Павшие

 Шум офиса, сливаясь с шумом работающей техники создавал какую-то невероятную рабочую атмосферу. Хотелось просто сесть и разом сделать все то, что запланировано на неделю вперед. Зачем откладывать на потом, если желание есть уже сейчас?

Практиканты сегодня опаздывали. Судя по всему, недельный отпуск был для них тем самым расслабляющим фактором, который не позволял быстро вернуться в рабочий процесс. Это как после долгого отпуска в Америке у бабушки - не слишком-то охота возвращаться домой, в холодную Россию. Тим их понимал и совсем не осуждал, потому что сам такой же. Он сегодня вообще не хотел никуда идти, но совесть и какие-никакие обязанности все-таки пересилили лень.

После тяжелых выходных дней вне дома Тимофею хотелось одного: проваляться всю неделю в своей кровати. Он не хотел разгребать все то, что на него навалилось. Пусть все проблемы подождут, пока он наберется физических и моральных сил. Сейчас у него были силы только на то, чтобы разгрести какие-то рабочие документы, да составить график на неделю. Какой-то план практических заданий, чтобы не только дать ребятам материал за пропущенную неделю, но и успеть выдать то, что было запланировано на эту. Прозябать им некогда, слишком большой план, предоставленный колледжем: народное искусство, стрит-арт, неоклассика в интерьере, современная живопись, объемные фигуры и их построение. Это было далеко не все. Когда Тим учился в колледже, а это было не так давно, все это они проходили на парах. Учителя сами им все объясняли, разжевывая как младенцам. Сейчас же у образования были другие стандарты. Ученик должен все изучать сам. Учитель же должен просто проверять его, чтобы удостовериться в том, что он способен самостоятельно освоить знания. Эта система, конечно, работала. Только никто не учел то, что если не учат учителя, то учит кто-то другой: репетитор, родители, старшие товарищи или руководитель практики. Тим уже однажды столкнулся с тем, что ни Валерка ни Василий не поняли, что он от них хочет. Пришлось в начале им провести мини лекцию, объясняя основы.

Сегодня он планировал сразу две темы: прованс и шебби-шик. Они должны будут нарисовать небольшую комнату в одном из этих стилей. Шебби-шик и прованс - сильно похожи между собой, с небольшой разницей. Прованс - изящная светлая мебель с резными, в основном, деревянными каркасами. Оттенки пастельной гаммы от песочного до нежно-голубого и лавандового. Различные сухоцветы и картины с полями. В шебби-шике присутствует неуловимая аура старины, которая получила вторую жизнь. Интерьер очень нежный и женственный. Искусственно состаренная мебель, которая может быть либо винтажной, либо ретро. Трещинки, сколы и неравномерный слой краски отличает шебби-шик от прованса. Хоть стили, на первый взгляд, одинаковые, - они совершенно разные в своем воплощении.

Тим решил перед приходом практикантов сходить на улицу и покурить. Если они такого не проходили, то придется понервничать, чтобы они поняли. А чтобы не сорваться, - нужно покурить. Никотин успокаивает и дает новые силы. Похлопав себя по карманам пиджака, он удостоверился, что пачка на месте.

Узкий переулок со стороны черного входа был покрыт глубокими сугробами. Если бы Тим курил один, то дверь бы даже не открылась, подпираемая снежной кучей. Но, к счастью, в их корпоративной «курилке» был вытоптан небольшой участок, на котором и стоял Тим, напитывая свои легкие никотином.

Дети, которые шли в школу, явно не торопились. Они делали все что угодно: играли в снежки, катались кубарем с сугробов, валяли друг друга по земле и играли в догонялки. Сразу видно, что у ребят большая тяга к новым знаниям. Даже немного забавно за ними наблюдать, есть в этом что-то такое, ностальгическое.

Черная машина, останавливаясь у тротуара, перегородила Тиму вид на детей. Задняя дверь открылась, выпуская красивую девушку.

Тим потерял дар речи сразу по двум причинам: первая - нереальная красота, ослепляя, не давала отвести взгляд, а вторая - то, что этой девушкой была Женя. Длинные распушенные волосы сегодня спадали волнами по плечам. В них мигом появилось несколько десяток снежинок, делая ее образ еще более волшебным. Высокие сапоги из черной замши на небольшом каблуке просто идеально сочетались с ее кремовым пальто. Розовый шарф, обмотанный вокруг шеи, был не только красивым аксессуаром, но еще и согревал Женю, сохраняя тепло. Все в ней было прекрасно, даже злой голос, которым она послала таксиста.

Злобно хлопнув дверьми, она показала средний палец, крикнув:

- Да чтоб у тебя сегодня день пошел по одному месту, урод!

