2
Ава не спала почти всю ночь.
Казалось бы — обычный вечер. Один кадр. Один разговор. Но он застрял в ней, как песня, которую ты слышал однажды и не можешь выбросить из головы.
Она лежала в темноте на полу своей маленькой квартиры, обложенная книгами, засохшими цветами и камерами. Из динамиков тихо играло lo-fi, но её мозг возвращался к его глазам. К тому, как он сказал «Сделай мне одну фотку. Самую честную». И к тому, как в его голосе было больше уязвимости, чем в словах.
Это сбивало с толку. Он же должен быть другим, правда? Дерзкий, уверенный в себе, из тех, кто знает, что может заполнять залы одним дыханием. Но в нём что-то дрожало. Едва заметно. Почти физически.
На следующее утро, не дождавшись кофе, она спустилась в подвал старого дома — её импровизированную фотолабораторию. Всё там пахло химией, пылью и воспоминаниями. Вода в бачке уже остыла, но ей было всё равно.
Она вставила плёнку в проявитель с почти церемониальной осторожностью. Каждое движение — как медитация. Чёрно-белые кадры начали оживать, проявляясь на светочувствительной бумаге. Она смотрела, как из пустоты рождаются линии: улица, толпа, свет... и, наконец — он.
Джейден.
Он стоял, чуть наклонив голову, с прищуренными глазами, с лёгкой полуулыбкой, но не позированной. Лицо не для обложек — для истории. В этом кадре было что-то интимное, как будто он сам себя ещё не видел таким.
Ава замерла.
— Чёрт, — только и прошептала она, глядя на проявленную фотографию.
Это был тот самый кадр. Такой, за который борешься месяцами. И который приходит только раз.
---
Днём она пошла в кофейню за углом, которую знала только она и ещё пара интровертов из соседних квартир. Бариста зевнул, принял заказ, поставил чашку с её именем, написанным с ошибкой, как всегда: «Aba».
Она села у окна. Камера лежала рядом, как живое существо. Ава перебирала в телефоне старые фото, стараясь отвлечься, но всё время возвращалась мыслями к Джейдену.
Он, скорее всего, уже обо всём забыл. Он привык к вниманию, к мимолётным встречам. А она? Она не хотела стать просто одной из тысячи лиц, прошедших мимо.
Но в голове крутилась фраза: «Сделай мне честную фотку». Зачем он это сказал? Почему выбрал её?
---
Поздно вечером, уже в пижаме и с маской на лице, она выложила проявленную фотографию в свой закрытый Instagram-аккаунт для избранных подписчиков. Без тегов. Без имени.
Просто:
"Он сказал: сделай честно. Я сделала."
Комментарии пришли почти сразу — знакомые фотографы писали «Уф. Это глубоко», «Как ты ловишь такие эмоции?!», «Он кто?», «Есть в нём что-то разбитое». Ава не отвечала.
Но один лайк показался ей странным.
@jadenhossler
Сердце застучало.
Она открыла профиль.
Он был закрыт. Аватар — чёрно-белый, абстрактный. Имя — ничего не говорило. Подписчиков — миллион с лишним. И только один человек в подписках.
Джейден Хослер.
Ава выронила телефон.
---
Через три дня всё завертелось снова.
Она шла по улице, возвращаясь с выставки, где оставила на стене одну из своих работ. Наушники были глубоко в ушах, рюкзак — тяжёлый, а настроение — как вчерашний дождь. Она почти прошла мимо, когда услышала:
— Эй! Камера!
Она остановилась. Повернулась. И, конечно — он.
Джейден сидел на ступенях у уличного кафе, с гитарой в руках, в том же худи, что и в тот день. Но теперь — без фанатов, без шума, просто... он.
— Ты серьёзно? — спросила она, снимая наушники. — Ты меня узнал?
— Ну, не каждый день тебя сбивают фотографы на парковке. К тому же, — он кивнул на её камеру, — ты реально сделала ту фотку?
Ава подошла ближе. Достала из рюкзака маленький чехол. Распаковала его. Внутри — распечатанный снимок. Единственный.
Он взял его, посмотрел. Долго.
— Чёрт, — только и сказал он. — Это я?
— Не знаю. Может, тот, кем ты был в тот момент.
Он кивнул. Молча. Потом передал фотографию обратно, но Ава отодвинула руку.
— Оставь. Это твой момент.
Он усмехнулся. Чуть грустно.
— А твой где?
Она села рядом. Их плечи почти соприкоснулись.
— Мой — в следующем кадре, — сказала она.
— Тогда давай его сделаем.
Он поднял гитару. Настроил пару струн. Ава достала камеру, прицелилась.
И в этот момент он начал петь.
Без микрофона. Без сцены. Только он, голос, и уличный шум. Песня была не знакомой — может, новой, может, незаписанной. Но в ней были слова о том, как трудно быть честным с собой. О страхе. О том, как люди исчезают, прежде чем успеешь их понять.
Ава нажала на затвор. Щёлк.
Он посмотрел на неё — и улыбнулся.
И в этот миг она поняла: всё только начинается.