Если упасть - мы поднимем
Прошла неделя с тех пор, как Лилит впервые взяла в руки гитару на репетиции. Время текло медленно, почти вязко. Каждое утро она просыпалась в страхе: не исчезло ли это хрупкое ощущение, будто она снова принадлежит к миру.
Музыка не шла легко. Пальцы подрагивали, забывали аккорды, запинались на простых переходах. Казалось, тело само отказывалось вспоминать то, чем когда-то жила душа. Но она всё равно приходила. Иногда раньше всех, иногда — позже. Иногда просто сидела, слушала, смотрела, как остальные играют, будто училась дышать их ритмом.
Однажды, когда репетиция уже подходила к концу, Лукас подошёл ближе. Он взял второй микрофон, но не для того, чтобы петь. Он просто сел рядом, на пол, чуть склонив голову к её плечу.
— Ты злишься, что не получается?
Лилит опустила гитару.
— Нет. Я злюсь, что раньше получалось. А теперь... будто всё сломано.
Он покачал головой.
— Не сломано. Просто потрескалось. Знаешь, как старые плёнки — если их включить, они не всегда звучат чисто. Но всё равно — звучат.
Она слабо усмехнулась.
— А если вдруг я снова не смогу? Если упаду совсем?
— Тогда мы поднимем, — тихо сказал Лукас. — Без вопросов. Без требований. Просто поднимем.
Эти слова легли в грудь, как мягкий плед. Тёплый. Тяжёлый. Успокаивающий.
⸻
На следующий день они попробовали сыграть новую песню. Нечто неоформленное — с черновыми аккордами, без слов. Аранжировку сочинили на месте. Йокубас задавал ритм, Эмилия и Аланас играли уверенно. Лукас пел тихо, почти шёпотом. Лилит присоединилась лишь на последнем куплете. Тихо. Сбиваясь. Сердце стучало громче гитары. Но она сыграла.
Когда они закончили, в комнате повисла тишина. А потом Йокубас сказал:
— По-моему, звучит честно. И это главное.
Она посмотрела на него. Он улыбался, не притворно — просто спокойно, с какой-то особой благодарностью в глазах.
И вдруг Лилит почувствовала, как изнутри что-то сдвинулось. Как будто не вся боль ушла, но появилось пространство, где она уже не была главной.
⸻
Вечером она снова осталась одна.
Сидела на полу, глядя в потолок. Свет падал сквозь занавески, образуя мягкие тени на стенах. Рядом лежала тетрадь. Она открыла её. Взяла ручку. И написала:
"Сегодня я не разучилась дышать.
Сегодня мне стало чуть легче.
И если завтра снова будет темно —
я просто подожду ещё один рассвет."
Она закрыла тетрадь, положила руку на гитару.
И прошептала в полумраке:
— Я всё ещё здесь.
И это значило — она не сдаётся.