Глава 21
Вадим стал еще более невыносим. О чем я ему и сообщила, а потом потребовала у преподавателя поменять мне партнера, иначе на праздник я просто не приду, нарушу уже построенную композицию и чуть не решила написать жалобу на преподавателя, не реагирующего на проблемы студентов. Людмила Михайловна сначала пыталась ругать парня передо мной, чтобы не менять, но все же уговорила Сашу встать ко мне в пару, а Вадиму досталось Изабелла. Красивая девушка с Кавказа Изабелла была рада симпатичному Вадиму, и они в принципе быстро сошлись характерами и много смеялись. Саша был более молчалив и совсем не похож на моего парня Сашу: крупный, с грубыми чертами лица темноглазый парень смотрел на мир угрюмо и часто отрешенно. До репетиций мы с ним никогда и не общались, разве что пару раз на физкультуре пересеклись. Как-то я видела, как он осторожно нес потерявшую сознание девушку в медпункт, но кроме имени и фамилии о нем ничего не знала. Даже ВКонтакте моим другом он никогда не был. Но сейчас он открылся мне с лучшей стороны. Несмотря на свои немалые размеры и великаний размах плеч, вел в танце он очень аккуратно, не наступая на ноги. На просьбу не прилипать так сильно, просто извинился и ослабил хватку. А еще оказалось, что этот бугай, уже купил себе мотоцикл, умеет разобрать и собрать автомобиль и думает поменять профиль на ветеринарию потому что любит котиков. Так и сказал: «котиков люблю».
Потому репетиции стали проходить спокойно. Вел он уверенно и надежно. Почти так же надежно, как вел себя со мной мой Саша. Который сейчас мне улыбался, стоя у стены актового зала и наблюдая, как я в белом пышном платье, кружусь в вальсе под звуки симфонического оркестра третьекурсников из консерватории. Он улыбался и когда хлопал мне, казалось, громче всех остальных.
А когда наконец дождался окончания танца, быстро выцепил меня у партнера и прижал, обхватывая затянутую в корсет талию и горячо прошептал:
– Ты прекрасна, как принцесса!
Я улыбнулась. Еще бы мне не быть прекрасной, когда он оплатил мне все бьюти-процедуры и лично на них отвез, чтобы я не вредничала. И платье на мне сидело шикарно. Обтянутое вверху, с открытыми плечами, оно пышными складками расходилось в ногах, образуя красивые волны, когда парень меня раскручивал на танцполе. Волосы специалист мне собрал наверху, но выпустил несколько мягких локонов. Веки мне покрыли серебристыми тенями, а губы – прозрачным блеском. Чувствовала я себя, как принцесса, окруженная вниманием своего принца: а именно таким я видела его, одетого в бордовый костюм-тройку с металлическим отливом и черными лацканами. Черный галстук выгодно контрастировал с ослепительной белизной рубашки. На стройном парне костюм сидел, как влитой, но самым сексуальным в его образе было его счастливое здоровое лицо, без кругов под глазами, озаренное довольной влюбленной улыбкой.
– Тогда где же мой принц? –я усмехнулась. И засмеялась, когда Саша, назвав меня язвой, укусил в шею и, обхватив меня за талию, закружил совершенно не в такт музыке. Обхватив его за шею, опьяненная этой бурлящей вокруг радостью, прижималась всем телом, ощущая, как раздуваются мои юбки и немного кружится голова. – Ты вскружил мне голову! – пожаловалась, сморщив нос, когда парень меня поставил.
– Неужели я этого добился? – Саша довольно улыбнулся. – Пойдем найдем тебе выпить – закрепить эффект.
– А какую выгоду ты получишь, если споишь меня? – поинтересовалась, взяв парня под руку и послушно направляясь к столам.
– Твою улыбку.
Я и улыбнулась. И без всякого шампанского. Смешной он. Готов из кожи вон лезть, всего лишь ради улыбки. Но вот он улыбался недолго. Стоило ему пригубить игристого вина, как он капризно поморщился.
–Какая гадость! Паленка.
– Мажор, – я усмехнулась, пробуя напиток. Мне он не показался таким уж ужасным.
–Такое может привить отвращение к любому алкоголю!
– Привереда! Пошли танцевать! Пить не обязательно! – Я схватила его за руку и потянула в вихрь снежинками кружащихся белых юбок.
И Саша послушно танцевал. Как мой хороший мальчик. И думать забыл про плохое шампанское. Увлекшись процессом, он стал меня раскручивать совсем не так, как принято это делать в вальсе. Мне было смешно, но попривыкнув друг к другу, мы стали так отжигать, что за нами последовали и другие парочки. Наконец классическую Венецию сменили на пламенную Латинскую Америку, дирижер явно не выдержал такого издевательства над своим творчеством. А вдоволь натанцевавшись, мы присоединились к компании моих одногруппником и однокурсников. Саша, внезапно ставший невероятно компанейским, довольно обнимал меня со спины и общался с остальными наравне, как свой. Я так не умела, мне они все просто были не настолько интересны. Впрочем, не такое уж и плохое шампанское и меня делало веселой и дружелюбной.
Додружились мы до того, что все вместе отправились в клуб. Прямо так, как были одеты: толпа невест и женихов и Михаил, закатывающий глаза не столько от усталости, сколько от нежелания участвовать в этой молодежной тусовке, но Саша не замечал его присутствия, или успешно делал вид. Мой Саша был не единственным «парнем со стороны», многие однокурсницы пришли со своими парами, а однокурсники провели девушек, правда те были одеты не так помпезно, как мы.
