Я, ты, они...
— Мистер Харди, — тихо произнесла я, стоя перед столом директора. — Мне нужны ключи от зала.
Мужчина вальяжно сидел на стуле и сощуренными глазами смотрел на меня. Казалось, он оценивал мое лёгкое смущение.
— Конечно, — едва улыбнулся он и поднялся с места. От этого мне стало совсем неловко. Я наблюдала за тем, как он медленно приближался. — Я дам тебе то, что ты хочешь.
Моя слюна громко провалилась. Директор стоял так же близко, как вчера. Слишком близко. Он все так же оценивающе пробежался по моему зажатому телу, отчего я ещё больше скукожилась.
— Ты волнуешься? — спросил он, протягивая руку к моему лицу. Его тонкие пальцы коснулись лба, убирая волосы.
— Нет, — без уверенности сказала я. Наверно, прозвучало это как глухое мычание.
— Славно, — улыбнулся директор, сокращая и так маленькое между нами расстояние.
Его взгляд стал холоднее. Я смотрела в глубину глаз и не могла понять намерения мужчины. Только улыбка выдавала что-то похожее на желание, вожделение.
Директор склонился надо мной, охватывая мои губы. Как странно! Они такие мягкие и сладкие, будто только что он перекусил шоколадом.
Мое тело оцепенело. Я не могла пошевелиться, глубоко вздохнуть. Мужчина словно перекрыл мне доступ к жизненно важной функции. Однако после короткого прикосновения я ожила. Смотрела на него удивленными глазами, но по факту показывала желание продолжить начатое. Внутри все перевернулось, и кровью налились те места, которые не должны были этого делать.
В груди защекотало, а голова закружилась, когда Харди с новой силой овладел моими губами. Он показывал, как сильны его намерения. Одной рукой мужчина прижал меня к себе, а второй слегка надавил на шею, будто я могла сбежать от него.
Наш поцелуй перерастал во что-то страстное, желанное, долгожданное. Мне не хватало воздуха, и ему, казалось, тоже, но он не останавливался.
Его вторая рука спустилась ниже, коснулась груди. И тогда я вышла из оцепенения. Обхватила его шею руками, хаотично поглаживая волосы. Меня вся эта ситуация сильно возбудила, и я не намерена прекращать.
Наша одежда разлеталась по кабинету. В порыве страсти мы не могли нормально освободиться от неё, посмеивались и помогали друг другу.
Харди вздохнул, когда увидел меня без одежды, а я пустила свои руки в свободное плаванье по его телу. Оно было таким же крепким, каким я себе его представляла, сидя за партой на его уроке.
Мужчина словно озверел. Схватил меня за волосы, но не сильно, и начал ласкать своими губами шею, ключицы и грудь. Насладившись этим, он развернул меня и подтолкнул к своему столу, нагнул. Я не успела вздохнуть, как он оказался во мне...
— Твою мать! — сонно выругалась я.
Открыла глаза, потёрла вспотевший лоб и огляделась. И надо было мне проснуться в три утра!
Джон лежал рядом и тихо сопел. Я посмотрела на него с тяжёлым грузом на душе. Несколько часов назад мы соединили наши тела, отдались любви. А сейчас я проснулась от того, что занялась этим с Харди. И тело будто помнило то мое возбуждение во сне. Внизу живота сладостно пульсировало. Черт меня подери!
Остаток ночи выдался ужасным. Я хотела спать, но боялась, что сон перенесёт меня в кабинет директора, и мы продолжим делать то, от чего мои мурашки носились по телу.
Джон поцеловал меня в лоб. Я проснулась, но не открывала глаза.
— Прошу, не уходи, — промычала, протягивая руки вперёд.
— Так не хочешь со мной расставаться? — усмехнулся он, но подвинулся ближе, обнял.
— Не хочу, — вяло произнесла, наслаждаясь его присутствием.
— Я становлюсь похожим на тебя, — сказал он мне в ухо, — просыпаюсь около полудня.
— Это ведь хорошо, — засмеялась я от нежности его голоса. — Ты в отпуске должен отдыхать, а не соскакивать по привычке в самую рань.
— Однако надо вставать. У тебя впереди множество репетиций, а мне надо встретиться с братом. Он начинает вдаваться в бизнес, и без моей помощи ему не обойтись. — Джон коротко поцеловал меня в щеку и отдалился, оставляя мое тело довольствоваться мягкостью кровати.
Через час я уже приближалась к своему дому. Рид предлагал мне заказать доставку одежды, чтобы я не бегала в логово моих родных. Однако перед тяжёлым днём я бы хотела повидаться со всеми, неизвестно, в каком часу завалюсь в кровать.
Дома были мама и бабушка. Мужчины ушли развлекаться в тир, хотя я уверенна, что дед этим не ограничится. Мне временами казалось, что ему не хватало общения с этой частью нашей семьи. В том плане, что дед столько лет проводил в компании женщин. А ему, как старшему поколению, необходимо было поделиться чем- то, давать наставления.
— Привет, — сказала я маме, которая расположилась в гостиной.
— Ну, здравствуй, — ехидно улыбнулась она, откладывая свой журнал. — Как провела время?
— Отлично. Я была рада видеть Марту. — Села рядом с мамой. — Очень скучала по ней.
— А как с Джоном? — Сощурила она один глаз.
— Без изменений. Мне надо переодеться и мчаться в школу. Не знаю, во сколько вернусь. — Я чмокнула ее в щеку и галопом поскакала наверх.
Переоделась в другой сарафан, а в сумку положила спортивные шорты и топ, чтобы легче было репетировать танцы. Махнула на прощанье рукой и скрылась за дверью.
Джон и не вздумал отлучаться по делам, пока не оставит меня по своим. Я уговаривала его ехать на встречу, но он противился. Ему нужно было ещё время, чтобы побыть со мной. Разумеется такое стремление радовало, но и было противоречие: скоро я не смогу оторваться от него, меня будет заполнять желание быть рядом с ним всегда и везде. И даже разлука в пять минут нанесёт мне непоправимый ущерб. И честно, я боялась этого. Боялась, что полюблю его так сильно, что потеряю рассудок.
Мы стояли около школы. Джон нежно гладил мою ладонь, глядя на меня, а я пристально разглядывала его. От этого мы улыбались, но продолжали играть в гляделки.
— Тебя забрать после репетиции?
— Я не представляю, во сколько она закончится. Будет много людей и много работы, — устало вздохнула я, убирая свою руку. — Если буду задерживаться, то напишу тебе.
— Договорились, - сказал он и потянулся ко мне. Я прикоснулась к его губам, смакуя каждую секунду.
Как только я отодвинулась от Джона, в стекло с моей стороны постучали. Я обернулась и увидела смеющуюся Эмили. Она помахала рукой, улыбаясь во все зубы.
— Мне нужен оберег от этих шпионов, — простонала я, отстегивая ремень. Ещё раз поцеловала Рида и вышла на улицу.
— Вот это бессмертие! — протянула подруга, округляя глаза.
— Плевать, пусть все видят нас, — отмахнулась я, направляясь в школу.
