Глава 22
Я смотрела в теплые зеленые глаза и видела решимость, нежность, любовь. Любовь... а любит ли меня этот привлекательный мажор, или вся его забота, нежность и ласка следствие больной одержимости воспаленного наркотиками сознания? Да, он уже около месяца не имел доступа ни к каким дурманам, но это даже не его выбор, а вынужденная – насильственная мера. И что такое один месяц? Практически ничего. И как я могу верить в его довериться его любви, если он ни разу не говорил, что испытывает ко мне что-то кроме страсти?
Любит ли он меня, или все еще мечтает об Ангелине, а я так – лишь бзик на почве оскорбленного самолюбия от отказа и чувства вины?
В его глазах ответа я не видела: он смотрел в ответ пытливо, с надеждой, ожидающе... ждал ответа от меня. И я прекрасно знала, что отвечать. То, что говорила уже ранее, но видимо донести не смогла. То, что было бы адекватнее всего ответить ему. И я была готова дать резкий, твердый, безапелляционный отказ! Да. Так будет правильно... Вероятно, мои сомнения были очевидны, потому что через миг я буквально тонула в теплых, дурманящих объятиях. Саша развернул меня к себе и одной рукой нежно коснулся моей щеки.
– Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, – обещал он мне, но я не верила:
– Зачем? Тебе. Это? – прошептала, скорее даже выдохнула слова, но Саша услышал.
– Я тебя люблю, – он пожал плечами, будто сказал что-то само собой разумеющееся, нечто до смешного очевидное. Он сказал это с уверенным спокойствием на лице, какое у него я нечасто видела. Сообщил, как обыденный факт.
– Правда? – произнесла почти одними губами.
– Да... ты не знала? – парень теперь смотрел удивленно.
– Нет... Ты не говорил, – я смотрела на Сашу. Моего Сашу, но не узнавала в этом серьезном мужчине моего любимого мажора. Он будто отколол от себя шелуху и стоял передо мной чистый, открытый, взрослый.
– И ты не догадывалась? – его губы тронула легкая улыбка. – Зачем бы я все это, – он обвел рукой пароход, – иначе делал?
– Из чувства вины? Из врожденного упрямства? – предположила, малодушно спрятавшись за кружкой, где напитка оставалось лишь на пару секунд смущения. А Саша рассмеялся, забрал пустую кружку, поставил на ближний столик, и вновь меня обняв, закружил, приподнимая над палубой, продолжая смеяться, громко, заразительно, с наслаждением, упрямо продолжая меня раскручивать, даже когда я сквозь смех говорила, что хватит. – Ну что ты смеешься?! – я возмутилась, а он все смеялся, пока не устал и не поставил меня обратно на палубу.
– Я люблю тебя, Алис, – произнес Саша. Утреннее солнц освещало его лицо, играя бликами на острых скулах, на теплой, ласковой улыбке, искрило в лучистых зеленых глазах. Он произнес – а верила, – ни секунды – ни мига – в нем не сомневаясь.
– Я люблю тебя, – прошептала в ответ.
– Алискааааа, – прошипел парень, прижимая меня к себе так, будто пытаясь сделать нас единым целым, но не хотелось его останавливать, даже дышать не хотелось, если бы не умопомрачительно-вкусный запах любимого человека.
– Что? – так же тихо, чтобы никто больше не слышал.
– Ты выйдешь за меня?
– Куда? – улыбнулась.
– Алиса!
– Что?! – и вновь не могла сдержать улыбки, видя смертельное возмущение Саши, и даже ощущая шеей его месть.
– Ты! – Укус.– Самая! – Укус. – Вредная! – Укус. – Девушка! – Последнее слово парень ознаменовал укусом в плечо, для чего не поленился отогнуть плед.
– Так ты разговариваешь со своей невестой?!–Была моя очередь возмущаться. Максимально отстранившись от мужской груди насколько это позволяли его руки на моей талии, я ткнула указательным пальцем ему в грудь и хмурилась. И смогла не улыбнуться целых две секунды.
–А как еще разговаривать с такой невыносимой... невестой?! – парень просиял. – Ты согласна?!
– Согласна, – я улыбнулась. Просто улыбнулась, наблюдая, как злое, даже яростное выражение лица Саши сменяется на совершенно счастливое. Как мало ему для счастья надо: чтобы язвительная девица сказала ему «да». – Если оно тебе действительно надо.
– Надо? – парень коснулся левой ладонью моей щеки, а правой мягко гладил по волосам, не отрывая от меня влюбленного взгляда. – Я никогда в жизни так ничего не желал. Ты – мой воздух. Моя вода. Мое небо и солнце. Моя душа, – каждая фраза заканчивалась нежным единением наших губ, а долгий завершающий поцелуй почему-то и вовсе был соленым. Саша плакал? – Ты плачешь? – Саша разорвал поцелуй и стал нежно стирать слезы с моих щек. – Почему? Я так тебе противен? Но ты сказала «да»...
Не смогла ответить. Лишь опустила голову и замотала ей, не понимая, с чего такая реакция. Как объяснить это обеспокоенному жениху, если я сама себя не понимаю?
Жених... Сашка, парень, который меня изнасиловал, теперь мой жених. И это мой выбор, а не навязанная кем-то необходимость. Мой выбор – и результат его стараний. Мой выбор. Его выбор. Наш?
– Заткнись. Не говори глупости! Лучше поцелуй меня! – проговорила почти зло. Противен? Да как он смеет? Разве согласилась бы я в этом случае? За кого он меня принимает? Он! Заслуживает! Наказания!
– Опять ты кусаешься, – я почувствовала его довольную улыбку.
