THE PASSION | Страсть

Будильник трезвонит предательски рано. Семь утра. Он орет, как будто у него персональная вендетта против меня. Сквозь плотные шторы начинает пробиваться свет - ленивый, но настойчивый, как студент на пересдаче. Он медленно расползается по комнате, вползает на подушку и щекочет мне щеку, как кот, который требует внимания.

Cтону и перекатываюсь на бок. Одеяло тяну на голову с тем драматизмом, который обычно приберегаю для особо невыносимых понедельников. Пытаюсь создать иллюзию кокона, убежища от внешнего мира. Но, как обычно, реальность оказывается настырной.

Реальность, если быть точной, состояла из трех неприятных компонентов: остаточного приступа шампанского, ночного кошмара с участием Лиама и... Стефана.

Черт бы его побрал. Или нет - пусть живет, но подальше от моего эмоционального ландшафта.

Этот самоуверенный тип залез мне в голову, как навязчивая песня из рекламы. Его бархатное, с хрипотцой «я хочу тебя» продолжает резонировать в моей черепной коробке, вызывая нервное подергивание левого глаза. Слишком прямолинейно. Слишком громко. И, как ни странно... слишком приятно. Меня это пугает. Или раздражает. Или одновременно и то, и другое - типичная когнитивная диссонансная каша.

Переворачиваюсь на другой бок, но мысленно уже начинаю писать диагноз себе же: «Пациент страдает от раннего утреннего навязчивого образа мужчины, который вызывает одновременно тревогу и бабочек. Рекомендуется кофе и игнорирование».

Взгляд упирается в потолок, и я морщусь: неужели я настолько падка на плохих парней? После всех моих личных и академических откровений, мне бы уже пора выработать иммунитет. Но Стефан - это совсем другое. Он не просто плохой, он опасный. Он излучает силу, интеллект и какую-то животную уверенность, которая заставляет мои внутренние предохранители верещать на всех частотах.

Вздыхаю и сажусь на кровати, прислушиваясь к своим ощущениям. Мышцы напряжены, дыхание неглубокое - типичная реакция на стрессовый стимул. Только этот стимул - не угроза. Он... привлекательность. Симпатия, замаскированная под тревогу. Привет, зеркальные нейроны.

«Или это просто моя реакция на недавний разрыв?» - задаю я себе вопрос. Лиам, конечно, был совсем другим. Милым, мягким, предсказуемым, ну и, как оказалось, неверным. Но будто даже его предательство не оставило во мне такого жгучего, навязчивого следа, как один взгляд этого «Супермена».

-Хлоя, прекрати анализировать, - бормочу я вслух. - Это просто мужчина. Высокий, красивый и, скорее всего, нарцисс. Успокойся и займись чем-нибудь полезным!

Встав, я направляюсь к ванной, едва не споткнувшись о тапок, потому что мозг еще на автопилоте. Стучу пальцем по выключателю - яркий свет ударяет в глаза. Отлично. Теперь я еще и ослепшая.

Холодная вода должна взбодрить и привести меня в чувство. В конце концов, у меня есть дела поважнее, чем размышлять о каком-то нахальном типе.

Вода стекает по лицу, смывая остатки сна, но, увы, не воспоминаний. Всплывает вчерашний танец с Лиамом. Его руки на моей талии - как чужие. Скользкие, неприятные. Извинения - фальшивые, как монолог из дешевого сериала. А потом - взгляд Стефана. Острый, как игла. Словно он был недоволен, что я танцую с кем-то другим. Бред какой-то! С чего бы ему ревновать? Да и ревность ли это вообще? Скорее, просто недовольство, что ему отказали. Но внутри вспыхивает странный импульс - смесь раздражения и... удовлетворения? Подсознание, ты чего удумало?

Пока я чищу зубы, в зеркало на меня смотрит девушка с растрепанными волосами и сонными глазами. «Хлоя Бейкер, 24 года, без пяти минут дипломированный психолог и профессиональный избегатель романтических отношений.» Я усмехаюсь своему отражению, скривив губы в полуугрюмую, полусмешливую гримасу.

Может пора прекратить бегать от мужчин, как от чумы? Хотя, после Лиама это вполне объяснимо. Я чувствую себя немного... использованной. Не столько из-за самого факта измены, сколько из-за того, что он предал мои принципы. Я всегда была за честность и открытость в отношениях. А он просто воспользовался моей доверчивостью.

Но это в прошлом.

Выплевываю пасту с таким видом, будто отказываюсь от всех романтических иллюзий в одном действии. Холодная вода на лице кажется почти символической - очищение, начало, ритуал перезагрузки.

Сегодня новый день. И этот день я посвящу себе.

После чашки крепкого зеленого чая с мятой, единственного горячего существа, которому я сегодня готова доверять, я чувствую, как жизнь постепенно возвращается в тело. Непривычная легкость в голове сменяет похмельную вату, и я, наконец, осмеливаюсь выйти на балкон.

