Укради моё сердце

Быть знаменитым, значит быть под прицелом. Мишенью, игрушкой, развлечением. Крутиться в непредсказуемом водовороте событий, где в один момент ты можешь оказаться на пике славы, а в другой кануть на самое дно. Каждый в этой среде пользовался всеми возможностями, чтобы не утонуть в омуте сломанных судеб. И пока одни прикладывали все силы, дабы продержаться на плаву, другие жадно цеплялись за них в надежде попасть хотя бы под маленький луч славы.

Одним из таких людей был Джун Кекван. Он намеренно просчитывал почву, выявлял сильные и слабые стороны тех, с кем приходилось иметь дело. Среди участников шоу самыми популярными на данный момент были Кан Мунбель и Чха Ыну, а так как с актером подружиться не удалось, Кекван решил нацелиться на Мун. В первой команде она оказалась самой смышлёной, что он заметил во время прохождения испытаний. Ну, и не стоит забывать, что Кан Мунбель симпатичная девушка, а отношения с таким человеком гарантировано вызовут огромный резонанс. Достаточно одного скандала, чтобы весь мир обратил на тебя внимание. Был только один нюанс — ее упрямое сопротивление.

— Вот, — Джун протянул вилку с нанизанным кусочком мяса ко рту Мун, когда звезды завтракали перед началом испытаний, — хорошо питайся.

За столом возникла неловкая тишина. Мунбель бросила на мужчину недоуменный взгляд, незаметно подцепила пальчиком стакан с водой и опрокинула его на себя.

— Ой, — после наигранного испуга, шустро встала на ноги и пошла переодеваться. Мало того, что он вытолкнул всех и уселся прям рядом, так еще хочет кормить с ложечки?! Просто верх наглости!

Кекван лишь самодовольно усмехнулся. А когда организаторы объявили первую половину дня временем уборки, попытался взять ее за руку, но Мун намеренно запуталась в ногах и чуть не прокатилась носом по полу. Встав на ноги, айдол извинилась, затем скрылась в ванной.

Чертов придурок! Как же он раздражает! Мун сделала нехитрую прическу с низким хвостом, несколько минут смотрела на свое лицо в зеркале. Что делать? Как отреагировать в следующий раз? Этот человек не намерен прекращать, но и Мунбель ни за что не проиграет. Если хоть раз даст слабину, такие, как он, прицепятся словно пиявки и высосут всю кровь.

К счастью, когда девушка вышла в гостиную, количество участников заметно поредело. Среди пропавших были: Джун Кекван, Го Ара, Рэй и Чой Хана.

— А где остальные? — невзначай поинтересовалась Кан, остановившись рядом с Ыну.

— Забрали для какой-то задачи, — актер тепло улыбнулся. — Нам нужно убраться дома. Выбирай, что будешь делать?

— Онни, не хотите протереть пыль со мной? — Санни держала в руках две тряпочки из микрофибры.

— Конечно, — кивнув актеру на прощание, Мунбель последовала за макнэ.

Время тянулось незаметно. Было так легко и спокойно. Тэссок постоянно шутил, пока намывал полы, Ыну поддерживал его юмор, убираясь на кухне. Мун и Санни прошлись по комнатам, гостиной: разложили вещи по местам, вытерли пыль. Дом заметно освежился. Вся напряженная аура и духота сошла на нет, комнаты стали уютнее, даже светлее.

Отсутствие суеты приятно успокаивало. Короткий отдых в хорошей компании позитивно влиял на настроение всех, особенно Мунбель, ибо находиться в тишине без самовлюбленного Джун Кеквана и хитрой змеи Чой Ханы стало настоящей роскошью в насыщенных съемочных буднях.

— Пройдемте к машине, — новенькая девушка из стаффа зашла в гостиную и серьезно напряглась, увидев развалившихся по разным углам звезд. — Пора ехать на площадку для прохождения третьего испытания.

