Мелодия рифов

— Сходим куда? — Энди позвонил под вечер, видимо, за два часа успел соскучиться. — Джаза выгуляем и всё такое.

— Чтобы он снова меня в это весеннее дерьмо затащил? Я всё ещё вансы не отмыл с прошлого раза. — Ныл я.

— Я поведу, не ной.

— Не ною!

В итоге мы перлись по лесу. Благо, дождей не было, земля была сухая. Всё ещё прохладно — градусов 15, но периодические обжимания с тёплым Андреем поднимали настроение и грели душу, оттого я всё больше притворялся, что меня морозило.

Он закатывал глаза, просил Джиза подойти, чтобы тот не тянул поводок, и обнимал меня, пару раз целовал куда попало и обзывал «нытиком». Проворачивал я этот финт раз пять за прогулку, а он с каждым разом всё хуже прятал улыбочку. По пути встретили какого-то нарка, что, видимо, копался в поисках прикопа. Я глянул в сторону Энди, тот понимающе хихикнул, и мы пошли дальше. Вернулись домой, благо сегодня ноги остались чистыми. Андрей что-то печатал в метре от меня, с каждой секундой он становился всё злее. Я периодически посматривал в его сторону, пытаясь понять, че он там такого увидел. Ждать надоело. Я пнул его в бок и поднял бровь в немом «Чё там?».

— Что это за хуйня, Плисецкий? — Энди повернул экран телефона ко мне, и я сразу узнал фото.

— Фото, бля. Это было триста тыщ волос назад.

И правда, насколько же давно началась вся эта муть с ЛордПенисом. Я вспомнил, как тогда пересрал на тусовке, очищая желудок под деревом. Сейчас воспоминания так и норовили вызвать улыбку, но для начала надо было объясниться с Энди.

— Короче, проще показать, чем объяснить. — Я достал свою мобилу и начал откручивать наш с Лордом чат к началу. — Ты вообще знаешь, почему Степа — Лорд?

— Нет, просветишь? — Андрею явно было не так смешно, как мне, так что листать я стал быстрее.

Как только достиг начала переписки, я сунул ему телефон в руку и начал рассказ о прошлых временах.

— Короче, как сам видишь: познакомились мы заочно ещё до тусы. Я так и не понял, что с этим дебилом было в тот день, когда сама переписка началась. Сцепились зубами и всё такое, я пару раз написал ему похихикать, а потом вместо Лены отправил нюдс ему. Не знал, что гандон его хранил. Энди читал начало переписки, и его быстро пробило на смех от наших перепалок. Он дошёл до момента с фото и фыркнул:

— Отличная фотка, жалею, что ты не мне её случайно отправил.

— А ты хочешь, чтобы я тебе «случайно» отправлял нюдсы?

— Сейчас это было бы странно, кому ж ещё ты можешь их слать. — Он вздохнул и повернулся ко мне с виноватой улыбкой. — Жаль, что она предназначалась не мне, но теперь я хочу мою такую. Прости, я... —  Он закусил губу и вернул мне мобильный. — Башню иногда рвёт, когда мне кажется, что меня пытаются кем-то заменить. Даже не знаю, че с этим делать. Я ж понимаю, что ты не стал бы что-то такое делать, но я, когда вижу ебло Митрофанова, — меня будто взрывает. У него какая-то магическая аура, которая вывозит меня.

— Да всё нормально, я не хочу, чтобы ты переживал. Просто не додумывай никогда и спрашивай прямо, ок?

— Ок. — Он взял моё лицо в свои руки, мягко огладил своими шершавыми пальцами щёки. — Ты колешься.

— Да, надо бы побриться. — Я расплылся в улыбке.

— Знаешь, у нас же и правда всё было бы куда проще, если бы мы просто говорили друг с другом. Я тебе ещё с самого начала это говорил.

— А сейчас сам надумал и взбесился. — Я хихикнул и прильнул щекой к его рукам. — Но, а так — да. Думаю, именно ты и научил меня «разговаривать» с людьми, когда действительно стоит это сделать. Пусть я и не всегда прибегал к совету, а стоило бы.

И снова вспомнился Кирилл. Ещё немного — и будет год с его смерти. Смириться с ней получилось, пусть и двойственные чувства все ещё остались. Я так и сошёлся на том, что, наверное, для него это был лучший выход, как бы хуёво это ни звучало. Так было проще отпустить его и ту вину, что сидела во мне.

— Знаешь, я когда в ПНД отдыхал, был уверен, что мог бы всё изменить, если бы позвал его в тот компьютерный клуб, который открывался тогда. — Я выпутался из рук Энди и уткнулся лицом ему в плечо. — Типа... если бы я мог задержать его тут, даже не переубедить, а показать, что есть что-то, ради чего стоило бы жить.

