MHA | REACTION

Он был твоим "семпаем", почти что наставником - сам постоянно говорил, что злодеи должны брать все, что желают.
И ты пожелала его.

Предупреждение: снова сцены жестокости, насилия и т.д. и т.п.

Персонажи: Даби, Чисаки Кай

_____________________________

Даби/Тойя Тодороки

Боги, как же это  р а з д р а ж а л о. Но ты стоически давила улыбку, стараясь не думать о том, как чудесно бы смотрелся подаренный Тогой нож в глотке очередной бл*ди, скачущей на Даби с бесяще-слащавыми стонами посреди грязного переулка. А возможно, и не только в ее глотке - по глазам, по ухмылке мужчины явно было видно, как ему нравилось, что ты злилась, отказывала на его домогательства, терпела.
Но терпение не было бесконечным.

Глотку неприятно, болезненно ссаднит. Даби медленно открывает глаза и закашливается, кривится, бормоча ругательства под нос. Между сном и явью прошло мгновение - но он отлично помнит, как проснулся от закрывшей рот и нос тряпки, мельком увидел тебя, инстинктивно делая вдох хлороформа. "Дрянная девчонка", - Даби ловит себя на мысли, что вот так, будучи распятым по стене и скованным, похищенным тобой, вовсе не боится, а заводится с каждой секундой. Неужели ты настолько желала его? Губы сами собой растягиваются в улыбке от этой мысли, от сладкого предвкушения внизу живота.

- Ты могла не похищать меня, а просто рассказать о своих фетишках, глупышка, - когда ты появляешься в поле зрения, Даби ухмыляется, - Я люблю эксперименты.
Тень легкого удивления скользнула по твоему лицу, а когда ты разразилась смехом, что-то неспокойное появилось в его надменном тоне:
- Неужели я не угадал?

Это так раздражало, что было тяжело даже нормально дышать. Помешанный на ебле ублюдок, но такой значимый для сердца, что выкинуть его из головы, вероятно, ты могла бы только после смерти.

Цепи звякнули, когда ты приблизилась к нему, и Даби подался к тебе настолько, насколько вообще мог.
- Ну же, т/и, не заставляй меня терпеть слишком много, - с рыком произносит он, облизывая губы, - Ты же не хочешь, чтобы я разозлился?
Удар.
Ещё удар.
Накачанный пресс не спасает от кастета, вбивающегося в живот, затем по лицу; Даби сплевывает кровь со слюной, но не успевает взглянуть на тебя, глухо вскрикивая, когда кулак бьёт в подбородок.

В глубине твоих зрачков искорки, и, в отличии от Даби, тебе весело. Он целиком твой, никуда не денется. Ты медленно скользишь подушечками пальцев по его груди, раздумывая, а затем поднимаешь голову.
- Тебе лучше быть послушным, Тойя-кун.

Боль от ударов - не страшно. Твои слова вбивают в сердце колья страха, он замирает, не смея дышать.
- Что... ты сказала?
Ты знала о нем все. Как и откуда - Даби не знал, объятый ужасом с каждой твоей фразой, с каждым смешком. Признание в любви проходит мимо него, когда он понимает: ты слишком хорошо подготовилась. Если ты смогла найти его прошлое, то сделать так, чтобы сейчас вас не нашёл Шигараки, звучало намного проще.

━━━━━━ ･❪ ✶ ❫ ･━━━━━━

Ты называла это "очищением", "любовью", но избиение сложно воспринимать как-то по-новому. Напоминало времена обучений у папаши - и, с той же ненавистью, Даби взирает на тебя. Тебе словно бы плевать, словно бы не волнуют его оскорбления, насмешки, ведь, в конце концов, теперь он смотрит лишь на тебя.

- О, моя любимая, - хмыкает мужчина, завидя тебя. И ты замираешь. Даби почти хохочет, крепится, натягивая улыбку нежности, шепча, что одумался. Ему лишь бы освободиться, чтобы использовать причуду, а там...
- Лжец.

