Укради моё сердце

Утро перед финальным этапом выдалось напряженным: каждый из участников максимально сосредоточился на подготовке, разминался, проверял экипировку, наличие воды. Сразу же после завтрака звезды снимались на террасе, где кучковались командами и делились найденными подсказками, обсуждали свои дальнейшие действия. Вторая группа была эталоном слаженной работы. От них веяло энергией, позитивом и взаимопониманием, в то время как первая команда никак не могла собраться. Джун Кекван и Чой Хана шушукались в одном углу, а Кан Мунбель и Чха Ыну в другом.

— Вот, — айдол протянула конверт и улыбнулась, — подсказка найденная за картиной Танджона.

— Тебе самой не нужна? — Ыну не спешил принимать бумагу, пристально изучая состояние девушки.

— Не-а, я уже все выучила. — Мунбель улыбнулась, рассказала о подсказках найденных в лесу. — Не думаю, что мы будем проходить миссию вместе, поэтому тебе стоит знать об этом.

— С чего такие мысли? — В глубине души Чха радовался, что завтра уже сможет забрать свою луну домой.

— Чутье. — Мунбель заметила рядом оператора. Она хотела сказать, чтобы Ыну был осторожным, но оставила свои мысли при себе.

— Участники, соберитесь на съемочной площадке номер один! — раздался голос режиссера с рупора. Команды сразу же последовали указаниям и через пару минут стояли на самой первой локации, где снимали знакомство.

— Здравствуйте, дорогие участники! — Чан Сон блистал в ярко-красном парадном костюме с белоснежной бабочкой. — Сегодня у нас пятое, финальное испытание, которое вам предстоит пройти! Предупреждаю, задача будет не из легких, — мужчина блеснул белоснежными зубами в ободряющей улыбке и продолжил. — Пятый этап включает в себя все то, что вы проходили раньше: бег, физические упражнения, логические задачи и проверку на прочность. Финальная миссия — лабиринт, — на экране высветился огромный, шестиугольный лабиринт. — Каждую команду разделят на две группы. Одна группа — сохраняющие: выдерживают испытание в центре, вторая — проходящие: начинают с края лабиринта и движутся к центру. Давайте же узнаем, кто из участников на какой позиции.

Наступила нервная тишина, на экране сменялись изображения, напоминая рулетку.

— Команда белых: сохраняющие — Чха Ыну и Чой Хана, проходящие — Джун Кекван и Кан Мунбель, — участники похлопали в ладоши. — Команда красных: сохраняющие — Го Ара и Санни, проходящие — Ли Тэссок и Рэй. — звезды переглянулись. Чой Хана светилась от счастья, Мун разочарованно сжимала кулаки, Ара и макнэ обнялись. — Сохраняющие находятся в центре лабиринта. Ваша задача — защитить флаг и не дать вражеской команде завоевать вашу базу. Если блокпост окажется пустым во время вторжения врагов — вы автоматически проигрываете, а количество заработанных баллов аннулируется. Проходящие же начинают с края лабиринта и стараются как можно скорее добраться до базы. В лабиринте скрыты дополнительные задания, за прохождение каждого можно заработать один балл, а так же облегчить уровень сложности для центральной группы. При провале дополнительного задания, испытание сохраняющих усложняется. Если ни одна из команд не сможет захватить флаг соперников, выигрыш отдается команде с наибольшим количеством баллов. Напомню, что сейчас счет равный — 2:2.

Мунбель чувствовала тяжесть каждой клеточкой тела. Накопленная усталость, раздраженные нервы и боль от месячных давили на ее маленькие плечи. Девушка знала, что справится, она должна справиться, других вариантов просто нет. Лишь дойти до своего любимого сонбэ и отпраздновать победу — все, что ей остается. Айдол села в машину. Под ободряющие выкрики участников, старалась вытянуть из себя еще немного энергии, в то время как вся съемочная группа меняла локацию и переезжала в совершенно другое место.

Дорога заняла час, еще полчаса ушло на выгрузку и подготовку аппаратуры. Организаторы однозначно потратили огромную сумму денег на выпуск этого шоу, ибо лабиринт, который предстал перед ними просто поражал воображение. Гигантские каменные стены, высотою под три метра давили своей тяжестью. Участники прошли через руки звуковиков и остановились перед лабиринтом, ожидая дальнейших инструкций.

