chapter 32.
Будапешт, Венгрия
Нед
Усердно тру пальцами глаза, окончательно размазывая остатки грима по лицу. И плевать, что это сделает пеня похожим на панду. Сейчас меня волнует только то, что я валюсь с ног от усталости и недосыпа. Если я бы мог, то подпер бы веки зубочистками, как кот из "Том и Джери". Но, к сожалению, глаза мне еще нужны.
Делаю глоток бурбона из пластикового стакана и обвожу взглядом гостиную. Хотя уже за полночь, народ даже не планирует расходиться. Мои глаза находят в толпе Честера и я хмурюсь. Он стоит у окна, а на подоконнике перед ним с раздвинутыми ногами сидит девушка, кажется ее зовут Розали. Или Роза? Не важно. Эта малышка появляется на всех наших тусовках. Даже в Венгрию потащилась вслед за нами. Ну или, если быть точнее, за Честером. И по всей видимости все ее затраты были не зря. Розали (или Розе), все же удалось привлечь внимание моего недоступного друга.
— Я тоже обалдел, когда увидел, как они вдвоем выходят из сортира, — раздается голос Ирвина и я поднимаю голову. — Похоже, он решил, наконец, отпустить ее.
Вину не нужно произносить имя, чтобы я понял о ком речь.
— Он никогда ее не отпустит. — Себе под нос произношу я, но думаю, что Ирвин меня слышал.
— Кстати, ты не видел Хлою? — Кросс падает на диван рядом со мной.
Девушка, что последние пятнадцать минут безрезультатно клеила меня недовольно шипит, раздражаясь из-за того, что Ирвин влез между нею и мною. Друг ухмыляется и машет ей на прощание, когда та уходит с недовольным лицом.
— Она поднялась наверх, — отвечаю я и, снова, подношу стакан к губам. — С каким-то мужиком. — Наглая ложь срывается с моих языка и звучит на удивление убедительно.
Ирвин вскакивает на ноги и сжимает руки в кулаки. На челюсти играют желваки. Мой друг не на шутку разозлился.
— Гонишь? — сквозь зубы рычит он и я хмыкаю.
— Да не видел я ее, Вин, — я закатываю глаза. — Делать мне нечего, кроме как следить за твоей девчонкой.
— Ты что больной? Я обосрался, — заявляет Ирвин и небольшая компания справа от нас начинает хохотать. — Разумеется, в переносном смысле, придурки!
Мои губы растягиваются в улыбке и я скрываю ее за стаканом, залпом выпивая остатки. Бурбон обжигает горло, но не дарует расслабление. Похоже, мне, все-таки, придется прибегнуть к помощи чуда средства. В простонародии именуется косяком (марихуанна, травка, конопля, если хотите). Уж она то точно поможет мне справиться с усталостью и ненужными мыслями.
Я медленно встаю с дивана и потягиваюсь, разминая окаменевшее тело. Ирвин фаркает, когда я хватаю, практически, полную бутылку виски и прохожу мимо него. На выходе из гостиной, я лицом к лицу сталкиваюсь с Хадсоном. Я полагал, что эта ночь не может стать еще хуже. Но, по всей видимости, ошибался.
— С дороги, — практически, приказываю я, на что придурок хмурится.
— Тебе еще не надоело вести себя, как урод? — с надменным видом спрашивает он, скрещивая руки на груди.
Я склоняю голову на бок, в насмешливом жесте. Неужели, он набрался смелости и решил дать мне отпор? Похоже, надоело вилять предо мной хвостом, как верный песик. Жаль. Было увлекательно наблюдать за его жалкими попытками наладить со мной отношения.
— Тебе же не надоедает вести себя, как мокрая курица.
Толкаю его плечом, освобождая себе дорогу, и продолжаю движение. Спиной чувствую его пристальный взгляд, но не обращаю внимание. На второй этаж я поднимаюсь за считаные секунды, даже не смотря на то, что чувствую себя абсолютно разбитым. Оказавшись в комнате, которая временно считается моей, я ловлю себя на мысли, что хочу завалиться в кровать, даже не раздеваясь. Но рано или поздно мое отсутствие заметят, притащатся сюда и заставят спуститься прямо без штанов.
