Танец шёлка и стрелы

В покоях принцессы царила полутьма. Тёплый свет лампад отражался от шёлковых занавесей, бросая мягкие тени на стены. Чэн Юхуа сидела за небольшим столом, на котором стоял фарфоровый чайник. Она спокойно держала в руках чашу, но её взгляд был устремлён вдаль, как будто она видела не только стены своей комнаты, но и нечто, скрытое за ними.

В волосах уже не было украшений, а тяжёлая верхняя накидка была заменена более лёгкой и удобной.

Фэн Ли вошла почти бесшумно, как всегда. Она слегка поклонилась, прежде чем тихо произнести:

— Ваше Высочество, евнух ждёт за дверью. Привести его?

Юхуа слегка кивнула, не оборачиваясь. Её лицо оставалось спокойным, но пальцы, держащие чашу, едва заметно сжались.

— Пусть войдёт.

Фэн Ли сделала знак рукой, и через мгновение в дверях появился Вэй Шу(卫舒). Он медленно шагнул внутрь, осторожно закрыв за собой дверь. В его фигуре было что-то мелкое и угловатое, будто сам воздух вокруг него был пропитан страхом.

Чэн Юхуа слегка повернула голову на него. Евнух сразу же упал на колени, его лицо было бледным, а руки дрожали. Он не смел поднять глаза, словно опасался, что взгляд принцессы пробьёт его насквозь.

Принцесса поставила чашу на стол и наконец полностью повернулась к нему. Её фигура, несмотря на простое платье, выглядела величественно. Она говорила не громко, но казалось, что каждое её слово, даже самое тихое, заполняло всё пространство.

— Твоё имя?

— Этот слуга — Вэй Шу, Ваше Высочество, — его голос дрожал, и это не ускользнуло от внимания принцессы.

— Ты видел что-то необычное, — сказала она мягко, но её голос был как шёлк, натянутый до предела.

Евнух растянулся на полу ещё ниже.

— Этот слуга... да, Ваше Высочество. Я видел что-то вечером в Восточном крыле.

— Расскажи.

Евнух сглотнул.

— Этот евнух обходил коридоры, как всегда. Там... там была тень. Она двигалась быстро, словно пыталась остаться незамеченной.

— И ты последовал за ней?

Евнух замотал головой:

— Нет, Ваше Высочество. Я... этот слуга не осмелился. Ваш подчинённый подумал, что это может быть кто-то из слуг, но...

— Но что?

Чэн Юхуа наклонилась чуть ближе, её взгляд был таким проницательным, что евнух почувствовал его на себе, даже не поднимая глаз на принцессу.

— Этот слуга слышал звуки, Ваше Высочество. Шёпот. Слова были неразборчивы, но они... они были странными. Как будто молитва или просто слишком быстрый разговор. Будто кто-то говорил, но... но не для чужих ушей, будто боялись быть услышанными.

Юхуа выпрямилась, её лицо оставалось непроницаемым. Она слегка наклонила голову, будто обдумывая его слова.

— Кто ещё был в крыле в это время?

— Никто, Ваше Высочество. Коридоры должны были быть пустыми.

Она посмотрела на него так, что он едва не склонился ещё ниже.

— И это всё?

Евнух на мгновение замялся, прежде чем ответить:

— Этот подчинённый не видел больше ничего, Ваше Высочество. Но этот евнух чувствовал... чувствовал, как будто на меня всё время кто-то смотрел.

— Смотри на меня, — её голос звучал, как приказ, в котором не было ни капли сострадания.

Он медленно поднял глаза и почувствовал, как воздух стал холоднее.

— Я — дочь императора. Моя воля — закон, а твоя жизнь зависит от моего слова. Подумай дважды, прежде чем скрыть правду, потому что предатели сгорают быстрее всего. Говори сейчас.

— Я... — начал он, но его голос дрогнул. Он сделал глубокий вдох, будто пытаясь собрать остатки храбрости. — Ваше Высочество, этот подданый видел ещё кое-кого в Восточном крыле.

Чэн Юхуа не шелохнулась, её взгляд остался неумолимым.

— Кто это был?

— Это был мужчина, — наконец выдавил он. — Но он не выглядел, как кто-то из императорской семьи или чиновников. Его одежда... Тёмно зелёный шёлк. Как будто кто-то с севера. Я не видел его лица, было темно.

Юхуа нахмурилась, её мысли закружились, как листья в осеннем ветре.

— Мужчина в тёмном плаще? Почему ты не сказал об этом сразу?

Евнух снова склонил голову, его руки затрепетали.

— Ваше Высочество, этот слуга не думал, что это важно. Этот подчинённый подумал... может быть, это один из Ваших людей, проверяющий крыло или кто-то из гостей. Этот подданый не хотел задавать лишних вопросов, чтобы не показаться подозрительным. У этого евнуха могли быть проблемы если бы потревожил кого-то из гостей приёма...