Ей никто не ответил. Машина, немного пробуксовывая, уехала, оставив небольшой клуб серого дыма.

«Нереальная девушка. И как я мог ее променять на парней, а потом на какую-то дылду?» - подумал Тим, выкидывая окурок в сугроб.

Что ей понадобилось сегодня в офисе, - было не важно. Важным было то, что он сможет все ей объяснить уже сейчас, не дожидаясь завтрашнего дня.

Вывернув из-за угла, он подошел к девушке, аккуратно тронув ее за руку, привлекая внимание:

- Привет, Жень. Мы можем поговорить?

Девушка остановилась. Повернув голову в сторону звука, она посмотрела Тиму прямо в глаза. Это было немного забавно, особенно учитывая их разницу в росте. Даже на каблуках, Женя была ниже его сантиметров на двадцать.

- А, это вы? - бесцветно сказала она, отворачиваясь. Женя снова пошла в сторону дверей, продолжая говорить на ходу: - А нам разве есть о чем говорить? Мне кажется, что вы еще в субботу ясно дали понять свою точку зрения.

Тим, немного отставая, шел за ней, пытаясь нагнать.

- Нет, Жень, ты не так все поняла! Я забыл, что обещал сводить тебя в кафе. Дурак, знаю, но все мы люди и можем что-то забыть. Прости меня.

Женя остановилась. Она развернулась, задев лицо Тима своими мягкими волосами. Они пахли персиками.

- Если бы вы хотели провести со мной время, то не забыли бы. И вообще, что это за манера такая: напиваться с горя, вместо того чтобы позвонить и все объяснить? Я не дура, поняла бы. Но вы только и смогли что утопить свое горе в стакане.

Девушка закончила свою небольшую тираду, замолкая. Сейчас она стояла и смотрела на него, ожидая хоть какого-то ответа, хоть какой-то реакции.

Тим не знал как еще себя оправдать, да и нужно ли ей это. Может она уже все для себя решила, а сейчас просто пыталась закрыть эту тему до конца, чтобы не оставлять никаких хвостов.

Сердце бешено билось, отсчитывая секунды до конца. Глубоко вдохнув, Тим выдал на одном дыхании. Если рубить, то сразу и резко, так не будет больно.

- Я сначала забыл о том, что позвал тебя на свидание. Признаю, моя вина. Но потом, когда ты сказала, что не хочешь, чтобы я тебе писал, у меня сорвало крышу. Я думал, что это все, - конец. Психанул и разбил свой телефон, кинув его об стенку. - Тим пошарил в кармане пиджака. В руку Жени лег его разбитый телефон, как бы подтверждая слова о поломке. - Ушел от друзей, ни сказав им куда направляюсь. Потом в клубе напился и, чтобы потушить свою боль, совершил ужасный поступок. Я переспал с первой попавшейся женщиной, которая просто поцеловала меня в щеку. Мы уехали в другой город, а зачем, я не помню. Я вообще не помню ту ночь, если честно.

Он поник. Отпустив голову, признавая свой окончательный провал в ее глазах, Тим тихо пробормотал:

- Я пойму, если сейчас ты разозлишься и побьешь меня. Я заслужил. Я не должен был тебя придавать и делать тебе больно. Но я такой, я не умею контролировать себя в состоянии аффекта. Прости меня, пожалуйста. Я пойму, если после этого ты точно не захочешь меня видеть, я...

Он не успел договорить. Ощущения, смешиваясь, превратились в неясный комок чувств, опаляя его изнутри. Облегчение пришло только когда он понял, что поступил верно, признавшись в содеянном, выкладывая все как есть.

Щеку, которая и без того горела от холода, обожгло от удара. Для девчонки удар был достаточно сильным и точным, словно она тренировалась давать пощечины. Гнев сменился на милость. Женя собрала его футболку в свой небольшой кулак, притягивая парня ближе к себе. Мягкие губы, накрыв его, немного сухие из-за мороза, опалили жаром. Поцелуй был полон нежности и доверия. Тим был на седьмом небе от счастья, когда понял, что он прощен. Ему простили измену и забывчивость, которую он просто поменял на честность. Девушки они такие - ценят честность в первую очередь.

Тим так и стоял, не решаясь прикоснуться к Жене, боясь, что ему это не позволено. Было все равно на то, что ему было немного не комфортно. Он не знал куда деть свои руки, которые хотели прижать девушку ближе, чтобы обнять ее и никогда-никогда не отпускать. Хотелось зарыться пальцами в ее шелковистые волосы, от которых так приятно пахло персиковым шампунем и какими-то легкими духами.

