Глава 12.
Ночь усилила тишину вокруг и прибавила тоски нарушающим её звукам. Время от времени слышались разговоры, скрип старых половиц, шёпот, шелест и шорохи.
Кай едва успел задремать, как проснулся от негромкого скрипа двери ближнего сарая. И час или больше он лежал, не смыкая глаз. Вслушивался в ночь, в свои мысли. Раз за разом прокручивая в голове все произошедшие днём события. А ещё – пытаясь вспомнить, когда и о чём он в последний раз говорил с Адамом. Почему-то это казалось ему чертовски важным, таким важным, что всё остальное на фоне этого казалось сущей ерундой. Но не мог вспомнить. Наверно, он просто слишком много за последние сутки думал о нём. Он стал перебирать в памяти всё, что вообще когда-то говорил его брат, и вдруг перед глазами всплыла их встреча в новогодние каникулы два года назад. Это был последний год перед окончательным возвращением Кая в Леттон. Адам встречал его с поезда, поздно вечером. Был сильный снегопад...
...и асфальт покрылся тонкой ледяной коркой, Кай то и дело поскальзывался, когда шёл к старой развалюхе, у которой стоял его брат, всё ещё считающий, что это машина.
- Ты чего в кроссовках? Холодно же. У тебя на нормальную обувь денег нет? – вместо приветствия сказал он. А ведь они семь месяцев не виделись... Кай тогда почти обиделся.
- Есть, - бодро ответил он. – Но я экономлю, знаешь ли. Решил подкопить на поездку в Андегор. Мы с Максом поедем туда весной.
Адам мрачно усмехнулся:
- Я ничего не имею против вашей дружбы, но сколько он уже таскает тебя за собой в одни и те же места? Тебе не кажется, что у вас с ним разные цели?
- А откуда ты знаешь, какая у меня цель? – спросил Кай, надеясь, что встреча не испорчена окончательно и что ему не пора развернуться, уйти и взять билет на ближайший экспресс куда угодно.
- У всех нас одна цель.
- А я не все.
- Конечно, конечно, - хмыкнул Адам, обошёл машину и сев, захлопнул дверь. Кай помедлил пару мгновений, и оказавшись в холодном салоне, пропахшем спиртовыми салфетками и газом, спросил брата.
- Тебя не устраивает, каким путём я иду? Если да, то дай знать. Я полностью готов к обсуждениям, спорам, объяснениям...
- Да не стоит, - сказал Адам, пытаясь завести машину. – Тебе лучше знать, что для тебя важнее.
- Вот и спасибо, - буркнул Кай, усмехаясь.
- А стоять у тебя на пути я не буду, даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
Наконец, машина завелась, дворники резво стряхивали с лобового стекла снег...
Мысль затихла у него в голове как снегопад в ту далёкую ночь. Кай снова отключился, но ненадолго. Сон был рваным и неспокойным, и уже к восходу солнца, поняв, что ворочаться и вздыхать бессмысленно, он поднялся.
Посреди ночи прошёл дождь, и Кай с удовольствием вдохнул пропахший озоном воздух полной грудью, когда вышел на веранду. Мэла он заметил не сразу, что удивительно: Кай до сих пор не привык к тому, какой он огромный – занял всё крыльцо. Ветт поздоровался, и Мэл оглянулся на него.
- Чего такой кислый?
- Страсть как хочется кофе, - пробурчал Кай, потирая глаза и садясь на свободный участок крыльца. Было тесновато, но Мэл сразу подвинулся.
- Всего-то, - хмыкнул он. - Я думал, хочется спасти брата, затем спасти мир и отыскать свою пару, ну, это для начала.
- Да, конечно, - подтвердил Кай, поёжившись. - Но сначала кофе.
Мэл усмехнулся, и посмотрел куда-то вдаль. Широкая, насыпанная галькой тропинка, ограда, высокая трава за ней, одичавшие цветы, всё покрыто росой. У ограды несколько яблонь, листва с которых начала осыпаться, как будто осень была в самом разгаре. Кай посмотрел на электронные часы на руке Мэла, и был немало удивлён.
Сегодня тридцатое сентября.
Когда успело пролететь столько дней?!
- Держи, - вздохнув, Мэл протянул Каю термостакан. Тот машинально выпил, и когда ему обожгло рот, но вовсе не от температуры, тут же всё выплюнул.
- Это что? – наморщившись, спросил он.
- Бурбон, - сказал Мэл как не в чём ни бывало. – А ты чего хотел?
Кай только помотал головой, всё ещё ощущая жжение на языке.
- Готов? – совершенно серьёзно спросил Мэл.
- К чему? – глуповато хлопая глазами, спросил Кай.
Мэл молчал, давая ему время додуматься, и он понял.
- Наверное. Не уверен, что можно быть к такому готовым.
- Выбор у тебя не большой, - усмехнулся Райс, хлопнув его по плечу своей огромной ладонью.
Он встал с крыльца и побрёл в сторону ворот, за которым стояли несколько машин. Под ногами шуршал гравий, нарушая утреннюю тишину.
- Ты действительно хочешь, чтобы он был свободен?
- Кто, мой брат? Конечно, хочу. К чему ты этот вопрос задал?
Мел вздохнул, и Кай, вскочив на ноги, пошёл вслед за ним.
- Вчера Лид провёл приватную беседу не только с тобой, - усмехнувшись, сказал он. – Я и раньше догадывался, но теперь точно уверен. Если твой брат выйдет из изолятора, и тем более, если он будет тут, среди нас, то больше он никуда не уйдёт. Лид его не отпустит.
Если бы Кай понимал, в чём дело, он, вероятнее всего, возмутился бы.
- Почему это? – спросил он, нахмурившись.
- Помнишь, что Лид говорил про Лао Крона при вашей первой встрече? Мол, Адам Ветт действительно может что-то знать. Или может...
- Может сам быть убийцей? Помню.
- Это...очень мутная история. Нельзя быть ни в чём уверенным, у нас есть только то, что сказал сам Адам. И когда освободим его, у нас тоже будут только его слова. Для нас этого достаточно. Но для Лида – вряд ли.
- Значит, он не должен быть здесь, - произнёс Кай, невольно замедлив шаг. И хорошо, иначе он врезался бы на ходу в пикап Мэла. - И когда мы его освободим, сюда не вернёмся.
- Более того, Лиду и знать не нужно, что он на свободе, - добавил Мэл. - А потому мы и едем в Леттон раньше всех.
- Сейчас?
Мэл кивнул, и Кай посмотрел на него в замешательстве. Затем оглянулся на дом Рона, собираясь уже попросить немного времени, чтобы... Что? Собрать вещи? Попрощаться? Ничего из этого делать ему было не нужно. А потому он только проверил, на месте ли запасной аккумулятор для телефона, и убедившись, что он в кармане, сказал:
- Тогда вперёд, - сказал тот.
Чтобы всех не перебудить и не привлечь к своему отъезду внимания, им пришлось толкать не заведённую машину сперва до выезда с участка, потом ещё сотню метров до развилки. В последний раз ферму Рона Кай видел уже в зеркало заднего вида.
«У всех нас одна цель», - когда-то сказал Адам. Но Кай всё ещё был с ним не согласен, а потому не сомневался, что поступает правильно, уезжая раньше других и нарушая план Лида. Он не все, и путь у него свой.
Дорога в Леттон заняла несколько часов. За такой долгий путь он успел перестать дёргаться и обдумать все варианты развития событий, чтобы сработать наилучшим образом, пусть даже и понимал, что в критической ситуации всё это улетучится из головы, и действовать он будет по обстоятельствам. Просто нужно было скоротать время, не надоедая с разговорами и вопросами Мэлу. Однако на въезде в город он забеспокоился даже больше, чем Кай.
