III.V
Как выяснилось по возвращении домой, званый вечер закончился еще тогда, когда Розмари скрывалась от Зелмана в цветочной беседке. Тогда же Рей закончил переговоры с маркизом Орлондским и они, придя какому-то подобию согласия, разошлись. Повстречав Зелмана около дома, Рей забеспокоился и попросил друга найти Розмари и привести ее домой. Сам он этого не сделал лишь по причине того, что маркиз пожелал выпить за дальнейшее плодотворное сотрудничество и пригласил Рея в свой винный погреб. По итогу до дома Зелмана все добрались почти одновременно. Встретившись в полумраке коридора, Рей и Роза долго стояли в полной тишине. Аристократ изучал девушку взглядом, а она лишь упорно отворачивалась, глядя в пол и не поднимая глаз.
Одной из прекрасных черт Рея была понятливость. Ему не следовало объяснять, что Розмари сбежала не по своей воле и все это было лишь досадной случайностью. Нет. Он молча обнял девушку, затем, игриво пощекотав, подхватил на руки и, под буйные протесты рискующей упасть Розы, отнес ее в комнату. Смирившись со своим положением, девушка лишь смущенно уткнулась лицом в плечо Рея, обхватывая его шею руками.
Второй из списка его прелестных черт выступала ненавязчивость. Поняв, что с его любимой что-то не так, он лишь уложил ее на кровать, ложась рядом и опустив голову на ее грудь. Закрыв глаза, он просто прислушивался к ее сердцебиению и тихим, мерным вздохам. Далее не последовало никаких расспросов, никаких рассказов о разговоре с маркизом. Рей знал, что Розмари не интересовалась его работой и старательно игнорировала наличие у него оной. Все-таки для нее торговля людьми была чем-то, чему нельзя было потакать.
Сколько они так пролежали эти двое и сами толком не знали. Роза молча перебирала пальцами густые черные волосы Рея. Тот же, в свою очередь, также молча, прижимался к ней, закрыв глаза и обнимая свою возлюбленную.
— Я тебя никому не отдам, мое сокровище. Любимое сокровище, — внезапно проронил Рей.
Роза только тихо сглотнула вставший в горле комок. Любит. Перед Реем она чувствовала какую-то ответственность за то, что он так долго помогал ее семье и ей самой. Он не требовал от нее благодарности ни разу. Но Розмари не могла пересилить себя и перестать каждым своим взглядом, жестом благодарить Рея. Она искренне наслаждалась его обществом, но все больше осознавала то, что Зелман был прав. Рей видел в Розе не девушку, но сестру, которую следовало бы оберегать. Невольно Розмари вспомнились слова Аарина, и ей стоило больших усилий сдержать невольные слезы.
«Первая влюбленность — она чистая и невинная. И ты из тех, кто не оставит эту любовь никогда, думается мне. Даже если место в твоем сердце займет другой человек, ты не позволишь себе покинуть Рея.»
Не позволит покинуть... Розмари с силой стиснула зубы, выдавливая из себя улыбку. Как же чертовски прав был ангел музыки. Он рассказывал Розе о четырех видах любви, что приняты были у ангелов. Розмари тогда спросила о том, могла ли она испытать их все, и ангел ответил кивком. Он упомянул, что девушка уже повстречала в своей жизни тех людей, которые смогут подарить ей радость испытать все виды любви в самом их чистом виде. Роза вздрогнула, вспомнив, что в том сне она подумала о Зелмане. Неужели?..
— Хочешь, я тебе почитаю? — тихо прошептала Роза, пытаясь заполнить неловкую тишину. — Недавно дочитала интересный роман, Зелман посоветовал. Он без ума от этой книги.
— О чем он, этот ваш роман? Только и слышал от Зелмана о нем, он никак не успокоится с тех пор, как прочел его, — Рей сменил позу. Теперь он лежал на спине около девушки, а та прижималась к нему, опустив голову на его плечо и чувствуя остатки терпкого запаха его парфюма.
— О добре и зле. О любви и человеческих пороках, — слегка задумавшись, отозвалась Розмари, носом зарываясь в распущенные, и оттого свободно лежащие на плечах, волосы Рея. — О Мастере, который написал роман о прокураторе. О женщине, любившей своего Мастера. О Дьяволе, прибывшем в Москву.