Группа скоро оказалась в минивэне. Мунбель прошла назад и села на самое дальнее сиденье у окна, рядом примостился Чха, а спереди оставшиеся двое из второй команды.

— Не опасно сидеть так близко? — шепнула Кан своему сонбэ, когда водитель завел машину.

— Сегодня я целый день буду с тобой, — тихо пояснил Чха и посмотрел вперед, но его проворная рука нашла руку Мун, мягко переплетая их пальцы. — Соскучился.

— Как? — чтобы не выдать тайное общение, Мунбель отвернулась к окну.

— Выбрал партнера за победу, — Ыну откинулся на спинку кресла, но руку не отпустил. — Кстати, знаете, кто сегодня выиграл скрытое задание? — громко произнес он на весь салон. Мун хотела вытянуть руку, пока кто-нибудь не заметил, но мужчина лишь крепче сжал ее пальцы в своей широкой ладони. Тепло плавно потекло по телу и в какой-то миг дышать стало намного легче. Рядом с Чха Ыну она чувствовала себя в безопасности.

— Го Ара сонбэ, — уточнил Ли Тэссок. — Я видел как утром к ней подошел ведущий и поздравил с победой.

— Круто, — Мунбель присоединилась к беседе. — Не знаете, что сегодня будет? Какая миссия?

— Без понятия, — Санни пожала плечами.

Площадка для третьего испытания находилась в сорока минутах езды от дома. Забавно, но внутри не проявилось ни грамма волнения. Рядом с сонбэ все отходило на второй план. О каком испытании могла быть речь, когда истерзанное тоской сердце вновь ощутило родное тепло, а пьянящее счастье сладко заполняло изнутри.

— Мы приехали, — объявила менеджер. Ыну нехотя отпустил руку Мун и прошел к выходу вслед за Ли Тэссоком.

Заброшенная школа слегка пугала. Это однозначно был хоррор квест, потому что в основном именно ради подобных эфиров искали мертвые здания, едва спасенные от уничтожения. Прямо во дворе расположилась съемочная группа. Режиссер отдавал указания операторам и световикам, сидя в своем кресле и поглядывая на итоговую картинку через экран.

— Команда номер два за мной, а вы, — девушка остановилась и пристально взглянула на собранных Кан и Чха. — подождите здесь, ближе подходить нельзя.

Пара согласно кивнула. Санни с Ли Тэссоком прошли прямиком к звуковикам. Мун начала искать глазами место для отдыха и заметила старую, деревянную скамейку на кованых ножках. Ыну не проронил ни слова, сел рядом. Он казался хмурым, серьезным, хотя на самом деле был рад тому, что может свободно поговорить с Мунбель без микрофонов и камер.

— Мун-а, не забывай, что всегда можешь оставить на меня то, что тебе не нравится, — проведя рукой по своим волосам, он оперся локтями на колени и задумчиво посмотрел на площадку. Чха прекрасно знал, что даже вдали от суеты не стоило расслабляться, ведь вокруг было слишком много ушей. А так хотелось излить душу, проявить нежность. Обнять.

— Ты про этого мужика? — Мун подразумевала Джун Кеквана. — Он, видимо, хочет поиграть. Но осталось всего два-три дня. Не стоит рисковать Голливудом, ради самоутверждения незнакомца.

— Хорошо, но если я замечу, что он переходит все границы — вмешаюсь. — Мун согласилась со словами своего парня. Как же хорошо. Находиться рядом с ним было так приятно.

С начала третьего испытания прошло десять минут. Съемочная группа заливалась смехом. Хохот разносился по двору школы, эхом отдавался в самом здании залетал на лесопосадку неподалеку. Мун и Ыну все гадали, что же там на самом деле происходит, но при этом не спешили с прохождением, ибо драгоценные минуты покоя без оценивающих взглядов были слишком сладкими на вкус.

— Как думаешь, у нас получится так же весело пройти? — Ыну поднялся на ноги. Пришла очередь первой команды выполнять миссию.