Леттонские улицы стали другими. Пустые рекламные щиты на въезде в город, пустые дороги, пустые автобусы, стоящие вдоль шоссе, будто водители бросили их, где попало, и ушли. Старые здания на окраинах будто стали ещё более обшарпанными, осевшими, медленно умирающими без людей. Во многих домах были заколочены двери. Ветер гонял по асфальту газетные листы и сухие листья, а в воздухе стоял едкий запах гари. Где-то вдали, на другом конце города, виднелся столб дыма – что-то горело.
И этот день завершает Осенний фестиваль, самое шумное и яркое событие в городе. Даже новый год не празднуется в Леттоне с таким размахом, а сейчас – ни души вокруг, а улицы выглядят как съемочная площадка фильма про зомби-апокалипсис.
- Похоже, праздник не удался, - пробормотал Кай, глядя из окна машины.
Они проехали несколько улиц, прежде чем свернули на Осеннюю, и направились на главную городскую площадь. Ближе к центру города дела обстояли лучше – по крайней мере, там им встречались люди. В основном парные, и кажется, происходящее вокруг не казалось им чем-то странным. Лица их выглядели беззаботными, да и одеты они все были хорошо – по-праздничному. Некоторые даже вели с собой детей.
- Куда они все идут? – пробормотал Мэл, сбавив скорость.
- Туда же, куда и мы, - ответил Кай, понимая, что скорее всего Мэл просто думал вслух.
- Ты заметил, что...
- Среди них ни одного одиночки.
- Не нравится мне это, - произнёс Мэл.
Тоже предчувствуя неладное, Кай достал из телефон из кармана джинсов. Он держал его там, потому что слишком мала была вероятность, что в дороге с ними случится что-то важное, и никакой необходимости запечатлевать её не было. Пока он набирал Янин номер, Мэл уже подъезжал к повороту на Центральный Леттонский проспект. Яна ответила на втором гудке – как раз когда Мэл повернул руль налево, оглядываясь, и вдруг Кай закричал:
- ОСТОРОЖНО!
По проспекту, куда они сворачивали, медленно двигалась целая толпа людей, которую Мэл чуть не переехал на своём огромном пикапе, прямо как «Мистер Мерседес».
Резкий толчок, свист резины, крики людей, громкая ругань Мэла – после того, как Ветта зашвыряло по салону и он ударился головой о стекло, все звуки на миг смешались.
- Чтоб вас всех размазало, чёрт побери! – кричал Мэл, ударив по рулю, а Кай тем временем искал, куда он уронил телефон. Наконец, нашарив его под сиденьем уже остановившейся машины, он крикнул в трубку:
- Где ты?
- Что там у тебя происходит? – спросила Яна. Кай едва расслышал её ответ – на фоне был какой-то шум, который слышно было лучше, чем её голос. - Я в центре, не далеко от площади. На улице... - запнувшись ответила Яна. – Извини, не вижу ни одного указателя. Короче, иду в сторону площади.
- Зачем?! – завопил Кай, будто ей не следовало там находиться. И на самом деле – не следовало, ни к чему ей быть там, куда вот-вот прибудет сотня вооруженных и агрессивно настроенных людей. Конечно, никто не стал бы проявлять агрессию к гражданским. Но Яне всё равно следовало держаться от этого как можно дальше.
Мэл уронил голову на руль, пытаясь отдышаться, затем вышел из машины. Кай последовал его примеру.
- Возвращайся обратно, - сказал Кай. – Иди домой и не выходи на улицу, тем более, на площадь. Сейчас там не безопасно.
- Почему? – спросила Яна.
Кай крепче сжал телефон в руке.
- Просто иди домой.
- Это вряд ли, - ответила она, нервно усмехнувшись. - Представь себе, в Бейкерс заявляются трое полицейских и просят меня следовать за ними. Гарри, пара Алисы, был у нас, ему чуть не сломали нос, когда он пытался не дать меня увести.
Кай резко остановился, и Мэл обернулся на него.
- Они ведут вас на площадь?
- Кажется, да, - ответила Яна. – Они будто всех хотят загнать туда. Весь город, Кай. Мне это не нравится. Сам-то ты где?
- Скоро буду там, - ответил он, вздохнув. – Я буду на площади и там тебя найду.
- Ладно, - сказала она. – Ты только поторопись. Мне как-то не по себе. Здесь что-то странное происходит.
- Я скоро. Будь осторожна, - сказал Кай, и повесив трубку, направился обратно к машине, которую Мэл остановил во дворе старого супермаркета, который закрылся в прошлом году.
До площади оттуда было минут двадцать ходьбы.
- В чем дело? – поинтересовался Мэл невозмутимо, как будто минуту назад не сыпал проклятьями на весь Леттон.
- Они сгоняют на площадь весь город. Одиночек уводят из домов и отправляют туда, - ответил Кай. Как ему показалось, слишком нервно.
- Черт, - снова выругался Райс. – Черт, это не по плану.
Он попытался связаться с Лидом, но безуспешно.
Кай тем временем обойдя здание и выйдя на тротуар, огляделся, пытаясь увидеть признаки того, что сейчас, в обычный, тёплый осенний день произойдёт что-то страшное, но не находил их. Всё было спокойно.
- Церемония вот-вот начнётся, - сказал Мэл, подкравшись, и Кай вздрогнул от неожиданности. – Если хотим вытащить твоего брата, не привлекая внимания, надо поторопиться.
- Тогда поехали, - тут же оживился Ветт, но Мэл покачал головой.
- Идём пешком.
Конечно, они потратили бы меньше времени на дорогу, но после едва не случившегося столкновения пикапа с толпой людей, Кай не стал возражать. К тому же, им не следовало привлекать к себе внимание. Но и это было сомнительно - Мэл хоть и сутулился, но всё равно выделялся в толпе.
Люди медленно двигались по Центральному проспекту, держась тротуаров, хотя на подъезде к площади движение было перекрыто. Видимо, так им было привычнее. На их лицах не отражалось ни волнения, ни страха, ни предчувствия чего-то дурного, в отличии от физиономий Кая и Мэла. И никаких признаков того, что кого-нибудь привели сюда против воли, парни не замечали, пока не оказались на городской площади.
«Мечта клаустрафоба» - так её некоторые звали. В центре – большой фонтан с подсветкой, у которого вечером собирается множество людей. Неподалёку, вдоль самой границы и стоянок высажены высокие кустарники, у которых установлены лавки и урны. И обширное, пустое пространство перед огромным белым зданием мэрии, которое на фоне сереющего осеннего неба выглядело слишком, неестественно ярко и чисто. Так оно выглядело, если смотреть на него спереди – с площади, но если взглянуть с другой стороны, видно длинный, почти в сотню метров надземный переход в другой корпус – полицейский участок. А из него, уже по подземному переходу, вход в который лишь один – в здании, - можно попасть во "времянку" – место для заключённых, ожидающих суда. Основной тюремный корпус находился неподалёку от северной границы Леттона, и Кай надеялся, что ни он, ни его брат никогда не увидит это здание вблизи, и уж тем более – изнутри.
На установленной у парадного входа в мэрию широкой сцене уже собирались люди – заместители мэра, руководители общественных организаций, прочие высокопоставленные чиновники, а так же офицеры полиции. Мэл то и дело косился туда, будто ждал чего-то особенного, а Кай тем временем оглядывал собирающуюся на площади толпу, выискивая Яну. Однако он заметил кое-кого другого:
- Это не Альберт там? – в замешательстве спросил он, пихнув Мэла локтем. Тот сразу же оглянулся, и лицо в миг стало озадаченным.
- Альберт, - ответил Мэл. – Только он и остальные должны появиться здесь не раньше, чем через час. Таков был план.
Однако вопреки всем планам Альберт и ещё несколько человек из лагеря оппозиции находились сейчас там, среди людей, и они не выглядели ни напряжёнными, ни напуганными, ни не понимающими, зачем они здесь.
