Stigmatum

Если честно, я не знаю, что я могу о себе рассказать, я не шибко интересный...

Давайте так. Как я стал таким, каким стал? Ха, долгая история длиною в 24 года. Дом неоднократно говорил мне, что для своих лет я видел слишком многое (да и не только от него мне доводилось слышать подобное). Думаю, процентов на шестьдесят с моей натурой совпадает сюжет песни "Шрамы" группы Щенки. Как будто с меня списывали. Больше особо я ничего у них не слушал. Это мне скидывала моя бывшая девушка. К слову, она ушла от меня к Марку. Я как будто с самого начала понимал, что она за меня совершенно не держится и готова свалить к первому встречному покрасивее. А когда она увидела моего друга, с которым мы на тот момент только познакомились, тут же поменяла своё отношение ко мне. Бывают такие люди, в которых влюбляешься будто вообще просто так. Смотришь на них или на их фото и не можешь понять, почему сердце так стучит, движения те же, что и у остальных, слова точно такие же. Только стоит им заговорить, как их голос льётся по душе самым сладким нектаром, который хочется собрать в одну баночку и хранить до скончания веков, беречь как зеницу ока... Мне казалось, что она - ангел, спустившийся ко мне с небес. Учились в одном универе, там и познакомились, она всего на год меня старше. Но меня это, естественно, никак не останавливало (я же мамкин ловелас, что тогда, что сейчас). На тот момент я ещё не поладил с родителями, так что на мои финансовые возможности положиться было трудно. Оставалось вывозить вниманием и своей харизмой, которой у меня почти не было, да и нет до сих пор. Я был готов принять в ней абсолютно всё. В этом плане я очень хорошо понимал Алину с её влюблённостью в Марка. Понимал, что ничего нельзя сделать со своим организмом, когда тот всеми силами подаёт знаки. Однако не сразу до меня дошло, что эти "бабочки в животе" - это не самый хороший признак. Да, таким образом моё тело пыталось показать, что людей, от которых горят щёки, надо избегать, а я делал всё с точностью да наоборот.э, гнался за этим мимолетным чувством. Вечно надеялся найти ту самую среди девушек, которым на меня всё равно. Думал, что со временем её отношение ко мне изменится, поэтому мы начнём любить друг друга взаимно. На деле же оказывалось, что со мной встречались либо от отсутствия "запасного плана", то бишь от отчаяния, либо просто из жалости, что примерно эквивалентно. Может быть ещё рано говорить в таком ключе, но мне кажется, что Алина совсем другая. С самого начала я видел, как она борется с собственными чувствами, пытаясь взять контроль над ситуацией, чтобы затем проявлять знаки внимания и в мою сторону. Я понял, что время уступок Марку закончилось, поэтому начал активничать. Хотя это громко сказано. Всё-таки, когда я вернулся на сцену за несколько минут до начала концерта и решил, что хочу поцеловать её, я бы не довёл дело до конца, если бы она в свою очередь не потянулась ко мне. Даже не знаю, как всё сложилось бы в таком случае...

В общем это всё неважно. И, прежде, чем я перейду к главной истории, думаю, надо рассказать ещё немного о себе.

Мой отец, Лоуэлл Константин Михайлович, очень строгий и прямолинейный человек, по национальности наполовину еврей, о чём почему-то старается не упоминать, хотя я в этом не вижу ничего плохого. Мать же - чистая русская. Насколько я знаю, её родители не хотели выдавать дочь за "еврейское отродье", да к тому же ещё в девятнадцать лет за тридцати четырёхлетнего человека, но деньги взяли верх. Отец практически купил себе женщину...

В детстве я ни в чём не нуждался, однако политика воспитания у моих родителей была неизменной и не всегда снисходительной. Как третий сын я мог попросить у них раз в неделю деньги на карманные расходы, однако при этом любые транзакции строго отслеживались вплоть до подробнейшего отчёта о купленных билетах на общественный транспорт. Помню, как отец развёл скандал, когда забыл о том, что проезд подорожал на два рубля. Тогда я даже не смел возразить, но теперь, когда я могу внятно осмыслить его слова, мне стали совершенно непонятны его прежние мотивы. На что такое я в теории мог потратить эти два рубля?

