Экспонат, том I

«И пусть меня критикуют, но со всей ответственностью заявляю – в психике представителей четырёх рас отличий намного меньше, чем хотелось бы некоторым ксенофобам. Мы – похожи. И в этом наша беда».

Слова профессора менталистики Республиканского Университета, семинар по расовым особенностям.

Разобравшись с контуром, Наран отправился к кабинету тётушки. Там его ожидал неприятный сюрприз – Лилис, видимо, повесила дополнительную защиту, потому что попасть внутрь он так и не смог.

Испробовал всё: пропуск, импульсы магии разной направленности, даже попытался просто вынести дверь. Кабинет был запечатан намертво и оставался неприступной крепостью. Вряд ли этот запор был связан с основным охранным плетением, а значит снять его через панель тоже было нельзя. Подожди Нар два часа, когда защита с убежища окончательно спадёт, он мог бы в этом убедиться. Но следовало еще кое-что сделать.

На всякий случай он добрался и до личных покоев Лилис, которые, ожидаемо, тоже не открылись. Неприятное чувство скрутило живот. Зачем тёте, которая была рада ему в любое время суток, так отгораживаться?

Она всегда оставляла для племянника лазейку, ещё с детства, когда он приходил к ней прятаться от кошмаров. Сейчас, когда у него было своё жильё, и в убежище он ночевал реже, ничего не изменилось – Наран всё так же мог прийти в любой момент и получить порцию тепла. Конечно, Лилис не была типичной заботливой мамочкой, чаще в ней можно было увидеть строгость и некую жёсткость.

Но и этого ему хватало. Он заслушивался её историями о кочевой жизни, радовался, когда она вспоминала его погибшую так рано мать, обожал засыпать под тихие колыбельные на древнедрейском. Пусть этого было меньше, чем ему хотелось, но Лилис оставалась его семьёй. Не идеальной, занятой делами служения Фейе, поддерживающей его стремления к мести, но запрещающей уроки ментальной магии. Семьёй.

У него не было от тёти тайн, кроме одной. В тот день, когда дрея забрала его от руин разрушенного магией дома, он нашёл в кармане часы. Память подводила ребёнка, ему казалось, что их подарила мама, но точно он не мог восстановить это событие. Эта вещь была самой дорогой для Нарана, и, отчего-то, он не хотел ею ни с кем делиться. Ни с Нуйинг, с которой в детстве их отношения не были настолько плохими, ни с другими детьми жрецов, ни даже с Лилис.

Но что стоит эта маленькая прихоть, по сравнению с тем, что могла прятать тётя? Если в деле замешаны рабовладельцы и похищенные дети...

Нет, он не хотел об этом думать. Поэтому направился в прачечную, где забрал несколько чистых, но ещё не разобранных мантий. А потом пробежался до хранилища. Несколько артефактов не помешают его плану.

Страшно удивило, что с полок пропали практически все зарядные кристаллы. Сразу вспомнилось, зачем Лилис отправляла его в Дорннудэ. Сколько же энергии потребует ритуал, раз она выгребла весь их запас? И как ему объяснить тёте, что он вернулся без корунда? Ах, какая ерунда приходит в голову. Он ведь всё равно собирается её остановить.

На разбор коробок и ящиков с полезными мелочами Нар потратил непозволительно много времени. Назад, к узникам, пришлось пусть не бежать – но очень-очень быстро идти.

Дверь в темницу не была заперта, что Нарана сразу насторожило. Правда, он тут же вспомнил, что отправил парням еду – сын жреца во всю пользовался привилегиями отца и таскал за собой бляшку пропуска, что и позволило ему без труда нарушить охранный контур, наложенный Нуйинг. Стоило подумать об этом, ещё когда просил мальчишку об услуге. Вдруг бы не смог открыть?

Успокоенный, Наран прошёл внутрь и выронил из рук свою поклажу: мантии, ключи и небольшой медальон. Упав на ткань, металлические предметы практически не издали звуков, но ему всё равно показалось это громом посреди ясного неба.