— Где ты видел его? Что он делал?

— Он стоял у одной из дверей. Вроде как прислушивался... или что-то искал, — проговорил евнух, едва глотая слова. — Потом он заметил меня и быстро ушёл. Ваш ничтожный слуга не видел его снова. Это было во время первой стражи, когда гости ещё прибывали на банкет.

Чэн Юхуа молча обдумывая услышанное. Мужчина, появившийся именно там, где исчезла Шуйцзин... Это не могло быть совпадением.

"Щедрость принцессы достойна песен" резко пронеслось в голове у девушки.

— Ты уверен, что он ушёл? — спросила она, её голос был тихим, но в нём чувствовалась стальная решимость.

Евнух быстро кивнул.

— Да, Ваше Высочество.

Вэй Шу быстро достал из-за пазухи небольшую золотую булавку.

— Она лежала на полу рядом с дверьми. — промямлил он, понимая что за сокрытие этой находки его могли бы изгнать из дворца за воровство. В лучшем случае...

Чэн Юхуа медленно взяла булавку.

—Ты остаешься здесь и не смей говорить ни слова об этом кому либо.

Фэн Ли, стоявшая в углу, сделала шаг вперёд.

— Ваше Высочество, что вы хотите делать дальше?

Юхуа развернулась к ней.

— Мы пойдём в Восточное крыло. Но сначала убедись, что этот человек останется в покоях под надёжной охраной.

Коридоры Восточного крыла встретили их гулкой тишиной. Фонарь в руках Фэн Ли отбрасывал длинные тени, которые плясали на стенах. Юхуа шла впереди, её шаги были бесшумны, как тень, но внутри она чувствовала, как тревога поднимается всё выше.

— Мы точно должны идти сюда? — спросила Фэн Ли, её голос был почти шёпотом, но звук разнёсся эхом по пустому коридору.

— Ты слышала, что сказал евнух. Шуйцзин видели именно здесь.

— Там, — сказала Фэн Ли, показывая на деревянную дверь в конце коридора.

Чэн Юхуа остановилась перед ней. Её пальцы мягко коснулись дерева, словно пытаясь уловить его тайны. Она толкнула дверь, и та скрипнула, открывая вход в тёмное помещение.

Свет фонаря осветил пол, на котором были заметны следы. Это были тёмные пятна, похожие на влажные отпечатки ткани, тянущиеся к углу комнаты. Похоже на кровь, но может быть и засохшим вином. При таком свете не разглядеть.

— Что здесь было? — спросила принцесса, но не у служанки, а как будто у самой комнаты.

Фэн Ли молчала, её лицо оставалось напряжённым.

— Они не прятались, — заметила Юхуа, наклоняясь, чтобы рассмотреть следы. — Эти следы оставлены в спешке. Это был не слуга и не случайный гость.

Её взгляд скользнул к окну, за которым виднелась ночная тьма. На мгновение ей показалось, что она уловила шевеление в тени, но это мог быть всего лишь ветер.

— Почему эту часть дворца забросили? — тихо спросила Чэн Юхуа, стараясь не смотреть на темноту впереди.

— Старое крыло, — ответила Фэн Ли. — Говорят, что его почти не использовали с тех пор, как умер предыдущий император.

— Здесь были его покои?

Фэн Ли кивнула.

— Восточное крыло стало символом его падения. Когда новый император взошёл на трон, он не стал прикасаться к этим комнатам.

Они шли ещё несколько минут прежде чем остановились перед ещё одной закрытой дверью.

— Открой её.

Фэн Ли потянулась к двери, но её пальцы замерли на мгновение, словно она почувствовала, что за ними наблюдают.

Чэн Юхуа почувствовала это одновременно с Фэн Ли. Её дыхание участилось, но она старалась сохранять видимость спокойствия. За ними кто-то был. Чужой взгляд, холодный и оценивающий, словно прожигал затылок.

— Не оглядывайся, — едва слышно сказала она Фэн Ли.

Служанка кивнула, её пальцы сильнее сжали фонарь.

— Мы здесь одни? — прошептала Юхуа.

Фэн Ли на секунду огляделась, но не заметила ничего подозрительного.

— Я... я не знаю, Ваше Высочество.

Чэн Юхуа подошла ближе к двери и толкнула её. Она открылась, будто приветствуя их глухим скрипом.

Помещение было заброшено, но не пусто. В углу стоял старый стол, его поверхность покрывал тонкий слой пыли. На полу виднелись слабые следы, как будто кто-то недавно здесь проходил.

Юхуа медленно подошла к столу. На краю она заметила кусочек ткани, зацепившийся за старую щепку. Она подняла его и увидела, что ткань была тёмно-зелёной — цвет, который во дворце носили высокопоставленные наложницы.

