Rock Me [rus h.s.]

~зеленый неоновый свет, тройничек и водка~

•

Я прячусь в шикарной ванной комнате, подальше от шума и нежелательного общества. Музыка грохочет так, будто стены собираются развалиться. Бас пронизывает пол, поднимется по ногам и бьет по грудной клетке. Даже закрытая дверь не спасает от происходящее за ее пределами.

Найл — король вечеринок. За час он может организовать самое грандиозное пати. Он устраивает тусовки практически в каждом городе, в котором мы останавливаемся. Его ирландская натура не может усесться на одном месте. Он не тот, кто будет спокойно проводить вечер у себя в номере после концерта. Им всегда движет неугомонность и страсть к развлечениям. Он обожает привлекать к себе внимание — у него это всегда получается.

В номере Найла пахнет потом, дорогими духами, марихуаной и алкоголем. Превосходное сочетание для описания сегодняшней ночи.

Меньше всего хочется сталкиваться с Гарри. Я не смогла противостоять его чарам, хотя была в своем уме. Мной двигало что-то непонятное и абсолютно незнакомое. Как будто не только тело этого хотело, но и разум. На тот момент это казалось чем-то правильным, легким и непринужденным. Между нами разломилась стена, но это было временное помутнение, от которого до сих пор стыдно.

Последствия нашего сближения остались на моей коже, как напоминание, что это действительно случилось. Лиловые пятна разных размеров и форм покрывают шею. Гарри, словно нарочно, не оставил ни одного нетронутого места — будто хотел, чтобы каждый раз глядя в зеркало, я чувствовала себя еще хуже.

– Какая же ты глупая, Ноэль, – говорю я своему отражению.

Это ощущение истерзает меня изнутри, как будто я совершила самый страшный грех. Стыд прилипает ко мне, как грязь, которую не отмыть. Я пыталась несколько раз избавиться от воспоминаний, но они давят хуже, чем депрессивное состояние, с которым я просыпаюсь по утрам.

— Черт возьми, что я наделала? — провожу я обеими руками по волосам, портя объемную укладку.

Чувство вины не покидает меня, а застревает в голове, заполняя каждую частицу мозга. Если бы можно было вернуть время назад, я бы непременно воспользовалась этой возможностью. Я готова зацепиться за все что угодно только перестать думать о влажных губах Гарри и его горячем дыхании на коже.

Я стою возле огромного зеркала, пытаясь разглядеть себя, но вижу зеленые глаза и мерзкую победную улыбку с едва заметными ямочками на щеках.

Я должна веселиться с остальными, радоваться незабываемой ночи и пить разные коктейли. Но вместо этого торчу в чужой ванной комнате и боюсь выйти, словно меня осудят за то, чем я занималась на кожаном диване в гримерной Гарри.

– Ладно хватит, – качаю я голову, стараясь вытеснить Гарри и забыть о нем, хоть на мгновение.

Снова смотрю на свое отражение и приглаживаю ладонями волосы, пытаясь спрятать засосы на шее.

Я втиснута в черное кожаное платье. Материал плотно облегает тело, подчеркивая ключицы, линии бедер и талию. Мое декольте может заметить даже самый слепой парень на расстоянии. Оливия сказала, что бюстгальтер на размер меньше творит чудеса. Теперь мои ребра в заложниках, но зато грудь визуально кажется больше.

Поправив разорванные колготки под облегающим платьем, я натягиваю на лицо самую фальшивую улыбку, на которую способна и выбираюсь из ванной комнаты в разгар вечеринки.

Зеленый неоновый свет заполняет каждый уголок пентхауса. Я закрываю дверь, и глаза разбегаются по мелькающим силуэтам. Музыка словно становится громче, я ощущаю каждую ее волну, которая заставляет сердце дрожать.

— Черт возьми, я люблю Нью-Йорк! — кричит Найл, поднявшись на дорогой рояль в центре события.

Толпа поддерживает его ликованием, кто-то даже свистит. Блондин выглядит потрепанным, но чересчур веселым – похоже алкоголь придает ему энергии. В следующую секунду Найл уже танцует и поднимает к себе двух девушек, которые с радостью присоединяются к нему. Одна обвивает его шею рукой, другая прижимается сбоку. Они двигаются в такт музыке, а Найл смеясь, запускает им руки под топы, явно наслаждаясь вниманием.