Утренний воздух врывается мне в лицо, как собеседник без личных границ - бодро, резко и без предупреждения. Но в этом есть своя прелесть. Сан-Франциско уже просыпается: внизу снуют машины, как клетки в хаотичном мозговом импульсе, где-то орет чайка с интонацией уволенной актрисы, а из окна соседнего кафе тянется аромат кофе и корицы. Целая сенсорная терапия без предварительной записи.

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь прочувствовать момент. Настоящий, без фильтров. Психолог во мне довольно кивает: дыхание стабилизируется, тревожность снижается, присутствие здесь-и-сейчас достигнуто на 73%. Остальные 27 всё ещё тусуются где-то в мыслях о Стефане и его чертовски выразительных скулах.

Смотрю на часы. Почти восемь. Пора на йогу. Это не просто способ растянуть мышцы - это акт психологической самопомощи, пусть и замаскированный под физическую активность. Мозг требует перезагрузки, а тело объяснений.

Вбираю в себя воздух, как будто заряжаюсь, и ухожу внутрь. Натягиваю леггинсы и спортивный топ. Волосы собираю в хвост, не столько из соображений комфорта, сколько чтобы не смотреть на них в зеркало. Сегодня они как будто решили жить своей жизнью.

Взяв коврик для йоги и бутылку воды, я выхожу из квартиры. Улица залита солнцем. Я жмурюсь, прикрывая глаза рукой, и иду, ощущая, как теплый свет ложится на плечи. День, как нарисованный: безоблачный, немного ветреный, и с перспективой, что я хотя бы на час отвлекусь от мыслей о вчерашнем вечере.

В студии сразу накрывает волной знакомого тепла. Воздух густой, как теплое молоко с медом. Сандал, эвкалипт, чуть-чуть ладанника - то ли ароматерапия, то ли ловушка для гиперчувствительных клиентов. Но на меня это работает.

Снимаю обувь, прохожу к залу, скользя босыми ступнями по гладкому полу, и инстинктивно выбираю привычное место - ближе к окну. Это мой уголок: если медитация идет плохо, можно просто пялиться на улицу и делать вид, что я в моменте.

Инструктор Элеонора уже стоит на своем месте - высокая, подтянутая, с лицом, на котором не дрогнет ни один мускул. Мы в шутку называем ее «Железной Леди». Она фанат дисциплины и перфекционизма, и любое отклонение от идеальной асаны вызывает у нее приступ профессиональной ярости. Сегодня, видимо, один из тех дней, потому что она уже сверлит взглядом опоздавшего новичка, который пытается незаметно проскользнуть в зал. Бедняга.

-Доброе утро, - произносит она с таким тоном, будто только что подала в суд. - Сегодня мы работаем над открытием тазобедренных суставов и укреплением мышц кора. И помните: никакого нытья! Боли нет - есть слабость, покидающая тело!

Я тихо усмехаюсь. Элеонора - настоящий мотиватор в юбке.

Начинается разминка. Медленные круги руками, вращение головой, мягкие наклоны. Пытаюсь зацепиться за дыхание, за ритм, за тело. Но разум, как всегда, мечется. Удержать внимание - всё равно что пытаться поймать мыльный пузырь пальцами.

«Какой у него был взгляд..., - вдруг всплывает образ Стефана. - Как будто он разгадывает тебя, не спрашивая разрешения».

-Поза воина! - командует Элеонора.

Ставлю ноги на ширине плеч, вытягиваю руки в стороны и сгибаю колено. Пытаюсь держать равновесие, но тело предательски дрожит. Что-то сегодня я не в форме.

-Хлоя! - рявкает инструкторша, приближаясь ко мне. - Опусти плечи! Вытянись! Ты не тряпка на ветру, а воин!

«Ох, я тряпка, да еще какая», - думаю про себя, но все же послушно выравниваю спину и стараюсь дышать глубже. Железная Леди смотрит на меня с подозрением. Кажется, она не верит в мою воинственность.

-Теперь переходим к треугольнику, - продолжает она, не давая нам передышки.

Наклоняюсь вбок, касаюсь рукой пола и тянусь другой рукой к потолку. Чувствую, как тянутся мышцы. Вот оно, блаженство!

-Не сутультесь! Представьте, что вас тянут за макушку к небу! - слышу я голос Элеоноры. Она наблюдает за нами, как ястреб за добычей.

Мы переходим от одной асаны к другой: поза дерева, поза кошки-коровы, поза собаки мордой вниз... Я стараюсь следовать инструкциям и забыть обо всем на свете. Концентрируюсь на своих ощущениях, на дыхании, на работе мышц. В позе собаки мордой вниз я чувствую, как кровь приливает к голове. Надо бы почаще делать это упражнение. Говорят, оно улучшает кровообращение мозга.

-Заканчиваем шавасаной! - объявляет Элеонора. Наконец-то! Поза трупа - это мое любимое. Ложусь на коврик, закрываю глаза и расслабляюсь.

Элеонора ходит между нами, тихонько поправляя наши позы и накрывая наши глаза маленькими подушечками с лавандой. Я чувствую, как напряжение покидает мое тело. Мысли замедляются, дыхание становится ровным и спокойным.

