37
21 год по летоисчислению Нового мира
К югу, от Рио де Жанейро
Бухту, расположенную в ста километрах от Рио де Жанейро, знали все местные жители. Правда, говорить о ней не любили. Ещё меньше было тех, кто бы осмелился бросить здесь якорь, несмотря на хорошие глубины и источник пресной воды на берегу. Эта гавань пользовалась дурной славой. Она давала приют всем, кто не боялся поставить на кон свою шкуру. Контрабандистам, прибрежным пиратам и просто искателям приключений.
Своими очертаниями, бухта была похожа на след от лошадиной подковы, что и послужило причиной для названия. Herradura. Иногда, чтобы подчеркнуть её роль в местном бизнесе, уважительно называли Grande de Herradura.
Высокие серые скалы, окружавшие бухту, были украшены яркими зелёными пятнами. Ползучие кустарники, похожие на «старосветский» плющ, чья неестественная зелень, лишь подчёркивала безликость и холод гранита. Единственное светлое пятно — широкая ложбина, доходящая до отливающего желтизной песчаного берега и небольшой водопад на северном берегу бухты.
— Добро пожаловать на борт «Катарины», господа! — по палубе, навстречу нашим путешественникам, шёл коренастый мужчина лет пятидесяти пяти. Загорелое лицо, открытая улыбка и широкополая шляпа. — Рад вас видеть, сэр! — шкипер уважительно дотронулся до края шляпы и лишь потом пожал руку Полю.
— Рад вас видеть, капитан! — ответил Нардин-старший и взялся за рюкзак.
— Вы такой же непоседа, как и раньше, сэр! — покачал головой мужчина и повернулся к остальным. Он весело улыбнулся, блеснув хорошими зубами. — Здравствуй Карим! Ты совсем не изменился, старый греховодник. Разве что седых волос стало больше и бороду отрастил!
— Я так и знал, что капитаном окажется кто-то, из очень старых знакомых, — ухмыльнулся Шайя, — но тебя, честно признаюсь, встретить не ожидал!
— Этот мир тесен!
— Ты совершенно прав. Здравствуй, Майкл!
По словам шкипера, — «Катарина» досталась ему практически за бесценок. Десять лет назад, приехав по делам в Рио де Жанейро, он увидел у причала, потрёпанное штормом судно. Это даже мягко сказано — потрёпанное. До берега яхта добралась, не иначе, как чудом. Мачт не было, настройки сильно покалечены, а на левом борту, чуть выше ватерлинии, зияла внушительная пробоина. Не известно чем она ему приглянулась, но уже к вечеру, Майкл нашёл хозяина этой развалины и после небольшого торга, купил её за семьдесят тысяч экю. Когда у Майкла Беннета спрашивали о причине, — он проводил ладонью по серебристой щетине и, немного смутившись, отвечал: «Не знаю, сэр. Право слово — не знаю. Эта малышка сразу пришлась мне по сердцу».
Яхта, а если быть точным — восьмидесятифутовый бермудский кэч. Дизельный движок Volvo Penta, мощностью в двести пятьдесят лошадей и двести шестьдесят квадратных метров парусов. В распоряжении Майкла оказалась прекрасное судно, — корабелы из Баия знали своё дело. Пока Никита, с большим интересом рассматривал «Катарину», приятели разместились в кают-компании.
— Я готов забросить вашу команду в эту точку, сэр, — Майкл кивнул на карту западного побережья и поморщился.
— Что-то смущает?
— Скажу честно, что это не самое лучшее место для пикника. У вас хороший набор для барбекю, но сами понимаете…
— Никогда не ходили в тех краях? — спросил Поль и кивнул в сторону крупнокалиберного пулемёта Браунинг M2HB, установленного на корме. — С таким-то набором… Для барбекю…
— Доводилось, — усмехнулся шкипер. — Правда не на «Катарине», а на другой посудине. Вы ведь знаете, сэр, что у меня два промысловых судна в Рио. Правда, одно из них, уже два месяца стоит в сухом доке.
— Что-нибудь серьёзное?
— Так… Нарвались на неприятности, южнее Рио. Еле ноги унесли.
— Пираты?
— Они самые, сэр.
— И много развелось этих тварей?
— Достаточно, — кивнул Беннет. — И чем дальше от Рио и ближе к Джохар-Юрту, тем они наглее. Пиратство стало прибыльным делом, сэр! Сейчас этим занимаются все, кому не лень. Иногда, сразу и не разберёшь, кто болтается в кильватере, — рыбак или пират. У нас шутят, что одни отличаются от других только тем, что пираты не прячут своё оружие в трюмах. Конечно, как и в любом бизнесе, среди них есть дилетанты и есть профессионалы. Кстати, у этих сукиных детей, как правило, хорошее оружие. Хотел бы я знать, кто поставляет им эти игрушки. Ходили слухи, что в этом замешана какая-то британская фирма. Грабят рыбачьи посёлки, судна, которые торгуют на побережье и переселенцев.
— И Орден ничего сделать не может, — подвёл итог Нардин.
— Пытались, сэр. Отправили несколько катеров на разведку.
— С каким успехом?
