В ловушке
When I was younger, so much younger than today,
I never needed anybody's help in any way.
But now these days are gone, I'm not so self assured,
Now I find I've changed my mind and opened up the doors.
"Help" – The Beatles
В коридорах университета Эшли опять пересеклась с Орлами. Мейсон прошёл мимо неё, но Джонатан и Рэй остановились, заговорщицки переглядываясь между собой. Вокруг слонялись студенты. Девушка находилась в потоке и чувствовала нарастающий темп дня, не сочетающийся с музыкой, которую она слушала. В её наушниках играл альбом The Beatles, погружая в лёгкую меланхолию.
- Дорогая. Короче. – начал Джонатан, немного наклонившись, чтобы Эшли его услышала. – Сейчас всё очень сложно, понимаю.
- Придёшь сегодня порепетировать? – спросил Рэй, улыбнувшись.
- А Мейсон не против?
- Мейсон не узнает. – беспечно ответил Джонатан.
Девушка согласилась. Она уже пошла в противоположную сторону от них, когда обернулась:
- А Чарльз?
Но парней уже не было.
When I was younger, so much younger than today
I never needed anybody's help in any way
На парах девушка села за последнюю парту рядом с Чарльзом. А перед ними учились Мейсон и Одри. Странно. Они никогда раньше не общались вдвоём. А теперь всю лекцию не замолкали. Брюнетка приблизилась к лидеру Орлов и прикоснулась к его плечу. Она явно кокетничала. Преподаватель уже делал им замечание, но срок его действия не превышал пяти минут.
- Может вернешь Кинга в группу? – спросила Одри у Мейсона.
Эшли в удивлении уставилась на пару. Брюнетка невзначай бросила эту фразу. Но Джонс сразу поняла, что с самого начала она планировала произнести именно эти слова. Блондинка посмотрела на Чарльза, но тот был занят конспектами. Он сконцентрировался на экране своего ноутбука. Последние недели Кинг не походил на себя прежнего. Он ни с кем не разговаривал, на занятиях усердно занимался. Всегда ходил нахмуренным и отрешенным. Он не выглядел жалко. Наоборот. Но Эшли было непривычно.
Девушка заметила, что теперь они были всегда вместе. Выискивали друг друга в толпе и шли навстречу. Вначале только Эшли так делала, но затем обнаружила, что Чарльз тоже стал подходить к ней. Они почти не разговаривали. Просто были рядом. Но девушка чувствовала, что всё было правильно. Каждому человеку нужна была опора. Особенно тем, кто стыдился в её необходимости.
- Францы не ходят в универ? – спросил Чарльз.
- Да. Родители не пускают. – ответила Эшли.
Джонс не рассказывала Кингу о своих подозрениях на Леона. Она надеялась, что это окажется глупой догадкой, поэтому не считала нужным в лишний раз озвучивать свои мысли. Она много читала в интернете о бизнесе семьи Моники и Леона. Францы были очень влиятельны в Лос-Анджелесе, но не настолько, насколько Ли. Много скандальных историй, связанных с их семьями, Эшли успела просмотреть. И у тех, и у тех дела не всегда велись чисто. Журналисты многое перевирали, многое умалчивали, но даже так. Картина складывалась не самая лучшая.
Эшли большое внимание уделила свите Ли в университете. Если кто-то из студентов был причастен к покушению на Дэниела, то его друзья могли бы приоткрыть завесу тайн. Блондинка не умела подбираться близко к людям, поэтому узнать много не получилось. Алекс рассказал, что Моника и Леон не были врагами Дэниела. Они находились в нейтральных отношениях. Леон казался чересчур настороженным и странным. Никогда не улыбался в их присутствии. Разговаривал сухо и холодно. Совсем другое – Моника. Алекс сказал:
- Она весёлая, энергичная, яркая. Классная, в общем. – бодро высказывался он. - Я бы с ней потусовался. А она с Коллинзом. – пренебрежительно бросил он.
С каждым днём желание Эшли раскрыть Леона росло. Она искала людей, с которыми он общался. Вспоминала телефонный разговор, стараясь перенести его на образ парня. Манера речи, слова... Казалось, что всё складывалось, словно пазл. Чем больше она находила подтверждений её догадкам, тем больше охладевала к Леону. Она уже начинала забывать, для чего она этим занималась. Толи чтобы опровергнуть свои идеи, толи чтобы доказать их правоту.
Девушка набрала номер своей подруги и услышала гудки. Кинг посмотрел на неё с интересом.