— Это в России? Я там когда-то был, — задумчиво протянул аристократ. — Величественный город. Но такой... тяжелый, серый. Мне тогда было шестнадцать, даже меньше, чем тебе сейчас. Отец налаживал отношения с тамошними компаниями, и взял меня и брата с собою. Ему так и не удалось сотрудничество, — Рей хмыкнул. — В их стране работорговля строжайше запрещена, и любой беглый раб, добравшийся до их границ, может получить документы и стать свободным человеком. Тогда все было немного проще, но тамошняя знать опасалась работорговли. Если не сказать, что боялась как огня.
— Это же чудесно! В плане, там люди свободны. Им не нужны все эти карточки, они не боятся конвоев, им не угрожают отправлением на невольничий рынок и все в таком духе.
— Да, любой беглый раб может беспрепятственно пересечь границы России, ища там убежища. Там довольно интересный политический строй, и они, как я уже сказал, не приемлют работорговлю. Знаешь, я и сам не особо рад тому, что людьми торгуют как товаром, но выбора нет. Именно это оставил мне отец, и я должен продолжать дело всей его жизни, — немного грустно улыбнулся аристократ, поглаживая спину девушки. Чувствуя острую необходимость срочно перевести тему, он ляпнул первое, что пришло на ум. — Знаешь, у меня есть один знакомый учитель музыки. Он мог бы помочь тебе, а?
— Было бы... здорово!
— Отлично. Значит, когда вернемся в Шалле, я обязательно поговорю с ним. А пока ты могла бы брать уроки у Рауля.
— У маркиза Орлондского? — Розмари слегка приподнялась, взглянув в глаза Рея. Он не шутил. — Он увлекается музыкой?
— Более того, малышка, он закончил консерваторию. И, услышав сегодня, как ты играла в саду, он сам предложил свою помощь, — улыбнулся Рей, поцеловав девушку в лоб. — Эта мелодия звучала просто волшебно, Роза. Ты настоящий ангел музыки.
Девушка лишь слегка смущенно улыбнулась, а затем, поддавшись своему желанию, наклонилась к Рею, оставляя мягкий поцелуй в уголке его губ. Не более. Она уже уяснила, что никакая близость аристократа не интересовала. И это... разочаровывало.
***
— Не советовал бы я тебе к нему ходить, — задумчиво протянул Зелман, глядя на собирающуюся Розу. По совету Рея девушка все же решила наведаться к маркизу Орлондскому и взять у него несколько уроков.
— Знаешь, меня немного напрягают подобные советы от тебя, — буркнула Розмари, расправляя оборки на платье.
— Вновь поменяла мнение обо мне? — аристократ лениво оперся о дверной косяк. Ему не предстояло провожать девушку до поместья графа, эту должность он удачно спихнул на Жерара, уже готовившего лошадей.
— Вроде того, — вздохнула Розмари.
— И каков вердикт?
— Ты хороший человек, но... мне нужно время, — Роза собрала волосы и направилась к двери. — Я хочу разобраться в себе, — она остановилась прямо перед Зелманом, поднимая голову и глядя ему в глаза. — Я боюсь, что я тебя лю...
— Тсс, — Аркур мягко приложил палец к губам девушки. — Не спеши. Сама же сказала, что тебе нужно разобраться. Я терпеливый, подожду. А пока я все-таки дам тебе еще один совет. Можешь не прислушиваться к нему, это твое личное дело, — аристократ подался вперед. — Я старше тебя, и имею на это право. К тому же, я знаю Орлондского слегка поболее, чем ты. Он далеко не самый добрый человек. Слабовато мне верится, что он от чистого сердца решил с тобою позаниматься. Но, даже если так, прошу, не откровенничай с ним.
Уловив в голосе Зелмана плохо скрываемую тревогу, Роза только растерянно кивнула. Спускаясь по лестнице, девушка натолкнулась на Жерар, стоящего у окна. Подкравшись к нему, Розмари весело пощекотала его. Но мужчина щекотки не боялся.
— Как ты, мелкая? — Жерар игриво потрепал девушку по волосам.
Таким родным казался он сейчас. В шляпе и потертом плаще, с вечной трехдневной щетиной на щеках, пусть даже и с револьвером за поясом. Такой обычный, ничего не скрывающий Жерар.
— Лучше не бывает! — Роза улыбнулась, прогоняя из мыслей тревогу. — Знаешь, я тут вчера подумала, ты такой странный.
— Интересное начало. В чем же моя странность?