— Не-а, — уверенно заявила Кан, следуя за стаффом. — Слишком занудные, чтобы быть смешными.

Чха улыбнулся словам девушки, но больше в ее сторону не смотрел. Пара влилась в толпу и нырнула в активную рабочую среду. Стафф сосредоточенно готовил декорации для начала второго прохождения. Участники первой команды подошли к ведущему.

— Здравствуйте, — Чан Сон учтиво поклонился, получил ответное уважение. — Сразу перейду к сути третьего испытания. Ваша задача — пройти хоррор квест и спасти захваченных в заложники членов команды: Джун Кеквана и Чой Хану. — Мун кивнула, думая, что будь ее воля, с удовольствием оставила бы их там и без зазрения совести ушла домой. — Чтобы найти членов команды, вам нужно решать задачи и отыскать как можно больше подсказок за отведенное время. Преимущество вчерашнего выигрыша использовалось в первой половине дня. Для вас послаблений нет.

Звезды уведомили о своей готовности. Прошли внутрь здания. Суета. Пока звуковики устанавливали микрофоны, а стафф перепроверял готовность помещений, Мунбель и Ыну стояли перед двустворчатой дверью в полутьме.

— Извините, забыл петличку, — заикаясь произнес молодой парень и спешно выбежал на улицу. За ним вышли и все остальные.

Мун не обратила на это никакого внимания. Пока она размышляла об испытании, внутри все всколыхнулось. Всплеск страха окатил волной, когда Чха Ыну сковал руками ее талию и прижал к себе со спины. В груди начался пожар, лицо мгновенно закипело. Было одновременно приятно и пугающе.

— Сонбэ... — шепнула Кан. Казалось, что секунды длились часами. Дыхание заметно учащалось. Мужские руки бережно скользили по изгибам тела, вызывая буйство ощущений.

— Еще секунду, — шепнул он прямо в ухо. Теплое дыхание взбудоражило кожу, покрывая волной приятных мурашек.

Вдруг раздался грохот где-то сзади, топот торопливых шагов. Чха ловко выпустил девушку и отшагнул назад.

— Я здесь, — парень запыхался. — Ударился, когда бежал обратно. — Впервые Мун так сильно радовалась, что кто-то пострадал. Какой ужас! Звуковик быстро закончил установку микрофонов и вернулся во двор.

БАМ! Прозвучал громкий сигнал о начале испытания. Дверь неприятно заскрипела. Чха уверенно шагнул внутрь плотно зашторенного помещения. Полутон коридора преобразовался в кромешную тьму. Мун не видела перед собой мужчину, а уж дорогу и подавно. «Нужно что-то делать». Резко вытянув руку вперед, айдол схватила Ыну за одежду и остановила.

— Сейчас... глаза привыкнут, — Через несколько секунд зрение адаптировалось, начало различать очертания стен, пола, улавливало слабые голубоватые блики на углах и бледный свет, оформлявший силуэт сонбэ.

— Идем, — голос мужчины звучал крайне спокойно. Он взял Мун за край спортивной ветровки и потянул за собой.

Пара остановилась. Справа и слева от тупиковой стены находились две двери, очевидно, требующие правильного выбора. Мун полностью доверилась сонбэ и смело прошла за Ыну в левую дверь. Небольшое квадратное помещение, густо уставленное всяким антиквариатом предстало перед ними. Пара молча разошлась по сторонам. Мун изучала картины, статуэтки, странные макеты деревьев и елей, остановилась перед камином. В некоторых из миниатюр и статуэток слабо сверкали тускло синие, иногда голубоватые огоньки. Этого вполне хватало для рассмотрения общего положения дел.

