Stigmatum

К сожалению, наш отпуск в Москве подходил к концу, так что мы с ребятами к вечеру следующего дня уже должны были быть на своих местах в самолёте, согласно купленным билетам.

Утром, когда я проснулась, то не обнаружила Женю рядом. Я действительно испугалась мыслей о том, что всё произошедшее попросту мне приснилось. Однако, когда я встала и открыла дверь в коридор, то увидела его. Он вышел из ванной, всё еще немного заспанный. Надеюсь, что он всё-таки смог хоть немного выспаться. Не хочу становиться причиной его плохого настроения.

- Доброе утро, солнышко, - парень мягко мне улыбнулся и приобнял за талию.

- Доброе утро, - повторила я, прижавшись к нему.

В этот момент из своей комнаты вышел Дом. Только он увидел нас, тут же отвернулся и с отвращением воскликнул:

- Ой, фу, блять, - настолько ему не понравился наш роман, что он в добавок закрыл глаза рукой. - Пиздуйте в койку а... - было прекрасно слышно, как он посмеивался.

Женя, стесняясь, отошел от меня.

- Я, наверное, к себе пойду, - неуверенно сказала я.

- Хорошо. Если что, мы в пять собираемся уже.

- Окай, - я кивнула и через его комнату и балкон прошла к себе.

Уже в нашей половине пентхауса я отыскала Лию в её комнате и, подсев к ней, принялась рассказывать всё произошедшее вчера. Она смотрела с таким удивлением, как будто это были именно те новости, которых она вообще ни при каких обстоятельствах не ожидала услышать.

- Ты? С Женей? - она переспрашивала, добавляя всё больше эмоциональной окраски. - Я еще подумала начать искать тебя, когда ты к двенадцати не вернулась, а потом Владик сказал, что ты у Жени осталась. Я, конечно, удивилась.

- Да, он вчера мне предложил стать его девушкой, когда я к нему пришла. Зря ты со мной не сходила, - я довольно кивала.

- Ну, поздравляю, что тут еще сказать.

Мы обнялись.

- А у вас с Домом что? - ненавязчиво попыталась выведать я.

- Ну... Я сказала ему предложить мне встречаться через неделю, чтобы всё развивалось не слишком быстро, - кокетливо отмахнулась Лия.

- Не слишком быстро? Да вы с ним год целый знакомы!

- Да, но вот чтобы так близко - нет.

- Логично, - подтвердила я.

- Ладно, пойдем кушать. Доминик нам еду заказал.

- Ого, как заботливо с его стороны.

- Ага, но учти, что это только потому, что я ему минут тридцать намекала, какая я голодная.

- Я бы на твоём месте прямым текстом сказала.

- Ага, чтобы я как нахлебница выглядела? Нет уж, надо чтобы он сам додумался мне помочь.

- Ну не знаю...

Мы спустились вниз, дождались доставку, поели, а потом пошли к мальчикам. Однако из четырех парней дома оказались только двое: Дом и Владик. Марк с Женей поехали выяснять что-то насчёт продаж с концерта.

- Ой, кто это тут у нас опять? - Доминик явно пребывал в прекрасном настроении, так что буквально практически выпал из-за двери к нам. - Дамы, залезайте! - он подтянул Лию за руку.

- Слушай, я и сама прекрасно справляюсь с процессом перебирания ножками, не надо, - с игривой агрессией (странно звучит) Лия отмахнулась от него.

- Да, хорошо, - парень сложил руки в замок и отшагнул чуть назад.

Мы прошли в их квартиру. Впереди был коридор, ведущий к лестнице, чуть дальше находилась кухня. По бокам были три двери, скорее всего, в гостиную и комнаты парней. Насколько я запомнила, Дом и Женя жили наверху, значит на первом этаже были комнаты Владика и Марка. А ведь буквально позавчера я бы отдала многое за то, чтобы взглянуть на комнату последнего. Теперь же меня заботила только мысль о том, что нужно написать Евгеше и спросить, где он. Но он мог быть занят, так что тревожить и отрывать человека от важных дел - тоже плохая идея.

- Слушай, - Лия обратилась к Доминику, положив руку на его плечо. - Можно с тобой поговорить?

- Да, давай, - тот без каких-либо размышлений согласился.

Они ушли к нему в комнату, а я, чтобы не сидеть в одиночестве, отправилась на поиски Влада. В гостиной никого не оказалось, поэтому я, с мыслью о том, что он наверняка играет на гитаре, пошла к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. Внезапно, с кухни раздался тихий шорох, а затем кто-то резко втянул воздух сквозь зубы, как будто от боли.

- Есть кто? - спросила я, пройдя к двери, после, заглянув внутрь.

На кухне, прямо возле углового гарнитура, стоял Владик, убрав руки за спину, с таким испуганным и виноватым взглядом, будто боялся, что я начну его ругать прямо сейчас.

- Ты что тут делаешь? - я подошла поближе к нему.