У входа нам попались Бен, Джо, Адам, Кейт, Арден, Скотт и Чарли. Дэни должен подойти с минуты на минуту, но ждать его не стали, без проблем найдёт нас.
Всей компанией мы ворвались в спортивный зал, где уже заканчивали свои работы выпускники. Кто был не знаком с младшими — познакомились. А так они, в принципе, все друг друга знали.
— Итак, — начала я, когда все собрались. — Мы вчера обсудили номера на два дня. Решили, что вспомним индийские песни и развлечем стариков живой музыкой.
Кто-то посмеялся над тем, как я назвала людей, что выпустились из школы десять лет назад.
— Мы не будем разделяться, то есть моя группа и команда Майкла. Все сделаем вместе, чтобы напомнить о себе и не дать забыть о наших приемниках.
Воспользовалась тем, что Майкл сделал меня главной. Начала маячить перед всеми, разделяя на пары для танцев. Хотя это действие не сильно и пригодится, но мне нужно все держать под контролем.
Моей парой будет лидер другой группы. Так уж у нас заведено.
Позже мы переместились в балетный зал, чтобы не испортить атмосферу в спортивном.
Я воткнула флешку в музыкальный центр и включила нужные песни. Дала ребятам прослушать все те, что мы должны разучить к концу недели.
После я начала показывать движения. Однако мне помогали остальные, добавляя что-то своё. В общем мы вместе придумали оригинальные танцы.
На улице уже вечерело. Я попросила всех найти слова песен в интернете, так как у меня не было многих адресов электронной почты. И рассылать текст для меня уж слишком утомительно — много времени уйдёт, а мне нужно ещё придумывать танцы для следующих мероприятий.
Отправила всех по домам, а сама осталась штудировать номера. Включила минусовки знакомых песен. Решила таким образом вспомнить какого это — петь и танцевать одновременно.
За годы учебы в колледже я занималась либо танцами, либо пением в группе. После большого концерта, который мы дали на ярмарке, я не выступала с индийскими песнями. То есть петь-то их пела, но не танцевала. И вот решила вспомнить, как мне удавалось показывать номера друг за другом.
После первого же куплета одной из ранее исполняемых мной песен я задыхалась. В прямом смысле стояла и с языком на плече тяжело дышала. Вот она — старость!
Попробовала снова после пятиминутного отдыха. Ничего не изменилось. Так дело не пойдёт! Как мне выступать перед выпускниками и гостями на свадьбе, если я отбрасываю копыта? Решила до конца недели оставаться до темна и дрессировать себя.
После очередного провала я разлеглась на полу и разглядывала потолок. Дыхание уже восстановилось, но тело ещё ныло от такой нагрузки.
Как я раньше успевала все? Если так вспомнить, то я каждый день была занята репетициями или придумыванием номеров, более-менее училась и ходила на дополнительные занятия, веселилась с друзьями и находила время для Джона. Делала все то, что от меня требовали, и то, что я сама хотела. Однако итогом было то, что я попала в больницу, едва закончив концерт. Усталость, недосыпание и недоедание сыграли свои роли. Плюсом стало то, что моя личная жизнь в один момент скатилась на «нет».
В колледже я пыталась быть такой же активной, такой, которая вечно чем-то занята. Помимо учебы, репетиций и выступлений я подрабатывала и пыталась найти своё место в жизни. Порой я скучала по прежней Сэм, которая всегда находила выход из сложной ситуации, плевала на мнение окружающих.
Сейчас я будто сдулась, сдалась, поддалась слабости. Мой пыл умерился, гнев проявлялся только при необходимости, дурные слова я не произносила, пыталась быть тихой и скромной. Выступления стали без ярких эмоций, какого-то азарта. Я превратилась в обычную девушку.
Мне казалось, я что-то упускала, теряла из вида важную деталь. Мои стремления для всех похвальны, но внутри меня грызла пустота. Будучи с друзьями и любимыми людьми я все же отстранялась от них, стремилась к одиночеству. И сама не понимала, почему со мной происходило такое.
Скрип двери остановил поток моих мыслей. Я лениво повернула голову и увидела вошедшего Джона. Он молча подошёл ко мне и сел рядом. Мое же тело так и продолжало греть пол.
— Я слишком задержалась, да? — спросила у него.
— Да, — покачал он головой. — Мне стоит волноваться? Ты выглядишь расстроенной.
— Все в порядке, — проныла я и села напротив. Посмотрела на него, вглядываясь в усталое лицо и слегка пустой взгляд. — Я растеряла все свои навыки. Не могу даже исполнить песню, сопровождая ее танцем.
— Ты много времени не занималась этим, но — даю руку на отсечение, — все у тебя получится. — Джон склонился к моему лицу и коротко поцеловал. — Ты останешься сегодня со мной?
— К сожалению, — вздохнула я. — Надо хоть дома появляться. Настраивайся на завтра.
— Хорошо, — улыбнулся он, поднимаясь на ноги. Подал мне руки и помог встать. — Я подожду в машине.
Джон снова улыбнулся, оставляя меня одну. И тут до меня дошло, что я сегодня не видела директора. Он должен был передать мне ключи, но этого не случилось. Ладно, найду уборщика, попрошу, чтобы он закрыл зал.
Собрала вещи, выключила всю электрику и вышла. Мистера Голда нашла быстро. Он коротко поприветствовал меня и протянул связку ключей, добавляя, что ответственность за балетный зал несу только я. Отлично, давно на меня такое не возлагали!
Села в машину такой усталой, будто тело колотили весь день. Возможно, меня расквасило из-за непредвиденного расстройства. Впервые за долгое время у меня не получился желаемый результат.
До моего дома доехали молча. На прощанье я поцеловала Рида, поспешно выходя из автомобиля. С родными перекинулась парой фраз и, ссылаясь на усталость, закрылась в своей комнате. По пути к кровати скинула с себя одежду и плюхнулась, погружаясь в сон...
***
Несколько дней промчались словно час. Чтобы успеть подготовиться к встрече выпускников, приходилось являться в школу раньше, что меня выбивало из привычной среды. Зато мы отплясывали номера лучше, чем это представлялось.
Я выкладывала все силы, чтобы влиться в тот режим работы, который задавала себе в прошлые годы. Проанализировав свои провалы в сольных репетициях, поняла, что каша в голове мешала сосредоточиться. Приходилось выбрасывать глупые мысли из головы и отдать предпочтение музыке.
Такими темпами я справлялась со всем тем, что на меня взвалилось.
В пятницу мы доводили все движения до автоматизма, а слова — до нужного акцента. Приготовили костюмы и аккуратно разместили их в балетном зале. Это будет нашим пристанищем на два дня.
Последняя репетиция прошла в актовом зале, где можно было спокойно отплясать номера. Позже я отправила всех домой на отдых. Сама же осталась в школе.
Моя главная задача — приготовить номера для помолвки и свадьбы Чарли. В голове уже все придумано, осталось только воплотить заготовки.
Мы с Эмили решили, что начнём после этих выходных. Она была моим помощником в плане размышлений. Подруга старалась не напрягать себя физической нагрузкой, а то ей становилось не по себе. Эмс могла потусить немного в клубе под несколько песен, но на наши танцы ее не хватало. Ей досталась роль певицы на празднике брата.