Общая сумма моего "жалованья" рассчитывалась исходя из моей успеваемости в школе, продуктивности дома и общего количества завершённых дел. Однако мой старший брат, Максим, порой (раза два в месяц точно) брал с меня некую "ренту" за проживание с ним на одной территории, а если я отказывался, брал отцовский ремень и бросался с ним на меня. Это была своеобразная плата за его терпение. Подобные запугивания работали, пока мне не исполнилось где-то одиннадцать и я не начал ходить на вольную борьбу, где мне, кстати, немного поломали нос. Не критично, но Марку, как я понял, смешно. Зато Алина сказала, что ей эта горбинка нравится, а её мнение мне в данном случае важнее. Всё-таки не Марку видеть моё лицо каждое утро...

Старшие братья относились ко мне как к мусору, даже когда я вёл себя идеально и за меня им не доставалось. Однако после пубертата я стал выше их обоих. К слову, мой отец ростом 185, а мама - где-то 170, оба старших брата еле до 180 дотягивают, так что, в кого я такой рослый (194) - неизвестно. Может быть в прадеда какого-нибудь, или я - ошибка природы, своеобразный сбой в матрице... В любом случае, благодаря росту и тренировкам, я начал выглядеть более сильным соперником в их глазах, поэтому, когда я перешёл в десятый класс, они окончательно от меня отстали. В этот же момент я начал усиленно искать подработку везде, где было можно. С моими данными я легко мог стать каким-нибудь телохранителем, но по своей глупости не додумался. Хотя это меня наверняка даже спасло, потому что меня легко могли прибить, и я так и откинулся бы по неопытности. Да и кому вообще нужен шестнадцатилетний раздолбай? А пока что на моем теле есть шрам только от пневмата. Но там не было какой-то страшной истории. Максим просто притащил домой этот пистолет домой и начал крутить его в руках. Потом на заднем дворе решил устроить себе стрельбище, использовал меня, наблюдающего за ним из открытого окна, как живую, ничего не подозревающую мишень. Но для такого молодого быка, каким я был, попадание в плечо отозвалось только небольшой болью, все равно что в слона солью выстрелить. Только разозлишь. На следующий день, пока рана ещё не до конца зажила, я съездил в травмпункт, где мне из неё вытащили злосчастную пулю, все обработали как следует и уже зашитого отправили обратно домой. Правда потом к нам приезжал участковый, чтобы выяснить, откуда у несовершеннолетнего подростка рана от выстрела.

Это были не первые мои шрамы.

Самый первый появился на щеке, ибо мой отец очень любил метать ножи и демонстрировать свои успехи друзьям. У нас во дворе до сих пор для затопки стоит небольшой "склад" дерева. Именно в него удобнее всего было кидать, ножи застревают, но их несложно вытащить, даже если кидать с достаточной силой. В тот раз родители с гостями напились, и отец подозвал четырнадцатилетнего меня к себе на улице, демонстративно поставил мне яблоко на башку, отошел метров на пять-семь и метнул в меня нож, который заранее вытащил из арбуза на столе. Да, он кинул в меня кухонный. А чего тут заморачиваться, правда же? Нож пролетел совсем рядом, задев немного мою кожу на щеке. С тех пор там до сих пор красуется небольшая тёмная вмятина.