Парень молчал, еле заметно поворачивая голову из стороны в сторону, его взгляд бегал по моему лицу, суетливо читая эмоции. Было заметно, как сильно его тело трясло, а плечи отрывисто дрожали, словно он держал в руках что-то тяжелое и вот-вот уронил бы.

- Ты в порядке? - я протянула руку, чтобы дотронуться до него и узнать, что он держит за спиной.

Парень дёрнулся и отошёл назад насколько мог, пока не упёрся в столешницу, тогда же из его хватки выпал нож с немного окровавленным лезвием. Крови было совсем немного, как будто по ране провели один раз. Откуда я знаю? К сожалению, приходилось лично иметь с подобным дело. Я знаю, что это очень глупо, но в то время я, наверное, даже иного выхода не видела.

- Владик? Что с тобой?

Он всё ещё не решался что-либо сказать, все так же качая головой из стороны в сторону, как будто пытался сделать вид, что всё это время это был не он, что я ошибаюсь, и он вовсе не резался. Он дышал часто и неглубоко. Мне нужно было сделать хоть что-то, чтобы устаканить ситуацию, поэтому я просто обняла его. Мой план не сработал, потому что парня затрясло еще сильнее, сердце бешено колотилось, последовал тяжёлый выдох, а затем неровный вдох.

Я взглянула на него, немного отодвинувшись:

- Что случилось? Не молчи, расскажи, пожалуйста.

Влад опустился на пол, спиной оперевшись на дверцу какой-то полки и закрыв глаза. Я села рядом с ним, поджав ноги и обхватив их руками. Черты его лица подрагивали, как будто он вспоминал что-то очень неприятное или ранящее до глубины души.

- Хочешь выговориться? - я наклонилась к нему, чтобы взглянуть.

Он посмотрел на меня в ответ. Его глазки, как два самых дорогих изумруда на свете, заблестели, отражая свет из окна напротив. Взгляд казался одновременно и пустым, и полным боли от чего-то невыносимого. Парень поджал губы и замотал головой из стороны в сторону, как бы отвечая: "Нет".

- Хорошо, я понимаю, - я немного заёрзала. - Мне надо уйти?

- Нет, - шмыгнув носиком, ответил он.

Как же я рада была услышать его голос в тот момент. Он говорил со мной, ситуация была не так ужасна, насколько казалась. У меня еще был шанс выяснить, что произошло. Однако Владик молчал, смотрел только в окно и изредка моргал, надолго опуская веки и поднимая их с большой неохотой. Он вытянул ноги на полу, так, что носки смотрели в разные стороны. Через некоторое время он окончательно успокоился, его тело расслабилось: плечи опустились чуть вниз, а взгляд слегка помутнел, будто он забыл о произошедшем. Только в тот момент я заметила рану на его запястье. Она слабо кровоточила. Часть крови уже была сбоку на его серой футболке.

- Знаешь, - начал он тихо.

Я практически испугалась, так что резко повернула голову в сторону парня. По виду ему было уже всё равно.

- Иногда так хочется исправить всё, что я натворил...

- Да, мы совершаем много ошибок, - я хотела добавить ещё что-то, но поняла, что если случайно перебью его, то больше ничего от него не услышу.

- Я не знаю. Вокруг все такие идеальные, а я не могу им соответствовать. С каждым днём всё больше мешаюсь другим. Что, если в один момент все поймут, насколько я ужасный человек и захотят от меня избавиться? Или, что ещё хуже, перестанут общаться со мной?

- Ты не любишь одиночество?

- Я не люблю презрение. Чувствую себя совершенно ненужным.

- Владик, ты нужен мне и ребятам.

- Знаю, но... Это не совсем то, что мне нужно.

- А...

- Нет, не в том плане, что я не хочу вас видеть. Вы мне тоже дороги, но есть в моей жизни один человек, ради которого я продолжаю жить.

- Мама? - спросила я и тут же закрыла рот рукой, вспомнив слова Жени о том, что у Владика осталась только сестра. Однако извиниться перед ним я не могла, ибо не должна была вообще знать о его семье.

- Нет... - парень опустил голову. - У меня нет родителей.

- Как?

- Они погибли в автокатастрофе четыре года назад, когда мне было восемнадцать.

- Я... Я не знаю, что сказать. Мне очень жаль.

- У меня осталась только сестра. Вероника, ты её знаешь.

- Так она твоя сестра? - я профессионально делала вид, что ничего не знаю, чтобы не подводить Женю.

- Да. Единственная, кто может меня по-настоящему понять.

- Мне правда очень жаль.

- Всё в порядке, мне не нужны чужие сожаления.

- Так ты из-за этого попытался...

- Нет. Не совсем. Я очень боюсь остаться один. Она перестала мне отвечать с момента нашего отъезда сюда, как это было тогда, после смерти родителей. Я не могу представить своей жизни без нее, понимаешь, мне очень её не хватает.

- Влад, я понимаю тебя.

- Не знаю, я не уверен.

- Правда. Порой очень хочется проводить время с кем-то, кого ты любишь больше жизни, даже если тот человек этого не хочет.