Я включала песни и отрабатывала движения. Чтобы закрепить результаты, приходилось и петь и танцевать.
За пару часов я оттоптала себе пятки, на носках появились дыры. Мне было удобней заниматься без обуви, так движения выглядели изящней.
После очередной песни решила передохнуть. Не стоит перенапрягаться, ведь завтра вечером наша сборная команда покажет себя.
Села на сцену и закрыла глаза, приводя дыхание в порядок. В темноте зала я услышала движение, шорох, а потом неспешные шаги.
— Кто здесь? — спросила, вглядываясь.
— Прости, что побеспокоил, — прозвучал голос директора. Он вышел из темноты и встал у сцены. — Я остался закончить некоторые дела, однако музыка привлекла мое внимание.
— Помнится, я в школьные годы приглашала вас на наши репетиции, но вы не приходили, — улыбнулась ему. — Вот и настало время.
— Согласен, — хмыкнул директор и поднялся ко мне. Я встала.
Оглядев мистера Харди, заметила его пустой взгляд, бледное лицо. Поза тоже выдавала усталость. Казалось, он жил в своём кабинете и покидал только для нужд.
— С вами все в порядке? — спросила я, снимая беспроводной микрофон.
— Я немного утомился. — Он потёр лицо ладонью. — У тебя есть проверенные способы отвлечься?
— Разумеется, — мягко улыбнулась ему, надвигаясь к музыкальному центру, что приволокли из балетного зала. Майкл пошаманил немного, и теперь без проблем можно использовать здесь. — Только выполняйте то, что я вам говорю. Беспрекословно.
— Ох! — усмехнулся директор, но кивнул.
Я попросила снять пиджак и закатать рукава рубашки, чтобы телу ничего не мешало. Выполнил. Потом поставила его в центр сцены, и, нажав на кнопку, пристроилась рядом. Заиграла музыка, но не громко, так, чтобы я без напрягов могла с ним разговаривать.
— Постарайтесь расслабиться, отбросить все ненужные мысли, — говорила ему, пока начиналось вступление. — Повторяйте за мной или делайте свои движения, но не останавливайтесь до конца песни.
Харди уставился на меня как-то настороженно, немного удивленно, потом он вздохнул и начал медленно дергать плечами.
Песня «Dance Dance» из индийского фильма «Танцуй, танцуй» меня всегда чем- то цепляла. И слова были трогательными, и музыка, совсем не подходящая под смысл текста, разжигала огонь внутри. Мое тело всегда пускалось в пляс, едва я слышала первые звуки. Старалась не вдумываться в переживания певца, а поддаться самой музыке.
Я, в свою очередь, предстала перед Харди уже танцующая. Он медлил, оглядывал меня.
— Вы можете не замечать меня, будьте на своей волне, — говорила ему. — Все, что было здесь, останется только здесь. Доверьтесь мне, доверьтесь себе. Выбросьте из тела и разума усталость и дурные мысли, будьте собой.
Отодвинулась от него, чтобы показать, что его присутствие меня не смущает, и я могу сама собой плясать на сцене. Так и сделала. Тихо подпевала слова и двигала телом, как мне хотелось.
Заметила, что Харди последовал моим советам. Его движения стали раскрепощёнными, свободными, легкими. Руки и ноги в такт музыке пинали и размахивали воздух.
После нескольких проигрышей мы столкнулись. Посмотрели друг на друга сонно, отстранённо. Но я взяла все под контроль, точнее — за руки. Соприкасаясь ладонями мы кружились, сделали «лодочку» руками и снова закружились. Наши тела все приближались и приближались, пока мы не встали вплотную и не начали быстро наклоняться в стороны. Одна моя рука замерла на его плече, другая сжимала его ладонь. Правая рука директора лежала ровно на изгибе спины, не спускаясь ниже. И мы все так же продолжали метаться в стороны, кружиться.
Меня не нагнеталась такая обстановка, такая близость, ведь мы просто танцевали. Однако я чувствовала что-то внутри, какое-то тепло, щемящее грудь.
Разъединив наши тела, каждый из нас вновь тонизировался на своей волне.
Когда песня закончилась, мы плюхнулись на задницы и громко дышали. Смотрели друг на друга и посмеивались.
— Чувствуете прилив сил? — спросила у него, восстанавливая дыхание.
— И не только. Прям, жить захотелось! — усмехнулся Харди. — Спасибо, мне нужно было как-то развеяться.
— Я здесь ещё неделю, так что приходите. Разучим движения и можем вместе выступать.
— Ой, я петь не умею! — замахал он руками.
— А мы под фонограмму, — усмехнулась я. Он смотрел на меня и мило улыбался.
— Принимаю твоё приглашение. Не думаю, что смогу являться сюда каждый день, но точно успею тебе надоесть.
Я ответила ему глупым выражением лица и не менее глупой улыбкой. Фу, ты, Сэм! Веди себя нормально!
Из школы мы выходили вместе. Попрощались и пошли своими дорогами. Я направилась в сторону парковки, где меня ждал Джон. Сегодня наша ночь...
Чтобы хорошо отдохнуть и набраться сил, я планировала проспать до полудня, но мой организм уже перенастроился на раннее пробуждение. В итоге, когда на часах едва стукнуло девять, я уже сидела за столом на кухне и пила тёплый чай. Джон, как ни странно, поднялся вместе со мной. Он посетил ванную комнату и на легке уселся рядом. Я подвинула ему чашку с тем же чаем и тостами с шоколадной пастой. Да, я таки сделала из него сладкоежку!
— У тебя сегодня есть работа? — спросила у него.
— Нет, я за неделю дал брату много разных советов как продвигать дела. Так что, думаю, я свободен от своих обязанностей наставника, — улыбнулся он.
Я наблюдала за его речью и мне показалось, что он облегченно вздохнул и даже просиял. Хоть ему и нравилась временами своя работа, но он заслужил, наконец, отдых от семейного бизнеса. Учитывая то, что теперь я рядом с ним, то в его планы входило как можно больше проводить время в моей компании. Однако он признавался вечерами, что скучает по моим шалостям и глупым высказываниям, а так же звонкому и искреннему смеху.
Я отмахнулась от этого. Давно уже перестала быть той самой Сэм, что ему полюбилась. У меня сейчас завал с репетициями, но я пообещала, что когда кончатся мероприятия, то отдам ему и тело и душу.
— Хорошо, — кивнула я и допила свой напиток. — Хочу посетить наш любимый клуб. Думаю, завтра все согласятся с моей идеей потусить как в старые добрые времена.
— Организуем, — согласился Джон и поцеловал меня.
Мой телефон тренькнул. Я озадаченно надула щеки и громко выпустила воздух. Кому и что от меня нужно в такую рань?
Мама спросила, можем ли мы «девочками» погулять по городу. Я согласилась без раздумий и сказала, чтобы она и бабушку прихватила. Мы, по-моему, ни разу не были чисто женской компанией на прогулке. Согласовали час и место встречи.
— Ну, что? — вопросительно смотрел на меня Джон.
— Мама предложила погулять по городу. Через два часа надо быть в центре, — вздохнула я, поднимаясь с места. — Необходимо навидаться вдоволь, а то они завтра уезжают. Отпуск подошёл к концу.
