Экспонат, том I

«Погребальные традиции древних народов отличались большей религиозностью. Например, нередко было использование символики не только Привратника, но и богов-покровителей умершего, Изначальных богинь, духов-помощников...»

Из доклада по истории, автор неизвестен.

К счастью, до утра их больше не потревожили. Каждый теперь отнесся к делу серьёзнее, на ночь Анкей поставил барьер. Нет, от тварей он не защитит, слишком нестабильна здесь магия, чтобы таскать с собой полноценные защитные артефакты. Но предупредит о нападении сильно заранее. В дорогу юноша даже собрал маленькую птичку-разведчицу. Это было не сложно, по сути – тот же оповещатель, просто миниатюрный и мобильный, никаких дополнительных функций. И перезаряжать нужно каждый час, только так всё равно спокойнее.

Ночевали без костра, хотя ночи, в противовес дню, в Пустоши весьма прохладны. Спасало то, что арендованная ими зверюга прямо источала жар. Кто знает, может, в его родственниках и правда были мифические драконы. Так что нужно было лишь лечь ближе к транспорту или вовсе спать в седле. Примечательно, что днем от ящера веяло прохладой – изумительная терморегуляция.

Кроме того, распределили и дежурства. Если в первую ночь они нагло и беспечно дрыхли все вместе, отвыкнув от опасностей, то после нападения пренебрегать правилами не стали.

– Так что там с захоронением? – днём Анкей полностью настроился на рабочий лад и, подзарядив птичку-оповещатель, обратился к Рхее за разъяснениями.

– Небольшое, но довольно старое, предположительно эпохи создания Империи. То есть давно и ещё дальше. Вокруг уже установлен стационарный барьер среднего уровня и закреплены рассеиватели, всё на высшем уровне, беспокоиться не о чем. Действуем по стандартной схеме.

Анкей присвистнул. Поставить стационарный, в отличие от временного, барьер в Пустоши было можно. Потратив на это недели две минимум. Нужно было рассчитать потоки вокруг, обойти аномалии, установить рассеиватели, которые не позволили бы потокам спутаться и снести барьер. Средний уровень предполагал, что защититься можно будет и от сотни вчерашних койотов. Или от двух. Сотен. Сложно сказать, каков предел такой защиты, если враг не бьёт в уязвимые места. Высшая же защита ставилась только на правительственные здания и военные объекты.

– Нас будут ждать? – это уточнил уже Ияри, несколько задумчиво перебиравший аптечку.

– Не думаю, они же не знают сколько наш мастер-ломастер будет ковырять вход, чтобы мы могли пройти. Плюс вскрытие ловушек... Может, там будет дежурный, но не факт – мне выдали пропуск, так что барьер нас узнает, – Рхея пожала плечами.

– А напомни мне, когда нам удавалось поработать по стандартной схеме? – вдруг спохватился Анкей, прикидывая что-то в уме.

По стандарту они должны были проверить вход на ловушки, обезвредить то, что найдут, затем, поставив магический маяк на случай внепланового исчезновения в глубинах захоронения, отправиться внутрь. Там все то же – найти, обезвредить, обыскать помещение на предмет артефактов и тайных ходов. Дальше уже будут работать штатные служащие гильдии – проще говоря, придут на всё готовое и заберут.

Выносить разрешалось только артефакты, которые в случае промедления могли потерять свою ценность. Но обычно такие тоже оставляли, помещая в специальные контейнеры – если у группы они были.

Почему Рхее не предложили работу в первой экспедиции, было понятно и без объяснений. Обычно группа исследовала сразу крупный сектор, все найденные места обнося барьерами – чаще малыми, чем средними – и отмечая на карте, чтобы потом сразу отправить несколько групп зачистки во все найденные захоронения, руины, шахты и прочие богатые на добычу места.

– Никогда, всегда что-то идёт не так, – девушка рассмеялась, потрепав ящера по шее.

– То есть делаем всё по-максимуму, а заплатят как за стандарт? – хмыкнул Анкей понятливо. По стандартному прайсу они не должны были прочёсывать всё здание, будто ищейки. Даже в найденные тайные ходы не обязательно заходить. Только отметить их в описи. Если гильдия сочтет перспективным исследование, то отправит кого-нибудь разобраться.

«По-максимуму» означало: проверить буквально всё, сделать перепись, установить, при возможности и необходимости, магические подпорки, чтобы здание не рухнуло никому на голову, и то, что можно двигать, собрать в одно место. И еще, конечно, много муторных мелочей.

Если на месте что-то пойдет не так, то программа-максимум будет просто необходимостью для выживания. Старые здания обожали захлопывать двери и путать вторженцев, пока те не обнаружат всё скрытое и спрятанное. А составленные в процессе описи станут бонусом для работодателя.

Анкей задумался, уставившись на горизонт. Ему почудилось какое-то движение, и вглядываться в него оказалось достаточно медитативным занятием, чтобы подумать. Рхея лукавила, пару раз они все же отделались стандартной процедурой. Может, и сейчас повезёт?

– Иногда эта работа напоминает мне варварское расхищение гробниц, – поделился тревогой Ияри.

– Моя мама тоже так думает, – кивнул Анкей, уж больно их занятие не походило на обычные, аккуратные и неспешные, раскопки, – А что это там?

Команда повернулась в сторону, которую он указал, почти одинаково прищурившись. На самой границе видимости мелькали силуэты, нагруженные чем-то тяжёлым. Рхея нахмурилась.

– Ерунда, – отмахнулся Ияри, но уши его подрагивали, – может другая группа возвращается со своей точки. Уверен, ушлые гильдийцы сейчас разрабатывают штук пять одновременно. И вряд ли у нас самая перспективная.

Друзья сочли правильным просто согласиться. Ящер шёл уверенно, размеренным шагом, от этого немного клонило в сон. Последний привал прошел без происшествий, а уже к вечеру следующего дня они подъехали к захоронению.

Как и говорила Рхея, их никто не встречал. Тишину древнего места нарушал только ветер и их собственный транспорт, требующий свою порцию обеда. Барьер пропустил команду без проблем, пахло пылью и совсем немного озоном от магического напряжения.

– Ияри, местность тут скалистая, так что, после первого осмотра, я буду снаружи. Слишком много возможностей незаметно подобраться, – распорядилась Рхея, – Сейчас тебе нужно постор-рожить нашу светлую голову современности, чтобы он не укатился. Затем план такой: ставим лагерь в радиусе барьера, Ияри ищет воду, Анкей готовит инструменты и начинает вскрытие, как только будет безопасно – входим. Все поняли?

– Так точно, мэм, – фыркнул Анкей, выпрыгивая из седла.

– Конечно, Хея, – гораздо более серьезно откликнулся дрей.

Ияри был настоящим чудом, когда дело касалось возведения лагеря. Даже в этой, небогатой на природные богатства, местности, он мог соорудить что-то уютное. Рхея считала это его личной, а не расовой особенностью. Анкей был склонен согласиться. Так что пока девушка проверяла, нет ли прорывов в барьере и не наследили ли где-то звери и твари, дрей занимался бытом. Где он собирался найти воду никто не спросил. Если бы с этим были проблемы, молчать Ияри не стал бы.

Само захоронение не показалось Анкею маленьким, что уже было странно. Он подошел ко входу, выдолбленному в скале. Оценил размеры дверных каменных створок, попытался прочесть потёртые временем руны. Будто вросшая в скалу, гробница казалась монументальным памятником, огромным древним стражем чьего-то покоя. Лезть туда не очень хотелось.