— Ты ничего не скрываешь. Рей говорил, что ты относишься к тому типу людей, которые доверяют остальным и весьма открыты в общении. А еще, у тебя нет никаких вселенских тайн, которые ты бы скрывал от меня или от Рея, да?
Сглотнув и поморщившись, как от невыносимой зубной боли, Жерар отвернулся и направился к дверям. На мгновение обернувшись к удивленной девушке, он улыбнулся и кивнул ей. Затем, словно не желая продолжать эту тему, он спешно удалился, направляясь к конюшням.
Расчесывая гриву своего Кошмара, Жерар выглядел таким умиротворенным. Кажется, для счастья всаднику нужно было совсем немного. Бутылка виски, хорошие сигары, хмельные друзья или хотя бы хорошие слушатели, которым он мог бы часами рассказывать свои истории из жизни, коих было немало. А также верный Кошмар, который готов был нести своего хозяина хоть на край света, куда угодно, лишь бы они были вместе.
Подойдя к Ласке, Жерар протянул ей несколько кусочков сахара, погладил молодую лошадку по шее и покачал головой, беря ее седло и направляясь к другой лошади.
— Жерар! Почему ты забрал седло?! — воскликнула Роза, вбегая в конюшню.
— Ты не поедешь на Ласке. Местный конюх подыскал тебе другого коня. Его зовут Буран, отправишься на нем, — Жерар кивнул на белоснежного коня с густой, длинной гривой. — Но он менее послушный, чем твоя лошадка, так что будь на чеку.
— Но почему я не могу на ней поехать? — поинтересовалась Розмари, удивленно разглядывая белого коня.
— Мелкая, Ласка беременна. Скоро у них, — он кивнул на своего Кошмара и рукой указал на лошадь Розы, — будет жеребенок. Эти двое давно уже ладили, я предрекал нечто подобное. И вот, пожалуйста — свершилось. Ждем пополнения, — рассмеялся Жерар, поглаживая Бурана по шее.
***
Через пол часа Жерар с Розой уже подъезжали к поместью семьи Орлонд. По дороге эти двое успели купить мороженое, съесть его и теперь обсуждали дальнейшую их судьбу в городе. Со слов Рея, им уже пора было бы возвращаться домой. Все вопросы с Раулем Рей решил еще на приеме, а потому причин и дальше оставаться в Рэмайро не оставалось. Постепенно холодало, вода в море уже не располагала к купаниям, а зачем еще стоило здесь прозябать?
В двух сотнях метров от кованных ворот поместья, Кошмар внезапно начал брыкаться. Раньше такого никогда не было. Жерар, не готовый к подобному, с трудом удержался в седле. Он пытался успокоить коня, но тот упорно воротил морду от поместья маркиза, пытаясь утянуть хозяина домой. Издали, указав Розе на ворота поместья, всадник развернул коня обратно.
— Черт, никак не может без своей возлюбленной, — Жерар сплюнул на брусчатку. — Розмари, доедешь одна? Тут от силы двести метров осталось. Да и, по правде, я не горю желанием туда лезть. Тебя приглашали, а я незваный гость. Хорошо тебе там повеселиться! — он улыбнулся. — И никуда не сворачивай, молю! Прямая дорога, двести метров. Договорились?
— Я уже не маленькая! — прикрикнула Розмари на Жерара, смеясь оттого, как упорно Кошмар пытался скинуть ворчливого хозяина. — А обратно как?
— Рей обещал заехать за тобой. По секрету добавлю — он что-то упоминал о сюрпризе, — как истинный заговорщик прошептал Жерар, наклоняясь к Розе. Тут же он чуть не повстречался носом с брусчаткой, когда Кошмар в очередной раз брыкнулся. — Все-все, уже едем к твоей даме сердца! Кольцо из морковки уже успел подготовить? Или подковы позолоченные?
Чертыхаясь, всадник удалился, помахав девушке рукой. На улице уже темнело, на город опустились сумерки. По тротуару скользили редкие прохожие, раз в несколько минут по улице могли проехать кареты извозчика, или проскакать несколько резвых всадников на молодых конях. Роза, погладив Бурана по шее, направилась к поместью маркиза, обдумывая предупреждение Зелмана и разглядывая освещенную редкими фонарями улицу.
— Стоять! — внезапно раздался чей-то оклик, когда до ворот поместья оставалось от силы двадцать метров.