«Вот оно, настоящее счастье, - думаю я. - Просто лежать и ничего не делать.»

-Не засыпаем! Шавасана - это не сон, а глубокая медитация! - внезапно оглушает тишину голос Элеоноры.

Я вздыхаю и стараюсь не заснуть. Элеонора всегда знает, когда я расслабляюсь слишком сильно.

Через несколько минут она объявляет об окончании занятия. Мы медленно поднимаемся и начинаем собирать свои вещи.

-Хорошо поработали сегодня, - говорит Леди, глядя на меня. - Но вам еще есть над чем работать, Хлоя.

Я улыбаюсь, вытирая лоб полотенцем.

- Я знаю, Элеонора. Всегда есть над чем работать. Это и делает жизнь интересной.

Она не улыбается, но, кажется, одобряет. Или это просто её версия улыбки: полуподнятая бровь.

Выхожу из студии, чувствуя, как в теле приятно пульсирует усталость - не та, что тянет ко сну, а та, что напоминает: «ты жива, ты двигалась, ты молодец». Железная Леди, конечно, человек-заготовка для мемов про контроль и дисциплину, но чёрт побери, она знает, как выжать максимум из тела и минимум из прокрастинации.

Улица встречает меня порывом свежего морского ветра, от которого мои волосы тут же устраивают перформанс на тему «буря внутри». Я улыбаюсь. Сан-Франциско в утреннем свете - как город-оптимист: яркий, слегка сумасшедший, но в целом милый. Втыкаю наушники и бодрый джаз начинает мягко раскачивать меня изнутри, задавая ритм походке. Мелодичный саксофон словно пытается вытеснить из головы навязчивый, слишком четкий образ одного конкретного мужчины с недопустимо выразительной челюстью.

Черт возьми, что со мной? Обычно в моей голове застревают вымышленные персонажи - таинственные сыщики с британским акцентом или колоритные антигерои с внутренними травмами и собаками. Но живой человек? Настоящий, пахнущий дорогим парфюмом и опасностью?

«Может, всё дело в его поведении? - размышляю, лавируя между прохожими. - Такой типичный альфа с налетом интеллекта и опасности. Словно Кристиан Грей, только без контрактов, но с той же проблемой: слишком вовремя появился. И слишком не туда попал.»

По дороге домой заглядываю в маленький магазинчик на углу - тот, где продавец всегда улыбается, будто ему по утрам подмешивают сироп счастья в кофе. Покупаю яйца, немного свежей зелени и авокадо. Авокадо - это вообще универсальный солдат. С ним, по сути, можно выжить апокалипсис: и поесть, и на лицо намазать, и, при необходимости, бросить в обидчика. Универсальная штука.

Пакет шуршит в руке, ноги несут домой на автопилоте. Квартира встречает меня тишиной. Той самой тишиной, которая в нужный момент звучит как свобода, а в неудачный - как одиночество. Сейчас, слава Богу, первый случай. Я сбрасываю кроссовки, провожу взглядом по слегка хаотичному интерьеру: стопки книг, кружка на подоконнике, одеяло на диване, повисшее, как унылая занавесь. Это не беспорядок. Это - живая система. Организованная в стиле «я и мои дела дружим, но на расстоянии».

Первым делом распахиваю окна. В квартиру врывается свежий воздух, как гиперактивный ребёнок после прогулки - шумно, быстро и с энтузиазмом. Лучи солнца пробегают по полу, освещая пыль, которая раньше стыдливо пряталась в углах. Всё оживает.

Скидываю спортивную одежду и надеваю свои любимые домашние шорты и просторную футболку с забавной надписью: «I'm not always sarcastic. Sometimes I'm sleeping». Идеальное резюме моей личности.

На кухне царит спокойствие. Пространство, где можно быть просто собой. Начинаю готовить завтрак - уже не просто утреннюю еду, а маленький ритуал возвращения к себе.

Я ловко разбиваю яйца, размешиваю их с молоком в любимой миске с трещиной, она старенькая, но живая, как и я. Добавляю щепотку соли, свежемолотый перец и прованские травы - пусть мой желудок почувствует себя где-нибудь в Провансе. Нарезаю авокадо аккуратно, почти с благоговением. Мякоть нежно-зеленая, будто из рекламного буклета по ЗОЖ. Зелень шинкую мелко, с почти терапевтическим ритмом. Мелкие, повторяющиеся действия - настоящее спасение для уставшего мозга.

Разогреваю сковородку. Масло шипит, будто приветствует меня. Я выливаю яичную смесь, наблюдая, как она медленно схватывается. В этом есть что-то гипнотическое. Наверное, поэтому кулинарные видео так популярны: они дают иллюзию контроля.

Пока омлет жарится, накрываю на стол, аккуратно, почти с уважением к себе. Кладу салфетку, вилку, наливаю воду в стакан, готовлю чашку под кофе. Рядом ставлю баночку с мёдом. На всякий случай, вдруг захочется быть мягкой. Даже самой с собой.