Поразительно, но страха не было. Мун притормозила перед огромной картиной в резной раме над камином. Что-то в этом правителе Чосона казалось ей знакомым... «Где же я его видела?». Айдол привстала на носочки, чтобы рассмотреть портрет поближе и заметила в правом углу табличку: Танджон (1468-1469). Год был выставлен на кольцах, напоминающих код от замка. «Танджон. Танджон... Шестой правитель Чосона. Стоп!». Этот вопрос Минджу задавал ей миллион раз в своей викторине на эрудированность. Мунбель не понимала, почему младший брат помешался именно на этом короле, но в кои то веки его странные причуды оказались полезными. Быстро поменяв года на 1452-1455, айдол услышала глухой щелчок. Картина сдвинулась вперед. Кан с опаской потянула за выступающий край рамы, и полотно плавно отъехало в сторону, обнажая спрятанный внутри сейф.

— Я нашел выход, — ровно оповестил Чха.

— А я подсказку, — Мун потянулась к металлической дверце сейфа.

Съемочная группа и вторая команда, уже прошедшая испытание, пристально следили за Мун и Ыну.

— С ума сойти! Они действуют одновременно, — взбудоражено протянул режиссер, глядя как Чха и Кан Мунбель параллельно друг другу отгадывают загадки и находят решение.

В сейфе лежал конверт. Мун сосредоточилась, привстала на носочки и вытянула руку, чтобы достать до нужной вещи. Вдруг левую лодыжку сцепило в ледяном кольце. Душа перевернулась! Что за? Мун вскрикнула от страха, задрожала. Вмиг опустила глаза: черная рука из-под камина крепко сжимала ее ногу. Рефлекторно пнув руку свободной ногой со всей дури, айдол живо отскочила назад. Черт!

— Ты в порядке? — Ыну рванул к Мун, но врезался по пути в уголок стола и тихо зашипел. — Что такое?

— Да, — рвано дыша. — Кто-то схватил меня за ногу. — В эту секунду Мунбель поняла, что пнула кого-то из стаффа, вынужденного притворяться предвидением. А ведь она ударила со всей силы. — Извините, — девушка поклонилась в сторону камина. — Мне очень жаль.

— Просишь прощения у привидения? — хихикнул Чха, изогнув уголок губы и скрестив руки на груди. — Похвально! — Улыбнулся.

— Когда-то оно тоже было человеком, — надулась Кан и через секунду засмеялась. Ыну подхватил ее заразительный смех. Все казалось настолько глупым и комичным! Фух! Дышать стало легче. Вновь шагнув к сейфу, она вытянула конверт, засунула в карман ветровки. В такой темноте все равно ничего не прочитаешь.

Ыну прошел в тумбе, терпеливо ожидая союзницу, которая почему-то не спешила к нему. Мун зацепилась глазами за стол в центре комнаты. Огромный, детальный лабиринт на нем наталкивал на разные мысли. Зачем он здесь? Есть ли в этом смысл?

— Мне кажется, что это подсказка для следующей миссии, — пробормотала Кан, наклоняясь к макету. Синие огоньки в центре скорее всего символизировали финальную точку.

— Хм, — Ыну подошел и присоединился к изучению лабиринта, — вполне возможно. Стоит запомнить количество входов и расположение голубых огоньков внутри проходов. Может быть в них есть какой-то смысл.

— Еще деревья, — Мун выпрямилась, указывая рукой на камин, — испытание в лесу? Они выглядят довольно странно и совершенно не вписываются в интерьер.

— Пойдем, — Чха махнул рукой к тумбе. — Время идет. — Он ввел код и замок от двери приятно щелкнул.

Пара выбежала наружу, пересекла длинный коридор, поднялась вверх по лестнице. Очередное нестандартное свечение наталкивало на мысли. Названия кабинетов светились ядовито-зеленым светом.

— Куда? — Мужчина пробежался глазами, сделал несколько шагов вперед, в сторону. — Есть кабинет истории, математики, изобразительного искусства.

— В первой комнате было много картин и статуэток... — Мунбель взглянула на художественный кабинет.

— Но кабинет математики ярче подсвечен.

