Экспонат, том I

«В богов нужно верить, а вести дела ты в любом случае будешь с людьми»

Жрец, пожелавший остаться безымянным.

Рхея не могла уснуть.

Служители Атхейи приняли её хорошо. Даже лучше, чем она могла представить. Никто не потащил её на ментальную проверку, про которую твердил Ияри. Никто не допытывался о её навыках, происхождении, достижениях. Рхея не знала, как много о ней известно окружающим от Сестёр Вероятности, но и подозрительными познаниями её больше не пугали.

Храм На Горе был скорее храмовым комплексом – помимо главного здания, в малый зал которого её привела Тунгалаг, было еще два поменьше, а также целая россыпь хозяйственных построек, лаборатория, сад и стадион. Маленький церковный мир, расположенный в пределах скорее большого холма, чем действительно горы. Здесь было спокойно и уютно.

В малом зале девушек без вопросов покормили – еда была простой, но горячей и вкусной. Рхея только за столом поняла, насколько проголодалась, пока кружила по роще.

Здесь было не многолюдно. Зал располагался в боковом ответвлении здания, действительно малый, он был похож на столовую какой-нибудь военизированной организации. Отделанные деревом стены – при том, что сам храм каменный – устланный деревом пол. Магические светильники с синим отливом, деревянные скамьи и столы по два в ряд – всего три ряда. Небольшое окошко на кухню в одной из внутренних стен и крупные окна во двор, подоконники которых были украшены гиацинтами.

Расслабившись, Рхея коротко рассказала жрице про испытание и культ, про пропажу Меланты и собственные опасения. Они с друзьями всё равно собирались обращаться в посольство, храм или к страже. Зачем откладывать запланированное?

Во время разговора к ним подсел мужчина. Он был одет слишком обычно, символики жрецов на нём не было, а окружающие держались с ним достаточно почтительно. Тем не менее, назвавшийся Барласом был вежлив, добр и открыт. Он не требовал какого-то особого отношения, ел вместе с ними и не обращал внимания на огрехи в этикете или неопрятность после дороги, только слишком внимательный взгляд его синих глаз Рхею немного смущал.

– Мне жаль, что с твоим другом такое приключилось, – сказал он, – К сожалению, никто так и не смог окончательно вытравить последователей Хрониды, это правда. Но ваша информация может помочь поймать хотя бы кого-то. История пропажи подозрительно совпала с их активностью, зуб даю – есть связь. Думаю, храм выделит достаточно человек, чтобы разыскать эту девочку. Да и я в стороне не останусь. Мы должны оберегать детей.

Рхея не знала, кто перед ней. Но мужчина говорил уверенно: может стражник, заглянувший отдохнуть в храм? Его расположение подкупало. Больше всего девушка опасалась, что ей не поверят, скажут, что идея найти ребёнка, унесённого порталом – провальна. Что она тогда скажет Анкею? Тем не менее, осторожность не позволяла сразу довериться как Тунгалаг, так и Барласу. Всё было так хорошо, что мерещился какой-то подвох.

Подвох, которого всё не было. И вот, уставшая и наевшаяся, Рхея лежала на кушетке в выделенной ей келье и не могла уснуть. Как там мальчишки? Как бедняжка Меланта? Как можно спать, когда она где-то страдает в руках похитителей?

Избранность Рхею беспокоила не меньше. Она не понимала, что от неё требуется. Победить культ, так как именно почитаемое ими существо привело к катастрофе в Империи и расколу континента? Одной что ли? Рхея была хорошим бойцом, она даже планировала заключить военный контракт после учёбы. Но воевать с околобожественной сущностью?

Конечно, в детстве истории такой борьбы казались мечтой. Вот ты стоишь с мечом в одной руке, плетением в другой. Против тебя гигантский монстр о ста головах. И, как герои древности, ты сносишь головы одну за другой, повергая чудовище обратно в глубины Из Вне.

Но это совсем не радужные перспективы, когда ты взрослый. Ей нужна команда – не один артефактор и один лекарь, а сплочённый отряд бойцов. Донесения разведчиков, карты местности, снаряжение... И хороший полководец на закуску. Она ведь даже вуз не закончила!

Пока ещё незакалённый меч... Где Атхейя планирует её закалять?

Рхея провозилась почти до утра, уснув на самом рассвете – и проснувшись всего через пару часов после. Странно, но она не чувствовала себя слишком вымотанной. Скорее была полна решимости действовать. Уговорить храм на поиски Анкея и Ияри, напроситься в команду, которая пойдёт за Мелантой. А дальше – по обстоятельствам.

В дверь постучали.

Тунгалаг выглядела свежей, спокойной и собранной. Она улыбнулась и протянула Рхее поднос с кашей. Вот это сервис!

– Не стоило, я могу поесть со всеми, - вздохнула вновь подумавшая о своём статусе Избранная.

– Я лишь сокращаю время, которое ты потратишь на рутину. Говорят, с тобой хотел встретиться Глава Храма. Разве это не отличная возможность?

– Ох. Спасибо! – Рхея воодушевилась и поставила рекорд по уничтожению завтрака. Надо отдать ей должное, она ела аккуратно. Жрица только посмеивалась, устроившись рядом на кровати и перекусывая булочкой.

Тунгалаг помогла Рхее с волосами, каким-то чудом усмирив непослушные кудри. Одежду за ночь привели в порядок, перед Главой стоило выглядеть прилично. Кабинет главы располагался на два этажа выше и в противоположном крыле. И подумалось, что ей повезло. Идя за жрицей, девушка могла подумать о том, как вести себя с незнакомым, но очень влиятельным человеком. Могла разглядеть храмовые переходы, стены которых украшали не картины или изображения богини, а страницы анатомического атласа и схемы старинных медицинских плетений. Ияри бы здесь понравилось!