– Охренеть, скажи?! – слышу я знакомый накуренный голос Зейна за спиной и в ту же секунду его рука ложится на мои плечи.

– Это совсем не похоже на танцы! – усмехаюсь я, глядя на пьяного ирландца, лапающего задницы двух длинноногих брюнеток.

– Так они не танцуют, а трахаются! — перекрикивает Зейн музыку, наклонив голову к моему уху.

– Я не хочу застать процесс их слияния! — приходится кричать, чтобы он меня слышал.

– Поздно!

Я поворачиваю голову и застаю картину: язык Найлера во рту одной из брюнеток. Он целуется с ней развратно, прижимая ее за бедра. Не проходит и десяти секунд, как блондин отрывается от нее и с таким же пылом впивается в губы другой.

В Найле сейчас больше алкоголя, чем в барной стойке за его спиной. Он целуется с двумя одновременно, совсем не думая об инфекциях.

– Мне нужно выпить, чтобы это забыть! – отворачиваюсь я от развлекающегося Найла, столкнувшись с лицом Зейна.

– Ни слова больше, детка! Позволь мне напоить тебя! – он берет меня за руку и ведет через большое скопление людей.

В помещении становится чертовски жарко от количества фанатов, музыкантов, моделей и других знаменитостей, которые пришли на вечеринку. Я стараюсь никого не задевать, но люди прижаты друг к другу слишком тесно. Зеленый свет мигает как будто кто-то пытается устроить ночной клуб в номере Найла.

Все трутся телами, забыв что такое стыд. Некоторые пьют из красных пластиковых стаканчиков, другие непристойно целуются по углам, а кто-то уже занял комнаты, чтобы уединиться.

Пахнет уже не просто марихуаной — в воздухе явственный привкус кокаина. Здесь давно стерты границы, правил и ограничений не существует. На вечеринках у Найла всегда хватает не только алкоголя, но и запрещенных веществ, которые Зейн приносит пачками благодаря своим связям с дилером.

Мы приближаемся к кожаным диванам и за одним я вижу Гарри, а рядом с ним сидят целующиеся Аспен и Луи. При виде него вся кровь в организме приливает к щекам. Внизу живота образуется тугой узел, но я стараюсь дышать ровно, когда его глаза сталкиваются с моими.

– Присаживайся! – тянет меня Зейн за соседний диван.

Я острожно опускаюсь на мягкую набивку под пристальным взглядом Гарри. Наушники плотно сидят в его ушах, пальцы с кольцами что-то отбивают по подлокотнику. Кажется он вовсе отрекся от вечеринки и находится совсем в другом месте. На его губах покоится тлеющая сигарета. Он глубоко затягивается, пробегаясь глазами по мне. Я свожу колени и меня словно ударяет током от его  оценивающего взгляда. Жар нарастает, особенно в области груди, но я стараюсь быть спокойной.

– Ноэль! Где ты была?! – отрывается Аспен от губ Луи, когда замечает меня, но остается сидеть на его коленях.

– В ванной! – отвечаю я, переводя медленно на нее глаза. – Почему Гарри в наушниках на вечеринке?! – спрашиваю я.

– Потому что музыка дерьмо, – вдруг раздается его хриплый голос, и он снимает вкладыши, засунув их в кейс.

Черт возьми.

– Да вроде нормально! – усмехается Луи.

– Давайте выпьем! Ноэль попросила меня ее напоить! – говорит Зейн, потянувшись за бутылкой водки на столе, наполовину которая пустая.

– Я только за! – поддерживает Луи.

Между мной и Гарри виснет заметное напряжение, но неловкость испытываю только я. В отличие от меня он абсолютно спокоен и расслабленно сидит на диване, выдыхая большой поток никотина. Голова Гарри откидывается назад, когда он высвобождается, а затем проводит рукой по волосам и облизывает губы.

– Держи! – Зейн протягивает мне пластиковый стакан с прозрачной жидкостью.

– Что там?! – принюхиваюсь я и резкий запах водки бьет по ноздрям.

– Чисто водка, детка! – орет он сквозь музыку и разливает алкоголь по другим стаканчикам.

С алкоголем у меня никогда не было проблем. Я ни разу еще не напивалась, но сегодня сделаю исключение. Слишком много неприятных событий произошло за пару дней в Нью-Йорке, и самое худшее, что каждое связано с Гарри.

– Стайлс, ты будешь? – спрашивает Зейн, передавая стаканчики Аспен и Луи.