Рид поравнялся со мной, запуская свою руку мне в волосы. Другая обхватила талию и прижала к его телу. Его ехидная улыбка означала то, что ближайшее время я должна принадлежать только ему. Впрочем, так и получилось...
В назначенный час я топталась у магазинчика на углу. Слегка поежилась от дуновения ветра, который прогнал по телу мурашки. Сегодня прохладно. Солнце постоянно скрывалось за плотными облаками, нагоняя какую-то тоску. Хорошо, что я перевезла сумку с некоторыми запасами одежды к Джону, а то так и приходилось бы таскаться домой, чтобы переодеться.
Он жил в той же квартире, что и раньше. В его отсутствие там заправляла Роза, но она сейчас в другом штате со своей дочерью. Я хотела бы с ней повидаться, но, к сожалению, вернётся она не скоро. У Клэр там какие-то дела, а Роза поехала за компанию, да познакомиться с другой местностью. Девушка имела хорошую должность, ведь в этом помог Джон. Она была постоянно в разъездах, деловые встречи не заставляли себя ждать. А вот женщине было скучно, поэтому она временами следовала за дочерью.
Находясь в этой квартире, где проходили по большей части наши встречи с Джоном, я окуналась в прошлое. Слишком много здесь пережитых моментов и, чаще всего, они были прекрасными. Впервые мой возлюбленный сыграл мне композицию нашего общего знакомого Людовико Эйнауди. Там же нас застукали наши друзья, которые за долго до этого делали ставки на нас с Джоном. Эмили выиграла сотку, ведь она была уверенна, что наши отношения со старшим Ридом совсем не дружеские, а Джек в этом сомневался. И там же, кстати, мы впервые откровенно поговорили с хозяином после ужина и купания в фонтанах.
Я невольно улыбнулась. Хорошие моменты, которые никогда не забудутся. Эта квартира была одним из кирпичиков в построении наших отношений.
— Сэм!
Я проморгалась и увидела, что мама стоит передо мной и машет рукой у носа. Опять ушла в себя!
— Привет, — улыбнулась ей.
— Мы немного задержались. Прости, — вмешалась Маргарет.
— А, — вздернула уголок губ, — ерунда. Я на своей волне была.
— Заметила, — сказала мама, хватая меня за локоть. — Я не оторвала тебя от дел? Джона?
— Все в порядке. Мне надо развеяться. Да и мы мало видимся из-за репетиций, а вы уже завтра уезжаете.
— И то верно, — вздохнула мама.
— Может, сходим в салон красоты? — предложила бабушка.
— Не старовата ли ты? — Я сначала удивилась, а потом засмеялась, едва не хрюкнув.
— Обижаешь! — протянула женщина и улыбнулась. — Что мне ещё на пенсии делать? Вот и хожу-брожу, молодость вспоминаю.
Мы втроём засмеялись, направляясь в ближайший салон. Надо бы и мне освежить детали своего тела.
К нашему большому счастью на это время не было никаких записей. Как будто вселенная сама захотела, чтобы мы сблизились именно здесь.
Мама и бабушка решили воспользоваться услугами парикмахера, а я ушла на массаж. Я недавно стригла волосы и не повреждала их краской, так что я в этом плане свежа. Кушетка, масла и ароматизированные свечи с успокаивающей музыкой пришлись мне по вкусу. Я лежала, кайфовала и почему-то погрузилась в думы о мистере Харди. Чем он зацепил меня — так и не поняла, но вчерашние наши танцы легли на полку с хорошими воспоминаниями. Сегодня я увижусь с ним. Только вот как это будет, ведь в этом же здании будет любовь моей жизни — Джон Рид?
Час массажа расслабил меня, снял усталость и дал тонус всему телу. Я поблагодарила девушку Меган и покинула скромную комнату.
Мои женщины все ещё сидели в креслах и под умелыми руками приходили в совершенство. Временами до меня сквозь музыку доносился смех, и только выйдя в зал узнала со слов Маргарет, что девушки были ее ученицами. Да уж, мир тесен. Слов нет.
Позже нам делали маникюр и педикюр. Я не сильно любила эти процедуры, но мама настояла. В итоге под шутки Дэйзи, Айрин и Билли мы смеялись так, что слёзы из глаз. Думаю редко к ним заходили веселые клиентки, которые могли быстро завести беседу. Мы тоже добавляли какие-то шутки, и это подкрепляло наши звонкие смешки.
В общем вышли мы из салона в отличном настроении, прекрасным внешним видом и с запасом подколов и смешных рассказов. Время пролетело незаметно, оставались пару часов для прогулки и легкого перекуса.
Мы шли по улице, взяв друг друга под локоть, улыбались прохожим мужчинам, чувствую на себе их взгляды. Да, сегодня мы красотки!
Дошли до кафе, внутрь не стали заходить. Уселись за столики на свежем воздухе. Солнце все же пробиралось сквозь тучки и одаривало нас теплом.
Я заказала себе кофе и пончик. Скоро надо бежать в школу, а звенеть полным животом не хотелось.
Когда нам принесли заказ, я увидела знакомые силуэты через дорогу. Чарли и Эйдан выходили из магазинчика с сувенирами. Помахала им рукой и позвала, едва они успели повернуть головы в наши стороны. Через минуту друзья приблизились к столику.
— О! — воскликнула Маргарет. — Я рада вас видеть!
Женщина поднялась с места и крепко обняла сначала Эйдана, потом, на мое сильнейшее удивление, подругу. Никогда не видела таких нежностей по отношению к ней. Мама в стороне не осталась, поздравила друзей с приближающейся свадьбой и тоже обняла. Я же прильнула к Эйдану, ведь с ним я виделась неделю назад, а подруга получила от меня поцелуйчики. Ее я каждый день гоняла в зале.
Пригласили друзей посидеть с нами. Они не отказались и сделали заказ на повтор моего.
— Что вы там присматривали? — спросила я, разглядывая парочку.
— Искали подарок, — вздохнула Чарли.
— Кому? — пристала к ним.
— Джону, конечно! — засмеялся друг.
— А зачем ему подарок? — не унималась я, отпивая напиток.
— О боже, я так и знала, что ты забудешь! — снова вздохнула подруга. — У него день рождения во вторник.
— В смысле? — опешила я.
— Надо реально делать ставки на твою забывчивость! — засмеялась мама, чуть не поперхнувшись яблочным пирогом.
— Да в смысле? — повторилась я. — У него же месяц назад должен...
— Если ты про годовщину нашей свадьбы забыла, дочь моя, то я даже не удивлена! — продолжала смеяться мама.
Я тут же начала вспоминать детали. Мы никогда не заводили тему дня рождения Джона, ведь встретились мы гораздо позднее, а разошлись раньше лета. И однажды только Джек упоминал этот день, но я почему-то запомнила июнь. А оказалось...
— Черт возьми! — выругалась я, судорожно держа чашку. — Что делать?
— Ну, мы думали ты нам что-то предложишь, — сказал друг. — Надеялись на твою память и здравый ум, а в итоге мы тебе и напомнили.