А будто так же следуют плану.
- И всё-таки они здесь, - пробормотал Кай, всё ещё оглядываясь.
Направляясь к Альберту, Мэл оглядывал толпу вокруг, которая становилась всё больше и шумнее, и сказал Каю:
- Мы должны были приехать сюда и освободить твоего брата к окончанию церемонии. Не к началу. О том, что я не доверял плану Лида, что мы отправимся в город раньше, и заберём Адама до приезда остальных, я ему не говорил. А ты?
- Нет, - ответил Кай. – Значит, Лид изменил план.
- Или кто-то ему настучал. А кроме нас с тобой об этом знал только один человек.
- Кто?
Когда из колонок, установленных около сцены, заиграла незамысловатая фоновая музыка, Мэл и Кай одновременно оглянулись туда. Окружающие их люди тоже, некоторые подходили к сцене ближе, некоторые смотрели на большие экраны проектора.
Церемония закрытия фестиваля начиналась.
Началась она с того, что несколько полицейских, облаченных в парадную форму, вынесли к сцене два больших и нарядных венка с белыми лентами. Затем начальник леттонского подразделения полиции вышел к микрофону и произнёс речь.
- Пора, - сказал Мэл. – Почти все они у сцены.
- Тогда пошли.
- Нет, ты пойдёшь один, - объявил Мэл. – Надо узнать, что здесь делают остальные. Я тебя догоню, когда буду уверен, что всё под контролем.
И тут Кай кое-что понял.
- Я не знаю, куда идти, - выговорил он, наблюдая за полицейскими.
Венки, торжественные речи – всё это было посвящено леттонским служащим, помогавшим подавлять акции протеста в Райне и погибшим при этих обстоятельствах. Они так же упомянули того самого Нортона – того, кто погиб в Блумвуде, в погоне за Каем.
Мэл указал ему, куда двигаться.
- Обойдёшь здание слева, войдёшь через запасной вход. Веди себя тихо, чтобы тебя не заметили, вдруг кто-то остался внутри. Полицейский участок можно обойти по сквозному коридору – ты попадёшь в него сразу, как только выйдешь из надземного перехода. Запомнил?
Кай нервно кивнул.
- Никуда не сворачивай, пока не увидишь двери в архив. Следующая – твоя. Она ведёт в подземный переход в камеры. Камера Адама на втором этаже.
Объявили минуту молчания, поэтому на несколько мгновений Кай и Мэл умолкли и ждали, когда толпа снова оживится. Тогда же Мэл незаметно передал Каю пистолет. Точнее он просто протянул его, даже не спрятав в кобуру, но кажется, никто этого не заметил. Кай в замешательстве взглянул на него, но Мэл только кивнул в ответ, и он торопливо спрятал его за пояс.
- Сейчас, - сказал Мэл, как только вновь заиграла музыка.
Кай замешкался всего на пару секунд – заметив в толпе неподалёку чью-то светлую шевелюру, но быстро очнулся, и направился к зданию, ускоряясь с каждым шагом. На пути он беспокоился, что двери могут быть заблокированы, и что без специального пропуска он не сможет войти ни в одну из них, или что внутри окажется куча охраны. Что Адама там может и не оказаться. Он думал обо всём этом, но бежал вперёд.
Как только Ветт направился к мэрии и скрылся в толпе, Мэл как мог быстро направился к Альберту и остальным. Но людей на площади становилось больше и больше, будто сюда и впрямь загнали всех горожан. На какой-то миг он потерял своих из вида, а когда снова заметил Альберта, пришла очередь мэра произнести торжественную речь, затем передать слово комитету благоустройства города. По такому сценарию проходила церемония все последние годы, и так же она начиналась и сейчас, за одним лишь исключением. Раньше кресло, стоящее справа от кресла мэра, оставалось пустым, потому что городской советник никогда не появляется на публике.
Но сейчас оно было занято.
Мэл взглянул туда чисто машинально – всё-таки там был и мэр - его отец, но взгляд его замер на месте советника, которое занимал Лид. И ведущий, приветствующий горожан на празднике, передал слово именно ему. Мэр Бертрам тем временем молча оставался на месте, а Мэл ещё быстрее, уже не заботясь о том, что расталкивает на ходу людей, и что вслед ему звучат возмущения, направлялся к своим.
Подойдя к Альберту, он взял его за локоть и развернул к себе.
- А вот и ты, - хмыкнул Альберт. – Вижу, не рад встрече.
Мэл ответил:
- Кто ещё здесь?
- Да все, - отмахнулся Альберт. – Лид изменил план в последний момент. Убедил нас тем, что ты уже на месте и ждёшь подкрепления. Так и вышло.
- Теперь-то понятно, что не надо было его слушать? – сказал Мэл, кивнув в сторону сцены, на которой, держа в руке микрофон, Лид уже говорил.
- ...принимаемые ранее меры, позволяющие обеспечить безопасность советника мэра нашего города, оставлены. Вы – каждый из вас – может этому свидетельствовать, так как сейчас я стою перед вами. Я не могу принимать столько мер для собственной неприкосновенности, раз уж я не способен обеспечить безопасность в своем городе, что является моей главной задачей.
- Ещё как понятно, - прошипел Альберт, и сплюнул себе под ноги. – Ты потому и уехал раньше? Знал, что он нас всех облапошит?
- Догадывался.
- А мне-то ты почему ничего об этом не сказал?
Мэл горько усмехнулся про себя.
- Одному из нас я уже доверился, и теперь из-за этого мы в полной ж...
- ...в связи с последними событиями, произошедшими в нашем городе, я могу с уверенностью заявить, что я с ней не справился. Это доказывают произошедшие совсем недавно теракты в Леттоне и других городах. Это доказывает то, что даже средь бела дня учащаются нападения и ограбления. Что уровень насилия в нашем городе достиг наивысших показателей за последние пятьдесят лет. Ни один человек не сможет чувствовать себя в безопасности в подобных условиях...
- И кто это был? – спросил Альберт.
- Уже не важно, - ответил Мэл. - Надо уводить всех отсюда. Это всё слишком смахивает на запланированную ловушку, чтобы быть просто случайностью.
Альберт жестом подозвал стоящих неподалёку ребят, и они вместе с ними направились к другой группе, находящейся на другом конце площади.
- ...и не смотря на все предпринимаемые нами меры, позволяющие оградить нашу повседневность от разрушительного влияния, от террористических акций, организованных людьми, живущими с нами бок о бок, нам не удалось. Ко всеобщему сожалению мы должны признать, что люди, не имеющие места в мире, не имеющие цели, не имеющие того, за что им стоит бороться, никогда не станут полноценной его частью. И вы своими глазами можете видеть, что и сейчас, в тот столь важный для нашего города день они явились сюда с оружием.
- Значит, он использовал нас как прикрытие. И никто из этих идиотов не может сложить два и два, что это те самые меры безопасности всему причиной, - быстро протараторил Альберт.
- К чёрту его, надо всех выводить, - огрызнулся Мэл. – Лучшее, что мы можем сейчас сделать – не подтверждать его слова действием.
Группа ребят уже направлялась к ним навстречу, так как с их стороны площадь уже была оцеплена. Мэл оглядывал толпу, ища остальных. Теперь окружающие обращали на них всё больше и больше внимания, то тут, то там слышалось «Это они!», «Осторожнее!», «Он говорит правду, они здесь!». Особенно Мэлу в глаза бросился маленький мальчик, засунувший свой кулачок в рот почти целиком, и спрятавшийся за мать, едва увидев его.
- ...я призываю всех сохранять спокойствие, - продолжал Лид. Наверняка он носил другое имя, но Мэл его не знал, да и не хотел знать.
Его беспокоило другое – за стоянкой уже находились пара дюжин полицейских, оцепивших выезд и с этой стороны. Он поспешно обернулся, огляделся вокруг, и понял, что свободных выходов почти не осталось, кроме...