Вдруг раздается звонок в дверь. Я вздрагиваю, чуть не выронив ложку. Мой организм моментально переходит в режим «медленно положи омлет и не делай резких движений».

-Кто там, в такую рань? - бормочу себе под нос, бросая беглый взгляд на часы. Не катастрофически рано, но достаточно, чтобы не ждать гостей.

Выключаю плиту и на цыпочках - потому что именно так действуют взрослые, уверенные в себе женщины, столкнувшиеся с неизвестностью, - крадусь к двери. Замираю в миллиметре от глазка, будто в этом всевидящем зрачке можно прочитать судьбу.

На пороге стоит мужчина в курьерской форме с подозрительно непроницаемым лицом. У него взгляд манекена, выданного в аренду.

Вздыхаю и открываю дверь.

Он оживляется так, словно до этого был на автопилоте, и резко протягивает мне плотный, ощутимо увесистый конверт. На нём нет ни логотипа, ни маркировки, ни даже намёка на человечность.

-Для Хлои Бейкер, - сухо констатирует он, словно зачитывает приговор. Ни «доброе утро», ни «распишитесь тут». Только функциональность, голая, как аналитика Excel.

-А от кого? - спрашиваю я, но курьер лишь пожимает плечами. Прямо как в шпионском фильме. Отлично. Настроение - «вступление к триллеру».

Подписываю его гаджет своими стандартными каракулями, и он исчезает с такой скоростью, что я даже не успеваю спросить, доставляют ли они ещё и валерьянку.

Закрываю дверь, щелчок замка звучит особенно громко в тишине квартиры. Стою с конвертом в руке, разглядывая его, как археолог странную находку. Ни имени отправителя. Ни логотипа. Даже почерка нет - адрес напечатан, идеально ровными буквами. Неестественно ровными. Неправильно ровными. Просто чистый, молочно-жёлтый прямоугольник с привкусом драмы.

Что это? Счета? Реклама? Хотя, кто в здравом уме присылает рекламу в конверте, да еще и курьерской службой? Или...? На секунду проносится мысль, что это может быть любовное письмо от тайного поклонника. Ага, конечно! Скорее всего, это уведомление о штрафе за неправильную парковку.

Кладу конверт на стол и делаю вид, что забываю о нём. Ухожу к плите, будто ничего не произошло. Если там маленькая бомба - пусть подождёт. Умру, но хотя бы с полным желудком. К тому же, объективно: кто станет устраивать покушение на женщину, которая и без того сама себя морально съедает по утрам?

Выкладываю омлет на тарелку, посыпаю авокадо и зеленью. Наливаю себе кофе и сажусь за стол, медленно, как в фильмах, где героиня догадывается, что в её доме что-то не так, но решает сначала поесть.

Первый кусочек... Ммм, объедение! Не зря я ходила на курсы кулинарии.

Съедаю половину завтрака, и любопытство все-таки берет верх. Ну всё, хватит притворяться спокойной. Посмотрим, кто решил поиграть в секретного агента.

Вскрываю конверт и вытряхиваю содержимое. Ожидаю увидеть что угодно: рекламный буклет с предложением купить пылесос, извещение о повышении тарифов, письмо от африканского принца, желающего разделить со мной свое состояние... Но то, что вижу, повергает меня в легкий ступор. На стол высыпается пачка фотографий, и в первое мгновение я просто не понимаю, что вижу. Цветные глянцевые снимки с камер видеонаблюдения... люди... рестораны... что за чертовщина?

Беру одну из фотографий. Пальцы слегка подрагивают - не от страха, скорее от внутреннего напряжения, как будто мозг предвкушает, что сейчас будет неприятно, но всё равно требует дозу.

На снимке - Лиам. Он сидит за столиком в каком-то неприлично пафосном ресторане. Напротив него - блондинка с губами, накачанными до неприличия. Они мило воркуют, она что-то шепчет ему на ушко, он хохочет, широко, с тем самым фальшиво-беспечным выражением, которое раньше я принимала за его обаятельность.

В углу снимка едва заметная дата. Два месяца назад. Два месяца назад? Серьезно? Он начал мне изменять уже после того, как я узнала, что умею готовить суши? Это обидно! Почти так же, как если бы ты выучил для кого-то японский, а он сбежал к девушке, знающей только слово «саке».

И, кстати, что за блондинка? Та, которую я застала в своей постели, выглядела как минимум симпатичнее. Эта - как результат встречи куклы Барби и воздушного компрессора.

Перехожу к следующей фотографии. Сердце уже не бьется учащенно - теперь я в исследовательском режиме. Клинический интерес. Почти.

Лиам снова в ресторане. И не где-нибудь, а в моём любимом. Тот самый с кирпичными стенами, лампами из меди и потрясающими тарталетками с козьим сыром. Скотина. Надеюсь, он хоть додумался оставить хорошие чаевые?

С ним уже другая девушка. Брюнетка с томным взглядом и платьем, которое, кажется, забыли дошить. Они держатся за руки, смотрят друг на друга, как два подростка, только что открывших для себя гормоны.