— Так, — вздохнула я, — ладно. Я соображу, время ещё есть.
Все смотрели на меня и смеялись. Подруга вообще покачала головой, пряча улыбку за чашкой кофе.
Попадос! Конкретный попадос! Я беспамятная курица! Хотя за пару дней можно что-то придумать, первый раз что ли я в такой ситуации.
«Вообще-то да!»
Тори словно гром среди ясного неба появилась в моей голове.
«Для Джона ты ни разу не делала праздник, так что уж постарайся ради любимого».
И снова пропала. Ладно, воображения кусок, достану я ещё тебя!
Поболтали немного с друзьями, наелись и разошлись. Они пошли выбирать что-то символическое для Джона, а мы направились в сторону дома. Идти, конечно, много, но тем для беседы достаточно.
И что дарить ему? У него, в принципе, есть все: деньги, недвижимость, автомобиль. Он не требователен, да и никогда таким не был. А если так подумать, то каких-то ощутимых подарков я ему не дарила. Никогда! Надо исправить. Мне пришла в голову мысль, правда, не уверенна в ее адекватности. Если я подарю ему это, будучи в настоящих отношениях чуть больше недели, то на меня посмотрят как на сумасшедшую. Хотя я и есть такая по своей натуре. Решено!
Мама и бабушка хвастались своими новыми роскошными волосами, а я переодевалась в вечерний наряд. Не думала, что смогу нормально засветиться им на встрече, но выглядеть все равно нужно красиво. Вдруг Джону взбредёт представить меня своим одноклассникам, а я приперлась в джинсах и футболке.
Я уже собрала сумку и напоследок посмотрелась в зеркало, как на весь дом разнеслось:
— Сэм, за тобой приехали!
— Что ж ему не терпится? — прорычала я, выходя из комнаты. — Иду!
Джон стоял в прихожей с букетом роз насыщенного цвета бордо. Я ахнула.
— Маленькая моя, — прошептал Рид, когда я подошла к нему. Он оглядел мой скромный наряд в виде весьма удобного чёрного платья выше колен. — Ты чудесна!
— Спасибо, — улыбнулась я, принимая протягиваемый букет. Принюхалась так, что голова закружилась.
Родные стояли в гостиной, и все пять пар уставились на нас. Я почему-то засмущалась, будто стояла на ковре у директора, который только что отчитал меня за шалость. Детский сад!
— Мам, возьми, — протянула ей цветы. — Нам нужно бежать.
Моя женщина, не скрывая улыбки приблизилась, повиновалась и прошептала:
— Он нам тоже подарил.
Я кивнула, а бабушка жестом выгнала нас из дома. Как только дверь за нами закрылась, Джон прильнул к моим губам. И так приятно от него пахло, что я вмиг охмелела.
— Ты меня балуешь, — сказала я.
— Привыкай, —ответил он.
Мы сели в машину и поехали в школу. Некоторое время не решались выйти на улицу.
- Я могу тебя забрать после выступлений? — спросил Джон.
— Не хочешь там задерживаться?
— Не хочу, — помотал головой. — Я — известная личность в этих кругах, меня и детали моей жизни знают многие, а о других мне не интересно слышать.
— Почему тогда решил пойти на встречу?
— Ради тебя. Пока не узнал, что ты будешь выступать, я не желал появляться в школе.
— Подлиза, — фыркнула я.
Как-то этот город и эти люди влияли на меня: мой язык начинал развязываться, постепенно пропадали скованность и скука, просыпались азарт, веселье, хотелось сотворить что-то такое эдакое. Не придумала ещё, но руки чесались жуть!
У входа нас поджидали Эйдан и Чарли. Я забрала подругу, оставляя парней наслаждаться вечером. Вместе направились в балетный зал, обходя стойку, где сидели девчонки и раздавали бейджи виновникам торжества. По пути разглядывали фотографии прошлых лет на стенах, плакаты с приветствиями, которые я помогала рисовать в перерывах между репетициями. Разноцветные шары болтались под потолком, из спортивного зала доносилась веселая музыка. Все это осталось позади за закрытой дверью балетного зала.
Для девчонок в углу мы перетащили из костюмерной большую ширму. Нечего парням глазеть на нас оголенных! Они, кстати, уже переоделись.
Почти вся моя бывшая команда собралась здесь. Не хватало только Роберта (он в городе, но не изъявил желание здесь выступать), Беатрис (мы с ней сто лет не общались, и мало кто знает где она вообще), Дениз (она тоже здесь, но у неё какие-то дела), Мейси (она в Джерси, появится только на свадьбе Чарли), Тедда (о нем тоже мало, что слышала), Джека (ну с ним все понятно, что негоже вступающему в семейный бизнес парню якшаться на вечерах в школе).
В общем все равно у нас большая команда собралась: дивные и талантливые ребята из выпускного класса и мои трудолюбивые пчелки.
Девчонки — и я вместе с ними, — переоделись в индийские наряды, которые достали из костюмерной. Там вообще все барахло лежит с наших выступлений. Это и хорошо, а то пришлось бы искать и напрягать Дарси.
Развлекательная программа длилась около двух часов с пятнадцатиминутным (а то и больше) перерывом. После же нам предстояло покинуть школу, дабы выпускники вдоволь повеселились сами. В номерах задействованы не только песни на индийский лад, но и музыка группы Майкла. Как в наши времена группа разделена на инструментальную и танцевальную. Ностальгия! Правда, они появятся всего пару раз для разбавления.
Мы всей толпой направились к спортивному залу. У стойки я поинтересовалась, все ли гости пришли. Не хотелось выступать лишь для половины. Но Хлоя уверила, что все в порядке.
Директор Харди сказал речь и передал микрофон бабушке. О черт, я и не думала, что она явится! А ведь именно она выпускала тех ребят, что расселись за столики по периметру зала.
Вообще мы не заморачивались на счёт украшений: обычные декорации, шары и плакаты, пожелания на будущее в виде листов на стене и коробочках на столах с закусками и безалкогольным пуншем. Все же в школе не разрешено употреблять крепкие напитки, пусть и взрослым дядькам и тетькам.
Когда Маргарет упомянула нашу группу и попросила встретить нас аплодисментами, мы подготовились к номеру.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Я спряталась за всей выступающей группой. Нас собралось десять человек, ведь невозможно будет раскрепощённо танцевать, если и остальная часть присоединится. Поэтому мы разделились, чтобы каждый смог участвовать.
Запевали мы с Майклом, так как оба хотели быть главными именно в этой песне «Cheez Badi».
Под первые звуки все начали шевелиться, а я тихонько пробиралась между ними. Пальцы правой руки сделали знак «ок» и легонько мотались в стороны, словно колокольчик. Я запела и танцевала в такт своим коллегам. В куплетах мы двигались медленно, как бы раскачиваясь перед каждым проигрышем, который был энергичным.
Часто соприкасалась с Майклом, ведь он — моя пара. И некоторые наши движения слишком откровенные, будто мы в отношениях. Даже не представляла, какая была реакция у Джона, который сидел за центральным столом. Старалась не смотреть на него и других выпускников. Полностью отдавалась танцам и пению, не сбивая дыхания.