- Нет, совсем не так. Я никогда не заставлю Нику делать что-то против её воли.

- Я не это имела ввиду.

Он посмотрел на меня. Я продолжила свои размышления:

- Иногда мне кажется, что я никогда не смогу понять кого-то другого по-настоящему, потому что я не жила его жизнью.

- Да... - он слабо покачал головой.

- Хочется иногда совсем перестать принимать участие в этой жизни, просто стать невидимым духом, который летает по миру и наблюдает за жизнями других людей, никак не вмешиваясь. Который может просто созерцать прелести этой планеты, наслаждаться ее красотой.

- Никогда не думал о таком. И что бы ты сделала, стань ты призраком?

- Думаю, переместилась бы куда-нибудь далеко, в Швейцарию, например, летала бы там.

- Так ты ведь языка не знаешь.

Я осознала, что мне удалось сменить тему и немного вывести его из плохого состояния.

- Да, точно, - я засмеялась.

Он, будто не ожидал услышать это, повернулся ко мне и поджав ножки, как я, умилённо попросил:

- Расскажи ещё что-нибудь.

- Иногда я хочу научиться видеть мысли других людей, чтобы понять, как они воспринимают меня, как я выгляжу в их глазах.

Парень задумался:

- Да, это интересно. Мы ведь всего лишь образы для других.

- Именно. Когда я пытаюсь вспомнить кого-то, я даже не могу восстановить лицо этого человека в своей памяти, мне как будто что-то мешает. На самом деле хочу вообще перестать видеть лица, чтобы не задумываться о красоте, а обращать внимание только на поступки.

- Это было бы слишком просто. Мне кажется, что для этого у нас и есть врождённые инстинкты, чтобы люди научились бороться с ним.

- Но это странно... Это как спуститься, чтоб подняться.

("Пожрать, чтоб обосраться" ~Дмитрий Куплинов)

- Наверное, - Владик улыбнулся.

Победа. Отлично, он наконец-то радуется. У меня получилось вытащить его. По крайней мере, хотя бы ненадолго...

- Вы чего тут сидите? - спросил Женя, внезапно возникший в дверном проёме.

Я встала на ноги и подошла к нему:

- Да так, изменяю тут тебе вовсю, - я провела пальцем по его футболке.

- Уже? - он наигранно удивился. - Только встречаться начали, а ты...

- Вот так, - я обняла его.

- Золотце, что с тобой? - Женя посмотрел на блондина, который стоял и смотрел на нас в растерянности.

Я повернулась к Владику, а он подошел и прижался ко мне, даже немного всхлипнув. Женя положил руку на его плечо:

- Ну всё, всё. Не надо. Всё хорошо.

- Обжимаетесь тут? - насмешливо спросил Марк, проходя на кухню.

Я повернула голову, не отпуская Влада и увидела, что Кастет сразу же изменился в лице, как только заметил, что его друг плачет.

- Эй, ну ты что? - Марк аккуратно приблизился к нам и приобнял Женю одной рукой, а другой слабо трепал блондина по голове.

Мы столпились в проходе, как одна огромная стена. Я думаю, что Владик в тот момент пребывал где-то на седьмом небе. По крайней мере, на его месте я бы чувствовала себя самой счастливой на свете. Хотя, я и так самая счастливая: у меня лучший парень во всей Вселенной, хорошие друзья и любящие родители.

Постояв в таком положении еще секунд тридцать, мы с ребятами немного отдалились, чтобы, по крайней мере, не стоять просто так на кухне. Больше особо ничего интересного не было. После мирного разговора за распитием чая на кухне, когда к нам вернулись улыбающиеся Лия и Дом, Женя властно отправил всех собирать вещи, чтобы все были готовы отправляться в аэропорт к трём. Вылет в пять. Ну зачем так рано? Ладно, это не мне решать.

Незадолго до отъезда я встретилась с той девушкой из магазина, которой отдала обещанный автограф. Надо было видеть её счастье. Она прижала этот листок с росписями к себе, а затем обняла меня настолько крепко, насколько могла. Мы с ней ещё недолго погуляли по городу, а потом я вернулась в пентхаус.

На следующий день мы с ребятами все уже сидели по своим домам. После такой поездки все решили немного отдохнуть друг от друга, поэтому, еще пару дней спустя, по приезде в Питер, мы практически не общались. Ну, из всех я переписывалась только с Женей и Лией. А еще наконец-то наладила общение с Лёшей. Оказывается, Вероника очень сильно ревновала его ко мне, так что запрещала мне писать, а теперь они расстались.

Я не могу врать о том, что меня совсем не обрадовала эта новость. Я была просто в восторге. Наконец-то я верну своего друга. Грустного после расставания, возможно, пребывающего в безысходности, но всё же друга. М-да, с этой точки зрения я просто монстр... Просто встаньте на моё место. Для меня Вероника - это просто токсичная истеричка, которая своим поведением просто изводит всех парней вокруг себя.