— Омо, это действительно пугает, — занервничала Санни, глядя на конструкцию позади себя.

— Согласен, — восхитился Ыну, скользя рукой по стене и раздумывая муляж это или настоящий камень.

— Итак, послушайте меня, — перед ними возник ведущий Чан. — Если вы, — указывая рукой на проходящих, — сможете выполнить дополнительное задание, в небо выстрелит сигнальный огонь зеленого цвета. Если нет, красного. По этим огням можете определять местоположение друг друга. Нападать или проявлять насилие запрещено. Желаю вам удачи! Рядом с вами будут операторы, если вдруг кому-то станет плохо или нужна будет помощь, скажите операторам! Они свяжутся с нами. Всем все ясно?

— Да, — хором ответили участники.

Десять минут спустя группы рассыпались в разные стороны и направились к началу испытания. Мун, Кекван и оператор следовали за молодой девушкой, уходя все дальше и дальше от точки сбора. Когда вокруг не осталось ничего кроме двух деревьев, широкой степи и входа в лабиринт, девушка из стаффа пошла обратно. Мун проглотила слюну, осмотрелась. Проходы имели ширину примерно в два метра. Что ж, как бы то ни было, у нее есть преимущество. Подсказка из сейфа оказалось картой лабиринта, которую Мун усердно заучивала в течении всей ночи. Оставалось только пройти несколько заданий, чтобы заработать дополнительные очки, и скорее добраться до центра. Уж в Ыну сонбэ она была уверена на все сто. Он точно справится!

Ночью айдол обдумала всевозможные варианты разделений на группы и четко понимала, что вероятнее всего окажется в паре с Джун Кекваном. Она была готова к этому. Ясно, что режиссер делил на группы исходя из способностей: физически сильных с интеллектуалами для наиболее эффективного прохождения. Ыну и Мун сильны в логических задачах и математике, а Хана и Кекван более развиты физически. Очевидно, что ей не быть рядом со своим сонбэ. Также ситуация обстояло и со второй командой: Ара и Рэй хорошо решают задачи, в то время как Санни с Тэссоком более ловкие и спортивные.

— Подготовьтесь, скоро начинаем, — спокойно проинформировал оператор, смотря на часы. Он поднял громоздкую камеру на плечо и выставил нужные параметры для съемки.

Кекван на удивление был тихим. Не смотрел в сторону Мун и не произнес ни единого слова. Но Мунбель это устраивало, даже радовало. Пусть молчит и дальше! Все равно раздражает одним своим присутствием.

Бам! По всей арене раздался сигнальный рев. Издали белая цветовая шашка вылетела в небо. Мунбель набрала в легкие как можно больше воздуха и шумно выдохнула. Началось! Солнце скрывалось за густыми тучами. Прохладно. Мун и Кекван шагнули внутрь. Айдол свернула направо, обошла обманку и повернула налево. В одной из стен заметила экран. Первое задание. Хотела подойти, но не решалась. Странное чувство опасности кольнуло сознание. Внезапно Кекван стремительно повернулся к ней и вцепился в руку. В его лице блеснуло безумие. Мун дернулась, теряя равновесие. Черт! Все внутри скрутило от боли из-за грубо пережатых мышц и стянутой кожи, девушка стиснула зубы, чтобы не закричать.

— А теперь слушай меня, — хищно произнес он, наклоняясь к Кан и притягивая ее к себе, — ты будешь делать все, что я скажу, поняла?

Казалось, что все вокруг кануло во мрак. Атмосфера накалилась, воздух заметно охладел. Он не шутил. Всем своим существом Мун впитывала разящее за километр возбуждение садиста, лишний раз осознавая свою беспомощность перед крупным и сильным мужчиной.

— Нет. — Решительно заверила Мунбель. Странно, но вместо страха в ней пробуждалась жестокая ярость. Ни в коем случае нельзя поддаваться манипуляциям. Да, пошел он к черту! Джун Кекван перешел все границы!

— Уверена? — спортсмен крепче сжал руку, впиваясь стальными пальцами до самых костей. Круги боли взорвались, и Мун негромко зашипела.