- Привет! Пойдём гулять сегодня?
- Меня не пустят. – печально ответила Моника.
- А ко мне в гости?
- Приезжай лучше ты к нам! – оптимистично и громко сказала девушка.
На репетиции Джонатан и Рэй испытывали неловкость, которая позже ушла. Они продуктивно поработали. Поболтали. Помирились. Единственным, чем они смогли испортить настроение Эшли в самом конце, стал их совет по поводу Чарльза. Они попросили её держаться подальше.
- Кинг не виновен. – убеждённо сказала она. – Смотрите. – равнодушно пожала плечами Эшли. – Когда вы поймёте это, может быть уже поздно.
Девушка собрала свои вещи. Ей нужно было увидеться с Лукасом. Брат решал олимпиадные задания в квартире Джонатана. С сестрой они каждый день проводили вместе. И этот был не исключением. Эшли приготовила на ужин пасту. И села за стол с Лукасом. Она наблюдала за парнем, пока разрасталась навязчивая мысль. Лукас уже был такими взрослым – высоким, сильным, умным. Но Эшли всё равно видела в нём маленького брата. Чувствовала большую ответственность.
- Люк, тебе нужно уехать домой. – твёрдо сказала она.
Парень отвлёкся, ожидая объяснений.
- Сам знаешь, что в университете происходит. Будет безопаснее, если ты уедешь.
Лукас нахмурился. Он отрицал её слова. Сохранять спокойствие становилось сложнее. Ведь понимала, что несмотря на её уговоры уехать, она нуждалась в брате именно здесь. Эшли с трудом отодвигала свои эгоистичные мысли на второй план. Девушка лезла не в своё дело, поэтому должна была быть гарантия, что семья не пострадает.
- Шелли, - поднялся со своего места Лукас и обнял свою сестру. – Я чувствую, как ты переживаешь за меня. А ещё чувствую, что должен быть рядом. – сделал паузу. – Я обещаю не выходить из дома. Обещаю, не интересоваться происходящим. Дай остаться.
Девушка считала от одного до десяти снова и снова. Собиралась с мыслями. Задерживала дыхание. И тяжело выпускала воздух. Брат не разрывал объятий. И он бессовестно побеждал. Эшли шмыгнула носом и оторвалась от него.
- Оставайся. – тихо сказала она. - Только теперь ты слушаешься меня абсолютно во всём, понял?
После разговора девушка приехала на нужный адрес. Она завороженно глядела на огромное трёхэтажное здание. Оно казалось неприступной крепостью. Эшли почти никогда не видела таких богатых частных домов. Все стены были серыми. В некоторых комнатах окна в пол. На улице площадь украшалась газонами, деревьями.
Внутри было ничуть не хуже. Девушка успела застать родителей, а потом они уехали. Оказалось, у Францев ещё был цокольный этаж. Моника с лицом важного экскурсовода рассказывала про дизайн дома, заводила в разные комнаты.
Эшли не успевала делать комплименты. Иногда Леон был с девушками.
Они вместе готовили, смотрели фильмы. Атмосфера была тёплой. Ночёвка проходила так банально... Всё как в подростковых фильмах. Эшли могла бы почувствовать себя счастливой в кругу приятных, разносторонних и искренних людей. Но она не забывала истинной цели ночёвки.
Когда Леон отлучился в ванну, Эшли под предлогом важного звонка ушла от Моники. Она быстро и тихо поднялась на второй этаж в комнату парня. Ловко провернула дверную ручку, зашла внутрь и неслышно закрыла за собой дверь. В комнате веяло холодом. Эшли не стала включать свет. Фонарь за окном был достаточно ярким, чтобы различать силуэты мебели.
Она понятия не имела, что искать. Просто открывала каждый ящик стола, просматривая содержимое. Эшли действовала быстро, прислушиваясь к каждому шороху. К каждому звуку. Она уже разобрала каждый ящик, матрас. Ничего.
Она перестала слышать звук воды в ванной... Времени не оставалось. Эшли глубоко дышала, останавливая подступающую тревогу. Сжала зубы. Скоро отодвинула ковёр, ища зацепки в полу. Ничего.
Эшли закрыла лицо руками. Пальцы были холодными. Лоб мокрый. Нужно было думать. Думать. ДУМАТЬ. Она обернулась. Книжная полка.
Эшли услышала, как Моника позвала её. Блондинка пригляделась и увидела, как крайняя книга выступала в отличие от остальных. Она отодвинула тяжёлый том. За ним стояла баночка с таблетками.