Начался очередной учебный период, так что я попыталась снова погрузиться в учёбу. За эти несколько дней, проведённых в Москве, я совершенно забыла, каким образом я жила раньше. Да и, что уж тут таить, в моей жизни произошло ещё одно важнейшее изменение: я переехала к Жене! Да, теперь мы живём вместе. Он сам предложил, я не навязывалась, честно. Каждое утро он подвозил меня до университета, провожал до входа, целовал, называл как-нибудь миленько и желал удачи в учёбе. Ну разве он не солнышко? Просто бриллиант, а не парень. Однокурсницы, заметившие, что меня теперь возят на огромной дорогой машине, видимо заинтересовались и даже начали общаться со мной, хотя до этого особо многословных диалогов у нас не было. Неожиданный поворот.

Ещё одна интересная деталь, которую я не могла не заметить. Оказалось, что Владик все это время жил у Евгеши. Как мне объяснили, Влад свою квартиру, которая целиком перешла к нему по наследству, сдаёт. Это как ежемесячный взнос за участие в группе. Остальные парни либо работают, либо получают стипендию, либо ещё что-то. Короче, выкладывают некоторые свои финансы в существование группы. Владик тогда очно не учился и, соответственно, не работал, так что таким образом компенсировал и расходы за свое проживание у Жени, и общие расходы в группе. В целом, мы довольно легко ужились вместе с ним, что уж тут говорить о Евгеше. Владик жил на втором этаже, так что где-то ещё, кроме этого этажа и улицы его почти невозможно было встретить, только если преследовать. Видимо для него, поведение которого очень просто сравнить с поведением ребенка, Женя стал новым отцом. Их взаимоотношения и правда легко спутать с родственными. Получается, что я ему как мать? Ужасная шутка. М-да, не этого я ожидала, когда шла на их первый концерт с Лешей.

Так что каждый день я виделась с Владиком на кухне, когда он выползал из своего убежища под названием комната, чтобы поесть. Иногда по вечерам он приходил к нам с Женей в гостиную, чтобы смотреть фильмы или просто поболтать.

Однажды я загла к нему в комнату, чтобы поболтать, когда Женя уехал по делам. Я вежливо постучалась, но никто не ответил. Тогда я подумала, что он спит, поэтому аккуратно приоткрыла дверь, чтобы заглянуть внутрь, не разбудив его. Я увидела его, лежащим на полу с открытыми гоазами, но будто без чувств. По крайней мере, так мне показалось. Я очень быстро подбежала к нему и опустилась на колени рядом.

- Влад, ты как? Влад, очнись! - я трясла его из стороны в сторону и даже схватила за голову, в порыве страха.

Я совсем не знала, что делать в такой ситуации. Эта растерянности пугала меня ещё больше. Стоило ли мне вызвать скорую? Что мне вообще нужно было делать? Я совсем ничего не знала. А он только смотрел куда-то вверх, даже не моргал и никак не реагировал на мой голос. Тогда я головой прильнула к его груди, чтобы понять, жив ли он вообще. Сердце билось. Медленно и неровно. Но билось. Тук... тук... Тук... тук...

Я выдохнула с облегчением и взяла его за руку.

- Влад, что с тобой? Скажи хотьчто-нибудь... - умоляла я.

Женя рассказывал, что у Владика долгое время были серьезные проблемы с психикой, он подвергался ежедневным унижениям и частым избиениям со стороны сверстников и подростков старше него. Но меня уверяли, что это всё прошло, осталось далеко позади. И сам Влад о своём детстве отзывался только в позитивном ключе. Однако только в тот момент я поняла, что он ни разу не упоминал школьные годы. Видимо, старался избегать этой темы, чтобы не вспоминать больное.

Я услышала звук открывающий двери в гараж. Женя вернулся. Это был мой шанс вернуть Влада.

- Евгеша вернулся... - прошептала я.

- Женя? - Владик внезапно ожил, слегка приподнялся и повернул голову в сторону окна.

- Да, Женя. Пойдём скорее.

Мы, держась за руки, побежали встречать "отца" нашей маленькой семьи.

С того момента я каждый день проверяла его самочувствие, и прекрасно видела, как он со временем затухает где-то там в глубине души, но совсем не знала, что нужно делать. Поэтому со временем я смирилась с его ежедневным безразличием, как и все остальные. Это была ошибка.

У Лии тоже всё было не так замечательно: с Домиником они поссорились и с того момента не разговаривали. Почему? А кто их знает... Она так и не смогла внятно объяснить мне причину. Видимо, опять из-за какой-то ерунды. Дело в том, что Лия - зачастую не такой дотошный человек, но, если случайно сделать что-то не так в её сторону, может обидеться сильно и надолго. А Дом в свою очередь упёртый, как баран, так что заставить себя извиниться первым, никак не мог.