Розмари обернулась, чуть не упав с коня, которого какой-то прохожий резко потянул за поводья. Брыкнувшись, Буран неохотно остановился, громко заржав.
— Что вы себе позволяете?! — воскликнула девушка, лишь каким-то чудом удержавшись в седле. — Кто вы такой?
— Не узнала меня? Говорят у вас есть такая примета. Богатым теперь буду, — хмыкнул ее собеседник, скидывая капюшон и продолжая удерживать коня за поводья. — Спускайся, пока тебя никто не увидел. Здесь запрещено ездить на лошадях по тротуару.
— И не подумаю. Отпустите моего коня! — Розе стоило лишь мельком взглянуть на лицо своего новоиспеченного собеседника, как по спине пронесся рой испуганных мурашек. — Я спешу, отпустите!
— Я тебя надолго не задержу, — хмыкнул мужчина, легко обхватывая девушку за талию и снимая ее с коня. Вырываясь, Розмари и не заметила, как ее вполне спокойно опустили на тротуар. Ее собеседник галантно поклонился, сжимая пальцы Розы и оставляя на костяшках легкий поцелуй. — Теперь узнаешь?
— Кейдар Мохсен, — прошипела девушка, вырывая свои пальцы из руки мужчины. — Что вам от меня нужно?
— Ты хорошо играешь на рояле, — улыбнулся работорговец. Заметив удивление Розы, он рассмеялся. — Я дослушал, даже хотел похвалить. Но хвалителей набежало предостаточно. Видел вчера твою компанию... Твой хозяин оказался весьма грубым типом, знаешь ли.
— Неужели он вас послал куда подальше? — брякнула Розмари, спешно прикусывая язычок. Кейдар сделал вид, что не расслышал, или шепот девушки действительно не достиг его ушей. — И все же, что вам нужно?
— Спрашивать о том, куда ты направляешься — бесполезно. Я уже догадался, — он кивнул в сторону кованных ворот. — Всего лишь составлю тебе компанию. Сам шел в гости к другу, — улыбнулся Кейдар, вновь хватаясь за поводья ее коня, и отводя того к проезжей части. — Идем.
Розмари осталась на месте. Не очень то ей улыбался вариант пусть и краткой, но прогулки с этим человеком. Мало ли что он мог выкинуть? Зелман же предупреждал, что здесь могут банально отобрать документы и через три-четыре дня она уже будет на рынке Египта или Алжира. По коже пробежалось очередное стадо мурашек. А что, если он заманивает ее в ловушку? А что, если Рауль его сообщник?! В голове роились десятки мыслей, одна кошмарнее другой.
Работорговец остановился, заметив, что Роза не идет за ним.
— Ну, чего ты? Боишься меня? — хмыкнул он, изгибая бровь. Как же сильно он унизил девушку этим взглядом, этой надменной расслабленностью. Да в сравнении с ним, Зелман — просто святая невинность! — Я не причиню тебе вреда. Пока. Обещаю, — кивнул Кейдар, протягивая девушке руку.
— Вовсе я и не боюсь, — буркнула Розмари, подавляя в себе желание оттолкнуть его и побежать куда глаза глядят. Останавливали лишь незнание города и наличие в ночных переулках личностей похуже, чем этот работорговец.
Судя по тому, что Розмари однажды видела, случайно забредя на невольничий рынок во время прогулки, Кейдар еще вполне лояльно относился к ней и Монике, тогда. Мог же просто избить и все. Сил ему бы хватило, хватка у него была просто железной. Даже Буран с какой-то опаской топтался рядом, глядя на этого работорговца с юга.
За руку идти с ним было бы верхом мазохизма, так что Розмари медленно и с опаской побрела рядом. Нет, конечно, не обязательно было бояться его. Но опасаться стоило. Мало ли, что было у него на уме.
***
Семья Орлонд правила бал в Рэмайро уже несколько столетий. Но была у них дурная слава. То ли проклятие, то ли злой рок, но все наследники рода Орлонд рождались больными. Большинство из них не доживали и до пяти лет, кому-то везло прожить до двадцати и умереть в муках. Злые языки даже говорили, что все это было оттого, что семья Орлонд гордилась уникальной внешностью своих наследников. Потому и шептали люди, что было в связи глав семейства что-то кровосмесительное. Оттуда и страшные недуги. Верить тому или нет, конечно, оставалось личным выбором каждого. На первый же взгляд единственный выживший из пяти сыновей семьи Орлонд показался Розе добрым и отзывчивым человеком. Слегка рассеянным, но весьма приятным в общении.
