39.Кто еще жив.
Вся эта операция напоминала разделку рыбы в дорогом ресторане. Длинный разрез от начала шеи и до самого копчика. После аккуратный разворот частей кожи, что скрывали повреждения и потемневший позвоночник. Доставали его медленно, отсоединяя от позвонков каждую связку так, словно он робот. Хотя с такими открытиями, я не удивлюсь если у него еще что будет от биотехники. В момент, как былой позвоночник ложится на большой металлический поднос, я вспоминаю Джеймса. Вспоминаю как считала его протез пиком инноваций. Считала, что подобные возможности науки это магия. Особенно тогда, когда Тони сделал ему более "живую" версию. На руках тут же появились фантомные ощущения тепла от гладкой кибер кожи, а перед глазами сверкнула картинка довольного Барнса, когда он получал от меня нежный поцелуй в середину чувствительной ладони. Для него это было невероятным взрывом эмоций, которые не угасали даже через года. Не угасали до самого конца.
Я бы многое отдала, что бы еще раз поцеловать его в ладонь. Услышать тихий выдох и разок увидеть его фирменную улыбку. Еще раз почувствовать тепло в том пустом месте, что осталось после его ухода. Но теперь об этом всем, можно только мечтать. Не забывая при этом следить за теми, кто еще рядом и главное жив. За теми, кого так или иначе мне суждено защитить. Своё это желание или же чертова миссия, какой-то там Старейшины, который тоже имеет свою цель. Пропуская поток мыслей на фоновом режиме, я ставлю обе ладони на стекло и с отсутствующим взглядом наблюдаю как из принесенного кейса достают новые яркие позвонки. В это момент появляется искра. Кто бы мог подумать. Все это настолько близко и очевидно. Так подло и шикарно наигранно. Самые близкие и доверенные люди. Те, к кому Стив поворачивается спиной, по итогу получая в нее нож. Ну или как в этом варианте: пулю. Которую мне пообещали отдать сразу после операции.
- Мисс. - не зная как ко мне обратиться, зовёт та рыжеволосая женщина. Она аккуратно обнимает бумажную упаковку и опускает глаза в пол. Толи от усталости, толи от неудобства. Подобные существа не частые гости в их стенах. Как и данное предложение. - Вы стоите тут уже шестой час.
- Да? - охрипшим от долгого молчания, спрашиваю я. Скорее для себя, чем для того, кто выглядит свежее меня и видит хоть что-то, помимо операционных стен и окровавленных рук хирургов. - Как незаметно летит время. Особенно в такие моменты.
- Наша группа решила, что вам не помешает немного поесть. - сделав шаг вперед и вытянув упаковку, говорит высокая женщина. Судя по мелкой надписи на груди, Джуди. По итогу она терпеливо ждёт моего ответа, попутно кидая косые взгляды на ногти и крылья. А после и на мои глаза, в которых уж точно нет ничего, кроме усталости и переживания.
- Спасибо. - мягко улыбнувшись, благодарю я и принимаю горячий бумажный пакет. Время близится к одиннадцати, а я лишь завтракала. Потому отказывать в подобно "подачки" данного персонала, не хотелось. Как и есть. Но уж лучше так, чем потом в один момент скрутиться от спазмов желудка и терпеть ноющую боль.
- Я бы хотела привести себя в порядок. - желая хотя бы умыться, говорю я. На радость Джуди сразу меня понимает и указывает рукой в прямо перед собой.
- Вон в ту сторону. Обе белые дверцы с синими рисунками. - отвечает она, после чего убирает руки за спину.
- Отлично. - по новой прикладывая ладонь к стеклу, я кидаю мимолетный взгляд на обставленную докторами и белой тканью, спину Роджерса. Это нагоняет на очередной вопрос, на который мне важно знать ответ. - Меня потом пустят к нему?
- Если состояние будет стабильное, то должны пустить. - кивает женщина, так же повернув голову на нетипичного, но все же пациента. Доктора полны циничности, от того уже отвыкли от сочувствия. Отдалённо зная данную персону, Джуди уверенна, что и окружение у него не самое доброе. И даже с этим она ощущала тепло в груди, наблюдая подобное переживание. - Правда, лишь в случае, если вы опекун или...
- Принято. - испытывая новую волну эмоций, отрезаю я. После чего нервно облизываю губы и задаю следующий вопрос. - Вы не знаете, куда его потом переведут?