— История... — продолжила размышления айдол. Бах! Грохот со стороны лестницы напугал звезд. Мун отшагнула к Ыну. Сверкнул черный силуэт у лестничной площадки, откуда они только пришли. Свет начал неприятно мигать. С каждым затуханием силуэт становился все ближе. — Бежим! — закричала девушка. Ыну схватил ее за руку и рванул прочь. Призрак набирал скорость, когда он подошел вплотную, Чха забежал в кабинет математики и крепко закрыл за собой дверь.

— Спаслись, — выдохнул мужчина. Первым делом он осмотрел коллегу с головы до ног. Все в порядке.

В учебном классе свет горел ярче. Лампа над доской сияла так сильно, что глаза несколько секунд привыкали. Топот шагов утих. Мун вдохнула, выдохнула. В классе было пусто. На двух досках их ждали расписанные математические задачи, по всей видимости, требующие решения.

— Я возьму правую, — Чха прошел к доске. Не долго думая он принялся за работу. Мягкий шорох мела успокаивал сердце. Мун последовала его примеру. Задание из школьной программы. Повезло! Будь оно из последнего курса инженерии, Кан точно бы не справилась, ведь сдала все экзамены только благодаря О Сехуну.

Требовалось найти координаты и нарисовать схему для каждой задачи, коих было четыре на каждого. Мун заключила, что часть ее диаграмм и диаграмм Ыну составляли одну картину, которую нужно было ввести на планшет, лежавший на учительском столе, чтобы успешно пройти квест и двигаться дальше.

Участники первой команды быстро справлялись с загадкой. Когда актер решал третью задачку, а Мун закончила вторую, она остановилась, оценила ситуацию. Изгиб линий получившихся у Ыну и тех, что выходили у неё что-то напоминали. Воронку. Улитку. «Улитку?!».

— Кажется, я знаю ответ, — в голосе Мунбель слышалась неуверенность. Ыну отвлекся, протянул ей планшет.

— Пробуй.

Мун немедля разблокировала экран и нарисовала спираль золотого сечения. Спираль Фибонначи. Странно, что организаторы не использовали задание на расчет золотого сечения, хотя так явно было бы сложнее людям далеким от математики. Дверь в коридор щелкнула и на экране зажегся зеленый свет.

— Умница! — Искренне просиял Ыну. Так хотел обнять, но не мог. — Побежали, — он вышел вперед, открыл дверь. Тишина. Черного силуэта в коридоре не было. — Куда теперь?

— Золотое сечение часто используется в дизайне и архитектуре, — Мун нахмурилась. — Думаю нужно идти в художественный кабинет. — он находился дальше всех по коридору.

— Но в кабинете истории скорее всего тоже есть подсказка, — размышлял Чха. Он держался рядом с Мунбель, чтобы в случае чего защитить. — Идем в изо.

Пара побежала вперед. Одна из дверей заскрипела. Тело окатило холодом. Мун оглянулась: черная рука с длинными когтями скользила по двери математического кабинета. Боже, там кто-то был!

Ыну схватил Мун за руку и бросился вперед. Топот шагов эхом отскакивал от стен. Он пнул ногой нужную дверь, запустил внутрь Мунбель и закрыл ее за собой. Бум-бум! Сердце кричало!

— Нашли, — слабый голос Мун привлек внимание. Ыну поднял глаза с пола и заметил в центре комнаты Джун Кеквана и Чой Хану, привязанных к стульям между рядами мольбертов. Спасатели даже не переглянулись. Мун подбежала к мужчине, Ыну начал развязывать блоггера. Испытание пройдено!

— Впервые за все время кто-то разгадал все подсказки, — ошеломленно протянул режиссер, откидываясь на спинку стула.

— Но они не зашли в кабинет истории, — протестовал помощник. — Хотя их взаимопонимание реально впечатляет.