Он чудесно играл на фортепиано. Расположившись в библиотеке на втором этаже поместья, он наиграл девушке несколько сонат, затем попросил повторить. Мягко поправляя ее, когда она сбивалась, и все же заставляя играть все заново. Около двух часов длилось это занятие, но Роза все время была напряжена. Ей никак не удавалось сосредоточиться. Она чувствовала, что на нее неустанно смотрел Кейдар, сидевший в глубоком кресле в углу зала. Что он вообще хотел от маркиза? Они же только обменялись приветствиями и все, не похоже было, что Рауль ждал друга в гости. Неужели он пришел сюда за девушкой? Но, как же...
— Где ты витаешь, Розмари? — маркиз склонил голову, убирая ноты.
— Я думала о нашем возвращении в Шалле, — растерянно отозвалась девушка, отведя взгляд. Было в этом человеке что-то, что заставляло Розмари сторониться его. Старательно избегать.
Нечто подобное она испытывала, находясь рядом с Кейдаром, но здесь все было ясно, девушка боялась его, и вполне обоснованно. Какое-то подобное чувство она поначалу испытывала, оставаясь наедине с Зелманом. Но за время, проведенное вместе, девушка поняла, что, в сущности, он не опасен для нее. Лишь может выкинуть что-то... ранее неожиданное, но теперь уже ставшее ожидаемым. Все меньше Роза ожидала от него чего-то нового. Он и дальше будет читать ей книги, флиртовать, беззастенчиво заигрывать в отсутствие Рея, подшучивать и цитировать любимый роман.
— Об этом подумает Рей. А тебе в данный момент, — Рауль улыбнулся, приподняв подбородок девушки, — сейчас стоит думать о музыке. И обо мне. Желательно, без страха.
— Что вы говорите? К-какой страх? — конечно же, голос Розы предательски дрогнул.
— Неужели я тебе настолько противен? Или я столь страшен, м? — маркиз мягко улыбнулся, откидывая назад волны жемчужных волос и поднимаясь со своего места.
— Да что вы говорите, господин Орлонд! — Роза вскочила, следуя этикету. — Я ни в коем разе не хотела вас обидеть или задеть, просто...
— Рауль. Я же просил, зови меня по имени. Чувствую себя слишком старым, — рассмеялся он, переглядываясь с Кейдаром.
Тот сидел в кресле у стены, покуривал трубку. Розмари никогда раньше не видела, чтобы курили трубку. Если в ее родном городке и были курильщики, они не могли позволить себе качественные сигары, потому покупали дешевые самокрутки у проезжих торговцев. Жерар курил лишь сигары, и только привезенные из-за моря. Хоть это и стоило намного дороже, чем покупать обычные заводские сигары сделанные в пригородах Шалле, всадник продолжал покупать только заморские, табак для которых был собран на плантациях самой Америки. Зелман хоть и не курил с такой завидной регулярностью как Жерар, но мог позволить себе одну или две ментоловых сигаретки в неделю. Со слов Жерара можно было сделать вывод, что он бы и сам, может, курил такие, знай он место, где их можно было бы раздобыть. А Зелман секретом не делился, лишь загадочно улыбался.
— Ты трусишка, Розмари, — констатировал работорговец, ухмыляясь. — Будешь отрицать?
Не самой лучшей идеей было остаться в этой компании. Роза уже понимала, что ее нога более никогда не переступит порог этого дома, но нужно было дожидаться Рея. И надо же было, чтобы Кейдар пожаловал в гости к другу именно сегодня!
— Буду, — буркнула девушка, собирая в себе остатки гордости.
— Гляди-ка, — хмыкнул Кейдар, откладывая трубку и поднимаясь с кресла.
Розмари вздрогнула, вдруг ясно осознав, что если в его голову что-то взбредет, то Рауль не остановит друга. Нет, они знают, что она и не пикнет, если эти двое с ней что-то сделают. Их могло остановить лишь... что? Самый влиятельный человек города сейчас стоял в метре от Розы, переглядываясь со своим южным другом, одним из богатейших работорговцев. В данный момент только от девушки зависела ее же судьба. Одно неверное слово — и Мохсен может что-то выкинуть.