– Буду, – засовывает Гарри сигарету в рот и лениво наклоняет голову вправо, направив глаза в сторону Найла. – Наш ирландец жжет, – издает он смешок.

– Он времени зря не теряет! – бросает Луи, обернувшись через плечо и наблюдает, как Найл жадно целуется с одной из брюнеток, пока другая сосет ему шею.

– Впечатляющее зрелище! – хихикает Аспен, обвивая шею Луи.

– Держи, Гарри! –  Зейн наклоняется через маленький стеклянный столик и протягивает ему стаканчик.

– Спасибо, чувак, – забирает Гарри водку. Он единственный из нас не пытается перекричать музыку — будто ему это и не нужно вовсе.

– Думаете, Найл переспит сразу с двумя?! – спрашиваю я и смотрю на всех, кроме Гарри. Он как раз переводит глаза с блондина на меня.

– Он уже несколько раз трахался с двумя! Конечно он их завалит в койку! – говорит с очевидностью Зейн и откидывается на диван рядом со мной.

Его рука окольцовывает мои плечи под пристальным взглядом Гарри. Я ощущаю, как его глаза впиваются в меня, и от этого каждый мой жест становится скованным.

– У кого-то из вас был секс втроем?! – спрашивает Аспен, прижимаясь губами к стаканчику.

Я чуть не давлюсь водкой, когда собираюсь сделать глоток. Мои уши не были готовы услышать ее вопрос — она бросает его так просто, будто в этом нет ничего особенного.

Я с трудом проглатываю жидкость, которую едва не выплевываю и сразу чувствую, как она обжигает горло. Водка такая холодная на языке, но мгновенно превращается в пламя внутри. Она оставляет после себя горькое, жгучее послевкусие и поражает мой пустой желудок.

– Если не умеешь пить, то не стоит начинать, – комментирует Гарри с сигаретой в зубах. Он затягивается, а после выдоха делает глоток водки, даже не сморщившись.

– Я не ожидала такого вопроса, – в тон отвечаю я и снова немного отпиваю, сдерживаясь, чтобы не скривиться.

Плохая идея смешивать алкоголь с антидепрессантами, но мне нужно забыться.

– Ну конечно, святая Ноэль, – закатывает он глаза и тушит бычок, выбросив его в пепельницу. – Ты же у нас вся такая непорочная, – откидывается он на спинку дивана и пьет водку.

Я раздражаюсь и сжимаю между пальцами пластик, желая выплеснуть ему жидкость в лицо

– Хочешь сказать, Гарри, ты участвовал в групповухе?! – спрашивает Луи, одной рукой обнимая Аспен за талию, а другой подносит водку к губам.

– В отличие от скромницы Ноэль мне не стыдно признаться, что я трахался с несколькими девушками одновременно, – кивает он, не упуская возможности уколоть меня.

– И этим ты гордишься? Или просто надеешься, что кто-то впечатлится? – я усмехаюсь, но внутри все сжимается.

– Ну тебя впечатлило, как я погляжу, – отвечает он, не отводя взгляда. – Раз так вспыхнула.

– Не льсти себе. Мне просто противно слушать, как ты меряешься количеством, будто это делает тебя мужчиной, – фыркаю я и, откинув голову назад, выпиваю остатки водки.

Гарри чертовски злит своим поведением и тем, как позволяет себе высказываться обо мне. Никто не давал ему право насмехаться над моей интимной жизнью — даже если она не такая насыщенная, как у него.

Водка обжигает горло, мои глаза расширяются и в них образуются слезы оттого, что я переборщила. Стараюсь сдержать кашель, но плохо получается. Теперь ему предоставляется еще один повод, чтобы посмеяться надо мной.

– Мало того, что ты святая, так еще и пить не умеешь, –  бросает он.

– А ты похоже не умеешь выбирать наряды. С каких пор на вечеринки одеваются как на собеседование? – вкидываю я, заставляя его челюсть сжаться.

– Так, Зейн, а у тебя был секс втроем?! – спрашивает Аспен, чтобы мы с Гарри перестали спорить.

– Зейн не умеет надевать презерватив! О каком сексе втроем может идти речь?! – смеется Луи.

– Пошел к черту! – показывает Зейн средний палец и пьет из стаканчика.

– Блять, рано или поздно, но в рок-группах всегда происходит секс втроем! – говорит Луи. – Таков баланс со Вселенной!

