chapter 30.
США, Нью-Йорк
Ева
Проходят еще две мучительно долгие недели. По большей части, я сижу дома и зависаю в интернете. Смотрю "Семейство Кардашьян" и провожу время в компании "Эрудита"*, но в основном смотрю видео с концертного тура группы Dark. Каждый раз, открывая новое видео, я внушаю себе, что это для того, чтобы поддержать Эвана. Но, так или иначе, смотрю только на Неда. Четыре дня назад я и вовсе скачала себе все их песни и теперь постоянно слушаю их на повторе. На данный момент я знаю их все от корки до корки. Я могу посоревноваться даже с самой преданной фанаткой и, наверняка, одержу победу.
Еще я хожу в спорт зал, чтобы держаться в форме. И даже пару раз была на работе у мамы. К сожалению, Кевин так и не разрешает мне вернуться в строй, считая, что мне нужен отдых. Поэтому уже три недели я не занимаюсь ни чем стоящим, кроме созерцания страницы Неда в инстаграме и просмотра видео с его выступлений.
Хлоя (с которой я начала переписываться каждый день) старательно избегает разговоров о Неде, даже если я напрямую что-то спрашиваю о нем. Конечно, гораздо проще позвонить ему или написать. Но с той ночи две недели назад мы больше не разговаривали. Он не выходит на контакт, да и я не решаюсь сделать первый шаг. Не хочу показаться идиоткой, которая никак не может решить, что ей надо. Хотя, кто я, если не полная идиотка?
Лори улетел к родным в Портленд пару дней назад и так и не связался со мной. Я отправила десятки сообщений, но не получила ответа. Это добивало меня еще больше.
По всей видимости конфликт с его отцом все еще никуда не делся. Этого мужчину я презираю всем сердцем. Он выгнал Лори из дома, когда узнал, что мой друг предпочитает мужчин. Какой нормальный отец так поступит? Хотя, будем честны. Мой отец в тысячу раз хуже.
Я встряхиваю головой. Не хватало еще думать об этом ничтожестве.
В общем, во всей этой борьбе с собой, мне чертовски не хватает моего лучшего друга.
Неожиданно, мне приходит уведомление о начале прямой трансляции с сегодняшнего концерта Неда и его группы и я со всех ног бегу к ноутбуку. Голова кружится из-за резкого подъема, но я не обращаю на это внимание и запускаю трансляцию. Не хочу пропустить ни секунды. Прибавляю звук и на всю комнату разносятся возгласы счастливых поклонников, когда четверо парней показываются на сцене. Я замечаю, что в этот раз они одеты одинаково: (во всяком случае так кажется издалека) черные джинсы и такого же цвета рваные рубашки. Но, не смотря на это, я все равно различаю кто из них кто.
Я хватаю ноутбук с комода и усаживаюсь вместе с ним на мягкий пуфик. Делаю все по инерции, не отрывая взгляд от экрана, будто стоит мне отвести глаза хоть на секунду и я пропущу что-то важное.
Прикусив губу, я наблюдаю за тем, как Нед вешает на плечо свой бардовый Гибсон и поправляет микрофон на стойке. А после раздается его низкий, бархатный голос:
— Привет, Берлин!
Толпа снова начинает реветь, а Нед оборачивается на Честера, Ирвина и Эвана, коротко с ними переговаривается, после чего на его губах расцветает сногсшибательная улыбка и мое сердце начинает стучать быстрее.
Одновременно с первыми звуками своей гитары Нед начинает петь и мое горло перехватывает от того насколько прекрасно и умело он это делает. По мере приближения к припеву подключается все больше и больше музыкальных инструментов. И вот из динамиков моего ноутбука раздается слаженная игра всех участников группы. Звучит недолгий проигрыш и мощный голос Неда, вновь наполняет пространство. Мое тело покрывается мурашками. Этот парень слишком хорош в том, что он делает.
Следующие два часа пролетают, как один миг. Не успеваю оглянуться, а Ирвин уже объявляет завершение концерта и благодарит всех присутствующих. Нед покидает сцену самым первым и из моей груди вырывается стон полный досады.
Я убираю ноутбук с колен, ставлю его на пол, но не спешу выключать трансляцию. В конце концов, на сцене остаются только Ирвин и Эван. Парни начинают собирать с пола лифчики, которыми группу закидывали в течении всего выступления и женский визг становится оглушительным. Я недовольно фыркаю и скрещиваю руки на груди. Меня радует, что в этот раз Нед ушел и не стал помогать парням, как было практически на всех концертах до этого. Меня передергивает от воспоминаний о том, как он прикасался ко всем этим вещицам. Надеюсь потом они их все сожгли, а руки десять раз помыли.