Мы поклонились, завершая наш первый номер. Зал заполнился довольными выкриками и аплодисментами. Покинули гостей и пошли в балетный зал. Есть время, чтобы мы отдохнули, а старички пообщались и все такое.
Следующий номер был мой сольный. Другие участники группы тоже подпевали и танцевали, но главная роль моя. Так как времени было не много, чтобы кто-то выучил слова, поэтому все легло на меня. Да и никто не спорил.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Я решила надеть желтый костюм, так как в песне подразумевался лимончик. Да, лимончик! Конечно такая песня «Nimbooda» не обошлась без моих кривляний и легких шалостей по отношению к гостям. Всем было весело, а мне вообще здорово. Я получала нескрываемый кайф от показа себя.
Потом выступала группа Майкла, а мы отсиживались в балетном зале. Ещё три номера, и мы свободны. Завтра явимся сюда к полудню, чтобы проводить выпускников в их реальность.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Итак, этот номер «Hadippa» был в распоряжении Моники и Дэни. У парня шикарный голос, и я его запихнула сюда, чтобы не расслаблялся. Он, конечно, помялся, а потом щёлкнул меня по носу и сказал о жёстком мщении. Ну да! Только я в этом городе была героем справедливости и шкодничества! Не переплюнуть.
Два номера были исполнены. Мы так же отсиживались в зале, иногда сваливая в туалет. Нам не хотелось светиться в школьных коридорах лишний раз. Все же мы здесь для развлечения.
Последнее выступление «One, two, three, four» отплясывали только парни и я. Девчонки тут не очень вписывались.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Парни были массовкой и подпевали, а мы с Майклом танцевали от души и для неё же родимой. Я чувствовала то самое расслабление, что испытывала и советовала испытать мистеру Харди. М-м, сделаю эту песню одной из тонизирующих мое тело и разум.
Попрощавшись с гостями, пожелав им хорошего вечера, мы пошли переодеваться. С каким-то облегчением сняла наряд и натянула платье. Пришло смс от Джона. Он хотел как можно быстрее попасть домой в мои объятия. Прихватила Чарли и Эмили и направилась к выходу. Там уже стояли наши мужчины. Даже Джек составил нам компанию. Надо же!
— Все было супер! — похвалил Эйдан. — Можете ещё дать шороху мелким.
— Конечно, — протянула его сестра.
— Сэм! — послышался голос Майкла, который выбежал на крыльцо. Мы решили немного постоять и насладиться тишиной, свежестью, нашей дружбой. — Можно поговорить?
Парень кивнул, чтобы мы отошли в сторону. Я оглядела своих и сказала, чтобы не торопились без меня. Джон странно прищурился, но дал добро.
— Спасибо огромное! — засиял Майкл. — Я был очень рад сотрудничать с тобой. Можно сказать, что ты — мой кумир, и сбылась моя мечта.
— Ой, — засмущалась я, — ты переоцениваешь меня.
— Нет, совсем нет! Ты замечательная и талантливая! Благодаря твоей смелости мне есть к чему стремиться.
— О какой смелости ты говоришь? — усмехнулась я. — Мне просто повезло оказаться здесь и попасть в группу мистера Рида. Это случайность.
— У каждого своя правда, — улыбнулся он. — И все же спасибо тебе!
Майкл обнял меня так стремительно, что я поначалу опешила, но все же ответила ему. Он снова одарил меня улыбкой и побежал в школу.
Риды, Томпсоны и Чарли подошли к моему офигевшему телу. Джон притянул к себе, жадно поцеловав. Мы парами шли к машинам, бросаясь неуместными шуточками. Распрощались и отправились по сторонам.
А я снова погрузилась в мысли, вспоминая историю своего успеха. В Форсе я была не слишком заметной в плане музыки, меня больше знали по буйному нраву. Очередная шутка над учителем привела сюда. И если бы я верила в мистику, то осознала бы ее причастность к моей жизни. Как же так вышло, что моя бабушка хорошо общалась со своим учеником Джоном Ридом и познакомила меня с ним лично?! Как так получилось, что этот самый человек решился создать группу для благотворительности? И как, черт подери, я смогла попасть в неё, да ещё и стать главной? Все это звенья одной цепи, которая удачно скреплялась словно по щелчку кого-то невидимого. Все эти события постепенно вытекали в то, что я продвинула команду будущих выпускников так далеко, да ещё и стала парой Джону Риду. Конечно, белая полоса жизни может прерываться, и наступает пора чёрной. Однако хорошие события имеют свойство возвращаться. И, кажется, сама вселенная науськивала мне сюжеты моей жизни. А я иногда вела себя так, будто не слышала.
— Милая, — тихий голос Рида заставил меня очнуться. Я посмотрела на него, будто не понимая — он ли это. — С тобой все хорошо?
— Да, я просто задумалась, — улыбнулась ему.
Мы вышли из машины, обнялись и направились в его квартиру. Домой. Я уже смело могла назвать это чудное место своим домом: оно часть моей души, часть жизни. Мой дом...
***
Ночь была прекрасной, что не сказать про утро. Пришлось подниматься раньше обычного, чтобы иметь свежесть на лице. Пока Джон тихо сопел, я приняла душ, окончательно просыпаясь. Прошло уже минут пятнадцать, а эта задница не соизволила открыть глаза. Ну и ладно, пусть дрыхнет. Я припомню ему.
Пошла на кухню, и, как обычно, включила музыку в наушниках. Медленно раскачивалась, замешивая смесь для блинчиков. Индийские песни не стала слушать, так как сегодня мне предстоит с ними выступить. Нашла парочку излюбленных и затусила с лопаткой в руке. В перерывах кружилась у обеденного стола, подпевая солистам. В общем, ничего у меня не изменилось в этом плане. Готова всегда и везде отдаться музыке.
Разложила по тарелкам блинчики, украсила фруктами, добавила джем, расставила чашки с дымящимся чаем. Мне кофе хорошо заходил только днём, а после сна я старалась пить чай.
Джона в кровати не оказалось. Славно, а то я уж думала, что решил пропустить очередной мой концерт в школе.
Я с разбега плюхнулась на мягкую постель, да так, что подпрыгнула. Кайф! Закрыла глаза, на миг представляя, что плыву в облаках. Руками перебирала нежные перья, а они таяли между пальцами.
Моего колена коснулась холодная рука Джона. Я вздрогнула, но глаза не открывала, а мило улыбалась.
— Мне снился прекрасный сон, — сказал он, целуя мое бедро. — Это словно сказка. — Низ футболки поднялся, и губы коснулись живота. Я ахнула. — Не хотелось просыпаться.
Рид возвысился надо мной, целуя шею. Я открыла глаза, встречаясь с его темными глазами.
— И что там было? — хрипло спросила.