Ребята смеются, и только мы с Гарри обмениваемся недовольными взглядами. Он снова задел меня, влезая в личное. В отличие от него я не имею такого большого опыта в сексе, но это не делаем меня «святой», как он себе придумал.

У меня действительно никогда не было секса втроем, но я не считаю это чем-то плохим. В рок-группах часто происходят подобные вещи, просто я не думала, что мы будем обсуждать это так открыто. Даже не хочу представлять, как именно Гарри развлекался сразу с двумя девушками — картинка в голове сама по себе неприятная.

В отличие от него, я бы никогда не стала в этом признаваться. И все же внутри меня греет мысль, что я тоже попала по больному месту, когда задела его внешний вид. Он это заслужил. Кто в здравом уме напялит строгий черный костюм с белоснежной рубашкой и брюками на вечеринку? Явно только Гарри Стайлс.

– Ребя-я-ята! – громко тянет Найл в пьяном состоянии, и мы все одновременно оборачиваемся на него. – А я вас везде ищу! – смеется он, пошатываясь и с размаху плюхается рядом со мной. Теперь я снова зажата между двумя парнями.

От Хорана несет текилой и женскими духами. На его губах и подбородке остались разводы от помады, а светлые волосы взлохмачены. Голубые глаза блестят от алкоголя и чего-то еще. Его белая рубашка расстегнута до половины, открывая взор на вспотевшую грудь и татуировки. На запястье красуется золотой браслет и мне кажется, он принял дорожку.

– О чем болтаете?!– Найл сбрасывает руку Зейна с моих плеч и обвивает меня своей, притягивая ближе.

– О сексе втроем! – кричит Луи.

– Вот это я вовремя! – широкая улыбка расползается вдоль грязных губ блондина.

– У тебя он сегодня походу намечается! – хихикает Аспен, поерзав на коленях Луи.

– Да! Две крошки ждут меня! – забрасывает Найл стопу ноги на свое колено.

– Мы рады за тебя! – поднимает Зейн стакан и пьет.

– Спасибо, давайте выпьем!

– Отличная идея! – кивает Аспен.

– Звезда моя, как тебе вечеринка?! – поворачивает Найл голову ко мне, и я чувствую, как Гарри краем глаза смотрит на нас, допивая остатки водки.

– Громкая и потная! – я честно отвечаю ему на ухо.

Он смеется и его глаза медленно опускаются вниз, задерживаясь на моей груди.

– Зачетные сиськи, – прикусывает он нижнюю губу, не отрываясь от моего выреза.

– Найл! – я хлопаю его по груди, но не злюсь, потому что он пьян и сделал мне комплимент.

Зейн тем временем разливает водку по стаканам, затем берет еще одну бутылку с темной жидкостью и откручивает крышку, смешивая алкоголь.

– Черт возьми, они у тебя... чертовски большие, – восхищается Найл, будто совершает открытие века. – Я готов в ней зарыться!

– О, боже! – усмехаюсь я, прикрыв ладошкой рот.

– Осторожно, Найлер, – встревает Гарри, не повышая голоса. – Ноэль слишком святая для таких обсуждений.

Я резко поворачиваю голову.

– Перестань называть меня святой, – цежу я сквозь зубы. – Ты ведь даже не знаешь, на что я способна.

– Могу предположить, – его тонкий намек на мгновение заставляет меня задохнуться, опасаясь, что он расскажет всем.

Музыка меняется, и я даже не замечаю, как стаканы оказываются в наших руках. Гарри держит накаленность в и так натянутой обстановке. Его глаза кричат о позавчерашнем инциденте, но все слишком веселые, чтобы придать этому значение.

– Секс втроем — не твоя лига. Это для тех, кто не боится пачкаться, – договаривает он, и я испытываю легкое облегчение.

Гарри не даст мне полностью расслабиться — он весь вечер будет использовать наше сближение в своих целях.

– Звезда моя, тебе нужен секс втроем?! Я могу организовать со своим участием! Останется пригласить еще одну девушку, ну или парня, если тебе захочется взять в рот! – предлагает Найл, пьяно ухмыляясь.

Моя челюсть виснет от его предложения, а Гарри издает смешок, довольный тем, что происходит.

– Блять, Найлер, у тебя на губах следы чужой помады! Ты же две минуты назад целовался в гланды на рояле с двумя брюнетками! – смеется Луи. – Притормози, приятель!