Из прикроватной тумбочки беру небольшой пакетик с двумя косяками и засовываю в задний карман, низко посаженых джинс.
Когда я возвращаюсь в гостиную и ищу глазами Честера, чтобы предложить ему покурить, передо мной оказывается копна платиновых волос. Та же самая, что весь вечер следует за мной по пятам.
— Где пропадал? — ладонь с накрашенными в черный ногтями, приземляется на мою грудь.
— Прятался, — я скидываю руку приставучей девчонки со своего тела, но не спешу уходить.
Похоже мою реакцию она воспринимает, как призыв к действию, и в следующую секунду прижимается ко мне, практически, всем своим татуированным телом. Ее тонкие губы оголяют ряд ровных зубов, растягиваясь в хищной улыбке.
— Не желаешь спрятаться вместе? — она прикусывает губу, явно полагая, что это может завести.
Все во мне кричит, что я просто обязан отвести эту горячую малышку наверх и сделать то, что требует тело. Я могу затащить ее в ближайшую комнату и не выпускать оттуда до самого утра, просто потому что я могу. Потому что у меня не было секса по меньшей мере несколько месяцев и Нед Младший требует чего-то поинтереснее правой руки. Эти двое успели знатно друг другу надоесть. Но не смотря на это, мое тело двигается само собой, наклоняясь вперед, к уху липучки напротив.
— Я предпочитаю прятаться в одиночестве, — шепчу я и выпрямляюсь, после чего спешу удалиться. — Так что, извиняй. — Бросаю я, не оборачиваясь.
Такими темпами ты заделаешься в монахи, Нед. Блеск. — язвит внутренний голос и я тут же его затыкаю.
— Черт, Хлоя! Где ты, черт возьми... — внезапно кричит Ирвин с дивана и замолкает на полуслове. — Охренеть!
Во мне разгорается интерес и я оборачиваюсь, следуя за взглядом друга. Что его так ошарашило? Неужели Хлоя стоит за моей спиной совершенно голая? Хотя это бы не вызвало всеобщего ступора, а скорее наоборот. Когда я нахожу Хлою глазами, к счастью, она оказывается полностью одетой. Неожиданно, подружка Ирвина подмигивает мне и делает шаг в сторону. Меня, словно, поражает ударом молнии, когда я замечаю человека, который все это время стоял за ее спиной. Непроизвольно, пячусь назад, под взглядом прекрасных ледяных глаз, а мои собственные закрываются, отказываясь верить в то, что видят.
Этого не может быть. Этого не может, черт возьми, быть!
***
Ева
Первое на что я обращаю внимание — он выглядит чертовски уставшим. Под глазами темные круги, будто он не спал несколько суток, а волосы растрепаны. Но даже это не мешает ему выглядеть сногсшибательно. Впрочем, как и всегда.
Руки начинают дрожать под его пристальным и ничего не выражающим взглядом. Я тяжело сглатываю и вмиг все окружающие звуки начинают доносится будто из под воды. Сердце колотится, как отбойный молоток и я слышу только собственный пульс.
Чувствую, что со всех сторон на нас смотрят с удивлением и ожиданием, но изо всех сил стараюсь не обращать внимание. И плевать, что каждый присутствующий навострил уши.
— Привет, — тихо произношу я, не прерывая зрительного контакта с Недом. — Мы можем... — начинаю я, но замолкаю, сбитая с толку тем, что он качает головой и проносится мимо меня, словно, ураган.
Сердце начинает щемить от обиды, а на глазах наворачиваются слезы. Он что, даже не выслушает меня?
— Чувак! Эй! — возмущается Ирвин, материализовавшись у Хлои под боком.
— Иди за ним. — Одними губами произносит подруга и кивает в сторону лестницы на второй этаж.