— Кто-то был здесь, — сказала она, показывая находку Фэн Ли.

— Зачем? — прошептала служанка, оглядываясь по сторонам.

— Скорее всего, за тем же, за чем и мы, — предположила Юхуа.

Она посмотрела на окно, покрытое пылью. На стекле виднелся слабый отпечаток руки. Юхуа осторожно коснулась его пальцами.

— Они смотрели наружу.

Фэн Ли поднесла фонарь ближе, и слабый свет осветил комнату. В углу Юхуа заметила ещё один след. Это был отпечаток обуви, слишком крупный для женской ноги.

— Здесь был не один человек — сказала она.

Снаружи раздался слабый звук — как будто кто-то осторожно передвигался вдоль стены. Чэн Юхуа замерла. Её дыхание стало прерывистым, а пальцы сжали кусочек ткани.

— Ваше Высочество, — голос Фэн Ли был едва слышен. — Мы не одни.

Принцесса кивнула, её глаза оставались устремлены в окно. Она чувствовала, как кто-то наблюдает за ними, но тьма не давала ответов.

— Мы уходим, — наконец сказала она, её голос звучал твёрдо, но с нотками страха.

Фэн Ли быстро потушила фонарь, оставив их на мгновение в полной темноте.

— Следуй за мной — приказала Чэн Юхуа, направляясь к двери.

Каждый шаг казался слишком громким. Тишина, окружавшая их, была гнетущей, а тени, казалось, становились гуще.

Двери покоев закрылись с глухим звуком, но ощущение опасности никуда не исчезло. Юхуа медленно опустилась на подушки, её руки всё ещё дрожали. Она сжала кусок ткани, найденный в Восточном крыле, и обвела взглядом комнату, где мерцал только свет фонаря.

Фэн Ли стояла рядом, её лицо было бледным, словно она только что увидела призрака.

— Ваше Высочество, что теперь?

Юхуа молча смотрела на ткань в своих руках. Её взгляд был сосредоточенным, но в глубине глаз таилась тревога.

— Мы должны узнать, кому это принадлежит, — наконец ответила она. Её голос звучал твёрдо, но её руки, заметно дрожащие, выдали внутреннюю борьбу. — Но никому, слышишь, никому нельзя знать о том, что мы видели.

Фэн Ли кивнула и тревожно посмотрела на госпожу. Она наклонилась ближе к Юхуа, понизив голос до шёпота.

— Ваше Высочество... а если за этим стоит кто-то из старших наложниц? Госпожа Юань или... госпожа Сун?

Юхуа подняла глаза на Фэн Ли. В её взгляде отразилась тень сомнений, но она быстро подавила их.

— Они не настолько глупы, чтобы оставлять такие улики, — сказала она. — Если это их работа, они действуют через кого-то другого.

Фэн Ли покачала головой.

— Но зачем рисковать? Почему именно Вы?

Юхуа тяжело вздохнула.

— Я слишком часто стою поперёк чужих планов. Возможно, это предупреждение... или приглашение.

Фэн Ли замерла, её лицо стало ещё бледнее.

— Приглашение?

Юхуа прикрыла глаза, словно хотела обдумать каждое слово.

— Если кто-то хотел просто запугать меня, они сделали бы это иначе. Эта булавка — не угроза. Это попытка заманить нас в ловушку или проверить, как далеко мы готовы зайти.

Фэн Ли задумалась, потом осторожно спросила:

— Если это ловушка, Вы... Вы действительно пойдёте дальше?

Юхуа медленно подняла взгляд. В её глазах горела смесь упрямства и осторожности.

— Я не отступлю, если это касается моей жизни или жизни Шуйцзин. Фэн Ли, если кто-то угрожает моим людям, а я даже не могу их защитить... Что я за госпожа?! Если я остановлюсь сейчас, я никогда не узнаю, кто за этим стоит. А незнание опаснее любого ножа.

Фэн Ли кивнула, но её губы дрожали. Она отошла к двери, как будто хотела убедиться, что никто не подслушивает.

— Ваше Высочество, — наконец тихо сказала она, глядя на Юхуа через плечо. — Иногда незнание может быть спасительным.

Юхуа отвела взгляд, но в её глазах засветилось что-то твёрдое.

— Может быть, — ответила она, её голос стал едва слышен. — Но спасение не помогает управлять.

Эти слова повисли в тишине. За дверью послышался еле слышный скрип шагов, и обе девушки замерли. Юхуа жестом велела Фэн Ли не двигаться, а сама осторожно встала.

— Мы больше никогда не будем одни, — тихо произнесла Юхуа.

Она обернулась к двери, её рука уже потянулась к кинжалу, спрятанному в одной из тумб.