В ближайшее время должен был состояться ещё один большой концерт, в этот раз только для Stigmatum. Их популярность, казалось бы, достигла своего пика. Если раньше они либо выступали на разогреве у более популярных групп или же вместе с другими группами, то в этот раз специально для них на полупустой площадке за городом построили огромную сцену, с кучей всякой дорогой аппаратуры и прочими штуками, названия которых я не знаю, потому что мои познания в этой сфере довольно слабые. Да, я уговорила Евгешу объяснить мне хоть что-то, но, к сожалению, я ничего не поняла.

В этот раз мне пришлось выбирать между Лией и Женей. Это самая глупая ситуация, в которой я могла оказаться. Однако, во время недолгого разговора с подругой по телефону я узнала, что она в принципе не собиралась идти на концерт.

- Да ну, я не пойду, - её голос звучал немного обидчиво.

- Почему?

- Алин, там Доминик. Мне терпеть его присутствие несколько часов только ради тебя и Жени?

- Ну Владик ещё...

- Я тебя умоляю.

- А ты не обидишься, если я пойду?

- Я тебя умоляю, ну что ты такое говоришь. На что тут обижаться?

- Спасибо, ты лучшая! - воскликнула я внезапно для самой себя.

- Да не за что вроде...

А ещё на этом концерте должно было состояться кое-что очень важное.

После предыдущего раза, когда одна из фанаток попыталась поцеловать Женю взасос прямо на студии, где у группы брали интервью, мы с ним всерьёз задумались о том, чтобы огласить наши с ним отношения. Точнее, задумалась только я, а вот Женя был явно не в восторге от моей идеи по не совсем понятным мне причинам. Как он попытался мне объяснить, по контракту с лейблом он не мог официально сосотоять в отношениях с неизвестной никому личностью, потому что это противоречило бы постановленияям их контракта. И вот в этот момент для меня раскрылась одна из самых плохих сторон Жени. Он боялся. До чертиков боялся выглядеть глупо, потерять свой сценарный образ одинокого жестокого и грозного шкуроеба. Особенно перед Марком. Так и жили: Марк боялся осуждения со стороны Жени, а Женя - осуждения уже со строны Марка. Разумеется меня такой расклад совершенно не устраивал, это могли заметить и все остальные участники группы.

В такие моменты я непроизвольно начинала искать в себе недостатки. Быть может это я недостаточно красивая, чтобы заявлять об отношениях со мной? Мне нужно выглядеть как та девушка, которая пыталась захомутать моего парня? Она нравилась ему больше? Он уже охладел ко мне?

Я попыталась ненавязчиво начать разговор об этом с Женей, однако он сказал, что волноваться мне не о чем. Он явно не торопился предпринимать какие-либо действия.

- Получается, что я не смогу пойти на интервью? - спросила я, когда мы все вместе сидели в гостиной у него дома.

- Почему? Сможешь, конечно, просто как наша подруга, - он продолжал озираться по сторонам, как будто его заставляют говорить под дулом пистолета.

- Не, там появятся вопросы, - возразил Дом, - не может просто так с нами девушка ходить туда-сюда. Про тебя уже спрашивали на предыдущем, но Женя как-то съехал с темы.

- И то верно, - подтвердил Лоу.

- А если я скажу, что я подруга Лёши? - я не теряла надежд.

- Не, херня, - отмахнулся Дом. - Про него тоже никто не знает, он с нами теперь редко таскается.

- То есть все-таки не ехать? - я пыталась понять, к чему они ведут.

- Ты сильно расстроишься? - Женя немного пригнулся ко мне.

- Ну, наверное. Как сам- то думаешь? - немного обидевшись, я отвернулась.

- Так может устроим какое-нибудь шоу, чтобы Алина, ну, вышла на сцену? - предложил Владик. - К примеру, сыграла там с нами. Чтобы не была просто как декорация.

- О, и как ты себе это представляешь? Баб нам в группу еще не хватало...- с наигранным интересом спросил Марк и даже немного наклонился в нашу сторону. - Давай-ка не борзей.

- Я знаю! - внезапно воскликнул Дом, нетерпеливо застучав ладонью по краю дивана, и передвинулся поближе к нам с Женей. - Ну вот смотри: Наш следующий концерт, играем последнюю песню. Владу надо играть ритм, а ты, как обычно, в соло ебанешься. Но вдруг Владу стало плохо, ну или он палец о струну поранил, руку отрубило, в общем, что-то такое... Придумаем, короче. Вот, и он говорит, что сыграть не сможет. Тут я такой на весь зал спрашиваю: "Есть тут кто, чтобы сыграть на гитарке?". Алина поднимет руку так несмело, и Женек сразу такой показывает на нее, типа: "Вот ты, идём сюда". Она тут же поднимается на сцену, Влад отдает ей свою гитару, Лоу подходит, помогает ей там, ну, ремень подтянуть, все дела. Все по романтике, короче. Потом ещё показывает, что и как сыграть. А в самом конце засосет её на глазах у всех фанатов. Прям даже оператора надо попросить поближе встать, чтобы все заснял. Ну как?

- Лучше уж тогда пусть позовёт её из за кулис, скажет, что она хорошая подруга нашей группы, - предложил Марк. - Типа ты всегда хотела играть на гитаре, но никак не решалась. Так хотя бы правдоподобно.