— Что вы делаете? — С сзади донесся голос оператора. Он перепугался, быстро подбежал к паре. Разом стрельнула жажда смерти, Мунбель не успела даже пикнуть, как от сильного пинка худой и низкорослый работник отлетел на пару метров вместе со своей камерой.

— Еще раз подойдешь и ей конец! — сквозь зубы процедил Кекван, глядя на оператора так, что его глазные яблоки норовили выпасть из глазниц.

— Других не впутывай. — Мун встала на носочки, приблизившись к загорелому лицу Джуна. Как же хотелось расцарапать его хищные глаза и стереть в порошок отвратительное возбуждение.

— Какая смелая! — издевательски хихикнул союзник, облизнувшись. Он наслаждался! Кайфовал от своего превосходства, силы и власти. — Не будешь слушаться, пострадает твой любимый Чха Ыну. — Мун напряглась еще больше. — Ты будешь делать все, что я скажу, поняла? Каждый раз, когда я буду нажимать на экран и вызывать дополнительное задание, ты покорно последуешь моим приказам. Скажу лечь — ляжешь, скажу прыгнуть — будешь прыгать, скажу раздеться — должна стоять голой передо мной. Стоит один раз выстрелить красному сигнальному огню, как Чой Хана мгновенно вцепится в твоего ненаглядного. Ыну же начал встречаться с Лим Айрин после одного фото с поцелуем, а представь что будет, если засосаться на камеру перед всей страной?!

— Хах, — нервно усмехнулась, — и это все? Так ты решил меня напугать? — Постаралась выдернуть руку, не вышло. — Чха Ыну — взрослый мужик, уж сам как-нибудь разберется! А ты, — Мунбель снова дернула и, наконец-то, высвободила руку, — ты просто мусор! Кусок дерьма! Думаешь, что я буду слушаться тебя?! Мечтай!

Мун попятилась от Кеквана. Рука мучительно горела, но меркла на фоне кипящей внутри ярости! Да, кто он такой, чтобы запугивать ее? Кто такой, чтобы устанавливать свои правила? Если хоть раз поддаться, то больше никогда не сможешь избавиться от ошейника на шее. Этому не бывать! Ни за что!

— Сучка! Строишь из себя крутую? А все равно будешь делать то, что скажу я, — уверенно утверждал Кекван.

— Ты просто ничтожество, — сухой лед в ее голосе больно задел его самолюбие. Девушка подошла к экрану. — Терпеть не могу таких людей, как ты.

В Кекване что-то переключилось. Будто спусковой крючок сорвало и все бесы, сидевшие внутри и ожидающие возможности, вырвались наружу. Спортсмен подорвался с места, раскрыл ладонь и грубо вцепился в шею Мунбель, попутно впечатывая ее в каменную стену. От удара в глазах потемнело. Мун слабо выдохнула и легкие моментально загорелись от боли.

— Да, ты знаешь, кто я? — Он выдыхал каждое слово в лицо, видя как синеет ее кожа. Кровь стыла в жилах. Мун кричала себе — «Успокойся! Успокойся! Возьми себя в руки», но сердце заходилось в истерической агонии. «Диктофон! Мне нужен диктофон!». Какое счастье, что после многочасовых прогулок в лесу без гаджета, Мунбель намеренно взяла с собой телефон. Она скользнула рукой в карман штанов, не отрывая взгляда от Джуна. — Знаешь, кто за мной стоит? — Достала кончиками пальцев до телефона. Айдол заранее установила горячую клавишу на включение диктофона, потому что несколько раз сталкивалась с запугиванием и шантажом. Включила. — Стоит мне сделать один звонок и таких шлюх, как ты, сотрут в порошок, поняла? Будешь всю жизнь моей подстилкой, вылизывать до блеска мои ноги своим маленьким языком.

