Экспонат, том I

«– Предательство младших богов – есть сильнейший их грех. Только одним этим действием своим они уже заслужили забвение.

– Папа, а что будет, если все-все их забудут?

– Они потеряют свои силы, сынок. И нам легче будет освободить Изначальную»

Из диалога служителя Фейи-Хрониды с сыном.

Анкей расстелил на крышке багажника карты – свою, достаточно общую, и нарановскую, включающую только Сухейм и окрестности. Сам Наран примостился сбоку, сложив руки на груди, а Ияри сел прямо на землю возле автомобиля. Дрей был ещё слаб, особенно после небольшого ритуала, который он провёл в храме.

Когда Ияри упомянул Рхею, у его собеседников возник логичный вопрос: а как вообще убедиться, что девушка в порядке? Они не знали, где её выкинуло, никто из местных её не видел. Ей могло повезти, и она оказалась там, где должны быть они все – в Сухейме. А могло и наоборот закинуть в какую-то чащу.

Если Рхея не пострадала при переходе, то она сможет о себе позаботиться. В конце концов, в их команде девушка была единственной полноценной боевой единицей. Но как узнать?

Оказалось, у дрея был ответ на этот вопрос. Пришлось, правда, рассказать Нарану про благословение Атхейи – ритуал Ияри был рассчитан именно на факт избранности их подруги. Благо храм, пусть и сдвоенный, имелся под рукой.

– Я уже говорил, что ты собрал колоритную компанию? – уточнил тогда Наран, которому, казалось, новая информация не слишком понравилась. Тем не менее, ко всему он относился с юмором.

Вообще, реакция Нара на упоминание богов была странной. Ему явно комфортно в храме, но при этом он слегка сторонился жриц и, складывалось такое впечатление, избегал серьёзных разговоров о религии.

Большую часть подготовки к ритуалу Наран проспал в машине. Не слишком увлекательно наблюдать, как двое покоцанных парней составляют энергопрофиль своей подружки и рассчитывают составляющие ритуала.

Да, Анкею тоже пришлось поучаствовать – он знал Рхею дольше, да и считал быстрее, дрею нужно было только направлять его. К счастью, жрицы не стали препятствовать созданию малого ритуального круга, даже принесли им уголь и ткань, чтобы экспериментаторы не портили храмовый пол.

Принцип задуманного был прост. И именно поэтому ничего бы не сработало, будь Хея никак не связана с богиней. Или если бы Леди в Синем решила их продинамить...

Можно ли так думать про божество? По сути они составляли прямой, пусть и ритуальный, запрос к Атхейе, используя как ориентир энергопрофиль Рхеи: вот, Госпожа, такой-то разумный смертный, скажите нам, где он и что с ним. Достаточно было зашифровать в ритуальном круге обращение к богине, данные искомого и не забыть подношения. Последнее состряпали на коленке под ворчание Ияри: пару синих кристаллов и засушенные травы из аптечки. Дрей бухтел, что получат они не ответ, а по мордасам, но Леди в Синем смилостивилась.

Наран уже проснулся и вернулся в храм, когда друзья активировали ритуальный круг. Линии засветились, можно было заметить, как нити магических потоков устремились к алтарю. Ровные, спокойные, они перетекали в изображение Атхейи, поглощались им. Подношения испарились в момент, но свечение не пропало сразу, заливая всё пространство перед алтарём.

И за мгновение стихло, оставляя на ткани вместо ритуального круга одну единственную выжженную руну.

– Весьма лаконично, – прокоменнировал Наран.

– Или я забыл рунический алфавит, – вздохнул Анкей, – что вряд ли. Или это переводится как «Благосостояние». Ияри, можешь считать меня прогульщиком, но со специальности «артефактор-ритуалист» я предпочитаю первую часть. Расшифруешь?

– С ней всё хорошо, но где она – не нашего ума дело, – пожал плечами дрей.

– К богам обращались наивные люди, им боги послали...

– Анкей! Мы в храме!

– Ответы на блюде? – успел исправиться юноша, нарочито смущённо улыбнувшись, чтобы скрыть смех. Наран натурально заржал, и только Ияри вздохнул тяжело и крайне демонстративно поднял взгляд к потолку.