- Ну... окей, только немного поменяем кое-что, - Женя кивнул. - В целом, неплохо. Ты что думаешь, Алин?

- А можно, когда я буду выходить на сцену, вы будете играть Slayer?

- Зачем?

- Мне в полной тишине подниматься? Так вы хоть толпу развлечете.

- Резонно, - Женя снова согласился.

- Ну это же опять учить придётся... - заныл Марк. - Что за песня хоть?

- Delusions on Saviour. Или как-то так.

- Посмотрим, короче. Времени и так в обрез, а вы тут спектакли устраиваете... - Кастет продолжал ворчать в своей манере.

Итак, Женя всерьёз взялся за обучение меня гитарному рифу одной из их песен. Признаюсь, получалось у меня не сразу. В один момент Женя даже предложил отменить эту идею.

- Жень, я буду стараться, правда, - умоляла я. - Даже если ты не скажешь, что я твоя девушка, я очень хочу с вами выступить.

- Алин, я не могу тебя взять, ты не справляешься, - он взял меня за руки и посмотрел в глаза. - Я не хочу, чтобы ты перетруждалась.

Мне хотелось закричать на него, обвинить в том, что он недооценивает меня, но я понимала, что он абсолютно прав. Я не справляюсь.

- Жень, - грустно начала я. - Я же вижу, что ты просто не хочешь.

- Это не так. Совсем не так. Солнышко, нет.

- Да, извини, я просто подумала, что смогу.

- Давай ещё раз, хорошо? Чуть помедленнее просто.

- Хорошо.

В тот раз мы засиделись допоздна, а под конец у меня даже стало немного получаться. Женя ещё немного упростил эту партию по понятным причинам. Я репетировала еще несколько ночей напролёт: когда Женя засыпал, я вставала с кровати, тайком брала его гитару и шла в противоположный конец дома - на первый этаж в комнату с тренажерами. По размерам она больше смахивала на целый тренажёрный зал. Я садилась на коврик для йоги, который заранее сделала на полу и как можно тише играла один и тот же риф. На второй день этой недели ночных репетиций я заметила, что все время сбиваюсь только на одном месте. Мне нужно было научиться после аккорда ставить растяжку (так мне объяснил Женя, это когда ставишь пальцы максимально далеко друг от друга). Я все никак не могла поставить палец на нужный лад, он то соскальзывал, то попадал не туда, то и вовсе срывался и задевал другую струну. У Жени это получалось так легко и непринуждённо, поэтому я посчитала, что тоже так смогу, позабыл об его многолетнем опыте. М-да, я и рядом с ним не стояла по умениям.

Был только один выход: тренировать переход от аккорда к растяжке раз за разом, пока не получится что-то, хотя бы отдаленно напоминающее это.

Так, поиздевавшись над своими пальцами четыре дня, я решила взять небольшой перерыв и дать им отдохнуть денёк-другой. Да и Женя, заметив, что краснота с подушечек моих пальцев на левой руке не сходила, порекомендовал не играть некоторое время, иначе могло стать только хуже. Однако, в ночь перед пробным прогоном концерта, я все же заставила себя сыграть, хоть и через некоторую боль. И вот в этот раз мне не удалось похитить гитару тайно: в комнате с тренажерами кто-то включил основной свет.

- Алин, это что? - спросил Женя низким заспанным голосом.

- Евгеш, я репетирую...

- Зачем?

- У нас прогон завтра.

- Ты их себе угробить хочешь? - он подошёл ко мне и сел рядом, обхватив пальцы моей левой руки своей ладонью.

- Нет, я не хочу тебя подводить.

- Ты подведешь меня, если будешь продолжать играть.

- Ты ведь тоже много репетировал перед прошлым концертом.

- Только потому что у меня было около восьми часов на то, чтобы выучить партию другой рукой. Если бы у меня было больше времени, ты же понимаешь, я ни за что бы не рисковал. Тем более, играешь ты не долго, так что не страшно, если ты сфальшивишь. Этого даже никто не заметит. Ты ведь не соло играешь. Просто доверься мне и играй в своё удовольствие. Главное, чтобы сама мелодия тебе нравилась. А иначе зачем заставлять себя играть то, что не хочешь?

- Мне очень нравится эта песня, я хочу её выучить. Смотри, у меня даже получается.

Я взяла гитару и продемонстрировала свои успехи. В этот раз я играла гораздо быстрее и даже почти смогла поставить растяжку, только немного скосив.

Женя посмотрел на меня с умилением и, улыбнувшись, положил свою руку мне на голову:

- Ты ж моя умничка, молодец. Я горжусь тобой. Ты почти готова.

- Видишь, я не зря тренировалась.

- Но тебе все равно нужно выспаться, пойдем.

Я встала на ноги, но даже не успела сделать и шага, как Женя поднял меня на руки и понёс в гостиную.

- Мы тут будем спать? - спросила я, когда он уже поставил меня на пол и стал раздвигать маленький диван в углу.

