13.Можно мягче
Даня остался в студии один. Плотная, выдохшаяся тишина повисла, как одеяло, забытое на плечах. Никаких лишних звуков - даже кондиционер перестал гудеть под потолком. Только пульс в ушах. И ощущение, будто сама комната вдруг стала куда больше, чем есть на самом деле.
Он не любил тишину. Точнее, не доверял ей. В его мире все должно было шуметь и издавать звуки - компьютер, колонки, сигналы, голос в Дискорде, звонкий смех, раздраженное "блять" в микрофон. А когда становилось тихо - казалось, что кто-то выключил и его тоже. Будто он в этом отсутствии фонового шума просто растворяется.
Он сел обратно за стол, к компу. Экран потемнел, но проект был открыт - черновик трека, в котором все еще было слишком много пауз и недомолвок. Он не трогал его с того самого дня. Со дня, когда Ксюша услышала его. Услышала. И осталась.
Он тогда смотрел на нее украдкой, пока она не знала и не замечала - уж слишком была поглощена работой. Девушка сидела к нему боком, волосы были собраны в привычный пучок, и свет от монитора делал кожу девушки почти прозрачной. Она не сказала ничего. Просто слушала. А потом коротко кивнула и вышла в курилку.
С тех пор он часто ловил себя на том, что вспоминает именно этот момент. Не то, как он впервые вошел в студию, подозрительно осматриваясь. Не то, как они впервые списались в телеге. А это - пауза, тишина между словами. Как будто она знала, что нельзя ничего говорить. Как будто поняла.
"Но что поняла? Я ведь сам не уверен, что именно пытался сказать в этом треке".
Даня встал и прошелся по студии. Дермантин скрипнул на диване от резкого движения. За окнами лил дождь, мелкий, почти невидимый. Он стекал по стеклу, как звуковая дорожка - неровно, со сбоями.
Ксюша оставила кружку на подоконнике. Белая, со сколами около ручки. Она всегда пила просто воду или черный кофе. Без сахара, без разговоров.
"Она вообще много делает без слов".
Он начал это замечать со временем - как она заходит на студию и сразу оценивает, что не так: какой микрофон не в том положении, где звукопоглотитель чуть сдвинут, какие файлы в проекте лежат не в тех папках. Он не просил ее делать лишних движений, но она делала.
Даня вспомнил, как однажды остался в студии на всю ночь. Все сыпалось: голос садился, микрофон фонил, басы расплывались. Он психовал. Ксюша тогда пришла, потому что "забыла наушники", но осталась. Не вмешивалась, просто сидела у стены, залипая в телефон. И в какой-то момент он смог. Просто - получилось. Потому что она не ушла.
Он задумался - а что она вообще за человек?
Он знал ее голос, ее походку, ее стиль общения. Знал, что она не любит, когда ее спрашивают "все ли нормально", потому что чаще всего - нет. Знал, что у нее есть брат, лет на 6 младше, и что она когда-то играла на скрипке, но бросила после девятого класса. Знал, как она закусывает губу, когда сосредоточена. И как на долю секунды замирает, прежде чем выйти из комнаты, как будто ждет чего-то.
Но он не знал, о чем она думает по вечерам. Какие фильмы пересматривает. Почему почти не улыбается. И что делает, когда ей плохо. У нее почти не было соц. сетей, а если и были, то только для работы. Телега, инста, почта и рабочий гугл-диск.
Он знал ее рядом. Но не знал - внутри.
"Как будто она вырезана из другого фильма. Не отсюда. Не из стримов, не из тусовок, не из моей музыки. И все равно здесь".
Даня вздохнул, подошел к компьютеру. В проекте висел ее комментарий к треку - "переход звучит жестко, можно мягче" - написано аккуратно, в скобках. Он не заметил, когда она это оставила.
"Она слушает иначе, чем я. Не сверху вниз, не по технике. А по ощущениям. Вот бы знать, какие у нее ощущения от меня".
Кашин не мог понять, почему это его вообще интересует.
Он снова сел. Открыл заметки.
"Когда кто-то не дает тебе ответа - ты либо отпускаешь, либо начинаешь задавать еще больше вопросов. А если вопросов становится слишком много - либо пишешь, либо орешь. Или оба варианта сразу".
Он закрыл свой ноутбук, посмотрел в окно - ночь уже опустилась на город. Все было в мелких бликах от луж в пульсирующем свете вывесок. Где-то вдалеке бежал человек под каплями - с рюкзаком, может, курьер, может, спешащий студент. Он напоминал ему себя - все время куда-то бегущий.
А Ксюша...
Она не бежит, она спокойно идет, даже не спотыкаясь.
Молча.
Но почему-то он слышит ее ровные шаги громче, чем собственные треки.