Я слабо киваю и нерешительно покидаю, сначала гостиную, а затем первый этаж.
Да, уж точно не такого я ожидала. Предполагалось, что он накричит на меня и выскажет все, что думает или мы поговорим, как взрослые люди и помиримся. Он мог выслушать меня и сказать, что я ему больше не интересна. Но чтобы вообще проигнорировать? Нет. О таком я даже и подумать не могла. Это слишком на него не похоже.
С горем по полам, на трясущихся ногах, я преодолеваю винтовую лестницу, и замираю. В конце коридора, у огромного панорамного окна замерла высокая, широкоплечая фигура. И я точно знаю, кому она принадлежит. Проглатываю ком образовавшийся в горле и сжимаю руки в кулаки. Я думаю о том, что проделала долгий путь и просто обязана попробовать все исправить и это придает мне сил сделать первый шаг. А затем второй и третий. И так до момента, пока между нами остается только один разделяющий нас шаг.
— Привет, — шепчу я и Нед вздрагивает. — Еще раз.
На удивление мой голос не дрожит. Если так пойдет и дальше, то я смогу сказать все, что хотела без ненужных слез и истерик. Хотя вряд ли сегодня обойдется без драмы.
— Я понимаю, что ты не хочешь со мной разговаривать и уж тем более видеть, но... — я хватаюсь за подаренный Недом браслет и заставляю себя продолжить. — Но мне есть, что сказать.
Когда Нед медленно оборачивается, мое сердце делает кульбит. Боже, как же давно он не был ко мне так близко. Наверное, прошла целая жизнь. Полной грудью вдыхаю его запах и мои легкие, наконец-то, наполняются океаном и свежестью. Каждая клеточка в моем теле наполняется серотонином только от того, что он передо мной и я могу слышать его запах и чувствовать тепло исходящее от его тела. Я должна была приехать раньше. Нет! Мне вообще не стоило отталкивать его в тот вечер. Я идиотка. Самая настоящая дура...
— Тебе всегда было, что сказать. И каждый наш разговор отламывал от меня по кусочку. Но больше ничего не осталось. — Говорит он мне, но смотрит куда-то мимо меня.
Его голос хриплый и вымученный, наводит на мысль, что ему тяжело дались эти слова. Возможно, даже тяжелее, чем я могу вообразить.
— Я понимаю, — заверяю я, надеясь, что он мне поверит. Я, действительно, осознаю, какую боль из раза в раз ему причиняла. И мне жаль. — Но я собираюсь вернуть все то, что забрала.
Он молчит. Грудь тяжело поднимается и опускается на вдохе и выдохе. Красивые руки напряжены. И зачем он только надел эту майку? С ума можно сойти. Боже! Ты не о том сейчас думаешь!
— Зачем? — его вопрос ошарашивает меня.
Зачем? — думаю я.
Что значит зачем? Неужели и так не ясно? Он что, думает, что я просто так притащилась в чертову Венгрию? В знаменитых банях попариться?
— Я правда не понимаю, зачем ты приехала?
— Извиниться...
— Ты могла сделать это и по телефону, — молниеносно отвечает Нед.
— ... и я хотела увидеть тебя. Очень сильно хотела. Потому что скучала. — Признаюсь я и он, наконец-то, смотрит мне прямо в глаза. — Очень сильно скучала.
— Ты издеваешься надо мной? — Нед отступает назад, увеличивая расстояние между нами еще на шаг. — Значит, тебе стало скучно и ты решила, снова, поиграться со мной?
Я с трудом удерживаю равновесие. Хотя он и не поднимал на меня руку, у меня четкое ощущение, что меня ударили. Чувствую, как мое лицо краснеет от возмущения и стыда, но я не собираюсь отступать.
— Что?! Конечно же нет! — вскрикиваю я, не в силах совладать с эмоциями. — Вот как значит ты обо мне думаешь?