- Я прошу вас сохранять спокойствие, - громче произнёс Лид в микрофон, потому что толпа загудела, как разворошенный улей. – Для вашей же безопасности вы можете покинуть площадь по оцепленной дороге, полицейские помогут вам сориентироваться.
Окончания речи Мэл и остальные уже не расслышали. Впрочем, вряд ли Лид сказал что-то важное, к чему люди прислушаются. Слова о необходимости сохранять спокойствие были проигнорированы, и стоило нескольким людям увидеть свободный и не оцепленный выход в переулок, все ринулись туда, мало заботясь о безопасности. И своей, и окружающих.
- Там ведь единственный выход, да? – нервно спросил один из ребят, только что подбежавших к Мэлу и Альберту. – Там полно полиции, как же нам уйти?
Мэл быстро огляделся.
- Туда, - сказал он своим. – Проход между домами. Там никого. И пошевелитесь, пока остальные не погнались за вами.
Альберт не мешкая повёл за собой остальных, а Мэл задержался лишь на секунду, взглянуть, что будет делать его отец. Мэра уводили со сцены несколько охранников.
«Лучше бы им поторопиться», - подумал про себя Мэл, наблюдая за тем, как люди пытаются прорваться сквозь заслон полицейских в здание мэрии и спрятаться там, пока всех одиночек не арестуют и увезут отсюда. Тогда же он заметил, что со своего места уходит Лид, и направляется к тому же входу, куда Мэл несколько минут назад отправил Ветта...
...Подобравшись ближе, Кай юркнул влево и обошёл здание, вместо того, чтобы идти через двор у всех на виду. Он дошёл – пригнувшись, чтобы его не заметили, если вдруг кто-то из находящихся внутри выглянет на улицу – до запасного выхода довольно быстро. Прежде чем дёрнуть дверь на себя, он осторожно заглянул в окно, и выругавшись, прижался к стене подальше от него. В том же коридоре сейчас находились двое охранников.
- Да чтоб вас, - прошипел он себе под нос, против воли коснувшись торчащего из-за пояса оружия.
С одним он мог бы справиться – теоретически – с двумя вряд ли.
Он сделал глубокий вдох, соображая, как лучше поступить. Можно было подождать, когда они уйдут, но времени было в обрез. К тому же, вместо них может прийти кто-то другой. Поэтому он стал искать иной выход из ситуации, а точнее, другой способ войти.
В эту секунду у него возникло стойкое ощущение дежа-вю. Он ощущал себя примерно так же, как в Блумвуде, сидя под сгнившими подоконниками и опасаясь быть замеченным незваными гостями.
Оглядевшись по сторонам, он торопливо, но не разгибая спины устремился вперёд, до самого торца здания, огороженного с той стороны высоким забором. Больше запасных входов не было. Поэтому Кай мысленно рассчитал, сколько времени уйдёт на подъём по лестнице к переходу, сам переход, затем проход в изолятор, если он разобьёт одно из окон...
И тут же отмёл этот вариант, потому что когда он завернул за угол, прямо перед ним оказалась пожарная лестница.
На какой-то миг он даже растерялся, но быстро вбежал по ступеням на второй этаж.
На старой железной двери висел замок, и Кай полез в карман за отмычкой. Он нашёл не только её, но и прихваченный с собой утром запасной аккумулятор для телефона, а там же и сам телефон.
Едва не забыл о самом главном.
На его куртке не было нагрудных карманов, поэтому он просто сделал небольшую прорезь в ткани и воткнул в неё телефон так, чтобы торчал он совсем немного – нужна была только камера, а внизу поддел уже приколотой булавкой, чтобы телефон не провалился за подкладку.
Закончив с этими манипуляциями, он дрожащими руками взялся за замок, стараясь сделать всё точно так, как показывал Альберт.
Когда он справился с замком, с площади уже доносился шум, что послужило ему сигналом поторопиться. Но дальше и не было никаких препятствий – от взломанной двери до перехода было всего несколько метров. Он бегом преодолел и переход, и коридор, увидев небольшую металлическую табличку с надписью «Архив», сделал ещё несколько шагов и остановился перед подсвеченной красным надписью «Вход только для сотрудников охраны». Так как дверь закрывалась обычным замком, а не электронным, чтобы сломать его ушло минуты полторы.
Охранный пост располагался напротив стены мониторов, на которых отражались пустые тюремные камеры.
Пусты были все, кроме одной.
Монитор номер шестнадцать показывал камеру Адама Ветта, и убедившись, что он там, вроде бы, в порядке, Кай ушёл от пустующего поста и огляделся в поисках лестницы или лифта. Каким-то уголком сознания он понимал, что это место не должно пустовать – даже во время такого крупного мероприятия здесь должен находиться хотя бы один охранник. Но мысли об освобождении брата отзывались в нём гораздо сильнее.
Долго искать камеру Адама ему не пришлось – она была в тупике в самом конце коридора. Кай увидел брата сидящим на низкой кушетке, и прислонившим затылок к стене. Возможно, он спал, но всё же услышал приближающие шаги и произнёс, не открывая глаз:
- Туалет не нужен, а обед уже приносили. Проваливайте.
- А как насчёт кофе?
Не прошло и секунды, как Адам уже стоял на ногах у самой решётки, и во все глаза смотрел на брата. Он пару раз вздохнул, будто хотел что-то сказать, но только издал глухой смешок и оглядел того с ног до головы.
То же самое сделал и Кай, с неохотой отметив, что брат сильно похудел и осунулся, волосы отросли и разлохматились больше обычного, да и вообще вид у него был такой, что Кай узнавал своего брата только в его серо-зелёных глазах.
- Как ты смог прийти? – спросил Адам голосом, будто у него пересохло в горле. – Здесь запрещены посещения. Даже пары не пускают. Хотя я не думаю, что в этих стенах когда-то находился парный... - Кай понимающе усмехнулся. – Так кто тебя пропустил?
- Никто меня не пропускал, - ответил Кай, покачав головой. – Поэтому давай-ка свалим отсюда поскорее.
На этот раз не пришлось тратить время и усилия на то, чтобы открыть замок – Кай предусмотрительно стащил с поста охраны ключи, которые кто-то оставил там. Будто специально.
Как только дверь открылась, они с Адамом быстро пошли по коридору к лестнице.
С Максом они столкнулись совсем рядом с лестницей, у самых последних камер. Кай почувствовал сперва облегчение, - это ведь Макс, а не кто-то чужой, не охранник и не офицер. Наверняка его прислал Мэл, и он поможет ему незаметно вывезти брата отсюда. Он ведь лучше всех знает, как быть незаметным. Но чувство облегчения тут же сменилось на то самое, которое преследовало его с того момента как он слишком легко и без препятствий вошёл в здание.
- Я бы на вашем месте так не торопился, - сказал Макс, нервно переводя взгляд с одного на другого.
- Почему? – спросил Кай.
- А там облава. На площади. Полиция, а теперь, наверно, уже и гвардия увозят всех одиночек без разбора.
Кай в замешательстве посмотрел на Макса: почему он говорит об этом так спокойно?
- Вот невезуха, да? – хмыкнул тот. – Не стоило им приезжать сюда так рано. Да и вообще бы не стоило – ты и сам справился, правда? Зачем тебе подпевалы? А ведь кто-то всерьёз поверил в эту чушь с выдвижением требований...
Адам, тоже не говоривший ни слова, посмотрел на брата, как будто тот должен был лучше понимать этого парня - по крайней мере, раньше так и было. Но сейчас Кай понимал кое-что другое – кого имел в виду Мэл, говоря, что кроме них только один человек знал про изменения в плане.
- Это ты привёл их сюда.