— Иди к черту, — хрипло прошипела Кан, прорываясь сквозь удушье. Голова раскалывалась! Мунбель собралась силами и пнула его со всей силы. Кекван был настолько огромным и крепко сложенным, что не сдвинулся ни на миллиметр. — А кто ты без своих связей? Никто, — прохрипела, врезала еще несколько раз, даже не представляя куда попадает. Обезумевший взгляд Джуна проникал сквозь кожу. Внезапно он ослабил хватку, и айдол выскользнула из удушья. Закашляла, схватилась руками за горло. Жадно втягивая кислород, — Ты что думаешь, что люди слепые идиоты? Миллионы фанатов поддерживают нас не за красивые глазки, а за многочасовой, титанический труд. А что сделал ты? Надеешься на других людей, а сам даже палец об палец не ударил! Я никогда не буду тебя слушаться! Никогда, слышишь?! Сама справлюсь! Сама пробью себе дорогу. Чертов придурок!

Отдышалась. Кажется, безумство в глазах Кеквана убавилось. Без разницы. Хочет убить ее? Пусть сделает это на всю страну и запомнится маньяком-убийцей. Она тоже не уступит! Уж в чем, а в упрямстве ей нет равных, вот и посмотрим, чья возьмет! Это война!

Первым делом айдол помогла оператору, заранее заверив, чтобы он ни за что не вмешивался, ибо не представляет насколько далеко может унести этого психопата, а она не в силах защищать кого-то еще кроме себя. Дело даже не в том, что Мунбель не нужна помощь, а в том, что она боится снова стать виновницей чужого краха. Лучше уж упасть самой, чем беспомощно смотреть, как из-за нее страдают другие.

Девушка сняла ветровку, завязала ее на талии, чтобы скрыть протекание, если вдруг все выйдет из-под контроля, заново собрала волосы. Вдох. Злость и все негативные чувства забурлили внутри, как лава в кратере. Выдох.

— Этим ты хотел на меня надавить? — Мун подошла к дополнительному заданию и, глядя прямо в лицо нервного Джуна, ударила по экрану. На нем проявились вопросы: «Первый фараон Египта?», «Столица Узбекистана?», «На каком языке говорят в Майами?». — Нармен. Ташкент. Английский и испанский, — уверенно произнесла айдол, пожирая Кеквана своим фирменным, колючим взглядом. Она вмиг выбрала правильные ответы и зеленый огонь вылетел в небо под громкий и протяжный сигнал. Первый балл заработан. Не зря готовилась всю ночь.

Мун пошла дальше. Она знала дорогу, знала, что нужно идти по кругу и не сильно заходить в глубь лабиринта, чтобы отыскать другие задачи. Кекван вел себя спокойно. Он относился к поведению союзницы, как к предсмертной агонии жертвы, потому что был уверен на все сто процентов, что она сломается. Они все такие, строят из себя невесть что, но стоит немножко надавить, как тут же сдаются и делают все, что он захочет. К тому же на кону ее парень, карьера, репутация! Еще немного, и он получит двойную дозу наслаждения. Кан Мунбель успела выставить его извращенцем перед всеми и не заплатила по счетам. Она ходит по острию ножа, стоит ему хоть раз толкнуть и ее маленькое сердечко расколется надвое.

В конце пути Мунбель завернула налево, остановилась. Еще одно задание. Немедля нажала на экран. Загорелась яркая надпись: «100 приседаний». Таймер с обратным отсчетом на пятнадцать минут сразу начал свой бег. Да, выполнить это вдвоем не составило бы труда, но так как сейчас совсем другой случай, Мун собралась с силами и приступила к выполнению. Раз. Два. Три... Двадцать восемь. Шестьдесят. Ягодичные мышцы загорелись, квадрицепсы изнывали. Кан втянула воздух и продолжила. Шестьдесят один. Семьдесят девять. Еще немного. Еще чуть-чуть! Девяносто два... Сто. Под протяжный вой в небо выстрелил зеленый цвет.

Мунбель отодвинула на второй план все чувства, мешающие в ее борьбе, помассировала ноги. Это только начало. Кекван думает, что имеет власть над чужой жизнью, но на самом деле он не имеет ничего! Ничтожество! Пусть узрит, что и без его участия можно пройти игру; что его запугивания — ничто, если внутри есть стержень. Он считает себя пупом земли, но он лишь пылинка на свалке. Не больше. Если сейчас Кан попросит помощи или спрячется за спиной своего сонбэ, Кекван будет продолжать буллинг по отношению к другим девушкам, лишний раз убедившись в собственном превосходстве.  Только если она, будучи меньше вдвое и младше по возрасту, своими силами поставит его на место, он узрит свою ничтожную натуру.

