Глава 14
КАРОЛИНА
В какой момент произошло все таким образом? Я, не зная Марка, спала с ним в одной постели, как бездомная куртизанка. Как это могло случиться? И моя паническая атака, спровоцированная громом. Он был свидетелем всего этого. Вдруг это потом окажется выставленным против меня и Виктора? Я совсем разучилась здраво мыслить. Ещё один мой просчет.
После того, как мы умылись и почистили зубы, Марк стоял рядом со мной, скрестив руки на груди и пристально наблюдая, пока я готовила омлет с беконом и тосты с ветчиной и сыром. Я терпеть не могу, когда кто-либо смотрит на меня, особенно следя за всеми действиями, но с Карницким было спокойно. Или это ложное чувство?
-Можешь не беспокоиться. После всего, что ты для меня сделал, я не собираюсь палить твою квартиру, - я сдула выбившуюся прядь. - или сыпать крысиный яд в еду.
-Разбойница, - он пожал плечами.
Я убавила огонь на навороченной плите. Если бы такая же не стояла у меня дома, я бы даже включить ее не смогла. Что уж там, Виктор не подпускает меня к кухне, объясняя это тем, что готовка не для белоручек. А когда я таковой вообще являлась? Можно сказать, я копалась в грязном белье людей, следила за ними, чтобы докладывать это Виктору. Я незаметная.
–Где ты научилась готовить? - вдруг спросил Карницкий, словно услышав мои размышления.
–Виктор запрещал мне посещать кухню. Говорил, что это место для прислуг. Но когда его не было дома, я пробиралась и запоминала, как все работает и что нужно, чтобы приготовить, - начала вдаваться в воспоминания я, когда в моей голове вырисовывались образы добродушных талантливых поваров, которые работали на нас. - там работала старушка Лида, добрейшей души человек, но папа выгнал ее, как только узнал, что она пускала меня на кухню, держа это в тайне от него. Она учила тому, что готовка - это не просто механизм. Чтобы было вкусно, нужно вложить туда свою любовь и душу.
-Что ты скажешь Виктору? - вдруг спросил Марк.
Я замерла.
-Понятия не имею, - пришла моя очередь пожимать плечами.
-Почему вчера ты не хотела ехать к нему? - вновь поинтересовался Карницкий. Слишком много вопросов. Я стояла к нему спиной, но чувствовала, как его глаза цвета свежей травы, буравят меня.
Потому что, будучи под его покровительством, я не смогу дать отпор - вот мой ответ на вопрос.
-А кто захочет в таком виде показываться родителям? - умело соврала я.
-Ну да, - Марк усмехнулся. - Виктор кстати сказал, что ты не пьёшь и не куришь. Насчёт твоих музыкальных способностей он тоже солгал?
Я закатила глаза.
-Вообще-то я ни разу не пробовала алкоголь. И не курила. До вчерашнего дня, - начала я. -Кстати...
Я выбежала из кухни, оставив своё колдовство, ввалилась в комнату и, порывшись в сумочке, я не нашла его пачку. Вернувшись на кухню, сказала с разочарованным вздохом:
-Твоя пачка осталась на том злосчастном балконе.
Он закрыл глаза и усмехнулся в то время как его скулы обострились, заставляя мое сердечко биться чаще. Марк очень красивый.
-Бандитка.
***
Карницкий привёз меня к соседнему дому. Я специально сказала ему, чтобы высадил меня там. Тихий дорогой район. По дорогам располагались трехэтажные коттеджи для богатых, соревнуясь. Наш же дом снаружи был выполнен в коричнево-молочных оттенках в стиле модерн. Острые углы и стены, панорамные окна, простые балконы и кристально-голубой бассейн с джакузи на крыше второго этажа.
-Спасибо большое, - сказала я и улыбнулась, выходя из машины.
Как только я покинула общество Карницкого, на меня нахлынула паника. От улыбки не осталось и следа. Былое спокойствие испарилось, будто из уютного дома я вышла в страшный темный лес.
Я боюсь Виктора. До жути боюсь Виктора.
У меня было время, пока добиралась до нашего коттеджа. Я сделала несколько вдохов и выдохов, пытаясь расслабиться. Когда вошла в дом, я заметила, что в нем стояла гробовая тишина.
Сердце пропустило удар, вместе с кровью по сосудам разлился противный липкий страх. Руки предательски затряслись.
Сзади послышались тяжелые шаги.
-Маленькая шлюха, - сжав зубы, прошипел Виктор. - ну что? Ты сразу отдалась? Или ему пришлось тебя напоить? Или заплатить?
Я опешила. Мне отчаянно хотелось спросить: «Ты в своём уме?». Но он бы просто меня убил.
Я закрыла глаза, будто это могло перенести меня в другую вселенную.
-Впрочем неважно. Хочу сообщить, - начал он. - вчерашний вечер - вечер, когда ты должна была знакомиться с женихом. Поскольку ты не выполнила мое поручение, ещё и несколько раз облажалась, у меня не осталось выбора, который был бы в твою пользу. Я тебя предупреждал. Ты меня не раз ослушалась и надоела мне.
Он кинул на пол папку. Я подняла ее и открыла.
-Его зовут Ренат, - на изображении был тот самый отвратительный мужик, который лез ко мне вчера. С фотографии на меня глядел мужчина бальзаковского возраста с ямочкой на подбородке и чёрными глазами. Он внушал страх. - ему тридцать шесть и он готов объединить наши фирмы, когда женится на тебе. Тогда никакой Марк Карницкий с его дружками не будет нам страшен. Это главная информация. Остальное ты можешь увидеть в папке.
Я чуть не расхохоталась. Ей-Богу, это напоминает какой-то тупой фильм. Ситком. Или книгу с жанром романтики, в которой я вдруг стала главной героиней.
-Ты шутишь? - Виктор смерил меня взглядом, но я не стушевалась. - Ему тридцать шесть! Он вдвое старше меня...
-Послушай, мне абсолютно плевать, - небрежно перебил отчим. Я сейчас взорвусь. Сжав руку в кулак, почувствовала, как ногти впиваются во внутреннюю сторону ладони. - конечно вряд ли у тебя будет сильная любовь к нему, но привыкнешь. Слюбитесь. Ты ему приглянулась. Многие молодые девушки таким образом вступают в брак. И ничего. Живут.
-Меня сейчас стошнит, - с презрением сказала я. - делай что хочешь, но замуж выходить за него я и под дулом пистолета не стану.
В помещении воцарилась тишина. Мы оба подумали о том, что я сейчас сказала.
-Иди в комнату, - первым прервал молчание Виктор, с укором смотря на меня.
Я так и сделала.
***
Болван. Имбецил. Тварь. Скотина. Тупой идиот! С этими словами я избивала ни в чем неповинную стену, делая из своих рук отбивные.
Какого хрена? Почему Виктор это делает? Почему я должна выходить замуж за этого морального урода? Он лапал меня. Прикасался ко мне. От одних этих мыслей меня уже выворачивает наизнанку. Он в отцы мне годится. Мне всего восемнадцать. Ему тридцать шесть. Боже. Мой мозг не был способен сопоставить все эти факты. Все это слишком сюрреалистично.
Пошёл он к черту. Я скорее покину этот дом и стану бездомной нищенкой, чем соглашусь на эту авантюру.
Виктор совсем выжил из ума.