Макс в ответ промолчал, испытующе глядя на них двоих. Вздохнув, Кай произнёс:
- Теперь скажи, что на это была весомая причина. Настолько весомая, что она стоила того, чтобы подставить всех под удар. Она у тебя есть?
- Как видишь, - просто ответил Макс, указав кивком головы на Адама. – Моя причина – не отпускать его. А тебя я не задерживаю.
- Что ты городишь, Дейнека! Я за этим пришёл сюда, и что бы ни было у тебя на уме... Какое тебе дело до того, где он будет находиться?
Макс заставил его замолчать, всего лишь продемонстрировав то, что и он пришёл не с пустыми руками. Мэл и Альберт всё время шутили над ним – «отнимите у ребёнка оружие!». И были правы – стрелять Макс так и не научился, в чем сейчас Кай не был убеждён – уж слишком уверенно он держался. И теперь не вызывал смеха.
- Ты можешь идти. А он никуда не пойдет, - повторил он спокойно, и заметив, что Кай потянулся к своему оружию, нацелился на Адама.
Выругавшись про себя, Кай убрал руку. Им двоим ничего не стоило скрутить Макса до того, как он начал размахивать пистолетом. Если бы только Кай не сомневался до последнего, что он может так поступить.
- Почему ты с Лидом заодно? – спросил Кай. – Что он тебе наобещал? Может, он тебя запугал? В чём причина того, что ты сейчас угрожаешь убить своего лучшего друга?
- Лучшего друга, а то как же, - Макс горько усмехнулся. – Я же пытался рассказать тебе, во что меня впутали. Но когда я это сделал, ты думал о себе, а не обо мне. Решил использовать то, что узнал от меня, чтобы помогать своему брату, но не мне. Использовать это ради человека, который всегда знал больше меня. И меня это бесит.
- Если собираешься стрелять, делай это сразу, а не болтай, - пробормотал Адам, и когда Макс всего на миг отвлёкся на него, Кай ударил его по руке, сжимавшей оружие.
Дейнека всё-таки успел сделать выстрел в воздух. Кай не собирался давать ему времени на второй, и как только он опустил руку, скрутил его и сдавил горло.
- Пусти, - прошипел Дейнека. Его лицо стало стремительно краснеть.
- Пущу, если дашь нам уйти, - ответил Кай, и вдруг почувствовал резвую боль в правой ноге: Макс врезал ему подошвой ботинка по голени.
Он ловко выскользнул из ослабевшей хватки и развернувшись, врезал Ветту по голове, но удар был не сильным. Кай перехватил руку Макса, который хотел ударить его ещё раз, вывернул её ему за спину, и надавив посильнее, толкнул его с лестницы. Пару мгновений он не мог не смотреть, как тот скатывается по ступеням, стараясь прикрыть голову руками. В одной из них он всё ещё сжимал пистолет, и единственный выстрел, который он сделал, снова прозвучал у Кая в голове. Он обернулся к брату и сделал к нему пару быстрых шагов.
- Всё нормально, - поспешно ответил Адам, увидев напуганное лицо брата.
- Но он целился прямо в тебя.
- Меня не задело. Пуля от стены отскочила. Порядок, видишь? – для убедительности Адам слегка развёл руками.
Кай быстро пробежался взглядом по стенам, решёткам и полу вокруг, но ни следа от пули он не заметил.
Но больше ничего сказать брату Кай не успел. Взгляд Адама вдруг остекленел, и замер на ком-то, кто был позади Кая. Обернувшись, он увидел Лида, шедшего к ним торопливым шагом.
Он обошёл Дейнеку, который сидел между лестничными пролётами, держался за вывихнутую ногу и тихонько постанывал от боли. Проходя мимо него, Лид, облачённый в чёрный костюм, гладко выбритый, нагнулся, чтобы поднять оружие, которое Макс всё же выронил.
На этот раз Кай не колебался.
- Больше ни шагу, - процедил он, щёлкнув предохранителем.
Рука у него всё ещё дрожали, и в этом ли причина, или в другом, но Лид никоим образом не отреагировал. Он всё же поднялся по лестнице, заставив Кая самого сделать пару шагов назад и утянуть за собой Адама.
- Вряд ли вам сойдёт с рук убийство советника, так что рекомендую держать себя в руках и не горячиться, - спокойно и вкрадчиво проговорил Лид.
Кай почти не удивился тому, как он себя назвал.
То, что его считали кем-то другим, кем-то своим, ничем, кроме его слов, не подкреплялось. Ему, да и всем ребятам из оппозиции слишком хотелось верить, что кто-то вроде него будет с ними заодно, и поведёт их вперёд.
Лучше б они слушались Мэла.
- Чего вам от нас надо? – произнёс Кай.
- От тебя – ничего, - ответил советник, остановившись в паре метров от них. – Можешь выйти из этого здания в любую секунду, никто даже не попытается тебя остановить. А вот твоему брату придётся задержаться.
- Почему? – сглотнув, спросил Кай. Рука от напряжения задрожала ещё сильнее. – Потому что он как-то связан с Лао Кроном? Или потому что он может помешать вам избавиться от одиночек в Леттоне? А потом и в других городах. Это ведь и есть цель вашего заговора, не так ли?
- Слишком ты переоцениваешь значимость того, что вообще её не имеет, - Лид усмехнулся, но выражение его глаз не изменилось, оставаясь таким же ледяным и ничего не выражающим. – Я не станут тратить время на объяснения того, во что постепенно превращается наш мир. Что становится с нашей планетой. Состояние экологии, техногенные катастрофы, перенаселение, безработица, природные катаклизмы – всё, о чём итак знает каждый человек, имеющий зрение и слух, - проблема во всём этом. Человечество не просуществует долго, если в корне не изменит свой образ жизни. И одной из таких перемен должно стать сокращение численности населения. Увы, но это необходимо. Как ты вероятно догадался, под удар попадают одиночки, и не спроста. Спроси себя – что незавершённый оставит после себя? Кучку мусора и горстку праха. Это в лучшем случае. В таком количестве людей нет необходимости. Достаточно будет оставить завершённых. Завершённые вносят гораздо более значительный вклад в развитие человечества, в том числе, и необходимое возобновление. Необходимое, а не беспорядочное и неумышленное, как, например, можно охарактеризовать появление на свет твоей подруги Яны Ли.
Кай дёрнулся вперёд, сжав руку в кулак, но Адам остановил его. Лид на его порыв отреагировал надменной ухмылкой.
- То есть, мы недостойны жизни лишь потому, что проживаем её не так, как якобы необходимо для всеобщего блага? Этим можно оправдать истребление людей, которые виноваты лишь в том, что не успели вовремя отыскать пару? Чему, кстати, препятствовали в основном ваши же запреты.
- Иногда приходится форсировать события, - ответил советник.
«Ну и мерзавец же ты», - мысленно прошипел Кай. Он не говорил этого вслух, не желая понапрасну перед ним распинаться и показывать, как глубоко он его задел.
- Причём здесь Адам? – спросил Кай, покосившись на брата.
- А вот причём, - начал советник. – Когда-то давно стажёр и бывший ученик Дарии Финч подслушал её разговор с одним из членов нашей команды. Они обсуждали внедрение первых ограничительных мер, и молодой человек услышал именно эту часть разговора. В будущем, чтобы не допускать подобного мы перенесли наши собеседования в более уединённые и отдалённые места, но утечка уже произошла, и побудила того самого ученика разобраться в происходящем. Сделав это, он предпринял следующий шаг – решил опровергнуть всё, что бы ни доносилось в массы от правительств с научной точки зрения. Острый ум и амбиции не всегда приводят к успеху, согласен? Так случилось и с Кроном.
- Потому что он обнаружил у одиночек какие-то отклонения и мутации, из-за которых они не могут завершить поиск?