Неожиданно хлопает входная дверь и я молниеносно закрываю крышку ноутбука. По моему стремительному движению, могло показаться, что я занималась тут чем-то непристойным. Но на самом деле, я всего лишь пускала слюни на вспотевшего Неда Келли. Что на самом деле не многим лучше просмотра порно.
— Ева! Помоги мне с сумками, — раздается мамин голос. — Нужно разобрать продукты по местам.
Я тут же отрываю зад от сиденья и иду на кухню, по пути бросив взгляд на свое отражение в зеркале. Почему я такая красная? Прикладываю холодные ладони к щекам, в надежде их остудить, но видимых изменений не происходит. К черту!
— Ева Стаффорд! — снова зовет меня мама и в этот раз ее голос уже ближе к двери в мою комнату.
— Я иду, мам!
Открываю дверь и сталкиваюсь с мамой в коридоре. Она смотрит на меня, выгнув свою тонкую бровь, и с лукавой улыбкой на губах. Я тяжело сглатываю и прячу выбившиеся из хвоста пряди за ушами.
— Чем занималась?
— Фильм смотрела, — я пожимаю плечами и обхожу маму, направляясь на кухню. — "Если я останусь" называется.
Кусаю губы, надеясь, что мама не уловила наглой лжи в моем голосе. Я наливаю себе стакан воды и жадно пью. Ненавижу врать! Тем более маме.
— О! В этом же фильме главный герой симпатичный, кучерявый рокер? — невзначай спрашивает мама и я тут же давлюсь водой. — Осторожно, дорогая. — Мама стучит меня по спине, пока я кашляю и ловлю ртом воздух.
— Д... да, в этом, — выдавливаю я и ставлю стакан в раковину. Я открываю пакет из продуктового и начинаю расставлять все что купила мама по своим местам. — Как ты донесла столько пакетов?
Я оглядываю три битком набитых продуктами пакета и вскидываю бровь, глядя на маму.
— Один молодой человек мне помог, — мама включает чайник и прислоняется к кухонному островку спиной. Я даже спиной чувствую ее пристальный взгляд. — Не хочешь посмотреть что-нибудь со мной сегодня вечером? Могли бы заказать тайскую еду или просто поесть мороженного. Что скажешь?
Я улыбаюсь и оборачиваюсь к маме. Мы действительно давно не проводили вечер за просмотром фильма. Хотя раньше это было нашей мини традицией. Каждую субботу на протяжении пяти лет мы устраивали кино-марафоны. Но последний год мы стали все реже и реже следовать этой традиции. И это очень грустно, если честно. Мне действительно не хватает времени с мамой. И всему виной наши графики работы. Наши выходные дни никогда не совпадают. Хотя, если быть до конца откровенной, мама, практически, живет на работе. Именно поэтому, еще в детстве я твердо решила, что никогда не стану агентом по недвижимости.
— Я только за, ты же знаешь, — я мягко улыбаюсь. Спустя, примерно восемь минут, когда все продукты убраны на свои места, я направляюсь в гостиную. — Пойду достану диски. — Сообщаю я маме, по пути.
— Я голосую за "Секс в большем городе"!
Я закатываю глаза, но покорно соглашаюсь. Сколько можно пересматривать этот сериал? Моя мама настоящая маньячка, честное слово. Никто не любит его больше нее.
Через некоторое время, после начала первой серии, когда мы удобно устроились на разложенном диване, экран маминого телефона загорается. Я успеваю прочитать имя "Рой", прежде чем она принимает вызов. По ее горящим глазам, я сразу же догадываюсь, что звонит ни кто иной, как ее таинственный бойфренд. Я убавляю звук на телевизоре, чтобы он не мешал маме разговаривать.
Они болтают не дольше трех минут, когда мама кладет трубку, пообещав, что перезвонит позже и с извиняющийся улыбкой на лице поворачивается ко мне.
— Значит Рой? — я прищуриваюсь и мама легонько хлопает меня по спине.
— Неприлично заглядывать в чужие телефоны, Ева Стаффорд! Разве я тебя этому учила? — поучительным тоном делает замечание мама, но по лукавому блеску глаз, я понимаю, что она дурачится.
— Это вышло случайно, — защищаюсь я. — И вообще-то я все еще жду знакомства с ним! — Как любил говорить мой дедушка: лучшая защита — это нападение.