Сама гостиная была просто огромной, посередине стоял основной диван, на котором свободно уместилось бы порядка десяти человек. Но были ещё и два кресла с тем самым маленьким диванчиком в углу с книжными полками. Видимо, чтобы читать, не отходя от остальных книг.

- Да, ты не против?

- Нет конечно. А зачем?

- Это традиция. Если кто-то из наших волнуется перед выступлением, то он спит не в своей кровати, и на утро уже полностью в себе уверен.

- А каким образом это работает?

- Не знаю, скорее всего, самовнушение.

- Неплохо...

- Марк так ко мне на ночевку несколько раз приходил. А Владик каждый раз спит на полу.

- Он на полу уснул?

- Только не ходи к нему.

- Ты хоть отговорить пытался?

- Да, он бесился и все равно возвращался туда.

Я вздохнула:

- Ладно, пускай поступает как считает нужным.

Мы легли спать. Думаю, я пропущу день с пробным прогоном, потому что особо ничего интересного там не было. Ну, кроме репетиции моего выхода на сцену. Я очень боялась, хотя это был еще не сам концерт. Но сыграла очень даже неплохо. Доминик меня похвалил. Понимаете? Доминик со своим идеальным слухом похвалил мои кривые пальцы. Наверное я ещё никогда в жизни так не удивлялась и не гордилась своими стараниями. Может быть это он из жалости. В прочем, уже неважно. На следующий день был назначен концерт.

Вечером, уже будучи дома, мы втроем: я, Женя и Влад, собрались в гостиной, чтобы обсудить завтрашнее выступление.

- Евгеш, ты выучил, что будешь говорить? - спросила я.

- Нет, зачем? Что я не смогу позвать тебя на сцену?

- Ну...

- Или я не смогу сказать, что ты хорошо сыграла?

- Ладно, убедил. Но всё равно, хотя бы мысленно прокрути всё в голове.

Влад сидел молча, уставившись в одну точку. Я всё еще не до конца понимала его как человека. Иногда мне даже казалось, что его поведение совершенно не соответствует его телу. С каждым днём молчания со стороны Вероники он всё больше угасал. Наши с ним глубокие разговоры уже не помогали, потому что говорил он совсем по минимуму и только в крайней необходимости. Может дело было во мне? Я не смогла найти к нему подход.

- Золотце, ты как? - поинтересовался Женя.

Блондин лишь немного повернул голову в нашу сторону, но его взгляд так и оставался сфокусированным на какой-то точке вдали. Он молчал, даже лицо его не выдавало ни капли эмоций.

- Ты готов на завтра? - более серьёзным тоном продолжал выпытывать мой парень.

Владик закрыл глаза и вернул голову в начальное положение, только чуть отклонив назад. Практически не открывая рот он сказал:

- Да, конечно, - его звонкий когда-то голос теперь звучал максимально болезненно и пусто.

- Хорошо, - недоверчиво согласился Женя и посмотрел на меня.

Мы продолжили наши с ним обсуждения, совсем позабыв о Золотце. Тот вообще не проявлял ни каких признаков жизни. В конце концов мы стали расходиться по комнатам. Я попыталась уговорить нашего вокалиста не спать в этот раз на полу, потому что он мог легко заболеть, если он уже этого не сделал. Этим он подвёл бы всю группу, а в особенности Женю. Однако Владик всё равно меня не послушал и вопреки моим словам улёгся на прикроватном коврике. Как ребенок ей-богу...

Уже перед самым концертом, после итогового прогона, мы со всеми собрались у выхода на сцену, который находился не сбоку, а прямо в задней части сцены, так что появление ребят должно было стать более неожиданным. Я до последнего держала Женю за руку, пока он не ушёл. В конце концов, за минуту до выхода, мы всей группой встали в круг и выставили по одной руке вперед, как бы выстроив ручную пирамиду.

- Итак, - Женя начал свою мотивационную речь. - Все те, кто что-то пиздел про нас, сейчас дружно идут нахуй. Потому что мы ебаный Стигматум, мы команда, мы - семья.

Сначала мы просто раскачивали руки, а в конце подняли их наверх и закричали каждый своё.

- Всё, погнали, - воскликнул Марк и выбежал на сцену.

Парни поочередно исчезали из моего поля зрения, пока я не оказалась совсем одна. Мне оставалось только изредко поглядывать, что происходит на сцене. Волновалась ли я в тот момент? ДА. Причем настолько, что не чувствовала собственных рук, когда пыталась вспомнить партию, а мне ведь предстояло играть перед огромной аудиторией. Только в момент, когда Владик на весь зал объявил, что им нужен ещё один гитарист для последней песни, я осознала степень своего внутреннего ужаса. Меня затрясло, ноги подкосились так, что я чуть не упала.

В этот момент почему-то про меня сказал не Женя, а Дом:

- У меня есть идейка, он посмотрел за кулисы прямо на меня и начал наигрывать прошенную мной песню Slayer.

