Экспонат, том I

«Сложность противодействия менталистам в том, что вмешательство мастера трудно отследить самостоятельно. Каждому несоответствию воспоминаний жертва найдёт объяснение, а само изменённое событие ей будет слишком больно и противно вспоминать»

Из лекций на обучении горстравов.

– Повтори ещё раз, пожалуйста, – напряжённо попросил Анкей, переглянувшись с Рхеей. Назревало что-то странное, и только дурак не ощутил бы фантомный запах озона в воздухе.

– Я сказал, что мы могли бы отправиться в Кадид по студенческой визе, в начале года разрешение на переход международным порталом было выдано каждому. Кадид входил в список мест прибытия, – терпеливо повторил Ияри, – Раз уж вы не можете решить, что нам делать. Это мой единственный вариант.

– Кто ты, авантюрист, и куда ты дел Ияр-ри? – нервно рассмеялась Рхея, наблюдая, как плавно краснеют острые уши их друга, – Но так-то это выход, Ияри прав.

– Только вот тебе нужно в Храм, – напомнил Анкей.

– М... Знаешь, Атхейя ничего не говорила про поход к жрецам. Это мы решили – мы можем и отложить.

– Вы сумасшедшие. Это опасно. Это надолго. Это авантюра! – на глаза Анкея навернулись слёзы, – спасибо вам.

– Знаешь, Анк. Если я брошу в беде ребёнка только потому, что идти за ним – далеко, в наш-то век телепортов, и опасно, то мой учитель точно от меня откажется, а всех моих потомков покроет позор, – серьезно, но со смешинками в глазах ответил дрей, – обижаешь, человече.

– А я сделаю вид, что вообще не услышала твоих слов, – улыбка Рхеи на этот раз была настоящей, яркой, как солнце в Пустоши.

Смущённые неловкой сценой, друзья ещё раз прошлись по квартире Куифен и вышли, аккуратно закрыв за собой дверь. Не хотелось думать о том, что произошло с полу-фалиной. Может, ещё не поздно её спасти?

Молча, они вышли из дома и заскочили в подъехавший к остановке на углу дома трамвай. Пускай путь всего в пару кварталов – не хотелось тратить время, тем более, что транспорт подъехал как на заказ.

Казалось, что путь пешком может заставить их передумать. Или попасть в очередное приключение, которое только отдалит их от цели. Тучная контролерша приняла оплату, что-то бубня себе под нос. Анкей оглядел женщину мельком и замер, разглядывая маленькую феечку на её макушке. Личный-дух помощник? У контролерши в трамвае?

Это звучало как бред.

Это было бредом. Духи своенравны, привередливы и очень-очень не любят показываться на глаза чужакам. Анкей уже хотел спросить, готовый выслушать занимательную историю знакомства женщины и духа, но феечка поднесла миниатюрный пальчик к губам.

Юноша покосился на друзей. Ияри смотрел в окно, Рхея забирала билеты, но, казалось, не замечала маленького духа. Феечка звонко рассмеялась, абсолютно никем не замеченная. Анкей помотал головой – и малышка пропала, рассыпалась на искры, и только звонкий смех напоминал о ёё существовании. И ещё утащенная из кармашка контролёрши монетка, проплывшая по воздуху мимо его носа. Чудеса! Он ведь даже не входил в транс...

Додумать мысль не позволила остановка – до дома ему отсюда было ровно минуту идти. Друзья вывалились из трамвая, утаскивая замершего Анкея. И разошлись у дверей – каждому нужно было собраться в дорогу, а Рхее предстояло придумать отговорку для родителей.

Вряд ли она расскажет им правду, последние несколько лет её отношения с родными оставляли желать лучшего. Возможно, дело было в том, что те мечтали о дочери-археологе, идущей по стопам родителей, а не о воительнице, принимающей заказы от гильдии наёмников в Пустоши. Эх, родительские мечты!

Анкей открыл дверь и почти влетел в маму, чудом успевая затормозить в паре сантиметров от неё. Охнул и неловко улыбнулся.

– Ты проснулась, мам? Как себя чувствуешь?