Нож режет плоть, как масло, Даби впивается зубами в губу, чтобы не кричать, когда ты рассекаешь кожу его груди; в конце концов крик пронзает тишину, вызывая у тебя улыбку. Горячие капли крови стекают по груди к низу живота.

...однажды ты не приходишь. Это звучит подозрительно, неуютно; в полудреме он слушает каждый звук, и каждая минута ощущается вечностью.

Голос Тоги вырывает из сна. Даби недоуменно смотрит на соратников, когда те вызволяют его. Ему говорят, что ты сбежала, но разве ты могла?

Без постоянной боли жизнь кажется омерзительно пресной. Сначала он причиняет её себе сам, потом ищет тебя, как безумный. Даби задыхается, выжигая лица уличным девкам, разнося все бордели на своём пути. Это бесит: но ты что-то изменила в нем. И только ты могла теперь это успокоить.
Твайс проговаривается; Даби роняет стул, но не замечает этого. В ушах звенит колокол, когда он находит тебя, но все тело сводит сладким предвкушением.
Ты слабо улыбаешься ему из узкой клетки.
- Теперь моя очередь похищать тебя, ебанутая сука.

Чисаки Кай

Ты была верной, любимой... собачкой. Чисаки не разделял твоей страсти, но иметь под рукой послушную подчиненную ему нравилось.
И, когда его руки оказались уничтожены, когда ты прибежала спасать его - Кай с удовольствием признавал, что ты была самой преданной ему. Вот только...

Створки камеры открываются, и липкий холодок пробегает по коже, заставляя Кая с напряжением вглядываться в твой силуэт.
Он думал, ты поможешь ему. Укроешь в безопасном месте, пока он не вернёт силу. Но ты решаешь иначе.

- Как ты себя чувствуешь, любимый? - твой тон нежен и сладок, но так обманчив, что Чисаки невольно стискивает зубы, - Почему ты молчишь?
Потому что ты отрезала ему язык. "Если будешь кричать - тебе станет хуже" - говорила ты. Чисаки отчаянно мычит, глядя на тебя. Отвратительно, мерзко от самого себя, калеки без конечностей и языка, ставшего твоей игрушкой; надежда, что он ещё вернётся на поле боя, тает с каждым днем. Ты не отпустишь его.

Бежать некуда. Да и не на чем - Чисаки сдается твоим поцелуям, изображает счастливую улыбку, когда ты говоришь о любви, как мечтала о нем; сознание перевернуто и поломано, ведь такого монстра он вырастил сам.
- Я люблю тебя, милый, - трепетно щебечешь ты, прижимаясь к его груди, - А ты меня?
Чисаки кивает почти отчаянно.

━━━━━━ ･❪ ✶ ❫ ･━━━━━━

Ваш полуразрушенный, маленький дом под Токио, ваш маленький мирок, находят. Это было делом времени, и Кай отлично это знал. Но когда ты вваливаешься к нему, зажимая пальцами алые струи из живота, Чисаки ощущает горькое сожаление.
Кажется, что ты замечаешь это на его лице, в сведенных бровях и попытке что-то промычать.
- Не волнуйся, милый, я просто порезалась, - ты улыбаешься, как и раньше; он отчаянно глотает воздух, протягивая к тебе обрубки рук, силясь сделать хоть что-то, полный горького отчаяния потери. Ты всегда была рядом.
И терять тебя, единственную в мире любящую его даже таким, даже так, оказалось невыносимо.
Ты садишься рядом, но Чисаки подаётся первым, накрывая твои губы поцелуем.

Что ты смогла прочесть в его глазах - любовь или чувство вины, а может и страх- никто не узнает.
Герои врываются в дом на звуке двух выстрелов - о, ты не могла не позаботиться о том, чтобы задержать их - и в доме повисает тишина.
Кай лежит на твоих коленях, глядя пустыми глазами в потолок. Ареол крови по стенам и полу вокруг вас, почти похож на крылья.