Да, любовь к оружию - это у нас семейное. Благо, сейчас отец за голову взялся, пить бросил, лечиться начал, даже к психологу походил какое-то время. Не подумайте, он хороший человек и замечательный отец, просто никто из нас не без изъяна. Психологическая помощь, по сути, нужна каждому, потому что абсолютно психически здоровых людей не существует в принципе. Может мои слова звучат, как излияние души о том, что всё моё детство прошло в ужасной обстановке, однако на деле все было куда лучше. Да, строгость присутствовала в какой-то мере, без этого никак, но она постоянно компенсировалась любовью, заботой и поддержкой, а также нашими успехами, полученными благодаря забитому наотказ графику и дисциплине, вбитой в наши маленькие детские головы. Всё-таки мои братья смогли добиться больших успехов в карьере и личной жизни, а Ева, моя сестренка, вообще вундеркиндом растёт, на олимпиадах постоянно выигрывает, умнее меня скоро станет. Что касается меня... Не скажу, что меня обесценивали. Просто, по мнению моего отца, гитарист - это далеко не профессия. Тут я с ним согласен, нельзя рассчитывать исключительно на свою музыкальную карьеру, эта сфера слишком неустойчива для источника постоянного и надёжного дохода. Поэтому я не бросил университет, хотя меня неоднократно хотели отчислить за неуспеваемость и прогулы. Где-то даже должна быть фотография, где Марк, Дом и Влад несут меня на руках в деканат, чтобы выкинуть прямо в двери. Тогда я совсем отчаялся и не знал, что делать, чувствовал давление со всех сторон, но они смогли привести меня в норму, пускай при помощи своих странных, но рабочих методов. Никогда я ещё так громко и долго не смеялся.

Я до конца не знал, какого именно счастья я хочу от жизни, потому что музыкальная деятельность не приносила мне ожидаемого. Так продолжалось, пока я не встретил Алину. Казалось бы, она практически ничего не сделала, чтобы мне понравиться, да, была немного застенчивой первое время, но всё-таки вскоре стала раскрывать мне свою личность. Нам было очень просто найти хорошие темы для разговоров, буквально создать их из пустоты. Я даже помню тот момент, когда я окончательно решил, что постараюсь завоевать её внимание и любовь.

Это был тот день, когда мы с парнями провожали её до дома от Марка. Да, мне было достаточно менее недели, чтобы влюбиться в её простую, но очень добрую натуру. Причём не на шутку. Чувства и переживания были настолько сильными, что порой доходило до абсурда: часами я ворочался в постели и не мог уснуть, пока не обниму руками подушку, представив, что это она. В добавок к тому начал ещё больше слушать Cemeteries, потому что их музыка теперь крепко связалась в моей голове с её образом, какой я себе её представлял. И даже после этого мне требовалось некоторое время, чтобы заставить сердце биться чуть медленнее при её виде. Мысли о ней будили в моём сознании нечто светлое и уютное, будто открывали дверь в маленькую комнату, в которой я мог распластаться прямо на полу и лежать так, чувствуя себя самым счастливым человеком на Земле. Я нагло совру, если скажу, что не пытался в корыстных целях рассорить её и Марка или выставить его перед ней в плохом свете. В свое оправдание скажу, что, даже если бы Алина в конечном итоге не выбрала бы меня, Марк и правда не заслуживал её внимания в том плане, что он просто довёл бы её до истерики или до суицида, как было с одной из его бывших. М-да, наш барабанщик - до ужаса безответственный человек, вечно скидывал на меня свои проблемы, а я терпел, прикрывая и всячески оправдывая его. У него, кстати, есть и хорошие качества, не подумайте, что он монстр совсем. Он вполне искренне заботится о настроении окружающих. Правда его бесило состояние Влада, потому что он тупо ничего не мог с ним поделать. Так что он может быть и вполне заботливым.

Кстати о Владике... Я скучаю. Очень. Раньше было много шуток о том, что я ему как отец, и это совсем не пустые слова, хотя он младше всего-то на год.

Есть одна довольно интересная история. На тот момент он жил с нами только где-то две недели, так что вёл себя максимально скромно и неестественно, скитался по углам или прятался в какой-нибудь из комнат, как котёнок. Я ещё тогда понял, что с ним и правда что-то не так, ему нужна была как медицинская, так и психологическая помощь. Мы с ним часто ходили по больницам и докторам, но это уже совсем другая история. Так вот, вернемся к основной линии повествования, в то время я очень сильно уставал, потому что старался совмещать практически полноценную работу с учёбой, а Владик все время спал, разговаривал с нами редко, часто уходил из дома ближе к полуночи налегке, даже без телефона и не предупреждая нас. В нём как будто просыпался маленький ребёнок, который даже ещё не осознавал себя человеком, поэтому слонялся туда-сюда без дела и совершенно ни о чём не думал.