Мимо проходили люди и аркауды, облачённые в синее. По отрывкам разговоров можно было понять, чем занимались конкретные служители. Двое юношей, например, с жаром обсуждали какую-то бактерию с зубодробительным названием. Рхея не удивилась – храмы богини науки и медицины всегда поддерживали различные исследования, сами проводили такие, спонсировали лечебницы и проводили семинары для лекарей.

Интересно, зачем такой миролюбивой богине – воительница, а не глашатай? Конечно, у каждого храма есть своя система безопасности, но... Как-то это странно.

Тяжелая дверь в кабинет открылась, и Рхея встретилась взглядом со старым аркаудом в церемониальной сине-голубой рясе. Массивная цепь, держащая круглый медальон из тёмного металла, прикрывалась седой бородой, всё ещё густой и кучерявой. Он был стар, грузен и больше других аркаудов напоминал медведя.

Девушка не чувствовала плетений, но сам взгляд его, без всякой магии давил, припечатывал на месте. И она показалась себе маленькой и глупой, даже с учётом того, что разницы в росте – а глава храма вообще сидел – никакой не было.

– Проходи, Рхея Шагдар. Да благословит твоё появление Леди в Синем, – голос аркауда, раскатистый и глубокий, пронёсся по кабинету тяжёлой палицей. Нельзя было ослушаться, нельзя замешкаться. И Рхея послушно просеменила к креслу напротив, не решаясь сесть.

– Да благословит ваш день Леди в Синем, – она всё же вспомнила какие-то ритуальные фразы, и даже почти не лепетала. И именно звук собственной речи – тихой, подобострастной, её отрезвил. Рхея выпрямилась и расправила плечи. Аркауд одобрительно усмехнулся, но взгляд его остался пронзительным и холодным.

– Садись, дитя, в ногах правды нет, – он кивнул на кресло, – Я знаю тебя. Ты меня не знаешь. Достаточно ли это неловко? Я – один из наместников Атхейи в смертном мире, глава Храма На Горе, Мягмар Сухеймский. Не стоит, право, забивать этим голову. Необходимо лишь запомнить, что к жрецам моего сана, наместникам, обращаются «Ваше Святейшество».

– Я получала хорошее образование, Ваше Святейшество. Мне подобное известно, – кивнула слегка уязвленная Рхея.

– Тем лучше, – аркауд пригладил бороду и тяжело вздохнул, – на твои плечи, дитя, легла огромная ноша. Но Госпожа не оставляет своих последователей – ты получишь достойное обучение. Чтобы стать воительницей, ты пройдёшь несколько ритуалов, раскачаешь свои магические каналы и узнаешь секреты храмовых плетений. Весь наш ресурс – материальный, человеческий – будет к твоим услугам. Но сначала обучение и ритуалы, у нас не так много времени.

– Я благодарна за это, – аккуратно начала девушка, стараясь подбирать слова, под взглядом Мягмара она тушевалась, но силилась это преодолеть, – Но мои друзья, сестра моего друга... Эти разумные в опасности. Простите мою наглость, но я хотела бы сначала помочь им и получить в этом поддержку Храма.

Аркауд нахмурился, уши его дёрнулись и чуть прижались к голове, выражая негодование. Может, никто с ним не спорит в этом кабинете? Но ведь она и не отказывалась...

– Твоих друзей найдут, их проблемы решат. Выбрось из головы лишнее. Твоя жизнь теперь – служение Леди в Синем.

– Но! – Рхея вскинулась, понимая, что подвох наконец проявился. Её просто отстранят от всех событий! – Как вы найдёте р-ребят? И почему я не могу в этом участвовать? Я же воительница!

– Пока лишь Избранное Дитя, Рхея Шагдар! – он повысил голос лишь немного, но кожа Рхеи сразу же покрылась мурашками, – Ты сомневаешься в компетенции храма? Ты, не получившая ещё сил богини? Или ты считаешь, что родилась настолько особенной, что мощь Атхейи не выжжет твои каналы, пусти ты эту силу без подготовки?

Рхея вскочила. Каждый аргумент бил по самолюбию, но как могла она отсиживаться в безопасных стенах храма, когда Ияри и Анкей лезут в пекло? Разве стала бы Атхейя отделять её от друзей, запрещать помогать им?

– Это воля Леди в Синем? – спросила она, и голос её сорвался.

– Воля Храма, дитя. А воля Храма – есть воля богов, ты сомневаешься в этом?

– Спасибо за аудиенцию, – рыкнула девушка и, развернувшись, вылетела из кабинета. Уходить! Уходить отсюда, сверкая пятками! И пусть путь в этот храм ей будет закрыт – в Акамасе есть свой наместник Леди в Синем!

Она мчалась по коридору, не замечая шарахающихся в стороны жриц и жрецов. И только в одном безлюдном переходе кто-то ухватил её за локоть. Рхея приготовила простенькое электрическое плетение, но вовремя остановилась, не пустив его в ход. Поймавший потянул её в какую-то комнатушку и закрыл за собой дверь.

– Нужна ли Избранной помощь? – как-то встревоженно спросил Барлас, оглядывая её с ног до головы, – ты бежала так стремительно, что мне почудилось начало конца света.

Рхея пригляделась к неожиданному собеседнику. Подумалось, что она совсем не может определить, сколько этому мужчине лет – и это была абсолютно дурацкая мысль.