В моей голове господствовала абсолютная тишина, перекрывшая все остальные чувства. Холод в груди сменился на ужасное давящее чувство, так что я не могла нормальны дышать. Мы не отрепетировали мой выход. Что делать? Мелодия все продолжала звучать. Настало моё время выходить, но я никак не могла сдвинуться с места.

- Жень, веди уже свою эту... недофанатку. - недовольно выкрикнул Марк, подойдя к микрофону, в который пел Лоу.

- Алину? - неуверенно спросил мой парень.

А говорил, что сможет сориентироваться. М-да, так и верь ему потом...

- Да уж, - добавил барабанщик и вернулся на своё место.

Женя, отключив свою гитару от усилителя, пошёл прямо ко мне за сцену. Он встал рядом и взял меня за руки, приблизившись к моему лицу:

- Ты в порядке? - он смотрел на меня с тревогой и настороженностью, как смотрят на маленького и пугливого уличного котенка, когда хотят взять на руки, а тот не даётся.

- Нет, Евгеш, мне страшно. Я не смогу! - я попыталась одёрнуть руку и убежать, но парень крепко держал меня.

- Всё хорошо. Успокойся.

- Да не могу я! Отпусти.

- Нет, - он опустился на одно колено для собственного удобства и прижал меня к себе.

- Я не смогу... - шептала я.

- Ты всё сможешь, ты у меня молодец, ты репетировала много. Знала бы ты, как я тобой горжусь.

Эти слова пробудили во мне веру в свои силы. Я ощутила его любовь, как что-то теплое, разливающееся по моим лёгким и наполняющее их доверху. Я вновь убедилась в том, насколько мои чувства к нему сильны.

- Блять, мы его проебали... - недовольно на весь зал сказал Дом, видимо, осознав, что гитариста нет уже слишком долго.

Женя взял меня за руку:

- Я подстрахую если что. Просто помни, что моя гитара звучит громче.

- Хорошо, - я неловко кивнула и вышла с ним.

Как только мы оказались на сцене, все зрители сразу же направили свои взгляды на меня, незнакомую девушку, которая держала лидера группы за руку. "Да кто она такая?" - наверняка возникло в голове у большинства из них. Я вся была буквально заледеневшей, когда мне помогали надевать гитару и настраиваться. Женя еще раз показал, что я играю, профессионально сделал вид, что объясняет впервые.

Началась основная партия. Все уже влились в общую мелодию, когда я пыталась выставить правильно пальцы. Только секунд через десять я смогла нагнать остальных. Напряжение внутри меня нарастало с каждой секундой, потому что приближалась та самая сложная часть. И Я СЫГРАЛА ЕЁ ИДЕАЛЬНО. Так, как у меня даже на репетициях не получалось. Меня вдруг окатило волной уверенности. Я продолжала играть, хотя мне казалось, что это была уже не я, а совершенно другая девушка.

Выступление было позади и работники сцены помогли мне снять гитару, а после и вовсе унесли её куда-то. Тогда Женя, убрав и свой музыкальный инструмент, подошёл ко мне и неожиданно для всех присутствующих, поднял меня на руки. Я ногами обхватила его сильное тело и обняла.

- Подними одну руку, - прошептал он.

Я выпрямилась и осмотрела толпу. Люди ликовали, хотя точно не знали, что именно происходит, собственно, как и я. Я, послушавшись Лоу, подняла одну руку наверх, тогда же толпа вновь взорвалась в восхищенных криках. На этот раз внутри у меня всё горело. Так вот, как именно чувствуют себя звёзды в такой ситуации. Я была благодарна каждому, кто был в этом зале. Тогда же я повернулась к Жене, который аккуратно тянулся к моему лицу. Я поняла его без лишних слов и поцеловала, приложив свои руки к его щекам. Каждый человек, увидевший это закричал: кто от восторга, кто от неожиданности, а может кому-то и вовсе было противно. Однако нам с Женей это было уже безразлично.

- Еба-а-ать... - ехидно протянули Дом и Марк практически в один голос.

Владик зачем-то подошёл к нам и начал пялиться. Только тогда мне вновь стало тревожно и некомфортно.

- А кто это? - наивно спросил он в микрофон, указывая на меня.

- Видимо теперь моя девушка, да? - Женя говорил так уверенно, что, даже если бы я совсем его не знала и видела вообще впервые, всё равно бы согласилась.

Я довольно кивнула. Наконец-то все знают. Теперь-то к нему точно уже никто не подойдет. По крайней мере, теперь его будут пытаться соблазнить уже с осознанием того, что этот парень занят. Уже какой-никакой успех, не так ли?

Дальнейшие события прошли как в тумане. Помню только как мы с ними стояли на сцене, обнявшись под всё те же возгласы толпы. Помню ещё как Женя развозил нас потом по домам, а я восхищённо рассказывала всем о том, что почувствовала тогда. Марк с прежним недовольством закатывал глаза, наигранно делая вид, что ему вообще не интересно, а остальные трое парней улыбались, периодически хваля и поздравляя. Я была невероятно счастлива.