Поздней ночью, после очередного насыщенного учебного дня и еще нескольких часов написания диссертации, я стоял на кухне и готовил нам с парнями еду на завтра. Готовка была практически полностью на мне, максимум я мог попросить Дома, Влада или Марка помочь мне хотя бы подготовить ингредиенты, почистить овощи, сварить гречку, рис или что-то подобное. Короче, базовые задания. Все остальные в этот момент спали, поэтому я закрыл дверь и старался не шуметь. Только, видимо, старался плохо, потому что услышал, как кто-то открыл дверь. Я обернулся и увидел в дверном проёме смутный и слабо освещённый силуэт Влада. Он стоял, оперевшись о стену и пристально наблюдал за моими действиями.

- Ты будешь спать? - спросил он, немного напряженным тоном. Я не мог понять, за чей сон он беспокоился больше: мой или свой собственный.

- Да, минут через двадцать.

- Хорошо, - Владик кивнул и сел на пол неподалёку от меня, спиной прислонившись к холодильнику.

- Не сиди так, простудишься, - сказал я, вернувшись к готовке.

По шуршанию одежды о пол я понял, что он всё-таки пересел. И правда маленький послушный ребёнок. Когда я выключил плиту, снял фартук и немного прибрался после готовки, то сел к нему на пол, согнув одну ногу в колене и положив на неё руку. Влад, уже совсем засыпая, положил голову мне на плечо.

- Зачем ты пришёл? - спросил я шёпотом, чтобы не тревожить его полудрёму.

- Я не знаю, - он проговорил это сквозь слабый зевок. - Мне показалось, что так надо.

- Может обратно пойдешь? Я сейчас в комнату.

- Не хочу, - он слегка дёрнулся, как будто очнулся, а затем снова расслабился и окончательно занял моё плечо, как подушку.

Я вздохнул через голос и откинул голову назад, насколько это было возможно сидя у стены. Внезапно меня одолел слабый холодок, а разум чуть помутнел. Я понял, что устал окончательно, но это осознание только осчастливило меня. Мы так и уснули, сидя рядом на полу. Марк, конечно, очень сильно удивился, увидев нас с утра на кухне. Но в тот момент я думал только о том, что живу не зря, что у меня и моих друзей всё только впереди...

Владик периодически дарил нам маленькие бусинки, которые мы с парнями, не сговариваясь, сначала собирали в общую коробочку (её я впоследствии присвоил себе), а потом по отдельности. Я совершенно не знал, что с ними делать, но, как только захотел впервые избавиться от них из-за бесполезности, понял, что не могу. Я, как и сейчас, боялся разочаровать Влада.

Мне кажется, он - такой человек, который просто не может не понравиться людям, некое его обаяние способно свести с ума как девушек, так и большинство парней. Хотя он был довольно отстранённым от общества, предпочитал проводить время в одиночестве, лёжа на кровати или на полу с абсолютно пустым взглядом. Да, это было странно, но в этом и был его шарм. Благодаря нему у нашей группы появился собственный стиль и образ загадочности, так что всё не зря. Больше половины фанаток следят за нами только из-за него. Так что, потеряв его, мы потеряли всё.

Когда мне приходится вот так рассказывать что-то о себе, я всегда теряюсь. Мне кажется, что я не могу излагать свои мысли должным образом, поэтому получается не особо интересно. В этом плане Марк и Дом лучше справились бы, потому что этим придуркам всегда есть что рассказать, каждый день живут как последний. Не знаю, плохо ли это, просто не по мне. Только вот Доминик редко рассказывает истории из жизни. Выплеснуть все эмоции, все мысли и в целом всё, что накипело - это для него проще простого. Рассказать, где он был в ночь с субботы на воскресенье - ни за что не расскажет. Такой вот он человек.

Кстати, у Дома должен был быть свой пролог. Он даже его на диктофон заранее записал. Но, так как он басист, его никто не услышал)))

Как-то так. Надеюсь, было информативно.