— Ты сидела в парке. Было похоже на пикник. — Джон улёгся рядом, упираясь головой на ладонь. Я повернулась к нему и приняла ту же позу. — Под лучами солнца ты выглядела очаровательно, будто нимфа снизошла до меня. На тебе бежевый сарафан, волосы длинные, доходили до самой земли. Потом ты склонила голову, улыбнулась и спросила, почему я так смотрю на тебя. Я сказал, что любуюсь своей женой и безмерно счастлив. Ты звонко засмеялась, а потом отвернулась. К тебе подошёл мальчик и тонким голосом спросил: «Мама, а почему Роза не даёт мне подержать малышку?» Ты улыбнулась, посадила его себе на колени, крепко обняла и сказала: «Сестрёнка ещё маленькая и скорее всего она спит. Потерпи немного». Я посмотрел на него и увидел себя: темноволосого, темноглазого, но с твоей улыбкой. Это наш сын. Наш. И у нас была дочь.
— Необычно, — прошептала я, глядя на Джона.
— Если случится такое, то не найти на земле человека счастливей меня. Я готов побороться за своё будущее... За наше будущее.
— Это всего лишь сон. — Я наклонилась и поцеловала его. — Не стоит так близко принимать его к сердцу.
Джон вздохнул, но губы расплылись в загадочной улыбке. Ух, почему мне такое не снится? Я тоже хочу полюбоваться. И меня даже не напугала сама мысль о том, что у нас семья и дети. Где-то в глубине моего мозга засели эти картинки, где мы с Джоном — одно целое, семья.
Мы спокойно завтракали, однако мой мужчина был задумчив. Я не стала допрашивать его, причину знала — это сон.
До нашего прибытия в школу оставалось несколько часов, которые я хотела провести с пользой для нас.
— Сыграй мне, — сказала ему.
— Когда это мы поменялись ролями? — усмехнулся Джон.
— Ну, раньше ты измученный работой просил сыграть, чтобы расслабиться, — подняла бровь. — А сейчас я впахиваю бесплатно, а ты в отпуске. Так что...
— Ладно, — протянул он.
Мы переместились в гостиную. Я села на диван, а Рид устроился за клавиши. С первых нот я узнала композицию «To Build A Home» и безмолвно ликовала. Он не только порадует меня игрой, но и обнежит уши своим голосом.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Я внимательно слушала его пение, наблюдала за движениями пальцев. Казалось, он вовсе не замечал мое присутствие, играл для себя. Это совсем не испортило мое восприятие. Наоборот. Я вдохновилась, расчувствовалась, еле сдерживала слёзы. Он мой мужчина. Только мой. Я никому его не отдам. Выйду замуж за него, мы построим дом где-нибудь в глуши и там воспитаем наших детей. Я подарю ему всю себя, душу, тело, любовь. Так мое сердце желало, оно требовало только его. Джона Рида.
Клавиши перестали скакать, повисла тишина. Я всхлипнула, утирая нос.
— Эй! — Джон моментально переместился и присел на колени передо мной.
— Почаще играй мне, — тихо сказала я. — У тебя получается гораздо лучше.
— И из-за этого слёзы? — усмехнулся он. — Не выносишь, что кто-то играет лучше тебя?
— Дурак! — засмеялась я и ударила его в плечо. Он страдальчески застонал и свалился на пол. — Ты успокоил меня. Это было нужно.
— Договорились, но ты отвечаешь мне танцами. Я-то в этом профан, но обещаю без слез.
— Дурак! — снова повторила я, а он уворачивался от моих слабеньких ударов.
Пока мы начинали шуточную драку, которая перерастала в щекотки, я подумала о том, что стоило бы нам сделать совместный номер на свадьбу друзей.
— Как ты смотришь на это? — спросила у него, когда рассказала о мыслях.
— А давай попробуем! — махнул он рукой после минутного молчания.
—- Круто! Я уже все придумала!
— Шустрая! — ехидно произнёс он.
Мы лежали на полу, закинув ноги на диван. Держались за руки, поглядывая то друг на друга, то на потолок.
— После школы надо идти домой, — вздохнула я. — Мама вечером уезжает.
— Справишься без меня?
— Нет, ты будешь рядом. — Я сильнее сжала его ладонь. — Ты теперь мой мужчина, и должен видеться с моими родными.
— Были проблемы? — спросил он.
— Бабушка ворчала, мол, с твоим отцом нахватаемся бед, но ты ей нравишься, всем нравишься.
— Это уже хорошо, — протянул он. — Значит, на следующей неделе поужинаем с моей семьей. Там поставим окончательную точку над неодобрением отца.
— Я верю тебе и доверяю, — улыбнулась, глядя на него.
— Спасибо...
В школе было людно. Удивительно, ведь сбор выпускников проходил на стадионе. Но это мельтешили участники моей команды. И ладно бы торопились по делам, так они друг на друге носились по коридорам и что-то кричали. Поиграть решили.
Я перехватила бежавшую Монику.
— О, привет! — запыхалась она. — Пойдём с нами. Парни устроили войнушки.
— Надеюсь, это ваш разогрев перед выступлением, — без укора сказала я.
— Да, можно так сказать, — кивнула она, а потом заорала: — Вот вы черти полосатые!
Я оглохла от ее голоса и от эхо, пробежавшего по коридору. Девушка убежала, а мне пришлось топать в кабинет директора, временами прислоняясь к стене. Сшибут ведь и не заметят.
Постучала в дверь. После приглашения зашла и встала у стола.
— Добрый день, мистер Харди, — сказала я. Под жестом руки села на стул.
— Здравствуй, — улыбнулся директор. — Как твои дела?
— Спасибо, хорошо. Я к вам по делу.
— Слушаю. — Он навалился на спинку кресла, не отрывая от меня взгляд.
— Разрешите мне и моей группе оставаться не только в балетном, но и актовом зале.
— Кажется, я не ограничивал тебя в этом, — уголки его губ дрогнули.
— Оу! Хорошо, благодарю вас. И мое предложение в силе. Приходите почаще, потанцуем вместе и развеемся.
— Жду не дождусь, — улыбнулся Харди, и я поняла, что разговор окончен. Кивнула и поспешила выйти.
Пошла в балетный зал переодеваться. Та часть бывших учеников, что не бегала по коридорам, носила провода и атрибуты для выступления на улицу. Эмили напугала меня своим появлением. Она схватила мой локоть и весело засмеялась.
— Если бы мы так крушили школу, нам бы попало от директора Шоу. Хотя ты тоже бушевала так, что стены дрожали.
— И за это ты на меня злилась, — закончила я, скорчив губы.
— Да, ведь я не понимала от чего ты вела себя так: от злости на Джона или просто для веселья, — вспомнила она.
— И то и это, — усмехнулась я. — Зато кое-кто перестал пить чай на работе. Слабительное — это вещь!
— С ленточными петардами ты, конечно, переборщила. Однако навела страха на всех.
— Было же время, — мечтательно вздохнула я. — К счастью, мой колледж не видал этих выкрутасов. Там я была совсем другим человеком.
— Я бы хотела вернуться назад. Тогда все казалось таким беспечным. Делали, что хотели и когда хотели, а сейчас... — Подруга сильнее сжала мою руку. — Хоть об стену бейся. Надоела эта неопределенность.
— У вас что-то с Джеком или проблемы другого характера?
— Все вместе.
— Так, дорогая моя! — Я остановилась и повернула ее к себе. — Сегодня мы соберём своих и отправимся в клуб. Вспомним добрые времена, те самые — беззаботные. А завтра погуляем по городу. Нужно приготовить праздник для Джона.