Советник на секунду сжал рот, затем ответил:
- Приблизительно. И отклонение – вернее называть это особенностью – заключалось в том, что у некоторой группы людей – их совсем немного – знаки проявляются не от рождения. Слышал когда-нибудь о людях, у которых в результате стресса, или иного бедствия пробуждались своего рода сверхъестественные способности? И это действительно происходит, хоть и крайне редко. Так же и с одиночками. Их организм просто...выжидает удобного случая. Иногда на это уходят десятилетия. А потому и вероятность завершения на порядок ниже. И ответ на твой вопрос – да. Одиночки попадают под удар именно поэтому. Ученые называют это естественным отбором.
Советник, он же Лид, поддёрнул манжеты рубашки, чтобы они выступали из-под рукавов, и только тогда Кай заметил, что он уже не собирается в них стрелять. Сам он не спешил терять бдительность.
- Когда Крон попытался обнародовать информацию, которую получил в результате своих исследований, и тем самым вооружить одиночек доказательством того, что они не безнадёжны и не бесполезны для общества, его остановили. Он-то, знаешь ли, был завершённым. А потому и не стал оказывать активного сопротивления. Даже когда его материалами воспользовались мы – просто весьма подправили несколько строк его публичного доклада.
- То есть, перевернули всё с ног на голову, - догадался Кай. – И использовали для того, чтобы настроить парных против одиночек. Заставить их самих отбросить нас на обочину цивилизации.
- Да, Кроном просто воспользовались, - советник с притворной горечью вздохнул. – И пусть он и понимал, что сделано это было на благо всего человечества – кроме одиночек, разумеется, - хотел всё исправить. Опровергнуть свои же слова, которые никогда не произносил по своей воле. Но ему не дали это сделать.
- И что же с ним стало?
- Он сдался. Не выдержал.
Кай заметил краем глаза, как поледенел взгляд его брата, которым он буравил советника.
- Помимо его пары, в последние дни с ним рядом были двое его старых друзей, пусть они и не поддерживали его работу, которая привела... ты знаешь к чему. Но один из них был с ним и в день его смерти. Вот причём здесь твой брат. Да и не только он, кстати. Единственный, кому Крон успел рассказать о фальсификации результатов своих исследований – Мэл Райс, сын леттонского мэра. А единственный, кто видел его смерть – Адам Ветт.
До слуха доносился какой-то шум с первых этажей, топот ног, незнакомые и громкие голоса. Теперь, видимо, даже Кай, пусть советник и говорил, что его никто не задержит, не сможет покинуть это место. Он уже понял, что кто-то из них в любом случае останется здесь. Либо советник, либо он и его брат.
Но разница между ними в том, что Лиду было плевать на обоих Веттов, и он готов был их прикончить. А Кай от всей души проникся к нему ненавистью. Но не хотел его убивать. Вообще никого не хотел. Он просто не был к этому готов, как и ко всему, что в последние месяцы происходило в его жизни.
- Почему бы вам просто не оставить нас в покое? – еле слышно произнёс он. – Нам это ни к чему. И мы не собирались ни во что ввязываться. Никто из нас не станет препятствовать исполнению вашего заговора в жизнь.
- Заговора? – переспросил советник.
- Да. О котором вы толковали минуту назад.
Внезапно советник засмеялся.
- Забавно, что ты вспомнил о заговорах, - сказал он. - Ты ведь даже не заметил, какой заговор существовал прямо у тебя под носом.
- Это вы о чем? – спросил Кай. Советник кивнул на Адама, который слегка пошатнулся и упёрся правой рукой в стену.
- Он в сговоре с Мэлом Райсом, и упрятать его в тюрьму было идеей Мэла. Так они надеялись обезопасить его от меня, пусть и не знали, что я уже среди них, и они опоздали. Мэл стал догадываться, подозревать меня, и находил своим подозрениям всё больше и больше подтверждений. Затем втянул в это дело тебя. Кто, кроме тебя, будет в этом заинтересован больше? Ведь речь о твоем брате. Ты должен был прибрать за ним, и вернуть брата в безопасное место, а когда придёт время, они найдут другой способ раскрыть нас и избавиться от меня, добиваясь таким образом мнимой справедливости.
- Значит, единственная опасность, которую представляет для вас мой брат – это то, что он знает о Кроне? Хорошо. Он будет молчать. Так ведь? – Кай мельком взглянул на брата. - Вы сможете следить за ним. За нами обоими, и убедится, что никто ничего не узнает. Мы свалим из этого чёртова города так далеко, что никто о нас и не вспомнит.
- Как я сказал – ты можешь уйти. Можешь убираться отсюда на все четыре стороны, и чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше. Но твой брат останется здесь. То, что ты предложил – весьма разумно, но для меня это слишком рискованно. Есть более надёжный способ заставить кого-то замолкнуть. Впрочем, в этом нет необходимости. Твой приятель Дейнека уже всё сделал.
В этот момент рука Адама, которой он упёрся в стену, соскользнула, и он едва не упал. Кай вовремя подхватил его, почувствовав, что ткань его чёрной робы заключённого влажная.
- Порядок, - еле слышно прохрипел Адам. – Я цел.
Он соврал, как и тогда, когда сказал, что пуля Макса отскочила от стены куда-то в сторону. Кай машинально оглянулся, но самого Макса не увидел.
- Не ищи его глазами, парень уже дал дёру. Готов поспорить, он как минимум на пути к границе города. Теперь остался только ты.
- А про меня забыли? – вдруг сказал кто-то.
Кай почти не удивился, когда одновременно с Лидом обернулся и увидел Мэла, который не стар повторять ошибок Макса и советника, и без промедления ударил того по голове. Советник рухнул на пол без сознания, хотя после такого удара у него мог расколоться череп. На какой-то миг Кай пожалел, что этого не произошло, но он не винил Мэла, что тот не довёл дело до конца.
Что бы про него не наплёл советник, он пришёл сюда – догнал его и успел помочь.
- Вовремя я, а? – сказал Мэл, пытаясь отдышаться.
Кай быстро кивнул.
- Дейнека, - выговорил он с трудом. – Он... Он успел, чтоб его...
Мэл слегка похлопал Адама по щекам.
- А вот и коротышка, - прохрипел он, ухмыляясь. – Рад видеть.
- Так это ты от счастья кровью истекаешь? – поддел его Мэл.
- Скажи спасибо, что не описался.
- Лучше бы ты так и сделал, - засмеялся Райс, и глянул на Кая, который уже был на грани. – Надо быстрее его вывести.
Впрочем, не было ни единой причины медлить с этим.
Адам буквально повис у них на плечах, - хотя Каю казалось, что Мэл взял весь его вес на себя, - и они как могли быстро направились по лестнице вниз.
В холле, у поста охраны, на полу лежали три тела в полицейской форме. Кай понял, что за шум слышал, говоря с советником, и покосился на Мэла. Тот ответил ему невинным взглядом и ногой открыл дверь.
Они сразу направились обратно к площади, намереваясь обойти её, сразу выйти на дорогу и где-нибудь спрятаться, чтобы дождаться помощи для Адама. Уже там они услышали выстрелы, доносящиеся с площади, крики, грохот двигателей и голоса полиции, через громкоговоритель призывающих всех успокоиться и оставаться на своих местах. Во всепоглощающей панике никто их не слушал.
Площадь обволакивала густая пелена от дымовых шашек, пыли. Чувствовались запахи жжёной резины, пороха, пота и крови. Мельтешение и шум невозможно было разобрать, как и понять, кто где находится и как оттуда выбраться.
На миг Кая охватила паника – он и сам не стремился попасть туда, а вести туда раненного брата было и вовсе фатальной ошибкой. Но он доверился Мэлу, потому что тот наверняка лучше знал, что им делать.
Они добрались до площади меньше чем за минуту.
Мэл, остановившись и во всё горло окликнув кого-то, дал людям какие-то знаки. Через пару мгновений им навстречу откуда-то вышел Альберт. Он кашлял, закрыв нос рукой - удушливый дым всё сильнее заполнял площадь, оставлял во рту тяжелый металлический привкус.