Анкей, честно, не знал, что на него нашло. Ещё недавно он – пусть и мысленно – сам критиковал Нара за ругань именем Пса Эдонейи... Воровато оглянувшись, Анкей убедился, что Леди в Синем не собирается отвешивать ему подзатыльников и решил списать всё на стресс и дурное влияние. К тому же, он не упоминал имён!

Убрав за собой, парни отправились... Спать – Ияри и Анкей в храме, Наран в машине. Им требовалось восстановить силы, это даже не обсуждалось. Тем более, Анк хотел с утра навестить Филолога и убедиться, что старик справляется с последствиями одержимости.

С утра, правда, к Долгоону друзей не пустили, жрицы не решились его тревожить. Разрешили только оставить записку с пожеланиями и номера передатчиков – Анкей был разочарован, остальных состояние мужчины беспокоило меньше. И вот теперь они торчали у храма и разглядывали карты, пытаясь решить очередную нетривиальную задачу.

– Допустим, я могу сделать плетение-макет, привязав его к стабильным потокам, – рассуждал Анкей, – вопрос в том, получится ли синхронизировать его с данными следилки? Нар, перекинь-ка на меня плетение.

Наран махнул рукой в незамысловатом жесте, и Анкей почувствовал нить следящего плетения. Нахмурился, прикрывая глаза, под его пальцами бесновались тоненькие магические ручейки.

– Динамическое? – недовольно уточнил он, – Это чтобы жизнь мёдом не казалась?

– Я опасался, что меня и следилку заметят, – буркнул Нар, складывая руки на груди.

Анкею оставалось только вздохнуть: динамическая следилка лишь на коротком расстоянии показывала конкретную точку, отвечая, в основном, за направление. И в этом не было бы проблемы – подключи плетение к карте и едь, куда скажет. Но вокруг бушевал магический шторм! За экраном они могли сколько угодно наблюдать за картой, но, стоит им выехать из посёлка, как такой созданный на коленке артефакт просто перестанет работать.

– Может, экранировать машину? – предложил Ияри.

– Если бы так просто можно было экранировать движущийся объект, мы в Пустоши гоняли бы на вездеходах, – Анкей доконструировал карту и привязал следилку, равнодушно разглядывая полоску плетения, указывающую куда-то в сторону Сухейма.

– Ну-у, построить экран без носителя тоже было нельзя. До вчерашнего дня, – ехидно напомнил ему Наран.

– Я привязал его к местным стационарным линиям! Это другое!

Разговор утих, Ияри и Наран поражённо всматривались в сосредоточенного артефактора. Никто из них никогда не слышал, чтобы природные магические потоки просто брали и слушались желаний мага. Будто заявляли: хочешь, чтобы мы были ответственны за экран? Пожалуйста!

Для этого и нужны были физические носители таких плетений, чтобы все надстройки заклинания просто не смыло потоком чистой энергии.

– Скажем ему? – Наран опустился на землю рядом с Ияри и зашептал.

– Не нужно, – покачал головой дрей, – вдруг он так ещё что изобретёт.

Анкей крутил карту так и сяк, отвлекался, перебирал сложенные горочкой кристаллы-накопители. Без Зелёнки работать с картами ему ещё не приходилось, и он был этим недоволен. Ворчал что-то неразборчивое себе под нос. Ияри успел задремать, пары часов сна ему не хватило. Наран думал о своём. Безрадостные мысли о будущем крутились в его голове.

– Придумал! – наконец вскрикнул Анк, подпрыгивая, – Я просто изменю конфигурацию следящего плетения, ха!

– Просто? – уточнил Наран, но его уже не слышали, Анкей сосредоточенно выкладывал на багажник кристаллы в одному ему известном порядке. Прерывать его было гиблым делом. Увлечённый, юноша просто не замечал окружающих.

Рядом вполне могли не просто шуметь, а устраивать полноценные баталии с боевыми плетениями – пока одно такое в него не прилетит, Анкей не обратит внимание на происходящее.

Впрочем, никто и не собирался ему мешать. Ияри впал во что-то, похожее на медитацию: зелёные трещины на его теле подозрительно светились и фонили магией, глаза были закрыты, и только волосы шевелились как от дуновения ветерка. Наран решил занять себя автомобилем – вздыхая на каждом шагу, он рассматривал пробоины и царапины, где-то даже пытаясь подправить ситуацию магией. Получалось у него не очень.