Испытание продолжалось. По расчетам айдола, подобных заданий было семь. Два уже пройдены, оставалось еще пять. Сердце бешено стучало. Мун напоминала молнию, разящую ударом прямо в цель. Она пылала от ярости. Искры разлетались в разные стороны. Казалось, что внутри слетели все барьеры, и остался только гнев. Кан нашла очередное испытание и уверенно нажала на экран. «100 бёрпи». Никак не отреагиров, сразу же приступила к заданию вместе с обратным отсчетом. Хлопок, присест, планка, отжим от земли, подъем. Еще раз. Жадно втягивая остужающий кислород, Мунбель продолжала выполнять упражнение. После пятидесятого подхода становилось заметно сложнее.

— Скажи только одно слово, и я помогу, — ядовитый голос Кеквана полоснул уши. Мун встала спиной к камере и показала мужчине средний палец. Пятьдесят один. Пятьдесят два. Хах, какая огромная разница между этой же фразой, произнесенной Ыну и Кекваном. Один готов был из-за одного ее слова наплевать на весь мир и обеспечить покой, а другой хотел утопить на самое дно отчаяния. Восемьдесят семь. Отдохнула минуту. Вдох. Выдох. Правый бок закололо. Мун продолжила. Девяносто девять. Сто.

..... ....... ......

Чха Ыну томился на базе, наскоро построенной из хлипкого гипсокартона. Внутри находился белый флаг и экран с логическими или математическими задачами, которые требовалось непрерывно решать до прихода проходящих. Чой Хана не спешила помогать. Она наматывала круги по маленькому помещению, время от времени заглядывая в одно из двух оконных проемов и выполняя роль охраны. Ыну не обращал на девушку никакого внимания, спокойно высчитывал задачу по тригонометрии. Когда в небо вылетал зеленый сигнальный огонь, задание на экране менялось, сменяя уровень сложности на более легкий. Странно. Внутри мужчины зрело неприятное чувство тревоги, но он успокаивал себя тем, что для победы им действительно нужно заработать два-три очка. Бегло глянул в окно. Вверх выстрелил очередной зеленый залп, но задание не сменилось, значит ребята из второй группы тоже зарабатывают баллы.

— Айгу, оппа, я не знала, что ты такой умный! — Чой нарушила тишина, скользнув рукой по плечу актера. — Наверное, это ты решил все задачи хоррор квеста и спас нас, да? — ее избалованный тон вызывал отвращение, но Чха ничего не мог поделать, потому что камеры видеонаблюдения активно записывали происходящее и каждые десять минут к ним приходил оператор.

— Не я один. Мунбель тоже хороша в математике. Она закончила факультет инженерии, — произнес Чха, не отрываясь от экрана. — Основные задачи решала она.

— Вай, ты такой скромный, — запищала Хана, игриво ударив мужчину ладошкой по спине. Ыну промолчал. «Снова этот косинус...».

..... ....... ......

В соседнем блокпосте ютились Го Ара и Санни. Их база была идентичной первой, за исключением красного флага. Ара готова была вырвать на себе все волосы, беспомощно глядя на меняющееся задание. Никто из организаторов не говорил, что при удачном прохождении дополнительного задания, работа вражеской команды усложняется. Каждый раз, когда Мун запускала в небо победный залп, девушки в красной базе сходили с ума от осложнения уровня.

— Это что-то из высшей математики и я совершенно не знаю что делать! — Го оттолкнулась от экрана и устало поставила руки на бока. — После того как наши заработали балл, появились хотя бы знакомые символы, до этого текст больше напоминал заклинание седьмого круга магии какого-нибудь архимага.

— Если уж онни не знает, то я даже смотреть не буду, вдруг кровь из глаз пойдет, — Санни прикусила губу. — Мунбель онни как всегда творит что-то неординарное...

— Это легко сказано, — вздохнула Ара, возвращаясь к экрану. — Обратимся к высшим силам!

..... ....... ......