Он попытался перекричать пелену звуков, но Кай не разобрал ни слова. Он просто перестал прислушиваться, потому что его брат вдруг дёрнулся и зашёлся кашлем, а изо рта потекла тонкой тёмной струйкой кровь. Кай знал, что это отнюдь не хороший признак.
Он заставил Адама посмотреть на него.
- Потерпи ещё немного, - проговорил он, надеясь, что он услышит его, что вообще было маловероятно. – Мы уже почти выбрались. Осталось недолго, ты только не отключайся. Всё будет в порядке.
Адам больше не мог держаться на ногах, потому Кай и Мэл опустились на землю вместе с ним.
Вдруг прямо у него над ухом прогремел выстрел, едва не снёсший Мэлу пол головы, но тот успел пригнуться. Альберт, стоявший рядом с ним, без промедления выстрелил по ногам тому полицейскому, и отобрав у него оружие, убежал куда-то в сторону стоянки, где сейчас остались несколько горящих машин.
Оттуда же, только к ним навстречу бежал кое-кто ещё.
Кай заметил растрепавшиеся светлые волосы, испачканную белую курточку и до смерти напуганное лицо.
- Вам обоим надо отсюда убираться, - прокричал на ухо Каю Мэл.
- Да что ты?!
- Слушай меня, - Мэл дёрнул его за руку. – И сделаешь, как я скажу! Как только покинешь площадь, убирайся из города! Куда угодно, сразу же, ты понял?!
- Я не брошу его тут опять, - громко сказал он в ответ.
- И не надо, - ответил Мэл. – Я увезу его отсюда.
- Куда?!
- Минут в пятнадцати езды отсюда, на границе Райна. Я знаю кое-кого, кто ему поможет.
Едва он договорил, рядом с ними буквально упала на колени Яна, сразу уставившаяся на Адама.
- Чёрт тебя дери, Адам...
Тот только бросил на неё взгляд но ничего не сказал. Кай даже не был уверен, что он вообще видит её.
- Альберт пригонит сюда мой пикап, - продолжал Мэл. – И мы его увезём. Успеем, если поторопимся, но и ты должен отсюда свалить!
- Я с вами, - ответил Кай.
Не только он, но Яна тоже внимательно слушала Мэла.
- Что бы ни произошло – камера твоего брата пуста, а на советника напали, - проговорил тот. - Нас в любом случае будут искать, и вас двоих особенно. Находиться в одном месте вам не безопасно.
- Но...
- Если это так, ты можешь дать ему время. Чтобы ему успели помочь, - вмешалась Яна.
Кай, тяжело дыша, переводил взгляд с неё и Мэла на брата.
А Альберт уже пригнал машину Мэла к противоположному краю стоянки, где было относительно безопасно.
- Ну же, Кай, - громче сказала Яна. – Отпусти его.
Он молча смотрел на брата, пытаясь понять, понимает ли он происходящее, но смог только почувствовать. Адам крепко сжал его руку чуть выше запястья.
- Пора уходить, - сказал Мэл, но его голос перекрыла автоматная очередь, заставившая перепуганных людей вокруг вжать голову в плечи.
А Кай тем временем отпустил руку Адама и поднялся на ноги.
Мэл на удивление легко поднял Адама на ноги, и только кивнул напоследок Каю, и расталкивая толпу устремился к машине, где ждал Альберт.
Площадь всё сильнее заволакивало дымом. Люди, которые не успевали покинуть её через охраняемый выход, забились в узкий проход между домами. Кто-то кричал о помощи, кто-то кричал просто так.
Стоящая рядом Яна крепко сжала его локоть и потянула куда-то в сторону, но Кай не шевелился.
Мэлу пришлось провести Адама через всю стоянку, хотя каждая горящая машина могла взорваться в любой миг.
- Надо уходить, Кай, быстрее, - испуганно вымолвила Яна, смотря в другую сторону.
Оглянувшись туда, Кай увидел твоих полицейских, идущих к ним. Он медленно попятился в сторону, продолжая следить за Мэлом. Он был уже на середине стоянки.
- Кай! – Яна снова дёрнула его за руку.
Снова прозвучали выстрелы, совсем рядом.
Кай начал буквально считать шаги Мэла, пока на миг не потерял его из виду из-за сгустившегося дыма. Схватив Яну за локоть, он сделал несколько шагов в сторону, ища глазами Мэла.
- Кай, уходим! – в отчаянии кричала Яна, после чего и прогремел взрыв.
Они невольно пригнулись, затем послышались визги оттуда, где падали обломки сгоревшей машины.
Позже Кай не сможет вспомнить эти секунды, будто не будучи в сознании, потому что он этого не замечал. Ноги сами несли его вперёд вслед за Мэлом, пока Яна снова не дёрнула его за собой в сторону, откуда он и увидел их.
Пикап стоял на противоположной стороне улицы, и мельком, но Кай всё же увидел высокую фигуру Мэла, захлопнувшего дверь, после чего Альберт резко вжал газ, унося их прочь.
- Успели, - выговорил он на выдохе, несравнимого ни с чем по степени облегчения. У него чуть ноги не подкосились, и если бы не Яна, громко повторяющая его имя и вцепившаяся в него, он наверняка рухнул бы на землю.
- Бежим, быстрее! – она потащила его за собой, и увидев позади них группу полицейских, Кай резко сорвался с места. Они что есть сил рванули прочь с площади, даже не задумываясь, куда именно бежали. Погоня прекратилась уже тогда, когда они миновали перекрёсток Центрального Леттонского проспекта и Осенней улицы.
Замедлившись на несколько секунд и попытавшись перевести дух, они снова побежали вперёд. И только когда Яна, окончательно выдохнувшись, перешла на шаг, Кай понял, что всё это время они бежали к Бейкерсу.
Кай даже не думал о том, что именно здесь в первую очередь будут искать его и Адама. Но он молча шёл за Яной, гоня из головы тревожные картинки о том, как Лид-тире-советник приходит в себя и в ярости начинает переворачивать каждое здание в городе.
- Мы не на долго, - зачем-то сказала она, поднимаясь по лестнице к своей квартире и доставая из заднего кармана джинсов ключи.
У неё тряслись руки, и открыть замок получилось не сразу. Когда она уронила ключи во второй раз, Кай сказал:
- Давай лучше я.
В его движениях и мыслях вдруг проявилась странная заторможенность, поэтому он справился с замком сразу же.
Яна шмыгнула носом и буквально столкнув его с порога, ввалилась в квартиру. Кай тихо закрыл за ними дверь.
От них обоих пахло потом, гарью и пылью, в ушах звенело. После оглушительного шума, охватившего площадь, оказавшись в этой тихой квартирке, Кай это заметил.
Яна, не снимая обуви, быстро прошла в спальню, вытащила из шкафа небольшую спортивную сумку и стала торопливо заталкивать в неё свою одежду, какие-то коробочки, сумочки и свёртки. Дышала она при этом странно громко и тяжело, то и дело шмыгала носом. Кай наблюдал за ней в каком-то полу-трансе.
Закончив в комнате, она пронеслась мимо него в ванную, потом на кухню.
Кай хотел помочь ей, но сделал только шаг вперёд, и чуть не споткнулся о набитый битком рюкзак.
Свой рюкзак.
- Что там? – бестолково спросил он.
- Я просто переживала, когда ты уехал. Места себе не находила, - быстро проговорила Яна в ответ. Она достала из холодильника бутылку с водой, какой-то свёрток в фольге, затем взяла из шкафа пачку печенья, и всё это затолкала в свою сумку. – Вот и подумала, что если вдруг произойдёт что-то страшное и придётся быстро сматываться, мы хотя бы будем готовы.
Кай молча кивнул.