— И все же знали, что там есть подсказка, — Ли Вонги натянул кепку. — Собирайтесь, выдвигаемся обратно!

Всю дорогу домой настроение участников было просто на высоте! Ыну и Мун наслаждались совместным времяпровождением, хотя другие думали что залогом счастливых улыбок служит победа в испытании. Санни и атлет вдоволь насмеялись, пройдя тот же путь самым неожиданным образом, а Го Ара и Рэй наслаждались долгожданным отдыхом. На оставшихся двоих Мун было настолько плевать, что на них она просто не посмотрела.

— Айгу, осталось только поужинать, — Тэссок вышел из машины и расслабленно зашагал в сторону дома.

— Интересно, кто будет сегодня готовить? — Чой хитро улыбнулась, временами коса поглядывая на Кан Мунбель.

Пока другие вели беседу, айдол блуждала в мысленном лабиринте. Сегодня было в разы легче. Это потому что рядом был Ыну? Или дело в настрое? Что бы ни было причиной, жить стало заметно легче. Видимо, и энергии прибавилось. В таком темпе Мун однозначно дойдет до конца и сможет спокойно вернуться домой в Сеул. Осталось ведь всего ничего: два испытания и еще полдня съемок.

Свет на первом этаже непривычно ярко горел. Мун отвлеклась от мыслей и заметила скопление людей в гостиной первого этажа. Кто-то обнимался, радостные возгласы доносились со всех сторон. Девушка слегка напряглась. Что происходит? Те кто были за ней выбегали вперед и попадали прямиком в объятия других людей.

— Мы решили подбодрить участников и пригласили членов ваших семей для совместного ужина, — отдаленно доносился голос ведущего, но Мун не могла сосредоточиться. Все ее внимание приковал лишь один человек. Не может быть... Как? Кровь шумно забегала по венам и артериям, а сердце испуганно притихло. Это правда? Ей не мерещится?

— Мама? — Испуганно вздрогнула Кан Мунбель. Стены дома начали рассыпаться, как кусочки пазла. Время остановилось. Внутри раздался треск. Больно. Не может быть! Это действительно она? Как так? Почему?

— Мунбель! — ухо резанул знакомый голос. Женщина подошла ближе, приобняла. Давно забытое, словно незнакомое прикосновение обожгло тело. Мун обнимала маму, но словно чужого человека. Почему так больно? Разве ее объятия не должны развеять тревогу и подарить покой? — Моя дочка! — Невыносимо это слышать. Стена, которую Мун старательно выстраивала столько лет, чтобы закрыть черную дыру в душе, рухнула и выпустила наружу всю боль.

Что за бред? Какого черта, сюда пришла эта женщина? Издевательство? Подстава? ЧТО ЭТО?

— Как ты поживала? — Госпожа Кан слегка отдалилась, чтобы разглядеть лицо Мунбель.

Слеза предательски скользнула по щеке. Внутри все рухнуло! Мун было плевать на камеры, плевать на микрофоны, на зрителей! Она хотела рыдать изо всех сил и выдавить из себя целый пласт накопленных обид. Как раз в это время оператор заметил эмоциональную встречу родственников и прибежал поближе. Он толкал объектив камеры прямо в лицо, снимал как стекают горячие слезы по ее щекам и этот взгляд... наполненный душераздирающей болью.

— Брат! — Ли Донхви толкнул старшего в плечо. — Неужели, она здесь? — Загадочно прошептал родственник, хитро щурясь. Он моментально приметил излишнюю нервозность старшего.

— Что? — Ыну не мог отвести глаз от своей луны. Он ничего не замечал, разрываясь от острого желания бросить все и помчаться к ней как можно скорее.

— Стой, — Донхви схватил брата за руку, когда тот дернулся вперед. Он проследил за его глазами и заметил растерянную девушку. — Ты столько лет молчал! Скрывал ее даже от нас и хочешь сдаться прямо сейчас? Терпи! — прошептал прямо в ухо, похлопал по плечу.

