Экспонат, том I

«Методы магического расследования зачастую эффективны в случае спонтанного правонарушения. Вы же не ждёте, что преступники, планирующие своё деяние, забудут о методах сокрытия?»

Ехидный лектор академии городских стражей.

Разговаривали родители на кухне под звон посуды. Когда отец Анкея нервничал, он вечно принимался перемывать всю кухню.

– Нет, это безобразие. Я подниму на уши всю столицу! – голос Леонарда басом отдавался от стен. Зол, он крайне зол. Таким злым его никогда не видели ни Анкей, ни Рхея, знавшая этого человека с детства. Они неуверенно переглянулись и пристроились подслушивать возле двери. Свет снова мигнул, обиженный волнением домочадцев.

– Лео, будь благоразумнее, пожалуйста, – эхом отозвалась полу-фалина. Её речь была чуть шепелява, но приятна на слух, похожа на шуршание шёлка. Таящиеся от взрослых ребята живо могли представить, как она склоняет голову, свет бликует на её изумрудной коже, а короткие наросты на голове чуть шевелятся. Ияри, который никогда раньше не видел Куифен, мог довольствоваться только голосом – но он и не возражал.

– Куифен, объяснись! Мы должны прочёсывать каждый сантиметр – время утекает, – Анкей не узнавал маму, сейчас она говорила с такой холодной яростью, что ему казалось, она формирует боевое плетение. Так говорят яростные воины, а не любящие женщины. Впрочем, Созия была в своё время кем-то вроде военного артефактора, так что, кто знает...

– Я же рассказала тебе, дорогая, а ты все не слушаеш-шь, – с осуждением вздохнула Куифен, – Повторю еще раз. В городе происходит какая-то тварева суета, внутри стражи мутят воду, тормозят расследования, я...

– Она моя дочь! Кто откажет лучшему артефактору города в помощи!? – Леонард взревел и магическое возмущение заставило всех троих подслушивающих отпрянуть от дверей.

Видимо, стражница воспользовалась ментальной магией – потому что сразу после этого отец Анкея притих. Воздух загустился, как всегда, когда кто-то использовал ментал. Противно взвизгнул защитный артефакт. Как так! Против хозяев используют ментальное плетение! Но Анкей махнул рукой, заглушая визг и санкционируя вмешательство.

Родителям нужно успокоиться. Кто виноват, что ментальная магия хорошо с этим справляется, а единственный лекарь в доме, способный успокоить их целительским воздействием занят подслушиванием? Ияри нахмурился, но ничего не сказал.

– Я понимаю, ч-человек ты неугомонный! Поэтому и собираюсь уйти в отпуск и расследовать дело твоей Меланты сама. Хочешь как тот чиновник, который угодил в больницу месяца два назад? Дочь пропала, решил и сам загреметь?

– Но СМИ и...

– А ты знаешь, кто в главном управлении строит козни?

– Куифен, милая, – голос мамы зазвучал гораздо слабее, – Что нам делать?

– Ждать. Отдыхать. Не оставлять без родителей ещё двоих детей. Кстати, Анкей, зайди пожалуйста, помоги матери, – вдруг добавила Куифен, и трое тихушников вздрогнули. Но отприраться не стали, зашли на кухню все вместе, вдыхая спёртый воздух.

Анкей поймал взгляд Куифен, и подавил возмущение, все грубые слова, которые собирались сорваться с языка. Он уже понял, что горстравы не собираются искать его сестру. По отрывку разговора не ясно, почему – только смутные догадки. Но спорить со стражницей он не решился.

Ияри мрачнел с каждой секундой, ненавязчиво скрываясь за спинами друзей. Сделать это было сложно – он был выше даже Анкея – но ему удалось, никто не обращал на него внимания. Отец семейства стоял к ним спиной и усердно тёр и так чистую сковородку. Мама сидела за столом, уронив голову в ладони, и тихонько всхлипывала.

– Анкей, напои мать чаем, – уверенно скомандовала Куифен, – Лео, иди к младшему. А ты, милая, жди моего звонка. И никакого шума в СМИ, прошу вас, не хватало, чтобы и вам закрыли рты.

Все названные кивнули, будто болванчики. Заваривая чай, Анкей уже сам додумал, что мутные проблемы стражей могли быть связаны с их путешествием. И это объяснение звучало логично. Еще пять минут полу-фалина потратила на раздачу рекомендаций. Рхее стало душно и она открыла окно.

– О, девочка, – наконец заметила её Куифен, – Рхея, верно? Помоги другу, может, найдёшь в шкафу печенье? Главное сейчас для вас – не дёргаться и действовать тихо. Хорошо? А я пойду. Ждите новостей.

Уже выходя, она столкнулась с Ияри, но будто его не заметила. Дрей же смотрел внимательно и мрачно, а затем и вовсе вышел следом. Женщина не обратила внимание на то, как он выскользнул на улицу, сверля взглядом её ровную спину. Несколько секунд дрей думал, морщился, и, наконец, мотнул головой, обгоняя полу-фалину. Вокруг его головы зажёгся зелёный обруч, мигнул, сменившись полупрозрачными ветвистыми рогами, и пропал.