Мама тут же заливается краской и опускает глаза. Ее реакция меня забавляет и я не сдерживаю улыбку. Краснеет, как девочка подросток, честное слово.
— Я хотела познакомить вас еще в прошлом месяце, но Рой... он в командировке и вернется только в начале января.
Я пожимаю плечами и говорю, что буду очень рада, наконец, с ним познакомиться. Если конечно я доживу до дня, когда мам представит нас друг другу.
Хватаю пульт, собираясь прибавить звук и продолжить просмотр, но мама останавливает меня.
— Ты же знаешь, что я не из тех мам, что лезут в жизнь своего ребенка. Но я считаю, что нам все же нужно кое что обсудить... — неожиданно говорит мама, вышибая весь воздух из моих легких, всего лишь, двумя предложениями. — И ты знаешь, что именно.
Я вздыхаю полной грудью и выпрямляюсь, складывая ноги по-турецки.
Стоило ожидать, что рано или поздно этот разговор нас настигнет. Он был также неизбежен, как и снежная лавина. Возможно, мне стоило и раньше обсудить все это с мамой. Но честно признаться, я не находила в себе сил начать говорить об этом первой. Поэтому я даже рада, что хоть одной из нас хватило духу сделать первый шаг.
— Я догадываюсь.
Мама сжимает губы в тонкую полоску и через секунду впихивает в мои руки ведерко мороженного. Я ставлю его на подставку рядом.
— Хотелось бы, чтобы наш разговор получился не настолько ванильным, как это мороженное, но что-то мне подсказывает, что именно таким он и будет, — выдает мама и я смеюсь, немного расслабляясь. — А теперь расскажи мне, что из себя представляет этот мальчишка, и что у вас стряслось.
Она поудобнее устраивается на мягком диване, в ожидании моего рассказа.
— Он не мальчишка, мам, — я сцепляю пальцы в замок, останавливая навязчивые движения. — И почему ты думаешь, что у нас что-то случилось? — Мама молчит некоторое время и ответ на мой вопрос приходит сам собой. Я вздыхаю. — Лори?
Порой мне кажется, что он лучший друг моей мамы, а не мой. Эти двое на редкость дружны. Просто не разлей вода.
Мама не опровергает мою догадку, а значит я права. Легкая волна возмущения накрывает меня, но сходит на нет, под пытливым взглядом матери. Она все еще в ожидании рассказа о моем, весьма, неудачном опыте первых отношений (ну или чем бы это не было).
Все во мне кричит, что этот разговор может и подождать. Но так или иначе, я знаю, что должна поделиться этим с мамой. Я и так держала ее в неведении почти пять месяцев. Она, конечно же, видела новости о нас с Недом, но там было мало правды (точнее практически не было). Можно считать, я врала родной матери. Как в общем-то и всей стране, но сейчас не об этом. Словом, мне нужно все ей, наконец, объяснить.
Что я и сделала. Начиная, от первой встречи на его концерте в конце августа, когда его прикосновение не вызвало панику, и заканчивая разговором в Лос-Анджелесе у океана, когда я оттолкнула его в последний раз. Мама внимательно слушала, ее глаза слезились, но она не плакала. В отличии от меня. Когда мой рассказ дошел до дня моего дебюта, на который Нед прилетел с другого конца страны, чтобы меня поддержать, я и вовсе разрыдалась во все горло. Его горделивая улыбка стояла перед моими глазами и я не могла остановить поток слез.
Этот парень сделал так много для меня. Поддерживал, радовал, смешил (хотя чаще всего доставал своими неуместными комментариями и шуточками), всегда выручал в затруднительных ситуациях; чаще, чем следовало перекладывал вину на себя, помог мне почувствовать себя нормальной, такой же как все, но в то же время особенной и он... он любил меня несмотря ни на что. Он сделал слишком много, для человека, который этого недостоин. А я, как полная идиотка, поняла это слишком поздно.
— Я не знаю, как мне быть, мам, — признаюсь я, прикусывая нижнюю губу, чтобы сосредоточиться на физической боли и отвлечься от душевной. Я где-то слышала, что это помогает. — Очень хочу все исправить, но боюсь. Что если он понял, какая я ненормальная и решил больше со мной не связываться?
Мама мгновенно начинает качать головой и хватает меня за руки, сжимая их.
— Не говори так. Ты абсолютно нормальная, Ева, — уверяет меня мама. — Да, ты ошибалась и это, совершенно точно, нормально. Все совершают ошибки, главное уметь их вовремя исправить. Особенно, если дело касается любви, потому что очень легко не успеть и еще проще посчитать, что уже опоздал.