Кан Мунбель не могла выдавить из себя ни единого слова и чем больше она молчала, тем больше любопытства вызывала. Но даже осознавая все это, Мун не могла ничего поделать: язык будто прирос к небу и все ее существо сопротивлялась необходимой лживой улыбке.

— Ох, здравствуйте! — К семье Кан неожиданно подбежала Го Ара. Актриса притянула за собой и свою маму. — Вы мама Мун?

— Да, — коротко пояснила женщина.

— Вау! Вы так похожи! Сразу видно в кого Мун-а такая красивая, скажи же, мам? — весело тараторила Ара, подталкивая к беседе свою родственницу. Мун недоуменно взглянула на коллегу, пока всеми силами топила внутри громкие всхлипы и тяжелый крик боли. Но актриса почти сразу заметила что-то неладное. Этот взгляд.... — Наверное вы долго не виделись. Мун, ты иди, умойся, — толкнув айдола подальше, Го Ара взяла госпожу Кан в кольцо и продолжала задавать вопросы.

Мун без оглядки помчалась к выходу. Она чувствовала, как позади раздавались чужие шаги, но на улице шум стих. Мунбель осталась одна. Нужно бежать. Как можно скорее. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Всхлип. Истошное рыдание вырвалось наружу. Боль сковала грудь, легкие душила невозможность сделать вдох. Шаг за шагом она убегала все дальше от дома и заходила глубже в лес. Когда свет огней скрылся за черной кроной листы, айдол рухнула на колени и разрыдалась во весь голос.

Ну, почему?! За что ей все это! Какого черта, она здесь делает? Мама не пришла на празднование первой награды, на вечеринку в честь выхода полноценного альбома. Не пришла на новоселье, хотя Мунбель звала ее в течении месяца и все равно не увидела в стенах своей квартиры. Она не была рядом, когда Мун было плохо и когда ей было хорошо. Четыре года она не поднимала трубку, не отвечала на сообщения и вдруг заявилась на шоу? С какой стати? Почему? Почему злосчастное шоу со скандальной репутацией, а не дом дочери? Столько лет Мун старалась наладить отношения и упрямо билась головой об глухую стену. Безрезультатно. Брат, папа, Минджу... каждый из них нашел время для нее. Но мама словно вычеркнула из семейного реестра и вовсе позабыла, что у нее есть ребенок по имени Кан Мунбель. Так зачем она пришла сейчас?

Эта боль была невыносимой. Столько лет Мун старалась отвлечься и не скатиться в депрессию, лишь бы зияющая дыра в ее груди перестала постоянно саднить и кровоточить. А что теперь? Что ей делать теперь? Нужно собраться. И даже в такой ситуации зерно здравого смысла покалывало сознание и заставляло взять себя к руки. Да. Нужно вернуться. Там до сих пор идут съемки и ей придется участвовать в этом с фальшивой улыбкой на лице.

Мунбель встала на ноги, стряхнула грязь с колен и пошла обратно. В голове творился полный хаос. Она не знала как ей вести себя, как реагировать, как с ней разговаривать. Но нужно было сделать хоть что-то! Мун подошла к дому. Ее трясло. Руки никак не могли остановиться, поэтому айдол сжала кулаки; после сильного рыдания дыхание стало прерывистым, а с носа упрямо текла вода. Первым делом Мун зашла в уборную. «Соберись!». Остудила лицо ледяной водой, попробовала натянуть улыбку. Ужасно...

Мун присоединилась к остальным, когда гости и участники уже принялись за ужин. Рядом с ее мамой сидела Го Ара, оживленно беседуя и постоянно вовлекая женщину в разговор. От застолья веяло приятной атмосферой, но Мунбель было плохо. Она села рядом с родственницей, кое-как натянула улыбку и отвечала на вопросы дежурными ответами. В череде веселых разговоров Мун не слышала совершенно ничего. Только отчаянный крик своего сердца.