— ...какая она смелая. Дрожала как осиновый лист, лишь завидев меня, но упорно доказывает, что ей ни капельки не страшно. Вот чудная!
— Не пугай ты ее, она еще совсем ребенок, — покачал головой Рауль, примирительно улыбаясь.
Розмари вернула ему благодарную улыбку. Хоть Рауль и вызывал у девушки странное чувство, нельзя было с уверенностью сказать, что он плохой человек. Нет, скорее слишком безразличный ко всему. Спокойный, слегка лукавый и чем-то увлеченный. Это было видно по глазам. Он словно бы и не здесь был, он мечтал. Мечтателям везет, они могут создавать для себя свои миры, о которых более никто не в силах узнать.
— Ей восемнадцать, вовсе и не ребенок, — отозвался работорговец, опустив на лакированное покрытие стола черную табакерку. Да уж, последняя надежда таяла на глазах. У Кейдара, оказывается, была хорошая память. Он единожды видел карточку Розы, но запомнил ее возраст. — Роуз...
— Не называйте меня так!
— Что?.. — Кейдар слегка опешил. Он удивленно взглянул вначале на девушку, затем на друга и снова на девушку. — Почему это?
— Мне не нравится. Я Розмари, или Роза. Никак и-иначе, — сглотнула она, наблюдая за реакцией работорговца.
Кейдар несколько секунд молчал, а затем рассмеялся, делая шаг к девушке. Началось, договорилась!
— Не нравится, значит? — усмехнулся он, покачав головой. — Значит, Розмари, — Кейдар слегка нахмурился, — в жизни очень много того, что «не нравится». И частенько приходится делать то, что совершенно не нравится. И совесть протестует, а надо. Поняла? — девушка кивнула, борясь с желанием отступить. — Диву даюсь, — вздохнул Кейдар. Роза сейчас буквально физически ощущала на себе его испытующий взгляд. Взгляд холодных как лед глаз, скользящий по ней и пронзающий насквозь. — Ты же обычная девочка. Находишься в компании двух аристократов, и совершенно не боишься.
Это издевка? Он шутит? Да у Розмари сердце в пятки ушло еще, когда он встал!
— Вы уж определитесь! Один говорит не бояться его, второй удивляется, что я не боюсь, и как бы намекает, что стоило бы все-таки бояться. Определитесь! — воскликнула девушка, окончательно запутавшись и делая шаг в сторону от Кейдара.
— Остановись! — Лишь заслышав этот властный, не терпящий возражения тон, Розмари тут же замерла, словно вкопанная. — Умница. Хоть и трусиха. А еще и маленькая врунья, — протянул он, явно потешаясь над девушкой.
— С чего бы это?..
— Не догадываешься? — рассмеялся, все это время молча наблюдавший за разворачивающейся перед ним сценой, Рауль. — Ты же соврала моему другу, что Зелман твой хозяин. Мне-то известно, что ты принадлежишь Рею, вот я и поделился с ним.
— Тем более, я видел твою карточку, — добавил Кейдар, все еще испытующий Розу на прочность, глядя ей в глаза. — Ты имела неосторожность показать ее мне. А там черным по белому написана фамилия хозяина. Что скажешь, лгунья?
— Я должна была соврать! Иначе вы бы меня... — Роза запнулась.
— Что?
— Сам знаешь! — выпалила Розмари, отворачиваясь и избавляя себя от этого зрительного контакта.
— Как грубо. А ты, значится, не знаешь? — хитро ухмыльнулся работорговец. — Знаешь, когда я явился к Зелману и предлагал выкупить тебя, то получил весьма категоричный и грубый ответ. Представляешь, каким дураком я себя чувствовал, когда Рауль поведал мне о том, что я банально обратился не к тому человеку? Конечно же, Рей повторил его отказ, хоть и в более вежливой форме. Но этот Зелман... — Кейдар поморщился, — ладно ты, маленькая и глупая девочка. Но он! Как только хватило наглости так неприкрыто лгать, глядя в глаза? Увидев вас вместе вчера на приеме, я даже подумывал над тем, чтобы вызвать этого наглеца на дуэль и застрелить. Но он ведь отказался бы. Ему плевать на свои имя и честь. Хотя последней там и не пахнет.
— Не смейте так о нем говорить! — вспылила Розмари, делая шаг вперед.