— Его можно было предугадать заранее, — ни один катер не вернулся на базу. Кого-то из команды потом выкупили родственники.
— Часто люди пропадают?
— Бывает, — кивнул Майкл. — Один раз похитили двух подростков. Сыновья моего приятеля и делового партнёра. Его ребята, на свою беду, решили устроить морскую прогулку на яхте и нарвались на неприятности, — их взяли на абордаж, в пяти морских милях от Рио. Спустя несколько дней отец получил письмо.
— Пираты запросили выкуп? — прищурился Шайя.
— Да. Около восьмидесяти тысяч экю. Пока мы собирали наличные, они убили одного из братьев. Второго вернули живым, но, — шкипер покрутил пальцем у виска, — парень тронулся. Сошёл с ума. Мы немного подумали, а потом собрали компанию из двадцати пяти человек и наведались к пиратам в гости. Вдоль побережья много поселений, которые запачкали свои лапы в этом бизнесе, так что проблемы с выбором цели не было. Мы живём по Божьим законам — глаз за глаз, а там не сказано, какой, левый или правый…
— Всех зачистили?
— Мы же не звери, сэр… Женщин, стариков и детей не тронули. А вот остальным не поздоровилось. Правда судебное заседание было очень коротким, обошлись без присяжных заседателей, прокуроров и адвокатов. Я так полагаю, что этим бандитам не помог бы и сам Элиу Рут.[43] После короткой перестрелки, мы согнали всех мужчин на берег и огласили приговор: «Смертная казнь, без права на помилование». Несколько подсудимых были недовольны вердиктом. Возник небольшой переполох и они покинули зал суда первыми. Вне очереди… С остальными тоже не церемонились. Пулемёт, в умелых руках, прекрасная вещь! Мы, если честно, даже не разбирались, кто из них местный житель, а кто пришёл в гости, из соседнего поселения. Деревню сожгли. Перед отплытием собрали стариков и предупредили, что наша дружная компания, вводит в оборот новую систему взаиморасчётов. Один наш человек — одна их деревня.
— Подействовало? — спросил Карим.
— На траверзе Рио не появляются. А вот южнее, — да, можно нарваться. Я вам про это рассказывал. Мы тогда еле вырвались.
— Могу себе представить…
— Не то слово! В бортах было столько дыр, что на поверхности судно держалось только благодаря нашим молитвам. Ещё немного и отправились на корм местным тварям.
— Неужели твои головорезы умеют молиться? — пряча улыбку поинтересовался Карим. — Как это мило. Вы, наверное, и на воскресную проповедь все командой ходите?
— Ты совершенно прав, Карим, — поддержал шутку Майкл, — всей командой. Когда мой боцман обращается к Богу с молитвой, — здешний падре начинает плакать. Не скажу точно, по какой причине, но…
— Должно быть от радости, — съязвил алжирец. — Вот увидите, — пройдёт немного времени и он будет провожать вас в очередное плавание.
— Ты полагаешь?
— Конечно будет. Чтобы удостовериться, что вы точно отплыли.
— Ты не видел нашего падре, Карим!
— Зачем мне на него смотреть? Тем более, что я не люблю священнослужителей. Чтобы обратиться к Богу, мне не нужны посредники. Жаль, конечно, но ваш святоша никогда не придёт к причалу.
— Почему?
— Чтобы не затеряться в толпе портовых шлюх, — не выдержал Карим и засмеялся.
— Подумаешь, — протянул шкипер, — экая невидаль. Он их постоянный клиент, так что с этим проблем не будет.
— Видишь, значит я оказался прав, — эти святоши повесы и бездельники.
— Вы, парни, никогда не изменитесь, — улыбнулся Нардин и покачал головой. — Мне приятно это видеть, но у нас не так много времени. Что с нашей машиной?
— Как и договаривались, — кивнул Майкл. — Оставляете её здесь, а мой человек отгонит к точке вашего возвращения.
— Прекрасно.
— Сколько вы планируете быть в рейде, сэр?
— Считая со дня высадки, — четырнадцать суток.
— Хвоста не будет?
— Может и будет, — подал голос Карим. — но с большим опозданием. Через несколько часов, после нашего отъезда из Сао-Бернабеу началась песчаная буря, так что сам понимаешь… Тем более, что искать нас начнут в Рио, а не в этой дыре.
— Много ты понимаешь, Карим! Дыра…
— Разве я не прав? Прости, если я ошибаюсь, но на культурный центр эта бухта не похожа.
— Это бизнес-центр, — Майкл наставительно поднял палец. — Торговая площадка западного побережья. Эти скалы видели столько наличных…
— Контрабандисты? — поинтересовался Поль.
— Конечно, сэр. Эх, получи я, хотя бы сотую долю, от этой суммы — ушёл бы на покой, занялся садоводством и…
— И через две недели умер бы от скуки, — закончил фразу Карим. — Ладно, не будем о грустном.
— Неблагодарное это занятие — считать чужие дни и деньги. Чем больше считаешь, тем больше расстраиваешься, — усмехнулся Беннет и посмотрел на часы, висящие на стене рядом с барометром. — Через час начнётся прилив. Самое время сниматься с якоря.