Женя первая разорвала поцелуй, отстраняясь. Ее губы были слегка влажными и блестели в свете уличного фонаря. Тим тяжело дышал, следя за ней взглядом.

- В следующий раз я отрежу тебе то, что ты считаешь своим достоинством. Я не господь бог, чтобы прощать дважды. - ее голос не был нежным, скорее поучающим. Тон не требовал возражений и пререканий.

Тим кивнул. Он сейчас просто не верил своему счастью. Хотелось прыгать как можно выше, крича на каждом углу, что Женя его простила. А еще Женя его поцеловала.

Он так и простоял у офиса, даже и не заметив, что девушка уже давно скрылась за прозрачным стеклом дверей. Время, казалось, остановилось, оставляя его в том самом моменте.

Это был его первый серьезный поцелуй. Все эти страстные поцелуи, которые были после того, как он расстался с Машей - просто нужда и способ возбудиться. Они все фальшивые и одноразовые. Но этот больной и нежный одновременно поцелуй, который затуманивал его мозг, совершенно не был таким. Пропитанный лаской, доверием и болью, которое причинило ей признание Тима. Поцелуй-прощение.

Очнувшись от наваждения, Тимофей поспешил обратно в офис, возвращаясь через черный вход.

Из-за того, что он промерз на улице, Тима немного трясло. Но, спасибо компании, на их кухне всегда можно было согреться, выпив чашку-другую горячего кофе. Все столики были свободны, поэтому Тим, сел за тот самый, за которым обычно сидела Женя. Он стал согреваться, мерно отпивая темный обжигающий напиток.

- А я тебе говорил, что так тебе намного лучше. Ты хотя бы на девушку стала похожа. - донеслось откуда-то со стороны входа. Тим сразу узнал голос Василия. Сомнений, кому он мог это все говорить, не было. Такой поучительный и вечно недовольный тон, Тим слышал в моменты его обращения к Валерке. - Наконец-то Тимофей увидит тебя в человеческом виде, а не монстром или разнорабочим. Сядь, я принесу тебе чай.

Василий появился в поле его зрения. Он подошел к кухонной тумбе, щелкая чайником. Валерки было не видно, наверно она, смиряясь, сидела где-то за столиком у стены.

«За что ей все это» - Тим вздохнул, думая о бедной девчонке, которой в жизни не очень-то везло. - «Надеюсь, что этот Василий сам поймет, что она ему не подходит. Пусть надавит на своего отца. Ему больше подойдет серая мышь, но никак не Валерка».

Когда чайник закипел, Василий, не спрашивая мнения Валерки, налил ей чай, разбавляя его водой.

- Вот, зеленый чай полезен для нервов. Успокаивает. Без сахара.

- Я хотела черный, - послышался какой-то бесцветный голос девушки. Ей сегодня явно подпортили настроение. - Я не люблю зеленый, он противный. И вообще, я хотела с сахаром.

- Валерия, какой сахар? Ты знаешь, что он вреден для здоровья? Или ты хочешь, чтобы у тебя было ожирение, кариес, или диабет? - не услышав ответа, он пододвинул кружку. - Пей. Тимофей, говорят, ненадолго вышел, скоро вернется. Опаздывать нельзя.

Тим допил свой кофе. Поднимаясь из-за стола, он подошел к кухонной тумбе, и, включив воду, ополоснул свою чашку. Василий и Валерка сидели за столом недалеко от выхода. Валерка и вправду сегодня была в обычной одежде, а ее волосы были забраны в высокий хвост. Разглядеть ее никак не получалось, хотя бы из-за того, что она сидела к нему спиной.

Чувство какой-то справедливости и отеческой заботы, которая взыграла в нем, заставила остановиться у все еще горячего чайника. Достав с полки кружку, он положил в нее новый пакетик черного чая. Залив его водой, Тим бросил в потемневшую ароматную воду два кубика сахара, размешивая их.

Не сказав ни слова, он поставил чашку на стол, ловя на себе вопросительный взгляд Василия.

- Что это, Тимофей? - непонимающе спросил он, переводя взгляд то на него, то на горячую кружку.

- Это горячий черный чай с двумя кубиками сахара. - просто сказал он, смотря на парня. Валерка сидела тихо и, кажется, боялась пошевелиться. - Не хорошо выбирать за девушку, ты об этом знал? Или ты думаешь, что она тебе за это спасибо скажет?

- Черный чай не несет в себе никакой пользы, а сахар и вовсе вреден.

- Вредно с тобой встречаться, а сахар в небольших количествах полезен. - сказал он, отходя от столика. На Валерку он так и не взглянул, но почувствовал благодарный взгляд в спину.