Экспонат, том I

«Необходимость контролировать количество боевых магов в храмах – неприятная обязанность, порождающая напряжение между жрецами и светской властью государства. Впрочем, вряд ли вы бы хотели, чтобы у каждого Главного Храма каждого бога была своя армия, способная устроить в стране кровавую бойню. Вопрос безопасности»

Из лекции для кадидского наследника престола.

Пускай Рхее не выдали оружия, её это ни капельки не смутило. Девушка бы сама себе в такой ситуации не доверила ничего опасного, но в храме, скорее всего, руководствовались практичностью. Проще говоря, всё хранится под рукой у службы безопасности. Нужно только до них дойти. Свои вещи Рхея оставила в келье, повинуясь просьбам-требованиям Тунгалаг.

В каждую секунду девушка ждала условного сигнала от Барласа – это было глупо, но что ей было с собой поделать? Излишне ровная спина, казалось, выдавала её сомнения, но Сестра Вероятности так ничего и не сказала.

Они покинули главное здание Храма и теперь ползли к стадиону, раскланиваясь с каждым встречным жрецом. Будто Рхею учили смирению – можно было завершить путь раза в два быстрее.

Вместо основного входа Тунгалаг повела её окольными путями к боковой дверке. В результате пришлось петлять меж хозяйственных помещений стадиона, протискиваться у каких-то труб и переступать через арматуру.

На поле света не было: в солнечные дни крыша стадиона разъезжалась лепестками, позволяя заниматься под открытым небом. Но сегодня кто-то отключил эту полезную функцию, при этом то ли забыл подать энергию в освещение, то ли не сделал этого намеренно. Рхея напряглась, осторожно ступая на траву.

Не зря. Стремительное движение тени сбоку она уловила скорее интуитивно, чем реально увидела.

Отшатнувшись, девушка ушла в перекат и выпустила когти. Она знала несколько плетений, для активации которых достаточно было лишь подумать, но пока отложила их на потом. Никто не выдал её инструкции, и Рхея попросту не знала, имеет ли право хоть кого-то атаковать.

Тень вновь юркнула в глубину стадиона. Тунгалаг куда-то исчезла, и Рхее оставалось только ругать себя – она не заметила, как та ушла. А она именно ушла, а не была схвачена, Рхея не чувствовала характерного для насилия напряжения.

Впрочем, для себя опасности она тоже не ощущала. Атакующие плетения противника были бы болезненны при попадании – болезненны, а не смертельны. Более того, её стиль боя так явно прощупывали, что становилось смешно. Для чего столь очевидная проверка?

Рхея молчала, тень отвечала взаимностью. Они просто играли в кошки-мышки во мраке пустого стадиона. Пока, наконец, не блеснула подозрительно яркая молния. Рхея напряглась – и оказалась права.

Бой изменился так стремительно, что оставалось лишь гадать, почему против неё сразу не применили такой обширный арсенал умений.

Во-первых, тень ускорилась. Если раньше Рхея могла быть с ней на равных, стоило приноровиться, то теперь удавалось только увернуться в последний момент. И то не всегда! Два или три чувствительных тычка девушка пропустила и, наконец, рискнула применить подготовленные плетения. А потом ещё одни. И ещё.

Было даже удобно отсутствие света - легче заметить отсветы магии, срывающиеся с рук. Легче уйти с траектории атаки. Рхея казалась сама себе банальной. От неё в тень летели огненные шары всех доступных оттенков, молнии и лёгкие локальные толчки-землетрясения. Просто, быстро, обычно эффективно. Тень же изгалялась по полной.

Первые минут десять плетения были из студенческого обучающего арсенала – первый курс максимум. Парализаторы, путы, лёгонькие разряды, напоминающие по силе статическое электричество от расчёски. Камни слегка двигающиеся под ногами, цепляющаяся за обувь трава. Хотелось даже обидеться на эту обманчивую простоту.

Сейчас Рхея даже не узнавала часть атак – будто не видела ни разу ничего подобного. Земля вспучивалась лозами, гудела, скользила. Из трещин прорывались шипы, покрытые белёсой жидкостью. Меж возникших из ниоткуда стволов сверкали молнии боевых плетений. Это уже не безобидные парализаторы, выключающие студента на полминутки. Нет, эти сети могли поджарить незадачливого бойца до хрустящей корочки.

Всё отчётливее становилось понимание собственной слабости. Ей не победить – разве что измотать противника, дождавшись, пока запас сил врага иссякнет. Но реально ли это, если она играет на чужом поле? Сколько у тени «батареек» и сколько вообще теней скрывается во мраке стадиона? Рхея и сама начала уставать, совершать банальные ошибки.

Так она запнулась о лозу, которую до этого без проблем обходила. Правда, только это спасло её от волны неизвестного плетения. Свечение заклинания растворилось где-то у противоположного конца стадиона, можно было выдохнуть.

Поднимаясь с земли, Рхея замялась – и закономерно получила по голове, отмечая как быстро и неотвратимо меркнет сознание.

Когда она пришла в себя, было светло. Не потому, что наступил новый день и всё такое прочее. Просто под куполом включили свет, идеально имитирующий солнце. Рхея зажмурилась, защищая от лучей слезящиеся глаза.

– Весьма неплохо, – послышался скрипучий женский голос, заинтригованная, Рхея приоткрыла один глаз, – Хотя я бы тебя в отряд не взяла, молодо да зелено больно. Кстати, тебе не говорили, что юбку можно снять?

– Говорили, – прохрипела Рхея в ответ, – я забыла.

– И зря, двигалась бы быстрее, – пожала плечами полудрея. Она походила на пожилую человеческую женщину – только потому человеческую, что дреев мало кто видел постаревшими. Морщины и морщинки, седина – всё то ли обходило долгожителей стороной, то ли тщательно скрывалось. Эта полудрея была именно пожилой: лицо её было строгим, с чёткими скулами, но кожа на нём давно стала дряблой, короткая стрижка целиком была покрыта сединой, а глубоко посаженные глаза казались абсолютно чёрными. Это была достаточно благородная старость. От человека её отличали длинные острые уши и чуть дрожащий, вопреки физическим законам, ёжик волос.

– Простите, – смогла выдавить из себя Рхея. Ей, качавшей права перед главой Храма, было стыдно так очевидно косячить.

– Поднимайся, – распорядилась полудрея, – зови меня «мэм» или «мэм Нинелла», а лучше – никак не зови, просто выполняй распоряжения.

– Поняла, мэм, – девушка кое-как отряхнула платье и встала, без приказа вытянувшись смирно и не двигаясь. Причёска её слегка растрепалась, что уже было чудом – видимо, Тунгалаг сцепила волосы намертво, что позволило выйти из боя в приличном виде. А вот платье испачкалось знатно, за серо-песчаным налётом было не разглядеть его глубокого синего цвета.

Удивительно, но ткань не порвалась, не зацепилась – и очень хотелось узнать, из чего делают выдерживающую подобное одежду. Нинелла была одета в похожие вещи, только юбка была иной – длинной сзади и больше напоминающей пояс спереди. Да на подоле и рукавах красовались серебряные гиацинты. Бриджи на ней смотрелись неплохо и, кажется, были достаточно удобными, раз вовсе не стесняли её стремительных движений. Везёт жрицам!

– Что тебе известно о жреческой магии, Избранная?

– Почти ничего, мэм.

– Прискорбно.