- Скорее всего, или в отдел реанимации, или в отдельные палаты левого крыла. - немного подумав, отвечает Джуди. После чего она дрожа пальцами протирает свои запястья и шумно сглатывает.
Женщина не может что-то обещать или предоставить. Персона напротив не выдавала сигналов того, что могло навести организм стресса или ожидания опасности. Но рядом с этой все еще неизвестной личностью становилось не по себе. Или это от нетипичного вида, или же было что-то еще. Нечто тайное, что занимало все пространство, создавая купол тяжелого воздуха и еле ощутимой вибрации.
- Можете кого-то уведомить, чтобы меня забрали и отвели к нему в палату? - спрашиваю я, надеясь хотя бы на ее попытку это уточнить. Надеясь, что лишних вопросов не будет и мне позволят вести личное наблюдение. На деле, мало вероятно, что тут попытаются его убить. Но уже теперь лучше с излишком, чем как сегодня. Лучше надавить и быть рядом с ним, ведь второго шанса может и не быть.
- Хорошо. - чисто ради формальности соглашается Джуди. Обещать она этого не может, но все таки спросит. Ради приличия и чего еще, что можно предпринять рядом с появившимся из воздуха персонажем.
- Еще раз, спасибо. - приподняв небольшой пакет, снова благодарю я. После его получаю вид ответной улыбки и её уходящей за угол спины.
Открыв пакет я нахожу там длинный панини со стекающим из уголков сыром и пару отдельно лежащих мокрых салфеток. Развернув пакет, я нахожу там знакомый логотип Сабвей. Помниться, в дни моей более человечной жизни я вместе с Броком залетала в данные заведения. Сколько бы не прошло лет, а готовят они все так же отменно. Погружаюсь в приятные воспоминания, я быстро уминаю всю порцию. А после, встав с пола и отлипнув от стекла, ухожу в уборную, желая выкинуть мусор и хотя бы умыться. Упрямое игнорирование зеркал привело к тому, что я все же посмотрелась в них. Опавшее лица, слегка мятая рубашка, что частично порвана из-за вторых крыльев и полный бардак на голове. Та и внутри тоже. Намочив пряди, я прохожусь горячими пальцами и привожу все в приличный вид. Холодная влага вернула тонус кожи и легкую розоватость на щеках. Поочередно вытянув крылья, я расслабляю забитые мышцы и возвращаюсь на место. По итогу, незаметно для меня, проходит еще несколько часов. Время близилось к четырём утра и только тогда медики начали накладывать швы. В момент, когда Стива начали увозить, ко мне подходит уже иная женщина и просит пройти за собой.
- Есть пару правил, которые вам нужно знать. - монотонно говорит она. После чего ожидает, когда я с ней сравняюсь и согласно кивну.
- Слушаю. - дополнительно, подтверждаю я. Возникать о том, что я все знаю и тому подобного, делать не собиралась. Это ее работа, поэтому мне лучше все послушать.
- Никаких шумов. Ничего не трогайте. В случае чего, зовите врача и не пытайтесь сделать что-то самой. Ни в коем случае не меняйте положение кровати или пациента. У него была тяжелейшая операция, после которой нужно пару суток, что б позвонки осели на своем месте. Так же нам бы не помешали ваши документы. - последнее женщина говорит уже став возле нужной палаты. В руках у нее было две белых карты с номерками. Отдавать один из них она не спешила. Как никак, а мой ответ решал давать ли мне допуск к пациенту или же нет.
- Все будет завтра утром. - шумно выдохнув, отвечаю я. После чего женщина едва не синхронно со мной сжимает губы от своей личной досады.
- Тогда не могли бы вы назваться и сказать, кем вы ему являетесь. - просит она, постукивая кончиками ноготков по тыльной стороне нижней ладони. Данную особу старались не трогать во время операции, так как в подобном состоянии люди могут быть агрессивными, а с такими нечеловеческими персонами экспериментировать не хотелось. Но сейчас у них стоит на чаше весов закон и данный вопрос. Выбирать не приходилось, но, на радость, ответ был получен вполне легко и свободно.
- Мое имя Винил Стрейчл, я его личный телохранитель. - тихо отвечаю я, протягивая руку. В которую, наконец, получаю ключ-карту и, кивнув в знак благодарности, захожу в темную палату, где раздавался тихий писк и едва слышный стук капельницы.