– Да какого Цардара?! – простонал он, абсолютно не представляя, где теперь искать беглецов, и что с ними сделают другие, если найдут раньше, – Я должен. Должен был это предвидеть!

Почему он вообще решил, что разумные, помогавшие ему с освобождением рабов, будут просто сидеть и ждать спасения? Потому что кандалы блокируют магию? Ха!

Как-то же Анкей с Ияри разрезали решётку. Значит, гений-артефактор придумал, как обойти ограничения. К любому замку найдётся отмычка, а Анкей уже показывал уникальность своих способностей. Ну что стоило намекнуть парням, чтобы они не рыпались?

– Хорошо, – сказал Наран сам себе, потирая переносицу, – Думай как они... Думай как они...

Чтобы занять руки, он поднял вырезанные прутья и отложил их в сторону от прохода. Подумал ещё и вообще убрал их в ящик с вещами заключённых. Удивительно, но отобранные наручи и сумка остались в нём. Видимо, парни сбежали совсем недавно, или вовсе решили, что в данной ситуации вещи лишь замедлят их. Пустые тарелки оставались на полу клетки. Так что Анкей и Ияри хотя бы не сбежали голодными.

Наран не знал, как мог думать Анкей. И уж тем более не догадывался о ходе мысленного процесса Ияри. Куда бы они спрятались? Решили бы пойти обратно к вагону или начали бы искать выход? Кто знает?

Возможно, он бы заметил неровную вентиляционную решётку, если бы осматривал темницу чуть внимательнее. Но в коридоре послышались шаги. Наран быстро сообразил, что никому не стоит видеть учинённый парнями разгром. И, глухо матерясь, он выскочил за дверь, почти сталкиваясь с Нуйинг.

– Опять ты тут, – хмыкнула фалина, – Ещё и покормил вторженцев. Какой добренький. Грехи замаливаешь?

– А есть что замаливать? – в тон ей отозвался Наран, – И нет, я просто надеялся, что адекватное отношение заставит их сомневаться. И, может, открыться. Нужно же узнать, как они сюда попали. Или хочешь их пытать?

– Куифен запретила применять насилие, – поморщилась фалина, – Как и ментал. Сказала, что сама всё выяснит, когда будет чистить память, чем ты слушал? А, точно, пошёл бродить, вместо того, чтобы идти к себе. Я тебя уже знаешь сколько ищу? Я похожа на ищейку?

– Нет, на лягушку, – Нар поддел её ехидно, надеясь развести на эмоции и этим отвлечь, – но ты меня нашла. Что теперь?

– Глава хочет видеть тебя, – нехотя вздохнула Нуйинг, будто обиженная, что наставница предпочла названного племянника, а не её, – Ей нужна помощь с ритуалом. Пройдёшь через портальную комнату – будешь на месте, она всё настроила уже.

– Портальную? Снаружи бушует магическая буря. Не лучшая идея.

– Ха! И, как ты думаешь, почему она бушует? Успокойся, наш переход стабилен. Вали уже.

– Хорошо, пойдём, – Наран подхватил девушку под локоток, – заодно расскажешь, кто такая эта Куифен. Я её совсем не помню, а при ней спрашивать было ой как неловко.

Фалина выглядела недовольной, но сопротивляться не стала. За спиной Наран почувствовал какое-то магическое возмущение, и лишь отмахнулся от него – слишком его мысли были заняты тем, как увести Нуйинг подальше. Рискованно было показывать ей, что клетки пусты. Парни, встреться они, способны с ней справиться, особенно, если используют элемент неожиданности, но девушка была полна сюрпризов и вполне могла успеть позвать на помощь.

Тем более, что вряд ли Нуйинг, менталистка, отправится искать их одна. И ещё менее вероятно, что она забудет, кто последний выходил из темницы. Как такое объяснишь?

Пусть их отношения находились на грани вражды, Наран не хотел ей вредить. Да, несколько дней назад у него сорвало крышу, но и тогда он бы не стал её калечить. Так что пусть остаётся в неведении.