Нет уж, она не позволит никому, пользуясь ее безмолвием, оскорблять человека, который значил для нее едва ли не больше всех в мире. Внутри у Розы что-то дрогнуло. С каких пор она начала настолько переживать за него? Когда стала выделять ему столько места в своем сердце?..
— Прости, что?.. — Кейдар тактично сделал вид, что ослышался.
— Вы понятия не имеете, о ком говорите, — процедила Роза, находя в себе силы заглянуть в глаза работорговца. — Если Зелман Аркур и его манера общения не вписываются в ваше понятие о чести...
— То что? — работорговец скептично изогнул бровь.
— Пересмотрите свои понятия о чести, — Розмари выдохнула. — Вы позволили себе преследовать Монику, запугивали меня. Поднимали руку на женщин!
— Рабынь, — поправил Кейдар. Его выдержке и спокойствию можно было только позавидовать.
— Будучи рабынями они перестали быть женщинами? — Роза фыркнула. — И вы смеете еще что-то говорить о чести? Да в вас ее ни на грош! Вам есть чему поучиться у Зелмана Аркура. Он никогда бы не опустился до запугивания или издевок, не стал бы упиваться своей силой, не поднял бы руку на девушку!
— Хватит! — тираду Розмари внезапно оборвал Рауль. — Не забывайте, где вы находитесь. Оба, — он бросил хмурый взгляд на Кейдара. — Ты, милая Роза, совершенно не имеешь понятия о чем говоришь. Не выгораживай Зелмана только потому, что он был добр к тебе. В чем я очень сомневаюсь, — он усмехнулся. — Позволь спросить, в вашу с ним первую встречу ему было известно о том, что ты являешься наложницей его друга? — Роза кивнула, не понимая, чем был вызван подобный вопрос. — Дай-ка угадаю, — маркиз тихо хохотнул, — он тебя изнасиловал? Или хотя бы попытался.
По спине Розы побежал предательский холодок. Откуда Раулю было знать об этом? Нет, никто не мог ему рассказать. Сам Зелман, судя по всему, не слишком уважительно к нему относился. Кроме него и Розы об этой ситуации знал только Жерар, но он ни разу не переступал порога поместья семьи Орлонд!
— Молчание — знак согласия, — саркастично выплюнул Кейдар.
— С чего вы вообще это взяли?.. — Розмари нервно отступила, стоило работорговцу сделать шаг в ее сторону.
— Розмари, — Рауль отвел взгляд, — я знаю Зелмана большую часть его жизни. Поверь мне, если тебе он кажется хорошим, то тебе так только кажется.
— Погоди, Рауль, может, девочке просто нравится, когда ее ни в грош не ставят и обращаются с ней как с подстилкой? Помнится мне, именно так Аркур относился ко всем женщинам в своем гареме, — Кейдар рассмеялся, приближаясь к Розмари. — Надо было сразу сказать, если тебе привычнее, чтобы тобой пользовались. Зачем тогда мы тут любезничаем? Ты знала, что твой господин Аркур умеет быть невероятно жестоким? Ему нравится причинять людям боль.
Опустив руку на плечо Розмари, Кейдар вызвал у девушки почти болезненный писк. Ее взгляд метнулся к маркизу, но тот лишь отвел взгляд, неосознанно касаясь пальцами щеки. Еще в их первую встречу Розмари заметила, что его идеальное, почти фарфоровое лицо, портил лишь небольшой шрам на левой щеке. Девушка хотела уже рвануться в сторону, стряхнуть с плеча руку Кейдара. Как вдруг...
— Прошу прощения, маркиз Орлондский, Кейдар Мохсен. Надеюсь, мы вам не помешали? — в дверях стоял Рей, а за его спиной Роза с удивлением заметила силуэт Зелмана.
— Нисколько, господин Салэс, — маркиз улыбнулся. — Не думал, что вы пожалуете за вашей подопечной так рано.
— А я, знаешь ли, получил письмо от твоей дочурки, — встрял Зелман, только искры из глаз не метая. — Представляешь, она звала меня на свидание! Тебе бы поучить ее манерам, это уже как-то неприлично, юной девушке писать такое взрослому мужчине. И, вот диво, она упомянула, что сегодня в гости к папочке явится его дорогой друг с юга! Кажется, ты забыл предупредить об этом Рея?