Дата: три месяца назад.

Боже, да он вел двойную жизнь, как суперагент! Только вместо спасения мира он занимался спасением своих гормонов. Лиам явно демонстрировал потребность во внимании и восхищении. Низкая самооценка компенсировалась постоянным поиском новых объектов обожания.

Беру третью. И, как по заказу - новая звезда этого дурацкого кастинга.

Лиам. Опять. Ресторан, но уже попроще. Зато дама - огонь. Рыжая, дерзкая, с острым подбородком и взглядом, способным проткнуть насквозь. На плече - татуировка. Может, он пытался расширить свой кругозор? Или просто устал от моей интеллектуальности?

Они целуются. Страстно, будто напоказ. Четыре месяца назад.

Я сижу с фотографией в руках и чувствую, как губы медленно растягиваются в ироничной полуулыбке.

Так, стоп! Это что, хронология его похождений? Кажется, кто-то решил составить для меня «Лучшие моменты из жизни Лиама без участия Хлои». Ну что ж, оригинально. Почти творчески. Если бы не так омерзительно.

Пролистываю фотографии дальше.

У него что, все это время был абонемент на измены? И почему меня не предупредили об этой акции?

Кажется, у Лиама целый гарем. Тут и высокая шатенка в очках, и спортивная блондинка, и даже какая-то милая азиатка с косичками. Может он решил собрать полный комплект? Прямо парад невест какой-то. Интересно, он им всем рассказывал, что работает в сфере финансов и мечтает о большой семье?

Смотрю на фотографии еще раз. Пытаюсь найти хоть какую-то эмоцию, хоть какую-то боль. Но нет. Ничего. Только легкое чувство отвращения и... удивления. Неужели он действительно думал, что я ничего не узнаю? Или он просто был настолько уверен в себе, что ему было плевать?

Вспоминаю наши разговоры, наши планы, наши мечты... Боже, как же я была слепа! Или просто слишком занята своими мыслями, чтобы заметить очевидное?

Но сейчас это уже не важно. Важно то, что все это - в прошлом. Лиам - это пройденный этап. Закрытая глава. И теперь у меня есть прекрасный фотоальбом на память. Хотя, нет, вру. Не такой уж он и прекрасный. Скорее, мерзкий.

Внезапно замечаю, что под фотографиями что-то прячется. Краешек белого листа, аккуратно подложенного, будто специально, чтобы я нашла его в самую последнюю очередь. Прищуриваюсь. Сердце почему-то делает короткую паузу, как будто решает, стоит ли продолжать этот квест.

Аккуратно поддеваю листок ногтем и разворачиваю. Бумага плотная, чуть шероховатая. Не из блокнота, не офиска - явно выбирали. Не просто клочок с рынка, а нечто более... театральное. На нём - всего одна фраза. Чернила тёмно-синие, почерк - аккуратный, с вычурными завитками, как будто автор вдохновлялся любовной перепиской XIX века:

«Ад полон добрыми намерениями и желаниями»

Я моргаю. Медленно. Мозг на секунду зависает, будто программа не может прочитать новый файл. В горле образуется сухой ком - не совсем от страха, скорее от внезапного ощущения, что я стала героиней книги, которую никто не собирался писать, но кто-то всё же пишет.

Что, черт возьми, это значит?

Цитата явно из тех, что кидают в конце тяжёлых писем или в начале глав в готических романах. Лаконично. Зловеще. И совершенно без контекста. Спасибо, неизвестный автор, теперь у меня ещё больше вопросов.

Сажусь на край стула, держа лист двумя пальцами, как улики на месте преступления, и лихорадочно перебираю в голове возможных «подателей» этого послания. Кто мог знать о изменах Лиама? Кто мог иметь мотив прислать мне эти фотографии и эту странную цитату?

Лейла? Нет, исключено. Лейла слишком прямолинейна. Если бы у нее оказалось столько фотографий, где Лиам мне изменяет, она бы лично приволокла мне его любовниц за волосы и прочитала бы им лекцию о женской солидарности, параллельно заказывая суши.

Алекс? Возможно. Но мой брат - человек действия, а не загадок. Он не из тех, кто играет в многоходовки. Его стиль - один звонок, один удар. Он бы пришёл, выдал всё в лоб, а потом пошёл бы разыскивать Лиама с выражением «я просто поговорю».

Мама? Да, она недолюбливает Лиама, но она бы не стала так поступать. Слишком энергозатратно для нее.

Я поджимаю губы и всматриваюсь в листок снова. Почерк однозначно не Лиама. Он писал как человек, которому ручку выдали в последний момент перед экзаменом. Этот - выверенный, почти каллиграфический. Женщина? Мужчина с комплексом драматурга? Или вообще кто-то из тех, кому просто скучно?

А может, это вообще какая-то сумасшедшая фанатка Лиама, которая решила отомстить всем его бывшим? Эта версия кажется мне самой правдоподобной.