Кан Мунбель проходила четвертое испытание. По подсчету до конца оставалось еще два, так как одно уже преодолела вторая команда. Девушка лежала упираясь ногами к каменной стене под экраном с отсчетом и качала пресс. Из заданных двести оставалось еще сто сорок. Девушка чувствовала, что сердце скоро выпрыгнет из груди и уйдет восвояси от такой обезумевшей хозяйки. Постепенно энергия ярости в теле падала, безжалостно окуная в последствия. При каждом подъеме глаза цеплялись за таймер. Времени на остановку нет. Еще немного. Мун поднимала корпус через боль и снова падала на холодную землю. Как же повезло, что сегодня не жарко, ибо будь здесь еще лучи солнце, она бы мгновенно сгорела от температуры. Восемьдесят два.

— Еще не поздно попросить о помощи, — над головой появился раздражающий Джун. Мунбель делала вид, что его не существует. — Зачем ты так мучаешь себя? Достаточно сказать мне, я все добью, — мужчина наклонился, чтобы разговор остался между ними, — потом отплатишь, — прошептал.

Кан сверкнула черными бриллиантами в глазах и вновь согнулась к ногам. Сто один. Сто два. Вдох. Выдох. Вдох. Сто три. Время поджимало. Начала думать о том, как завтра уедет домой вместе с Ыну, будет нежиться в кровати и обнимать его часами, как встретится с братьями, позвонит Суа и выслушает очередную тираду о правильном образе жизни. Совсем немного. Потерпеть еще чуть-чуть! Сто шестьдесят два. Глаза упали на таймер — осталось меньше пяти минут. Мунбель стиснула зубы и прибавила скорости. Еще. Еще. Почти все. На один вдох делая два подъема, быстро добралась до конца. Сто девяносто восемь. Вдох. Сто девяносто девять. Двести. Бег таймера остановился на десяти секундах. В небо взмыл красивый зеленый фейерверк. Мун расслабилась и рухнула на землю. Тяжело дыша старалась взять себя в руки. Мельком глянула на врага: Джун Кекван разочарованно сжимал кулаки. Это того стоило!

Айдол встала на ноги, вытянула маленькую бутылочку из кармана ветровки и сделала глоток живительной жидкости. Сердечный ритм постепенно возвращался в норму.

— Хэй, девочка, ты выставляешь меня в плохом свете, — ощутила спиной близость мужчины и прибавила ходу. — Хватит играться, послушайся и мучения прекратятся.

Кан шла дальше, полностью игнорируя слова союзника. Вдруг со стороны послышались шаги. По телу пробежал табун мурашек. Мун остановилась. Сжала кулаки. Из за каменной стены вышел Рэй, а за ним Тэссок. По их напряженным лицам можно было многое сказать. Мужчины пробежались глазами по замученной девушке и абсолютно бодрому напарнику.

— Мун, тебе нужна помощь? — Брови рэпера изогнулись, в лице читалась тревога. Он перебегал глазами с Мун на Кеквана и обратно.

— Хэй, ты снова что-то выкидываешь? — Ли не сдержался, вышел вперед, но остановился, коснувшись торсом вытянутой руки Рэя, что пристально смотрел на Мунбель и ждал ответа.

— Все нормально, встретимся в центре, — Мун устало улыбнулась. Смахнув с лица пот, она вновь завязала на талии ветровку. — Там все, — указывая рукой за спину. — Остались только те, что ближе к центру.

— Спасибо, — кивнул Рэй, утягивая за собой атлета. — Одно из заданий наше.

Мун согласилась. В таком случае осталось пройти только одно задание. Девушка дождалась, когда соперники скроются из поля зрения, после чего свернула в другую сторону. Всего одно задание и все! От этой мысли у нее словно прибавилось сил. Поворот. Влево. Вправо. Вперед до конца. Обошла стену и вышла на последнее задание. Когда перед экраном заметила турник, все надежды рухнули. Даже не включая экран, Мунбель знала, что столкнулась с тем, что ненавидит больше всего на свете. Ее главная слабость в спорте — подтягивание. Кекван усмехнулся. Пока девушка размышляла над прохождением, он вышел вперед и намеренно включил экран.

— Я могу пройти, если позволишь, — хитро усмехнулся мужчина.

..... ....... ......

Чутье Ыну кричало! Он уже не отбрасывал назойливые мысли. Когда задачи облегчились до программы начальной школы, актер подошел к окну. Ближе к центру в небо выстрелил зеленый сигнал. Ыну вмиг вернулся к экрану. Задача осложнилась. Это не Мун.