— Всё ещё так думаешь? — Он гладил меня по голове, говоря тихо, будто ожидал, что я сейчас снова уйду в себя.

— Нет. — Я вздохнул и потёрся носом о его плечо. — Я думаю, что ничего не смог бы изменить. Выбор был неправильный — да. Но это был его выбор, никто ничего не смог бы поменять. Я только жалею о том, что мы так туда и не сходили. Даже если бы он решился на это и после компов, — у меня хотя бы осталось бы ещё одно воспоминание с ним.

— Сходим вдвоём? — Андрей, по всей видимости, всё ещё готовился к удару и только больше и больше старался выбирать слова. Я каждый раз чувствовал, как менялась его интонация в подобные моменты.

— Можно, но я не хочу, чтобы ты думал, что я снова начну психовать или что-то такое. Всё нормально, я просто... Скучаю. Без всей той хуйни, что была в августе. Просто будто давно его не видел.

— Ну и слава богу. У меня аж вся жопа вспотела. Я, честно, не знаю, как пережил бы ещё один из твоих этих «отключений». Это было... пиздец как страшно, Ден.

— Прости. Знаешь же, что я не хотел тебя пугать.

— Да ты не то чтобы выбирал, впадать в эту хуйню или нет. Просто хотелось бы, чтобы следующий камень, что жизнь бросит в нас, не привёл к тому же состоянию.

— В этот раз хотя бы сможешь мыть меня и не стесняться смотреть на мой хер.

— Плисецкий.

— Ладно-ладно! — Я фыркнул. — Полиция юмора, ебана.

— Ладно, раз уж мы обсуждаем иррациональную ревность... — Тот зарылся носом в мои волосы и глубоко вдохнул. — Тебе пиздец идёт этот парфюм, но я всё ещё чую от него Алину.

— Мм... Бля, там ещё треть банки, жаль выкидывать. — Я хмыкнул.

— Я и не просил, просто говорю, что девка неплохо угадала.

— Вижу, как не просишь, у тебя каждый раз, как ты ревнуешь, в животике урчит.

— Фу, бля, что ты несешь. — Мягко, с лёгкой усмешкой. — Я иногда гадаю, что я в тебе нашёл, а потом как вспоминаю.

— Взаимно, хуила. — Я хмыкнул, легко толкнулся и отстранился, чтобы глянуть Энди в глаза. — Так брызгай меня своими? Чтобы типа всем сказать: «Заклеймил!», как в этом странном фурри-порно.

— Я рад, что никогда не лез в твою историю поиска.

— Не лез? Жаль, я там для тебя оставляю пасхалки.

— Ладно, теперь буду проверять раз в неделю, доволен? И так, я уверен, конченым психопатом меня считаешь, буду соответствовать.

— Про запах, кстати... От тебя на др Миши так вкусно пахло чем-то кожаным, что у меня даже мысля какая-то была... — Я помычал, пытаясь вспомнить, что же там было, но воспоминания были мутные и включали в себя то, как я представлял мжм с Лордом. — Вроде, когда ты меня на руки взял, я нюхнул чуть-чуть. Ты такой весь прилизанный был, с колечками своими, и пах как портмоне. Прям вот, если бы я к тебе тогда нихуя вообще не чувствовал, то сказал бы что-то вроде... — Я понизил голос, поджал губы и выдал максимально шлюховато: — «Просто отнеси меня наверх и оттарабань».

— Я б слег с инфарктом. — Что-то интересное мелькнуло в тёмных зрачках, напротив. Он облизал зубы за щеками и понизил голос, чтобы соответствовать настроению моего «предложения». — Ну, здесь второго этажа нет, но на ручки и оттарабанить — могу.

— И как я могу отказаться от такого предложения?

Стук зубов, его губы на моих и тела, что пиздец как друг другу подходят. Энди сдержал слово и держал меня на руках, прижимая спиной к стене. Я глотал его стоны, впивался ногтями в спину так, как ему это нравилось, снова дышал этим его кожаным ароматом. Он так приятно смешивался с запахом его пота, что я не мог удержаться от облизывания всего того, что попадалось мне под язык.

Энди снова придётся мыться, но общий душ с каждымразом проходил со всё меньшими перебоями. Приятно было видеть, как он всёменьше трясся и отскакивал от моих рук как от прокажённых каждый раз, как егомысли возвращались к детству. Я надеялся, что этим летом мы оба сможем нырнуть,и я поделюсь с ним моими любимыми фактами о судаках, указывая на них вживую.