Метамфетамин.
Она резко выдохнула. Боже...
Дверь открылась и захлопнулась. Он здесь...
Эшли медленно опустила рукава лонгслива, пряча кисти полностью. Какой ужас она сейчас испытывала... Она повернулась лицом к Леону. Тот немигающе смотрел на неё, включая настольную лампу. Девушка в одной комнате с убийцей...
Она пропустила дрожь через всё тело. Леон не должен заметить что-то подозрительное. В руках у неё была книга. Эшли дышала ровно.
- Что ты тут делаешь?
- Моника попросила взять книгу для гаданий. – ответила Эшли и пошла к выходу.
Но Леон преградил ей путь. Он недоверчиво приглядывался к рукавам девушки. Испытывал её терпение на прочность. Она ещё больше спрятала ладони.
- Скажи правду. – проницательно сказал Леон.
Его интонация не была злой. Он говорил, как всегда. Возможно, чуть более напряженно. Но сейчас парень казался жутким. Богатое воображение Эшли додумывало образ и детали. Тон Леона был пугающим. Пугающе спокойным.
- Леон, меня Моника ждёт. – мягко сказала Эшли и потянулась к ручке двери.
Парень резко перехватил руку. Она перестала дышать. Глаза округлились. Тело не двигалось. Холодный страх заморозил все конечности. Леон грубо закатал рукава Эшли. Он увидел метамфетамин.
Он жёстко посадил её на диван. Эшли не могла сопротивляться. Парень был в разы сильнее её. Она уронила книгу и банку с таблетками. Прижалась к стене. Глаза Леона в этот момент казались стеклянными. Ужасающими. Полная тишина давила на виски. Девушка старалась не терять зрительного контакта. При этом искала тяжёлый предмет рядом.
- Как ты могла подумать, что я его отравил? – разочарованно спросил Леон, приближаясь.
- Моника! – крикнула Эшли.
Она надеялась, что подруга поможет ей. Девушка кричала. Кричала. Кричала. Леон сдержанно следил за Эшли. Он сел на стул, придвинувшись к дивану.
- Я. Этого. Не делал. – чётко произнёс Леон.
Наконец дверь открылась. Показался коридорный свет. Вошла Моника. Эшли кинулась к подруге. Она была спасена. Самое страшное позади. Подруга непонимающе переводила взгляд с брата на Эшли.
- Что здесь происходит? – часто заморгала она.
Эшли ничего не говорила. Только тянула Монику за собой. На выход. Но та не шла. Леон взглядом указал на найденную баночку. Его сестра притормозила Эшли, взяв её за предплечья. Она провела по коже блондинки своими пальцами и нежно взяла их в руки. Моника сочувственно улыбалась. И Эшли становилось лучше.
- Думаешь, мой брат хотел убить Дэна? – невозмутимо спросила она, надавливая ногтями на кожу. – Такого мнения ты о моей семье? – царапала Моника.
Эшли ощущала боль. Ещё чуть-чуть. И могла пойти кровь. Блондинка вырывалась, но безрезультатно. Как всё пугало! Это всё сон? Нет. Боль настоящая. Сердце Эшли стучало. В полумраке улыбка Моники вызывала ужас. Казалась безумной. Нужно было что-то придумать. Но плана не было. И никто не знал, где она...
- Мы ведь подруги, верно? – спрашивала Моника. – Должны доверять друг другу...
Эшли прикусила губу. На руках оставались кровавые царапины. Она не могла пошевелиться. Будто тело было не её. Леон поднялся со стула и убрал баночку с метамфетамином обратно на полку. Делал вид, что не замечал девушек. Эшли в ловушке...
- Ты дорога мне, правда. – на весёлой ноте говорила Моника. – Но пойдёшь против моей семьи. Обещаю. Проблем не оберёшься.
Эшли молчала. Руки Моники были холодными. Она преграждала путь из комнаты. А сзади стоял Леон. Франц словно гипнотизировала блондинку. Смотрела в самую сущность Эшли.
- Думаешь, мы положительно настроены насчёт Кинга? – спросила Моника. – Нет. Только лишь потому, что ты наша подруга, мы доверяем тебе, а значит, и ему.
Моника перестала царапать руки девушки. Вместо этого, она стала растирать новые раны, одновременно причиняя боль и охлаждая разгоряченные участки кожи. Эшли показалось, если она довериться им, то примет верное решение. Поэтому она терпела.
- Ты знаешь, гораздо больше, чем кажется. – вставил Леон.