— Хах, оппа, ты же не дружишь с Кан Мунбель, да? — негромко произнесла Хана, разглядывая свой маникюр. В комнате не было операторов.

— К чему ты клонишь? Выкладывай, — в приказном тоне произнес актер. Чой подняла глаза и встрепенулась от резкой перемены. В бездонном взгляде мужчины находилась вся темнота мира.

— Я просто, — запнулась блогер. — Мун была такой высокомерной, вряд ли кто захочет с ней дружить. — Ыну прошел к двери. — Хочу сказать, что кажется Джун Кекван помешался на Кан Мунбель. Он сказал, что сделает ее своей.

Ыну выбежал наружу. Прохладный ветер хлестал по лицу. Он смотрел на гигантский лабиринт и не знал куда бежать. Черт подери, что он здесь делал все это время? Нужно было раньше пойти к ней, а не сидеть сложа руки. Если последний огонь выстрелил на одиннадцать часов, то наверное Мун где-то в районе двух часов. Все его чувства кричали об опасности. Ыну сорвался вперед. Нужно ускориться. Скорее! Скорее! Нужно найти ее!

..... ....... ......

Го Ара ударила по экрану.

— Это невозможно решить!

— Онни, пошли. Плевать на задачи, атакуем вражескую базу. Никто не говорил, что нельзя забирать с собой флаг, — Санни решительно вынула красное знамя из флагштока и вышла на улицу. — Заберем победу своими руками.

Девушки скрытно обошли свою базу и бегом пересекли расстояние до вражеского блогпоста. Странная тишина. Переглянулись.

— Никого нет? — Шепнула макнэ, озадаченно осматривая одноэтажное строение. Подошла к окну, присела и на секунду заглянула внутрь. Пусто. В центре одиноко висел белый флаг. — Действительно никого нет.

— Пошли, — Ара забежала в дом и вытащила белое знамя. Победа!

Девушки покинули помещение, замечая бегущих к ним проходящих второй команды — Ли Тэссока и Рэя.

..... ....... ......

В глазах все плыло. Голова кружилась, а воздуха катастрофически не хватало. Из последних сил Мун подтянулась пять раз, но больше не могла. Таймер неумолимо мчался вперед. Она не успевала! Айдол больше не могла поднять руки. Все ее физические ресурсы сгорели до нуля. Даже стоять было больно. Температура поднялась, по телу стекал пот, но больше всего раздражала струя крови, скользящая по ноге. Мун знала, что больше не сможет подтянуться. Она проиграла. Даже если проиграла, не попросит о помощи. Под рваное дыхание таймер отсчитывал последние десять секунд.

— Ну же! Сдавайся, — зудел над ухом Джун, подталкивая рукой и заставляя обратить на себя внимание.

— Никогда... — выдохнула Мун, глядя как убегают последние секунды. Три. Два. Один. Ноль. В небо вылетел красный огонь. Время замедлилось. Мунбель смотрела на свой красивый провал, как в атмосфере рассыпается кровавая краска. — Никогда.

Джун Кекван был вне себя от злости. Эта тупая выскочка намеренно выставляла его плохим, хотя ей ничего не стоило бы принять предложенную помощь! Как же бесит! Так бесит, что хочется размозжить эту маленькую головку по каменной кладке. С каждой секундой его злость поднималась до самых пиков.

Мунбель шагнула вперед. В глазах все поплыло. Хватаясь за стену, выпрямилась. Из центра раздавался какой-то шум. Шаг. Второй. Грохот. Сердце пропустило удар. В свете красных огней перед ней появился Чха Ыну. По телу пробежала дрожь. Она увидела в его лице ужас. Актер взглянул на Мун, перевел взгляд за спину. В лице тотчас проскользнула остервенелая жестокость. Ыну поддался вперед, замахнулся. Мун испуганно ахнула, прыгнула к нему на встречу и крепко сковала в объятиях.

— Нет! — крикнула. — Только не сейчас. — Вокруг кружило два оператора. Если Ыну изобьет его сейчас, то превратиться в обидчика, а Джун станет жертвой по закону. Нельзя. Не сейчас. Через секунду за актером испуганно прибежала Чой Хана.

