Спасибо за всё! — прокричал я ему, отдав честь.

Он не ответил словами. Вместо этого он просто улыбнулся, гордо выпрямился, несмотря на рану, и коротко кивнул. Это было прощание. Я знал, что никогда не забуду этого мгновения. Эти существа, которых я когда-то считал врагами, стали для нас настоящими героями.

В это время Мадина уже излечила магией Сарвара. Её руки светились мягким золотистым светом, и я видел, как на её лице проступает усталость. Она с трудом держалась, но не позволила себе остановиться, пока Сарвар снова не смог встать.

Мы втроём, почти без сил, вошли в портал.

"Их жертва не будет напрасной," — подумал я, ощущая, как вокруг начинает действовать магия портала. Пламя, хаос и боль начали растворяться в фиолетовом свете, оставляя нас с одной мыслью: мы обязаны сделать всё, чтобы оправдать их подвиг.