– Страшное дело – этот бал! –с чувством произнес один из моих однокурсников – Роман, многозначительно оглядывая нашу компанию. Гурьбой человек в тридцать, мы расположились в випзале клуба. В випке музыки было почти неслышно, зато кальян надымил небольшое ароматное облако.
– Почему? – удивился Саша, нежно целуя меня в шею. Из-за пышных юбок, практически все девушки, как и я, расположились прямо на полу. Или на пиджаках своих галантных ухажеров. Я удобно сидела в руках Саши, держа его ладони на своем животе.
– Девчонки ж только о том и думают, как бы надеть на себя эти костюмы снеговика и затащить в загс! – все так же горячо пояснил парень и получил локтем в бок от обидевшейся Кати. – Что?!
– Правда? – Саша склонился надо мной с горячим предвкушающим громким шепотом. – Ты мечтаешь затащить меня в загс?
– Только об этом и грежу, – я усмехнулась. И засмеялась. От щекотки обиженного мною парня.
– Язва.
– Что-о? Говорю же – мечтаю! Только и думаю, как надеть на тебя наручники и нейтрализовать Михаила, чтобы не отнял у меня преимущество. А то с таким бугаем даже все мои девочки не справятся. Что ж ты делаешь, зверюга?! – в ответ на мой смех Саша просто укусил меня в шею.
– Я могу взять его на себя! – вдруг с горячей готовностью предложила Машка. – А он женат?
– Не женат, – ответил Саша с веселой улыбкой. – Могу его прислать к тебе. В приказном порядке. У тебя там ничего не болит? Туфли ноги не натерли? – лукаво поинтересовался парень у покрасневшей ужасно Машки.
– Наша Машка влюбилась! – воскликнула Кристина и бедная Мария уже не знала куда деться от смущения.
Все оглянулись на охранника, стоящего в стороне, но выглядящего уже не так равнодушно. Под прицелом тридцати пары глаз даже профессиональный секьюрити не смог оставаться каменной глыбой:
– Что вы все на меня уставились?
– Миша, – расплылся в улыбке Саша. – У тебя же нет девушки?
– Каким образом моя личная жизнь касается вас? – сухо поинтересовался мужчина, вновь состроив холодную мину.
– Не меня. А одной чудесной девушки, которой ты явно приглянулся, касается напрямую. Так что? – и не думал отставать мой парень. Заметив, что я пытаюсь дотянуться до подноса с напитками, притом не вылезая из его объятий, сам подал мне стакан с соком и чмокнул тыльную сторону моей ладони. Я даже не смогла придумать, что съязвить на эту заботу.
– Кого? – оживился охранник, но лишь на миг. Вновь собравшись, он скрестил руки на груди и спокойно произнес: – Впрочем, это неважно. Девушка у меня есть, – скользнув проницательным взглядом по погрустневшей Машке, стал проверять что-то в телефоне.
– Ну вот, остается надеяться лишь на то, что мы сможем его скрутить на время подписания документов, – бодро заключил Роман и вновь получил тычок от своей девушки.
Произведенного на моих однокурсников эффекта Сашке оказалось мало: поняв, что народ заскучал, он решил поразить их своей щедростью и пригласил всех покататься на пароходе. До Москвы-реки мы добирались едва не на десяти машинах, да и там заняли всю палубу. Врубив убийственно-громкую музыку, мы весело продолжили бал прямо на корабле, в свете ночного освещения Москвы. И пусть наши танцы уж больше походили на мерное парное толкание на одном месте, главным для меня было ощущать на своей талии руки Саши, его губы, шепчущие комплименты и касающиеся кожи так невесомо, будто пытались поймать поцелуем мурашки.
– У экипажа оказался плед, – Саша, оставивший меня ненадолго одну, укутал меня со спины и оставил руки на моих плечах. – И глинтвейн. Не успела замерзнуть?
– Уже даже не знаю. Стало так тепло, – я подняла голову на парня и потянулась за поцелуем, который он мне сразу подарил: щедро, сладко, почти бескорыстно... Я тонула в его аромате: неповторимом, родном, самом вкусном в лучах утреннего солнца. В тепле его объятий, я млела, как влюбленная дурочка, почти не щурясь от солнца, не чувствуя холодного ветра. Не чувствуя вообще ничего, кроме всепоглощающего дурманящего уюта любимых рук.
– Хорошо, – услышала громкий, будто облегченный вздох. – Твои тут подустали.
– А ты? – Мои однокурсники, находящиеся где-то за границей моей видимости, моего нынешнего мироощущения, меня не интересовали. Отпив горячительного напитка, я не отрывала взгляда от моего парня. – Будешь? – чуть приподняла прозрачную кружку.
– Не люблю. И я немного устал. Но ночь была хорошей. А ты идти на бал не хотела, – пожурил меня парень.
– Ну я же не планировала парохода и клуба. А на самом балу было относительно скучно, – я усмехнулась, отпив очередной глоток. Это был не первый бокал за эту ночь.
– Язва! – меня так сильно сжали в крепких руках, что я пискнула.
– Что?! Я даже «мажором» тебя не назвала! – моему возмущению не было предела.
– Моя маленькая язва! – продолжал меня тискать Саша, явно получая большое удовольствие от процесса.
– Задушишь, изверг!
– Алис? – вдруг вновь стал серьезен парень, но меня объятий не выпускал.
– Ты меня пугаешь.
– Я серьезно. Выходи за меня, – предложил он так уверенно, что я не придумала, что съязвить, и крепко сжала пальцами кружку, чтобы не уронить.