– Как кисель, забытый в холодильном ящике на неделю, – медленно проговаривая слова, ответила Созия, – Молчи, Анкей, только кивай. Ты что-то знаешь? О Меланте?

Привыкший как минимум при маме быть послушным ребёнком, Анкей кивнул, пытаясь разглядеть на её лице ответы на свои невысказанные вопросы. Сизые глаза женщины сузились подозрительно, под веками залегли глубокие тени. Обычно собранная, ухоженная, она выглядела блёклым своим отражением – даже тёмный каштан волос её, казалось, потускнел. Ей было плохо, но состояние её не объясняло поведения.

– В доме что-то странное, – тихо продолжила женщина, – Со мной что-то странное. С отцом. Я хочу выйти – и забываю, куда шла. Хочу позвонить, и не помню, кому. Я отчаянно хочу запереть тебя в комнате и запретить всё, что ты мог придумать. Молчи!

Анкей встрепенулся, но прикусил язык, не комментируя её слова. Пробелы в памяти? Несвойственные желания? Это не могло быть симптомом пережитого мамой горя, страха или чего-то еще. Не тогда, когда Меланте нужна сосредоточенная на поисках мать. Вчера раздрай Созии казался ему логичным, но сейчас...

– Я не хочу знать, что хранится в твоей голове, – продолжила она, теребя рукав домашнего платья, – потому что боюсь помешать. Но у меня кое-что есть, пойдём.

И она повела его в родительскую спальню, не обращая внимания на недоумённое сопение. Протянула отложенную на тумбочку коробку. Анкей удивлённо исследовал содержимое. Шар для связи, какой-то разобранный артефакт. Юноша пригляделся. Нет, два артефакта - в изначальном виде это были наручи с кристаллами и сложным плетением.

Правый содержал в себе несколько атакующих заклятий, что-то вроде стандартных огненных шаров, с которыми Анкей так и не смог подружиться когда-то. Левый – барьер внушительного уровня, такие и Хее не всегда под силу. Созия махнула рукой и Анкей заморгал. Теперь детали было не отличить от стандартной – как иронично! – астролябии. Никакая таможня не придерётся!

– Мам...

– Иди к себе. Через час я инициирую проверку дома на сторонние плетения и пойду к отцу в мастерскую, проверю нас обоих. Ты понял?

– Понял, не дурак. Был б дурак – не понял, – фыркнул Анкей. Час на сборы и побег? Что ж, он постарается успеть. Почему-то все в его окружении обожали эту магическую цифру – час.

Оставшись один, Анкей отдался мрачным мыслям. Мамины наблюдения его угнетали до дрожи в коленях. Если кто-то или что-то влияет на родителей, безопасно ли оставлять их одних? Жаль, нельзя взять маму в охапку и потащить с собой: хоть она уже не служила, но до сих пор выезд за границу требовал от неё специального разрешения. В обычных обстоятельствах она бы такое достала, связи никуда не делись...

Он сложил в рюкзак ветровку – и подумал о том, что на севере Кадида может быть холодно, Анкей мало знал о тамошнем климате, а Меланта в лёгкой кофточке. Стоило положить вещи и для неё.

Не думать о том, что поиски могут провалиться. Как ему не хватало Зелёнки – она точно бы проинструктировала его на предмет необходимой экипировки. Он упаковал карту и ворох кристаллов – и представил себе промозглое и тёмное подземелье, где сидит сестрёнка, закованная в кандалы, на холодном бетонном полу, босая и в рваной одежде. Анкей и сам не знал, почему воображение рисовало в голове именно такую картину, но пугала подобная перспектива знатно.

Юноша даже сам задрожал, поёжился и натянул на руки высокие перчатки без пальцев. Магу следовало защищать кисти и предплечья – свой основной инструмент. Митенки, перчатки, полуперчатки нужно было брать с собой всегда. Может, взять лишнюю пару?

Противно задребезжал оставленный на столе погодный артефакт. Ияри, видимо, решил вернуть его позже – по крайней мере, прощаясь, про него он даже не вспомнил. Поморщившись, Анкей махнул рукой, заглушая звук. Что-то это ему напомнило, мысль промелькнула на краю сознания и улетучилась. К чему бы это?