Но... нет. Чего-то не хватает. Интонации. Почерк, бумага, фраза - всё слишком изящно, почти лично. Кто-то, кто не просто мстит. Кто-то, кто наблюдает. Кто-то, кто знает нас. Меня. Его. Наши слабости. В любом случае, все это напоминает начало плохого триллера.

Собираю фотографии в кучу. Руки двигаются быстро, почти машинально. Бумага шелестит, скользит по столу, как хищник в траве. Я будто ассистент фокусника, убирающий реквизит после неудачного трюка.

Что с ними делать?

Первый импульс - сжечь. Театрально, красиво, с бокалом вина в руке. Но я живу в квартире без камина и с дымоуловителем, который орёт громче моих бывших.

Порвать? Тоже вариант. Но слишком... финалистично. Как будто я хочу навсегда стереть это из памяти. А я знаю, что память не стереть, она просто ляжет в другое отделение.

Отправить Лиаму? С подписью: «С любовью и презрением». Или: «Маленький подарочек на память о лучших временах». Но это будет уже месть. А месть требует энергии. А я сегодня вообще-то планировала уборку и чтение.

В итоге, я подхожу к мусорному ведру, поднимаю крышку и, с чувством некой церемониальности, кидаю туда конверт вместе со всей его начинкой. Пусть там и лежит. Вместе с другими отходами моей жизни. Надеюсь, что дворник не решит устроить вечеринку воспоминаний.

Едва я успеваю торжественно сбросить бумажное наследие Лиама в мусорное ведро, мой телефон издает противный трезвон уведомления.

Уголок губ дергается. Ну что еще? Неужели кто-то решил предложить мне тур по местам боевой славы Лиама? Если это пришла еще какая-то гадость, я просто выключу телефон, брошу все и уйду в монастырь. Без обратного билета.

Косым взглядом смотрю на экран, готовая к худшему. Но, о чудо - письмо из университета. Уже лучше. Никаких любовных треугольников, только бюрократия и, возможно, судьба.

Тут же подскакиваю к ноутбуку и открываю почту. Так, что тут у нас?

Письмо от отдела практик. Ну, это уже интереснее. Читаю заголовок: «Распределение на практику». Вот оно! Момент истины! Сейчас узнаю, куда меня сошлют.

Открываю письмо и начинаю читать. Мои пальцы скрещены, сердце бьется как у загнанного зайца. Ну, пожалуйста, пусть это будет что-то интересное.

«Уважаемая Хлоя Бейкер! Поздравляем вас с успешным окончанием курса психологии! В связи с вашими высокими академическими показателями, университет рад предложить вам место прохождения практики в одной из ведущих компаний города...»

Так, это уже не очень радует.

«...в одной из ведущих компаний города - корпорации «ГлобалТек» в качестве корпоративного психолога.»

Зависаю. Пару секунд просто смотрю в экран, как будто из него должна выпрыгнуть скрытая камера и кто-то заорет: «Сюрприз!»

Что?! Корпоративный психолог?! Серьезно? Это все, на что вы способны, всемогущие силы вселенского распределения?

«ГлобалТек» - звучит как нечто, что строит искусственный интеллект, чтобы потом он нас всех уничтожил.

Я всегда представляла свою практику совсем иначе. Тихий кабинет, мягкий свет, удобное кресло, клиенты, рассказывающие о своих проблемах... Ну, или хотя бы больница, где я могла бы помогать людям с реальными душевными травмами. А тут - корпорация. Офис. Мир больших денег и маленьких душ. Куча офисных работников, страдающих от выгорания, дедлайнов и токсичных коллег. Звучит как ад на земле.

Не то, чтобы я не любила людей. Я же психолог, в конце концов. Но мне всегда больше нравилось работать с настоящими проблемами, а не с корпоративным стрессом.

Хотя, кто знает, может, там будет интересно. Может быть, я даже смогу помочь кому-нибудь. И потом, это опыт. И оплачиваемый опыт.

Продолжаю читать письмо.

«Ваша задача будет заключаться в оказании психологической поддержки сотрудникам компании, проведении тренингов по управлению стрессов и повышению продуктивности, а также в консультировании руководства по вопросам улучшения рабочей атмосферы.»

Улучшение рабочей атмосферы? То есть, я буду разгонять тоску в офисе? Превращать корпоративную рутину в праздник жизни? А-ля местный клоун.

«Вам необходимо прибыть на вводную встречу с представителем компании сегодня в 13:00. Адрес:...»

Вот это скорость! Они что, боятся, что я передумаю и сбегу в Тибет? Хотя, честно говоря, если бы у меня сейчас под рукой был билет и свободный рюкзак...

У меня в запасе всего несколько часов, чтобы смириться со своей судьбой и притвориться, что я в восторге от перспективы стать корпоративным психологом

Встаю с дивана и начинаю нервно ходить по комнате. Что надеть? Как себя вести? О чем говорить? Нужно выглядеть профессионально, но не слишком строго. Нужно быть дружелюбной, но не слишком навязчивой. Нужно показать, что я - компетентный специалист, но не выпендриваться.