— Ты не забыла о нем? — усмехнулась она.
— Мне Чарли напомнила. Но факт остаётся фактом. У меня есть идеи, и без вас не справиться.
— Я в деле. Невесту тоже зовём?
— Разумеется. Ей необходимо отвлечься от свадебной кутерьмы.
Эмили кивнула, заметно повеселев. Вот и славно! Нечего думать о плохом.
Для выступления мы выбрали всего несколько песен, которые исполним друг за другом. Нам некуда бегать отдыхать и переодеваться. Точнее есть балетный зал, но бежать до него равносильно одному номеру. Так что мы быстренько покончим с этим и разойдёмся.
Наша одежда была самой простой. Парни в джинсах и светлых футболках, а мы в джинсовых шортах и топах. Во-первых, на улице кошмарная жара, и солнце палило прямо на нас. Во-вторых, песни современные и традиционные индийские наряды совсем не подходили. В-третьих, танцевать так удобно.
Трибуны занимали «старички». Внизу стояли столы с напитками и закусками. Им-то хорошо, сидели под навесом, который установили специально для этого мероприятия.
Все было подготовленно: аппаратура стояла недалеко от нас, микрофоны активированы, выступающие в тонусе.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Под первые звуки «Haseeno Ka Deewana» мы выбежали на стадион перед трибунами. Нас встретили выкриками и хлопками в ладоши. Фух, ну хоть рады нас видеть! Уже хорошо.
Майкл сказал несколько предложений, типа спасибо, что пришли, отличного отдыха и успехов в жизни. Нам снова улюлюкали, а мы продолжили.
Эту песню пели Скарлетт и Морган. Надо же молоденьким дать выступить, тем более, они сами предложили выступить с ней. Естественно с работой они справились, а мы лишь танцевали.
Я увидела лицо Джона. Оно выдавало смесь эмоций и безмолвных вопросов. А что, непривычно видеть меня в массовке? Да, и такое бывает.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Здесь уж мы с Майклом засветились. У нас горело желание «Aankh Marey» исполнить. Вот, прям, лопнуть можно, как хотели!
Испытывала я нереальный кайф. Залы, где мы репетировали, были маленькие по сравнению с той площадью, что мы топтали. Чувствовалась свобода, легкость.
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
«Allah Duhai Hai» был последний номер. Танцевали всей толпой, впрочем, как и предыдущие, но пела почти половина группы: Ким, Чарли, Минди, Бен, Стефан, Генри и Остин. Большинство занимали парные танцы, которые выглядели эффектно с добавлением страсти и энергичности. Конечно, моей парой был Майкл. Он парень отличный, талантливый, и если бы мы были рядом, то стали бы отличными друзьями. Однако мне предстоит уехать в Джерси, потом и куда дальше, а он останется здесь и будет развиваться как артист.
Мы всей командой поклонились, снова пожелали всего наилучшего и свалили. Переоделись в балетном зале и начали расходиться кто куда. Чарли я отправила на улицу, попутно собирая свою группу.
— Завтра мы будем обговаривать номера для свадьбы Чарли, — начала я разговор. Все они приглашены, так что можно и потолковать. — А сегодня предлагаю встретиться в нашем клубе и от души повеселиться.
— О, круто! — хлопнул в ладоши Дэни.
В общем, мы разошлись мирно и воодушевленно тоже. Адам будет фотографом на свадьбе и на вечере помолвки с нами, друзьями. Джеку уже не положенно танцевать и выступать вообще. Он личность известная и вполне серьезная. Деловая колбаса! Итого выступающих будет: я и Роберт, который здесь, но пока лично не объявлялся, Дэни, Дениз, которая солидарна с Робом, Бен, Кейт, Арден и Скотт. Джо отказался выступать, так как его прошлая пара не будет присутствовать на мероприятиях. Что ж, сам-то он явится, уже хорошо. Эмили будет только петь, и для неё уже есть дело.
Я вышла из школы. Попрощалась с теми, кто медленно отходил от крыльца, направляясь к чёрной машине. Джон уже сидел за рулем. Залезла и пристегнулась, поглядывая на мужчину.
— Отличное выступление, — сказал он, заводя мотор. — Удивлён, что не все номера исполняла ты.
— Фи, — протянула я. — Быть жадиной — не в моей натуре. Хватит с меня концертов. Погнали домой, есть хочется.
— На ночь ты моя? — вскинул он бровь.
— Ещё спрашиваешь! — засмеялась. — Тебе сейчас от меня не отделаться. Тенью за тобой пойду.
— Ого, мне нравится! — воскликнул он.
Домой мы доехали быстро, отвлекаясь на пустые разговоры. Нас встретила вся моя семья. Сразу же потащили нас в кухню за накрытый стол. От запаха потекли слюни.
У меня было дикое желание принять душ, так как казалось, что от меня несёт за милю. Но голод пересилил, да и рядом вроде никто не морщился.
За поеданием пасты я рассказывала о прошлых выступлениях, о команде и ее талантах, о предстоящих репетициях. Можно сказать, что разложила по полочкам причины моего отсутствия в доме.
Трапеза закончилась, и мама с Ричардом начали сборы. Они решили выехать пораньше, чтобы прибыть не в темноте.
— Милая, мы можем поговорить?
— Да, пойдём в комнату, — кивнула маме. Джону погрозила пальчиком, чтобы не баловал.
— Я горжусь тобой, — сказала она, как только дверь закрылась. — Меня переполняют много чувств в отношении тебя. Я очень рада за твои успехи как в творчестве, так и в любовных делах.
— Спасибо, — улыбнулась ей, разваливаясь на кровати. Она села рядом.
— Ты что-то решила на счёт Лос-Анджелеса?
— Нет. Мне сложно принять выбор. Здесь так хорошо. Здесь все мои друзья, родные. Я боюсь все это потерять.
— Главное, чтобы ты не пожалела о своём выборе, каким бы он не был. Не хочу нагнетать обстановку, но с Джоном у вас все серьезно. Обсуди с ним своё будущее. — Мама погладила меня по коленке.
— Я буду скучать по тебе. — Обняла ее.
— Я тоже. Береги себя, хорошо? И сходи в душ, — засмеялась она.
— Позже, — устало произнесла я, не отрываясь от неё. — Сначала провожу вас.
— Тогда идём. Мама сейчас проест Джону мозги.
Под тихий смех мы спустились вниз. Как ни странно, в гостиной витала задумчивая тишина. Все разом уставились на нас, едва мы показались.
— Все, теперь могу со спокойной душой ехать, — улыбнулась мама.
Провожали мы их так, будто не увидимся пару веков. Уезжающие тепло попрощались с нами, мама даже поцеловала Джона в щеку. Всё-таки приняла она его. Меня это радует, ведь он первый и, скорее всего, последний, кого я представила ей. С Робертом было не так сложно. Они знакомы, но я не приглашала его в Форс, не звала на семейные ужины и праздники. В общем, встречаться встречались, но с родными не возились.
Джон обнял меня. Мы вдвоём стояли у дома. Я смотрела в пустоту и гадала, когда смогу увидеть мою родную. Если я уеду на край света, то в лучшем случае через полгода. А если нет?