А на берег мы сошли лишь после плотного корабельного завтрака. Стоя перед заказанным Сашей автомобилем, Машка, порядком уставшая, разочарованно посмотрела на нас:
– Теперь по домам? – Она была безумно усталой, но явно могла провести так еще не один день.
– Почему? – Удивился Саша и лукаво улыбнулся. Явно что-то задумал – хитрый русый лис. – У нас еще планы.
– Какие? – поинтересовалась уже я.
– Грандиозные! – пообещал парень и объявил: – По машинам!
Мы послушно расселись. Наученная прошлым опытом, я даже спрашивать не стала, что Сашка задумал. Зачем? Он все равно не скажет, а будет лишь загадочно улыбаться, держа в левой ладони мою, а правой листая в телефоне. Поглаживать большим пальцем тыльную сторону моей ладони, он будто медитировал.
А ехали мы около получаса и долго искали где припарковаться семью автомобилями – часть ребят все же отправились домой.
– Готова? –загадочно улыбался Саша, помогая мне выйти из автомобиля.
– Когда ты так улыбаешься, понимаю, что – нет, – я усмехнулась. – Ты так улыбаешься, когда задумываешь какую-то особую пакость.
– В жизни такого не было! – парень возмутился. – Я всегда придумываю лишь хорошие вещи!
– Да ладно?
– Сколько скепсиса в голосе! Невеста должна верить в своего жениха!
– Алиска! – подскочила ко мне Машка, не дав ответить. – Ты выходишь замуж?!
– Ага. Сашка поймал меня пьяненькой и воспользовался ситуацией, – я хмыкнула. Сашка даже кусаться не лез.
– Ты залетела? –Как-то уж слишком довольно хохотнула Кристина.
–Я смотрю, у тебя даже план есть для получения заветного колечка? –моя сладкая улыбка стерла с лица Кристину ее ехидную усмешку. Я с удовольствием наблюдала, как лицо девушки стало яростным. Она задохнулась возмущением.
– Приятно, когда ты язвишь не мне, – Сашка чмокнул меня в макушку и всучил букет белых роз.
– А это откуда?
– Ну не мог же я вести тебя в загс без букета? И фаты, – парень нахлобучил мне на голову сетчатую ткань, пока я открывала от удивления рот.
– Че-чего? – спросила, когда смогла хоть что-то произнести.
– Пойдем, – Саша, довольный произведенным эффектом, поцеловал меня, и, взяв за запястье, повел к желтому зданию с белыми колоннами.
– Ты решил прямо сейчас заявление подать? – ошарашенная решением взбалмошного парня, я пока не слишком сопротивлялась и даже несла букет, но ему все же приходилось меня тянуть к зданию, откуда уже выходила красивая пара, окруженная родственниками и друзьями.
– Зачем? И так распишут, – уверенно заявил парень.
– Нет!
– Да распишут-распишут, –неправильно понял мой отказ Саша.
– Сумасшедший! Пусти! – я вырвала руку из его хватки. – Ты же почти не пил! Что за выходка?!
– Алиса, это называется – любовь! – сообщил парень серьезным тоном, как маленькой, улыбаясь как какой-то пушистый ангелок. Кто-то на заднем плане даже ахнул. – Хотеть жениться на любимой девушке – совершенно естественное желание.
–Это называется: безответственностью, безалаберностью и нахальством!
– Ты же согласилась! – Саша выглядел искренне возмущенным. Он будто и не понимал вовсе, что было не так.
– Но не немедленно же!
– Почему? Если не сделать этого сейчас, то ты что-нибудь придумаешь! А ну-ка иди ко мне! – не дожидаясь ответа, Саша закинул меня на плечо, даже не простонав. Сжимая пышную юбку в руках, которые под слоями ткани даже не чувствовались, новоиспеченный в край обнаглевший жених понес меня прямиком в загс. Под гром аплодисментов, я хлопнула парня по заду, правда, хлопать начали раньше, почему-то этому неадеквату, похитившему меня, а не мне – бедной безвинной жертве его самодурства.
– Александр! Немедленно! – (Хлопок) -- Меня! -- (Хлопок) – Опусти! – я почти завизжала. Под конец просто пребольно ущипнув удобно расположившуюся задницу и услышала приятный болезненный вопль.
– Алиса! Не дерись! – Меня встряхнули. – Свалимся же! – Саша уже шагал по ступенькам.
– Сейчас же меня поставь!
– Ну ладно, Алис! Не кипятись! – Саша подчинился и тут же получил по лицу букетом.
– Да как ты смеешь, идиот?! – я была зла. Нет – в бешенстве. Держа веник двумя руками, я со всей дури лупила им парня, не обращая внимания на его возражения. Саша, кажется, пытался что-то мне втолковывать, но я его не слушала. Не слышала. – Ты! Как ты смеешь решать за меня?! Тащить меня, как какую-нибудь вещь?! Я тебе что – товар? Купленная на рынке коза?!
– Алиса!
– Что?! И не смей больше думать, что я твоя невеста!
Букет осыпался, лицо Саши покрылось царапинами, а мне не становилось легче. Один раз моего мнения уже не спросили. И сейчас, человек, обещавший не обижать, вновь стал причиной слез. Уже не горьких – злых. Я продолжала бить парня, ругая его, и не могла остановиться, пока он меня не обнял. В ответ на побои и оскорбления Саша заключил меня в объятия, уткнувшись носом в волосы.
– Прости, – теперь я услышала и шепот. – Глупая была затея. Поехали домой?
Я больше не плакала. Злилась больше не на Сашу, а на Кристину, фыркнувшую нам вслед:
– Истеричка. Обычно парней не затащишь в загс, а эта нос воротит!
– За стоящими женщинами бегают мужчины, а не наоборот, – вмешался неожиданно Саша, даже не обернувшись полностью – повернув голову на вспыхнувшую злостью блондинку.