– Они в прошлом! Если Ноэль согласна, я найду нам еще одного кандидата или кандидатку! – смотрит на меня Найл с развратной ухмылкой.

– Спасибо, Найл, за заботу, но в мои планы сегодня не входит трахаться с кем-то! – отказываюсь я от заманчивого предложения.

– Кто бы сомневался, – говорит Гарри и прижимается губами к стаканчику.

– Извини?! – вскидываю я брови, стрельнув в него глазами.

– Ты слишком трусливая, чтобы рискнуть. Живешь скучно и также развлекаешься. Миссионерский секс и никакого удовольствия это все на что ты способна, – звучит Гарри до жути раздражающе.

Ты не на ту нарвался, Стайлс.

– Найл, нам нужен партнер. Я согласна на секс втроем, – с улыбкой произношу я, отчего Гарри приходит в ступор, но его выражение быстро нормализуется.

– Но, ты серьезно?! – расширяет Аспен глаза.

– Да, – киваю я, неуверенная, что это стоит делать, но мне хочется доказать Гарри обратное.

– Звезда моя, ты об этом не пожалеешь! Я найду лучшего партнера! – восклицает в восторге Найл.

Я молчу, глядя в сторону Гарри.

– Давайте уже выпьем! – кричит Зейн.

– Давайте! – поддерживает его Луи.

– За Нью-Йорк, за секс втроем и за большие сиськи Ноэль, черт возьми! – восклицает Найл, поднимая свой стакан в воздух.

– За Нью-Йорк, за секс втроем и за большие сиськи Ноэль, черт возьми! – орут все хором, кроме меня и Гарри, и мы чокаемся стаканчиками.

Помимо водки я ощущаю тяжелый привкус сахарного тростника. Я не пила ничего подобного, но напиток оказывается чертовски крепким. Мой рот и горло горит, но я не останавливаю себя на одном глотке, а допиваю до дна, наплевав, что завтра мне будет плохо. Я только что добровольно согласилась на секс втроем с участием Найла, а чтобы это пережить, мне нужно как минимум еще пару стаканов адской смеси от Зейна.

Я кривлюсь, вздрогнув и хватаю дольку лайма с тарелки на стеклянном столике, высасывая мякоть, чтобы перебить жгучую горечь.

Голова уже начинает кружиться, ведь я сегодня даже не ела. Алкоголь разливается по моим венам, отчего даже музыка становится приятнее.

– Зейн, налей мне еще, – прошу я, поставив пустой стакан на стеклянный столик.

– Но, тебе не стоит так налегать на алкоголь, – заботливо говорит Аспен.

– Все в порядке. У меня намечается отличная ночка, я должна быть в ударе, – игриво толкаю я Найла плечом и хихикаю, ведь алкоголь ударяет мне в голову.

– Ты этого никогда не забудешь, – говорит
блондин мне на ухо.

– Чего тянуть? Трахнетесь прям здесь! – плюет Гарри и залпом осушает свой стакан, прежде чем шумно ставит его на стол и поднимается.

– Ты куда, чувак?! – спрашивает Найл, едва повернув голову за ним.

– Найду себе девчонку! – бросает Гарри и уходит.

Упоминание о девушке вызывает у меня осадок, но он быстро испаряется из-за алкоголя. Я не могу больше трезво мыслить и не понимаю, почему меня задевает то, что он собирается с кем-то переспать. В любом случае это его не первый и не последний раз.

– Что это с ним?! – интересуется Луи.

– Это называется «ревность», – хихикает Найл, сам не зная, что несет.

– Так пригласите его для перепиха. Как раз будет секс втроем, – говорит Зейн.

– Гарри ревнует не меня, а Ноэль. Он не любит делиться девушками. Я ему уже предлагал отыметь одну одновременно, но отказался, – болтает Найл не совсем четко.

– Нам не нужен Гарри! Мы найдем кого-то другого! – хмурятся мои брови, а пальцы выхватывают напиток из руки Зейна.

– Гарри чертовски хорош, детка! Он мастер в сексе! – восклицает Найл.

– А ты откуда знаешь?! – смеется Луи.

– Я слышал, как девушки стонут в его гримерной! Со мной никто так не кричит! – с обидой проговаривает Найл.

– Плевать, – бормочу я и снова прилегаю к алкоголю.

•

Добром это явно не кончится...