- Там некоторые твои вещи, зубная щётка, аптечка. Ещё я взяла твой ноутбук из Бейкерса, подумала, ты не захочешь его потерять.
- Спасибо, - шепнул он. – Ты молодец.
Яна оглядела квартиру, будто боялась что-то забыть. На несколько секунд её взгляд остановился на книжном шкафу, а Кая в этот момент осенило. Точнее, сразу после того, как Яна сказала про ноутбук.
Он быстро, но осторожно похлопал себя по груди и по животу, пытаясь нащупать телефон, и уже решил, что он выпал, но нет. Быстро вытащив его, и увидев, что осталось всего семь процентов заряда, и последние полчаса записывалось только содержимое его импровизированного нагрудного кармана, он вздохнул с облегчением. Остановил запись, и вытащил почти севшую батарейку, но новую брать не стал.
- Уходим, - бросила Яна, и выключив свет, вышла за порог.
Запирал дверь тоже Кай.
На улице уже сгущались сумерки, когда они вышли. Яна повела Кая за собой, чуть ниже по Осенней улице, и остановились они уже через два дома, у старенького тёмно-зелёного седана. Машина была не заперта. Они бросили сумки на заднее сиденье. Яна села за руль, но Кай, прежде чем занять пассажирское место, не мог не оглядеться назад, правда таращиться на пустой дом долго Яна ему не позволила.
- Садись, пожалуйста, - сказала она надломанным голосом.
Кай послушался.
Ремень безопасности не функционировал, бардачок закрывался на скотч, обивка на сиденьях местами расползалась. Так выглядела изнутри машина. А завелась она с третьего раза. Яна, поворачивая ключ в зажигании, что-то беззвучно бормотала. Молилась, наверное.
- Чья она? – спросил Кай.
- Мамина, - ответила Яна. – Представляешь, какая ирония. Я выставила своего отчима за порог с пустыми руками. А оказывается, пару месяцев назад она оформила эту машину на него.
- То есть, ты её угнала, - мрачно усмехнувшись, сказал Кай.
- Взяла без спроса.
- Это одно и то же.
Яна не ответила. Она сдала назад, и, вырулив на Осеннюю улицу, сразу разогналась до недопустимой для центра города скорости.
- Куда мы едем? – спросил Кай, когда они оставили позади центр, а впереди оставался пригород и окраины.
- Ты не слышал Мэла? Мы уезжаем из Леттона. Как можно дальше.
- Тогда поезжай за ним. В Райн. Куда он повёз Адама.
- Нет, Кай. Мы так не можем...
- Я должен увидеть брата.
Яна снова шмыгнула носом, и резко свернула на трассу, ведущую из пригорода к северной границе Леттона.
- Однажды ты уже меня не послушал, - выговорила она. - И вот чем всё обернулось.
Кай понял, о каком «однажды» она сказала. О том вечере, когда он пришёл к ней, чтобы спрятаться после погони в Блумвуде. И может быть, она была права. Но размышлять об этом теперь не имело решительно никакого смысла.
Кай откинулся на сиденье и прислонился затылком к спинке, смотря безразличным взглядом в окно.
Время приближалось только к шести вечера, но уже почти стемнело. Темнота окутывала поля, расстилавшиеся по обе стороны от старой дороги. Как будто они пересекали пустоту. Пейзаж отличался лишь где-то на горизонте – виднелись бледные огни и нечёткие очертания населённого пункта, где Кай никогда не был.
Впрочем, ему было безразлично, но через час пути, который они провели в тяжёлом молчании, он спросил Яну:
- Ты везёшь нас в какое-то конкретное место? Или мы просто бежим, куда глаза глядят?
- И то, и другое, - усмехнулась она, на миг посмотрев ему в глаза. Затем усмешка медленно сползла с её лица, и оно снова сделалось грустным. – Там, - она указала вперёд, именно туда, где вдалеке виднелся какой-то небольшой городок. Скорее всего, на границы Сильверры, - есть безопасное место. Сможем побыть там некоторое время. Нас примут.
- Кто? – напряжённо поинтересовался Кай. Он не собирался доверять свою безопасность и безопасность Яны незнакомцам.
Яна ответила не сразу.
- Там живут родители Лины.
У Кая от такого ответа перехватило дыхание. Он в изумлении уставился на Яну.
Девушка кивнула.
- Ты что, знакома с ними?
- Когда Лины не стало, Адам поддерживал их, помогал им справиться. Иногда навещал. Помнишь все те выходные, которые мы с тобой проводили вместе, и ты сокрушался, будто мы бросили Адама коротать время в одиночестве?
- Он тогда ездил к ним, - догадался Кай.
- Да.
Он молча качнул головой, и сжав руку в кулак, уставился в окно.
- А несколько недель назад Адам дал мне их адрес, и сказал, что если вдруг произойдёт что-то подобное, - ну вот как сейчас, - мы можем обратиться к ним за помощью.
- Останови машину, - процедил Кай.
- Зачем? – растерялась Яна.
- Остановись. Пожалуйста.
Яна поколебалась несколько секунд, и медленно съехала на обочину. Едва машина остановилась, Кай как ошпаренный выскочил из машины.
Он бездумно прошёл несколько быстрых шагов по обочине, и вдруг его будто переклинило. Он поднял с дороги камень, попавшийся ему под ногу, и швырнул его, чуть не выдернув плечо из сустава, в сторону города, который они покинули, сопроводив бросок выкриком:
- ЧЁРТОВ ПРИДУРОК !
Он и сам не знал, к кому именно обращается.
Просто настал момент, который Яна в свое время назвала: «тогда-то его и накроет». Всё пережитое за последнее несколько дней, навалилось разом, словно набитый камнями мешок упал с небес на голову. Он хотел что-то прошептать самому себе, заставить себя заткнуться.
Вспомнить слова, последние, что Адам ему сказал. Но снова не смог. Почему он всё время их забывает?!
Трясущейся как в припадке рукой он расстегнул молнию куртки, ожидая увидеть на рубашке темнеющие кровавые пятна. Торчащий из груди нож. Что угодно. Потому что просто так боль не возникает, не сама по себе. Руки обхватывают виски руками, шумное дыхание становится все более прерывистым. Легкие начинало сводить от холодного осеннего воздуха.
Он снова вспоминал.
Только теперь он не пытался вспомнить последние слова, услышанные от брата, в голову лезли лишь случаи, когда он говорил ему правду. И Кай не знал, не помнил ни единого случая. Теперь он не мог поверить ни в один из них.
Адам молчал, найдя пару. Адам молчал, потеряв её. Молчал, когда они потеряли родителей и чуть не потеряли Бейкерс. Молчал, когда чуть не умер сам. Молчал про Лао и Мэла. А говоря ему что-либо, он либо лгал, либо не договаривал. И Яна была права – вот куда это их привело.
Вот чего он добился, пытаясь оградить брата от лишних переживаний.
А Кай – он это допустил. Решил, что должен уважать его выбор, и искал себе прочие бестолковые оправдания, лишь бы не прикладывать усилия, чтобы что-либо изменить.
Он позволял себя обманывать. А теперь позволил брату бросить его.
Кай потерял счёт тем мгновениям, пролетевшим, пока он пытался взять себя в руки, сидя на холодным пыльном асфальте с чёрным следами от покрышек. Почти забыл о том, что Яна была там же, позади него. Вспомнил только когда она подошла, и сначала положила маленькую ладонь ему на плечо. Он этого будто и не заметил, не почувствовал, даже тогда, когда она сама опустилась рядом на колени, приобняла его за шею, и прижалась к его спине. Кай не слышал, но чувствовал, что она плачет. Просто она вздрагивала слишком часто.
Наверно только это и помогло ему прийти в себя, а не провалиться в тёмную пропасть, очень похожую на линию горизонта, ту, где должны были ярко светиться огни их родного города, оставленного позади.