– Хей, Куифен, помнишь меня? – обратился он к ней, и женщина остановилась, будто действительно вспомнив. Он спрашивал, дрожа ушами от негодования, она отвечала. Это походило на разговор двух давних друзей, но хорошо знавшие Ияри поняли бы, как тяжело давался ему этот разговор.

Наконец Куифен ушла, а дрей еще несколько минут стоял, восстанавливая дыхание. Он не знал, что делать с полученной информацией.

– Менталить менталиста – то еще удовольствие, – наконец выдохнул он и пошел обратно в дом. Коснулся ручки, когда перед его глазами всплыла сверкающая надпись, – Как так!? Но это важно... Я... Хорошо, понял. Буду молчать.

У головы дрея вновь мигнули рога, он склонил голову, обрабатывая приказ. Что ж. Молчать – не значит бездействовать. Решив так, Ияри вернулся к друзьям, не забыв запереть дверь.

Через полчаса в комнате Анкея собрался Малый Совет.

Большим совет бы стал, будь здесь его родители, но здесь остались лишь трое: сам Анкей, Рхея и Ияри. Маленького Телема забрал отец, наказав друзьям сидеть тихо и не творить глупостей. Мама, в которую Анкей успел залить по меньшей мере литр ромашкового чая, легла спать – выглядела она просто ужасно.

– Итак. Что у нас? – руководство на себя взяла Рхея. Анкей не годился совсем, мысли его путались, а руки предательски дрожали, – Меланта и Телем играли в доках примерно в десять утра, когда мы еще были в Пустоши. Потом твой брат увидел, как кто-то тащит Меланту прочь, промежуток между этим и дорогой домой он почти не помнит. Стресс или магия? Твоя мама сразу побежала к страже, но все затянулось. Верно?

– Та стражница сказала мне, я смог её разговорить, что в городе что-то намечается, – вклинился Ияри, чуть поспешнее, чем обычно, вид его был мрачен, – Якобы уже который раз тормозят дела с контрабандой и некоторую мелочь, оперативники, пытающиеся что-то предпринять, кем-то обрабатываются и больше не бузят. Два месяца назад пропал сын какого-то чиновника, имя она не сказала, но тоже в старых доках. Искали ребенка вяло, и этот безымянный человек начал звонить журналистам, готовилась статья. Буквально на следующий день на него напали, сейчас он в коме. Ребенка не нашли, всё заглохло. Сейчас кто-то тормозит поиски Меланты: сначала долго не принимали заявление, говорили, сама сбежала, потом все же обыскали доки с собаками, но магический фон не проверяли и работали вообще не по протоколу. Так что подруга твоей мамы уйдет в отпуск и будет искать Меланту в обход стражи.

Анкей сник. Как ему найти сестру, если стража так сопротивляется поискам? Почему Куифен сказала молчать, если нужно наоборот – поднять на уши мэрию, журналистов, достучаться до армейских, что в горстравах завелись крысы? И кому, к тварям, нужна Меланта? Да, семья Крайодисов была обеспечена, но не богата – продажи шли на спад с приходом массового производства.

Это из-за земли? Кому-то нужна их лавка или дом, решили шантажировать? Или сестрёнка просто оказалась не в то время не в том месте...Что дети вообще забыли в доках?

– Какой... Какой план? – слабо поинтересовался юноша у Рхеи.

– Мы можем заняться расследованием сами, по-тихому. У вашей семьи достаточно связей, – вдруг проявил инициативу Ияри.

Обычно он придерживался правил, но сейчас... Его поведение даже не удивляло. К детям в республике – да и везде, где было сильно влияние Храма Изначальных – относились с трепетом. Считалось, что Сёстры благоволят малышам, а Меланте всего восемь. Преступления против детей были немыслимы – и всегда тщательно расследовались. Что же произошло сейчас?

– Мы не знаем, когда Куифен одобрят отпуск, а многие магические следы долго не держатся. Сутки, двое, и, если там и было что-то, что не нашли собаки, то к моменту, когда она будет работать, всё уже исчезнет. Если мы найдем зацепки, сразу сообщим ей, – Рхея поднялась с кровати Анкея и стала расхаживать по комнате, аккуратно перешагивая разбросанные бумаги, – Думай, Анк. Как нам засечь магию? Сам справишься? Может аппаратура, которую ты брал в Пустошь поможет?

Акей только покачал головой.

– В Пустоши я искал статичную магическую вязь – ловушки, защиту, наложенную века назад. Применить это в поиске похитителя? Как?

Ияри молча разглядывал комнату, как будто чертежи, курсовая за прошлый год или коробки с деталями могли им помочь. Анкей не ждал от него революционных идей. Дрей был лекарем, вряд ли он что-то смыслил в потоковой криминалистике, изучающей остаточные магические следы преступлений.

Жаль, они были не в мастерской, полезного тут - только то, что лежало в сумке Анкея. Остальное: брак, пара недоделанных компасов, разобранный передатчик и кристаллы с проводами. Пока что для их целей - просто мусор. Хотя...

Взгляд Анкея зацепился за коробку в углу. Он долго откладывал работу с этим артефактом, так что сверху накопилась куча хлама, за которой эта бесценная вещь и притаилась.

– Вообще, кое-что у меня есть. Видящий! Правда, он бракованный, как раз хотел пересобрать... – вскочив, Анкей подбежал к коробке и просто скинул с нее вещи, на пол упали какие-то майки, которые давно стоило отнести в стирку.