— Мун... — задрожал Чха, остервенело пожирая глазами Джун Кеквана. Мунбель не знала, ведь стояла к этому уроду спиной, что Кекван собирался ударить ее по голове и только появление Ыну остановило его. Этого монстра нужно закопать прямо здесь и сейчас.

— Скорее! Сюда! — за стеной доносились крики. Топот шагов. Вскоре к ним вылетел Рэй, затягивая за собой всю вторую команду. — Я же говорил, что этот мужик сделает что-то опасное! ХЭЙ! — громко крикнул рэпер, проходя мимо Мун и Ыну. Его холодная сдержанность отключалась в моменты опасности. — Я ЖЕ ГОВОРИЛ ТЕБЕ НЕ ПОДХОДИТЬ К НЕЙ! ТЫ ТУПОЙ?

— Рэй, подожди, — Тэссок подтянулся к напарнику. — Джун Кекван, успокойся, — с размаха шлепнул рукой по спине модели. — Пошли, отойдем, — хватая парня за руки с двух сторон, они утащили его в другую сторону.

Мун продолжала сдерживать Ыну, обнимая его всем телом, руками, ногами, прижимаясь головой:

— Пожалуйста, милый, — она коснулась щекой его щеки и шептала прямо в ухо. — Я просто устала. Он ничего не успел сделать. Все в порядке. Я победила. Прошу, Ыну... не сейчас, — Мун рвано задышала, ослабила хватку. Чха испуганно поставил девушку на ноги.

— Что с тобой? — осмотрел лицо, проверил температуру.

— Мы ей поможем, — Ара взяла Мун под руку, с другой стороны подошла Санни. — Пойдем, Мунбель-щи.

Когда Ыну остался позади, а перед глазами раскинулся центр лабиринта, Мунбель наконец  расслабилась и последние силы покинули ее. Она едва передвигала ногами, опираясь на поддержку коллег.

— Сонбэ, мои ноги, — рвано произнесла Кан. — Все протекло, наверное штаны в крови.

— Черт, — Ара быстро смекнула в чем дело, сняла с себя спортивку и завязала на пояс, а ветровку Мунбель спустила ниже.

— Ой, онни, у тебя кровь из носа пошла, — Санни испуганно ахнула, вытерла пальцем алую жидкость, но та не собиралась останавливаться. Мун провела  тыльной стороной руки по лицу, запрокинула голову вверх и смотрела на закатное небо.

— Скорее, нужно довезти ее до дома, — Го Ара напряженно взяла певицу под руку и шагнула в сторону машин.

..... ....... ......

Чха Ыну нарезал круги внутри лабиринта. Когда шум стих и меж стен опустилась темнота, мужчина вытянул из кармана телефон и нервно набрал номер директора На. Гудки шли медленно. Чха вспоминал измученное лицо Мунбель и его абсолютную беспомощность перед камерами, перед обидчиком. Он держался из последних сил, чтобы не убить этого отморозка здесь и сейчас.

— Да? — с той стороны раздался голос На Бенджуна.

— Вы... — процедил Чха. — КАКОГО ЧЕРТА, ВЫ ОТПРАВИЛИ НА ЭТО ШОУ КАН МУНБЕЛЬ? — во все горло прокричал актер. — Мы же договорились! Мы договорились! Я делал все, что вы просили! Я терпел четыре года! Избегал ее как мог, не подходил, делал вид, что мы не знакомы! Вы обещали, что с ней все будет в порядке! Вы говорили, что позаботитесь о ней! И ГДЕ ЭТО ВСЕ?! Я убью его, — выдохнул Чха Ыну. — Этот Джун Кекван. Он запугивал Мун, хотел ее ударить. Бог знает, что он делал, пока меня не было рядом. Если вы не приедете, я убью его прямо здесь и сейчас, — решительно заявил актер. Он был на грани срыва. Дрожал от злости и еле держал себя в руках.

— Выезжаю. Утром я буду у вас! Ничего не предпринимай! — На хотел сбросить вызов, но остановился. — Ты хочешь сказать, что Мунбель оказалась на шоу Ли Вонги?! Какого черта?! Я же строго запретил участвовать.

— Спросите у менеджера, — раздраженно крикнул Ыну, скидывая вызов.