- Мы предлагаем помощь Кингу, а ты сотрудничаешь с нами. – бросила Моника.
Помощь Кингу.
Нет. Они врали. У Леона метамфетамин. А Моника слишком любила своего брата, чтобы быть против него. Но это была единственная возможность.
- Согласна. – хрипло сказала Эшли.
Моника улыбнулась ещё шире и выпустила из рук блондинку. Она сразу же набрала номер телефона Чарльза. Эшли сглотнула. Необдуманный поступок. Необдуманный! Сейчас сюда приедет Чарльз. И он тоже будет в ловушке. Из-за неё...
Она наблюдала за братом с сестрой и старалась убедить себя в том, что в ближайшее время её не тронут. У неё была информация.
Она не стала дослушивать телефонный разговор Моники и Чарльза и вышла из комнаты, направившись в ванну. Там она подставила руки под холодную воду. Раны жгли. Эшли смотрелась в зеркало и искала в отражении решительность. Чем дольше она вглядывалась в лицо, тем более серьёзным, непоколебимым оно становилось. Она настроила горячую воду, смывая остатки крови. Теперь жгло ещё сильнее и больнее.
Эшли уже не чувствовала кипяток, а ощущала холод. Предплечья покраснели. Зато сердце не стучало безумно, грозясь выскочить из груди. И в голове было спокойствие. Ум снова стал холодным. Она выключала кран.
Девушка изучала свои руки. Длинные царапины и отрывистые точки от ногтей. Красные пятна... Эшли спрятала всё рукавами.
Она сидела одна в гостиной, пока Леон и Моника подготавливались в конференцзале. Раздался звонок. Эшли облегченно выдохнула и поднялась на ноги.
- Эшли! Встреть Чарльза! – крикнула Моника.
Девушка открыла дверь. Внешне она не показывала, как была рада увидеть его. Он молчал. Свысока смотрел на неё. Чарльз прошёл через порог. И взял Эшли за руку. Она зажмурилась от боли. Парень выгнул бровь и несколько раз перевёл взгляд с его ладони на её лицо. Они зашли в узкий гардероб.
Их лица были буквально в нескольких сантиметрах друг от друга. В данной ситуации это было плохо. Эшли всеми фибрами ощущала недовольство, агрессию, злость блондина. Он хмурился. Двигался слишком резко.
- Какого чёрта ты тут делаешь? – грозно спросил он.
Хоть он и говорил шёпотом. Получалось всё равно громко. Эшли выслушивала всё, что говорил блондин.
- Ты обвинила Леона в убийстве. И сама поехала к нему в дом! Дура!
Эшли хватило на сегодня бурных эмоций. Чарльз только добивал её. Но она не могла ничего сказать. Не успевала. Он очень злился. Наверняка, был в шаге от того, чтобы ударить кулаком в дверь или стену.
- Всё было под контролем. – тихо ответила Эшли.
Чарльз неожиданно и жёстко взял руки девушки и закатал рукава. Он посмотрел на раны.
- Это что?
Эшли высвободила руки из его хватки, мигом рассердившись на него.
- Какая разница? – спросила она. – Не нужно меня отчитывать.
Они ругались так, что смысл в шёпоте пропадал. Эшли строго смотрела в глаза Чарльзу, а у того на скулах уже были желваки. Почему он себя так вёл? Она ведь просто хотела помочь. Разве она заслужила таких порицаний? Такого отношения? Эшли даже «спасибо» от него не ждала. А он был ещё хуже...
- Да плевать мне! – жестикулировал он. – Делай, что хочешь! Хоть вешайся, но чтобы я рядом был, ясно?
Дверь открылась. Моника наклонила голову, наблюдая за парой. Она скрестила руки на груди. Её взгляд, жесты выражали такое недовольство, которое испытывала мать, заставшая маленьких детей за глупыми спорами. Эшли не видела её ещё более собранной, чем сейчас.
- Вы долго ещё шушукаться будете? – спросила она.
Эшли поторопилась выйти из гардеробной вслед за Моникой. Но Чарльз в последний момент остановил её, невесомо взяв за руку. Он отвернулся прежде, чем что-то сказать.
- Выводишь меня. –чётко произнёс Чарльз. – Но, - осёкся он. – Я волновался, ангелочек.
Когда я был гораздо младше, чем сейчас,
Я все проблемы нёс на собственных плечах,
Но эти дни прошли, я потерял покой,
И в новый мир открыта дверь передо мной.