— А как еще мне думать? — искренне недоумевает Нед, взмахивая руками. — Ты забыла, как сказала, что не хочешь быть со мною? Что я тебе надоел? Что ты устала от меня? Если да, то ничего страшного. Потому что я, черт возьми, все помню и могу напомнить! — Его голос надламывается и он спешит отвернуться.
Слезы жгут глаза и я быстро их смаргиваю. Самое страшное, что он прав. Я действительно говорила все это. Но в этих словах не было ни грамма правды и даже я сама об этом не знала. Мне потребовалось потерять его, прежде, чем я все поняла.
— Я помню каждое свое слово, Нед, — мой голос дрожит, когда я начинаю говорить. А вот и начало драмы. — И мне очень жаль, потому что ты не заслуживал услышать подобное, после всего, что сделал для меня. Но я хочу, чтобы ты меня понял, — я смахиваю слезы тыльной стороной ладони, не отрывая взгляд от его крепкой спины. — Я, чертовски сильно, запуталась и мне потребовалось некоторое время, чтобы все осознать. Каким-то удивительным образом, ты всегда меня чувствовал и понимал, даже когда я сама себя не понимала. Я очень жалею, что тогда к тебе не прислушалась. Честно.
В ответ на мою реплику звучит тишина. Узел страха, из-за того что Нед меня не простит, затягивается на моей шее все туже. Я начинаю лихорадочно вспоминать все то, что хотела сказать, а язык начинает говорить вслед за мыслями.
— Ты сказал, что мы созданы друг для друга, потому что ты первый незнакомый мужчина, который смог прикоснуться ко мне и не вызвать паники; и теперь я понимаю, что ты прав. Ты, действительно, создан для меня, Нед. Именно поэтому я здесь. Хочу все исправить.
И, снова, тишина.
Слезы текут по щекам бесконечным потоком и я уже отчаялась их вытирать. Неважно, насколько жалко я сейчас выгляжу. В конце концов, я сама во всем виновата.
Я собираю последние остатки мужества и хватаю Неда за руку, разворачивая к себе лицом. От соприкосновения с его кожей, меня, словно, бьет током. Но это и близко не похоже на то, что было с другими. Никакой паники.
В его глазах вселенская мука и я опускаю голову, не в силах видеть этого парня таким.
— Да, я идиотка. Я ненормальная. Я жалкая и ненавижу себя за это, — выпаливаю я, крепче сжимая холодную руку парня. — Но несмотря на это, я понимаю, что совершила ошибку. Возможно, самую огромную в своей жизни.
Мне не хватает силы духа смотреть ему в глаза, поэтому я лишь наблюдаю, как его свободная рука медленно поднимается к моему лицу, а пальцы обхватывают мой подбородок. Он поднимает мою голову вверх, вынуждая встретиться с ним глазами. Штиль пришел на смену буре и его взгляд смягчился.
— Ты не идиотка, — протестует он и я всхлипываю. — Ты не ненормальная, — продолжает Нед, нежно стирая мокрые дорожки от слез. — И ты не жалкая, Ева.
— Я сделала тебе больно, — замечаю я слабым голосом. — Я все испортила.
Он молчит. Не отрицает, потому что это чистой воды правда. Каждое слово.
— Пожалуйста, прости меня...
— Перестань, — его руки опускаются, прерывая контакт наших тел. — Не надо извиняться.
Осознание накрывает меня, как снежная лавина. Это конец. Я до крови прикусываю губу, чтобы не разрыдаться. Он не собирается возвращаться ко мне.
Могу ли я винить его за это? Нет. Я сама во всем виновата.
Дорогие мои, хотелось бы видеть побольше вашей реакции. И я говорю вовсе не о звездах. Не стесняйтесь оставлять комментарии (даже пустяковые). Мне очень важно знать, что вы, вообще, думаете при прочтении главы и какие эмоции испытываете после.
Прекрасно понимаю, что актив падает из-за моего долгого отсутствия, но все равно хотелось бы побольше взаимодействия с вами.
С любовью, MIRA
P.S. я реально обожаю читать ваши комментарии.