— Ты хочешь меня в чем-то обвинить, Аркур? — Рауль взглядом проследил за Розмари, которая метнулась к Зелману, буквально прячась за ним. — Мой друг вчера на приеме имел радость услышать игру Розы на рояле. Ему так понравилось, что он решил понаблюдать за нашим уроком.
— Верится как-то с трудом, — даже не пытаясь быть вежливым, процедил Зелман. — Позвольте нам откланяться, а то я, знаешь ли, не люблю опаздывать на ужин.
Сжав руку Розмари в своей, он тут же покинул библиотеку, увлекая девушку за собой. И Роза готова была поклясться, если бы не присутствие Рея, то Зелман мог бы и наброситься на Кейдара. В его понимании он посмел прикасаться к его собственности. Пусть и не по документам.
— Маркиз, могу я украсть у вас еще несколько минут? — проводив Зелмана взглядом, Рей вернул все свое внимание хозяину поместья. Он старательно игнорировал присутствие в комнате еще и Кейдара.
— Конечно, друг мой. Присаживайтесь, — Рауль опустился в глубокое кожаное кресло, указывая Рею на место напротив. — Чем могу быть полезен?
— Благодарю, — Салэс присел, хмуро глядя на собеседника. — Мне стало известно, что вы поддерживаете работу работорговцев с юга на территории Рэмайро. Они вершат здесь самосуд, похищают девушек и переправляют через море, — Рей бросил короткий, но весьма красноречивый взгляд на стоявшего поодаль Кейдара. Тот лишь тихо хмыкнул. — Более того, как я вижу, с одним из них вы водите дружбу.
— Не вижу в этом ничего предосудительного, — спокойно отозвался Рауль, слегка пожимая плечами. — Работорговля — хлеб для многих, вам ли не знать.
— В вашей дружбе с господином Мохсеном действительно нет ничего криминального. Но вы сотрудничаете со мной, — в голосе Рея послышались металлические нотки, — и вам прекрасно известно, что Око стремится поглотить весь рынок торговли людьми в Рэмайро. Как, по вашему, я должен реагировать на то, что мой союзник работает с моими прямыми конкурентами? — маркиз прикрыл глаза, пожевал губами, однако счел правильным промолчать. — Вы поддерживаете бесчеловечные методы этих, не побоюсь этого слова, варваров!
— Я бы попросил, — сухо кашлянул Кейдар. — Не забывайте, Салэс, благодаря кому во Францию пришла работорговля, позволившая вашим предкам построить тот бизнес, с которого вы сейчас имеете доход.
— Я бы отдал все за то, чтобы вернуться в прошлое и не позволить этой чуме коснуться моей страны, — процедил Рей, глядя на работорговца с плохо скрываемым отвращением.
— Рей, — маркиз, в конце концов, решил заговорить, — я знал вашего отца, и он действительно хотел развивать свой бизнес. Увидев вас и услышав ваши речи сегодня, я могу сделать лишь один вывод, — он скрестил пальцы в замок. — Вы стремитесь не обогатить компанию, но захватить все узлы торговли, чтобы в дальнейшем уничтожить их изнутри. Я ведь прав?
— Это было бы слишком хорошим исходом, — признался Рей, ни на миг не смутившись. Словно бы он и не скрывал об общественности свои планы.
— Звучит слишком утопично, — Кейдар хохотнул. — Вы действительно в это верите, Салэс? Вам в детстве читали слишком много сказок о героях, спасающих бедняков от злых богачей? — он одарил Рея настолько скептичным взглядом, что тот невольно прикрыл глаза. — Дам вам один совет. Не забывайте, что для простого люда вы навсегда останетесь тем самым злым богачом.
— Боюсь, маркиз, мне придется прекратить сотрудничество с вами, — отчеканил Рей, проигнорировав выпад работорговца. Но тот видел, что его слова попали в точку. Задели Салэса.
— Пусть будет так, — Рауль совершенно спокойно кивнул. — Я прекрасно понимаю, что ваша компания не пойдет ко дну от потери моей поддержки. Но советую вам забыть о рынке Рэмайро. Здесь совершенно другой менталитет, друг мой. Вам, видимо, никогда его не понять.
— Тем лучше, — Рей коротко кивнул, поднимаясь со своего места. — Раз так, позвольте откаланяться.
— Салэс, — маркиз остановил его, когда Рей уже приближался к дверям библиотеки. — Вы интересный человек. Если еще, по чистой случайности, окажетесь в Рэмайро, заглядывайте ко мне.
— Непременно.