Экспонат, том I

«Каждый храм – это сложная и многофункциональная система, похожая на государство в государстве, сдобренная своими конфликтами, интригами и борьбой за выживание»

Из скандальной научно-популярной статьи бывшего служителя богини плодородия.

Мрачно и решительно Рхея разглядывала сложенное на кровати платье. Тунгалаг, принёсшая одежду, не стала её отчитывать. Может, она и вовсе не знала о конфликте с Его Святейшеством. Жрица оставалась приветливой и слегка отрешённой, она даже побеспокоилась о том, что в келье нет зеркала – и его принесли минут через десять, прикрепив на стену временной лентой с рунической вязью. Рхея скрипнула зубами: может ли искренность казаться наигранной? Может ли лицемерие отдавать искренностью? Какая же ерунда...

Снова и снова она возвращалась мыслями к разговору с Барласом. Он был учтив, но не был снобом. Был ответственным, но не душил обязательствами. Главное – он её понимал. И потому мужчине хотелось доверять.

– Хочешь сбежать? – поинтересовался он тогда, – Когда-то я тоже был молод и импульсивен. И, думаю, разнёс бы кабинет, реши кто меня остановить... Храм отказал тебе в помощи?

Убедившись, что Рхея не вырывается, он отпустил её и отошёл на два шага. Девушка почувствовала, будто сжатая внутри неё пружина расслабляется. Тем не менее, она нахмурилась, всем своим видом – от кончиков напряжённых нечеловеческих ушек до неестественно прямой спины – выражая своё недовольство.

– Нет, не отказал. Хр-рам отказался учитывать в этой помощи меня. Хр-рам желает запер-р-реть свою воительницу в четырёх стенах! – рыкнула она, – Будете меня останавливать?

– Стен здесь куда больше, чем четыре, – покачал головой Барлас, – и нет, я не планировал становиться твоим тюремщиком. Но, возможно, тебе будет интересно меня выслушать.

Мужчина развернулся и подошёл к узкому окну на противоположной от выхода стене. Руки сцепил за спиной, расслабленный и уверенный в себе – Рхея подумала, что может выбежать из комнатушки прямо сейчас. И, даже если он достаточно проворен, то не успеет её остановить. Девушка не чувствовала подготовленных плетений, так что вряд ли её будут тормозить магией или запирать перед её носом дверь. Именно из-за этого факта она и осталась.

– Будете говорить о том, как важно обучение?

– Отнюдь, тебе это и самой известно. Или Атхейя разучилась выбирать Избранных, – Барлас обернулся и поймал её взгляд, – Его Святейшество достаточно консервативен, не удивлён, что он отодвинул тебя от решения проблем до конца обучения. Я в этом с ним не согласен... Разве не боги ведут Избранных? Тем не менее, сбежать ты не сможешь.

– С чего бы это?

– Система безопасности храма? Прихожанам такое не ведомо, так что слушай внимательно. Каждый посетитель вносится в реестр – особое плетение, запоминающее энергопрофиль. Глава храма всегда знает, кто в храме, когда он зашёл и вышел. Стабильность этой магии – заслуга самой Леди в Синем.

– Хотела бы я знать, откуда вам это известно, – Рхея прижала уши к голове, но с места не сдвинулась, – Только какой от этого прок? Я не вор, чьи перемещения нужно отслеживать. Даже если глава узнает, что я ушла... Я ведь уже буду не здесь.

– Если Храм тебя выпустит, конечно, – кивнул мужчина, – А он не выпустит. Да и роща вокруг не самая простая. Слышал, ты уже успела в этом убедиться.

– То есть, я действительно в тюрьме?

– Лишь на период обучения.

– И зачем вы говорите мне об этом?

– Потому что плетение можно обойти, – хитро прищурился Барлас. Взгляд его синих глаз походил на таможенный сканер по ощущениям, и Рхея отвернулась к окну.

Заметив её реакцию, мужчина тоже отвлёкся на пейзаж. Рхея была ему благодарна, выдерживать давление второй раз за день ей не прельщало.

– Зачем вам мой побег? – наконец нашлась она с ответом.

– Три причины. Во-первых, я не считаю, что воля Атхейи – запирать тебя здесь. Если Леди действительно против твоих идей, то даже с моей помощью ты не покинешь храм. Во-вторых, я не хочу, чтобы Избранная возненавидела Храм и Кадид, если с её друзьями что-то случится. Это неприятно. Верно, Избранная?

– А тр-ретья причина? – Рхея неопределённо пожала плечами, стараясь не терять сути разговора.

– Информация. За несколько дней вы с друзьями уже вышли на след культа. Моя интуиция визжит о том, что это – именно след. Невероятно большая удача! И глупостью будет не воспользоваться вашей удачей.

– Хотите, чтобы я передала вам все данные по культу, которые найду?

– Да, – Барлас был прямолинеен, и Рхее это нравилось. Такая простая сделка была ей понятна. Каждое слово звучало логично.

– И вы не боитесь гнева Мягмара Сухеймского?

– О, – Барлас прошёлся по комнатушке; вёл он себя так, будто не привык стоять на месте во время важных разговоров, правда, размеры помещения очень ему мешали, – Я найду для него аргументы, мы знакомы много лет. Его Святейшество консервативен. Консервативен, а не глуп. К тому же, я несколько авторитетнее, чем незнакомая ему молодая девушка, даже если она – воительница Атхейи.

– Согласна. Что я должна делать?

– Для начала не психуй, – улыбнулся мужчина, сверкнув синевой глаз, – но тебе придётся начать обучение.

Сейчас, стоя в собственной – пусть и временно – келье, Рхея сомневалась, что поступила правильно. Возможно, следовало вернуться к главе и постараться его переубедить, а не крутить интриги за его спиной.

Она подозревала, что Барлас мог утаить и иные причины своего предложения. Например, он мог хотеть сместить Мягмара. Упустить из-под носа Избранную – достаточный для этого косяк? Рхея не знала, но подставлять старика-аркауда не хотела. Ей он был неприятен, но вдруг как глава он хорош? Тем не менее, отыгрывать назад было поздно, а Барлас действительно казался приличным человеком.

Девушка взяла в руки платье.

Наощупь ткань была удивительно мягкой, струилась меж пальцев водопадом. Пронзительно синее, простое. И до жути длинное. Рхея приложила платье к себе и развернулась к зеркалу. Синий шёл её огненным кудрям, хотя сама она предпочитала все оттенки оранжевого.

– Тунгалаг! – позвала она, и дверь открылась, пропуская жрицу, – тебя ничего не смущает в этом наряде?

– Нет, совершенно. Что-то не так? Не подошёл размер? – Сестра Вероятности склонила голову в искреннем недоумении.

– Кажется, сегодня с утр-ра я была воительницей, а не певчей в хоре, – хмыкнула Рхея, – Платье прекрасно, но как в нём сражаться? Или меня будут учить танцам?

– О, – Тунгалаг смешно приоткрыла рот и замерла на секунду, – Рхея, это одеяние-трансформер. Юбку можно с лёгкостью отстегнуть.

– Ха! Ещё хлеще. Я буду сбивать с толку врагов видом своих трусов?

– Зачем? – жрица подошла к кровати и подняла с неё еще какой-то синий кусок ткани. Она протянула вещь Рхее: ткань оказалась тонкими, тянущимися и облегающими штанами до колен. Как такие назывались? Бриджи?

– Воу, – только и смогла выдавить Рхея, сжимая в руках ткань. В глубине души поселилось странное чувство. Тунгалаг – или кто-то за неё? – продумала и такие мелочи, позаботилась, но приходится обманывать её и изображать смирение.