О боже, это сложнее, чем сдать экзамен по психопаталогии!

«Ладно. Хлоя, соберись. Паника - нормальная реакция, но не инструмент. Мысль должна быть организованной. Системной. План действий - вот что мне нужно.»

Первое - ни в коем случае не думаю о Лиаме и его фотографиях. Вместо этого гуглю, что вообще делают корпоративные психологи. Ответы радуют и пугают одновременно: «тимбилдинг», «мотивационные лекции», «игра в мафию», «печенье на скорость». Печенье? Я закончила университет ради поедания печенья?

Второе - быстро принимаю душ, делаю укладку и привожу себя в порядок. Смотрю в зеркало и улыбаюсь отражению. Да уж, с самооценкой у меня точно все хорошо.

Третье - ищу, что надеть. Это самое сложное, но спустя почти двадцать минут я нахожу нужный мне вариант.

Я с удовольствием расправляю костюм на кровати. Цвет бургундского вина, глубокий и насыщенный, словно скрывает в себе все тайны осенних виноградников.

Сначала натягиваю на себя широкие брюки из струящейся ткани, чувствуя, как прохладная ткань приятно скользит по коже. Застегиваю пуговицу и молнию – сидят идеально. Затем приходит черед короткого жакета. Под него надеваю тонкий кружевной бралетт, едва заметный, но добавляющий образу остроты. Надеваю жакет, чувствуя, как четкие линии кроя подчеркивают мою талию.

Осталось выбрать обувь. Черные лаковые лодочки на шпильке. Они идеально завершают этот образ. Надеваю их, чувствуя себя выше и сильнее.

Смотрю на часы и понимаю, что еще есть время заехать в кофейню и поболтать с Марией. Она всегда умеет поднять настроение.

В последний момент хватаю свои любимые очки в тонкой оправе и маленькую черную сумочку. В ней только самое необходимое – телефон, наушники, документы, ключи и помада. Готово. Я вижу в зеркале не просто женщину в костюме. Я вижу себя. Уверенную, целеустремленную и готовую к любым вызовам этого дня. Сегодня я покажу им, кто такая Хлоя Бейкер.

Выхожу из квартиры и направляюсь к своей малышке. Стефан, как и ожидалось, так и не сдержал слово: вмятина всё ещё на месте, всё ещё смотрит на меня с укором. Думаю, сегодня вечером, стоит позвонить в сервис...

...Я буквально влетаю в CoffeeShop, как будто за мной гонится стая разъяренных енотов. Кофе. Мне нужен кофе, как кислород легкомысленному дайверу, решившему нырнуть на дно Марианской впадины.

Мой взгляд тут же находит знакомую рыжую копну у кофемашины - Мария. Её кудри, как всегда, упрямо вьются во все стороны, будто у них своя личная жизнь. На ней объёмный вязаный кардиган цвета «печенье с корицей» и неизменная широкая улыбка, способная растопить даже антарктический айсберг... или хотя бы лёд в моём утреннем цинизме.

-Привет, Хлоя! Что сегодня случилось? Выглядишь, будто только что пробежала марафон, - приветствует она, с любопытством рассматривая меня.   

Еще вчера утром я жаловалась ей на Лиама и на то, как я «страдаю» от нашего разрыва. Кажется, это было в прошлой жизни. Тогда еще я не знала, что меня ждет ураган под названием «Стефан».

Я выдыхаю, всё ещё немного запыхавшись.

-Привет, Мария! Да, утро выдалось... насыщенным, - отвечаю, загадочно улыбаясь. Нужно ее немного заинтриговать.

-Насыщенным? Так-так... Неужели ты уже нашла себе нового парня? - хмыкает она, поднимая бровь и хитро прищуриваясь.

-Эээ, не совсем, - тяну я, драматично опускаясь на любимый высокий стул у стойки. - Но кое-что интересное все-таки произошло.

Улыбаюсь и делаю вид, что изучаю ногти, словно от их состояния зависит успех миссии. Молчание тянется ровно три секунды, прежде чем Мария почти подпрыгивает на месте.

-Да выкладывай уже! Не мучай меня! - выпаливает она, наклоняясь вперёд так, будто собирается взять меня в захват.

-Окей, держись крепче, потому что я расскажу тебе историю, достойную голливудского фильма, - я закусываю губу, сдерживая улыбку. - Но сначала кофе! Большой латте, пожалуйста.

Тянусь за банковской картой, но Мария, размахивая руками, как дирижёр на пике симфонии, почти кричит:

-Да за мой счет, Хлоя! Только расскажи!

Пока эта рыжая бестия колдует над моим латте, я обдумываю, с чего начать эту феерию абсурда. В голове уже выстраивается логическая цепочка: «экзамен - Стефан – помолвка – снова Стефан - фото - практика – паника - кофе». Все пункты, кроме, пожалуй, кофе, выглядят как признаки нервного срыва. Я машинально оцениваю свои симптомы. Дрожь в пальцах? Немного. Психосоматическая тяжесть в груди? Присутствует. Желание кричать в подушку? Умеренное.

Проходит примерно минут пять, когда девушка ставит передо мной дымящийся латте с идеальным рисунком.

-Подожди минутку! – говорит Мария, снимает свой фартук и подходит к боссу, который сидит за одним из столиков, уткнувшись в ноутбук.

Она что-то быстро ему говорит, показывая на меня. Он поднимает голову, смотрит на меня с интересом и кивает. Что происходит?

Мария возвращается ко мне с сияющей улыбкой.

-Всё, я на обеде! Пошли за столик, я официально обязана выслушать твою исповедь. Бесплатно. Пока действует акция.

Я удивленно смотрю на нее. Вот это поворот. Обычно Мария - самый ответственный работник в мире. А тут вдруг бросает все ради сплетен. Видимо я ее заинтриговала не на шутку.

-Мария, ты сумасшедшая! Ты же только начала работать!

-Ну и что? Сегодня у меня очень важный клиент, - парирует она с самым невинным видом и берёт меня под руку, увлекая к столику у окна.

Мы садимся. Я кладу сумочку рядом, поправляю жакет - не потому что он сбился, а потому что мне нужно время собрать мысли.

Мария смотрит на меня, подперев подбородок рукой и шевеля бровями, как театральная актриса в ожидании поворота сюжета.

И я начинаю рассказывать девушке обо всем, что успело произойти, едва я вчера переступила порог этой кофейни. Об экзамене, о Стефане (в особенности о нем), о помолвке, снова о Стефане, о своем утреннем «сюрпризе» и о предстоящей практике. Она слушает меня, раскрыв рот от удивления. Время от времени она восклицает: «Вот это да!» и «Не может быть!». Конечно же, не упускает возможности подколоть меня о симпатии к Стефану и пожурить за танец с Лиамом.

Когда я заканчиваю, Мария на мгновение замирает. Брови слегка сведены к переносице, пальцы играют с краем рукава, взгляд отведён - типичная невербалика, сигнализирующая: «переварка идёт полным ходом».

-Слушай, Хлоя, - произносит она наконец, медленно, вдумчиво, словно каждое слово - кусочек головоломки. - Это всё очень странно. И даже немного жутко. Кто-то явно хочет, чтобы ты знала правду о Лиаме. И этот кто-то... готов пойти на многое, чтобы этого добиться.

-Я знаю, - киваю и сжимаю чашку двумя руками, будто тепло керамики может компенсировать тревожное напряжение внутри. - И меня тоже это до жути пугает. Но я держу себя в руках. Психолог, как-никак. Анализирую, думаю, строю теории. Но пока безуспешно.

Мария наклоняется ближе, её глаза сужаются, как у кошки, которая вот-вот прыгнет на что-то подозрительное.

-Хлоя, а что, если это... Стефан? - её голос почти шёпот, будто она боится, что даже стены кофейни могут сдать нас с потрохами.

И тут в моей голове мгновенно разворачивается калейдоскоп мыслей. Стефан, который собирал на меня информацию и, по-видимому, знает все обо мне. Стефан, который сказал, что хочет меня. Стефан, который странно смотрел на нас с Лиамом вчера, словно оценивал соперника.

Неужели это он? Но зачем ему это? Мы едва знакомы. Чтобы меня позлить? Чтобы доказать, что все мужики козлы? Или просто из чувства мести за то, что я не повелась на его провокации?

Бред какой-то. Стефан, конечно, самоуверенный тип, но не думаю, что он настолько мелочный и коварный, чтобы устраивать подобные интриги. Но что-то внутри подсказывает мне, что в этом есть какой-то смысл. Что-то неуловимое, что я пока не могу разгадать.

«Так, стоп, Хлоя, - одергиваю я себя. - Давай без паники. Паника - плохой советчик.»

Я делаю медленный вдох - четыре счёта, задержка на два, выдох на шесть. Протокол успокоения активирован.

«Спасибо, когнитивно-поведенческая терапия.»

-Что ж, логика в этом есть, - медленно проговариваю вслух, скрестив руки на груди и глядя в пространство, будто оно даст ответ. - Но зачем ему это? Чтобы завоевать мое доверие? Сыграть в хорошего парня, а потом... что?

«Холодный расчет. Манипулирование. Игра на чувствах. Создание иллюзии близости.»

-Может, он просто хочет тебя впечатлить? – с надеждой предлагает Мария, чуть пожимая плечами. - Мужчины иногда ведут себя как идиоты, пытаясь завоевать внимание.

-Не знаю, - возражаю я. - Звучит как-то... слишком. Он, конечно, наглый, но не думаю, что он стал бы так поступать.

Нельзя ведь делать поспешных выводов. Нельзя поддаваться паранойе. Но чем больше я думаю об этом, тем больше сомнений закрадывается в мою душу.

Внутренний психолог вступает в ожесточенный спор с моей неизведанной частью личности. С внутренним детективом.

Психолог говорит: «Это просто совпадение. Может быть вообще такое, что Лиам сам отправил эти фотографии, чтобы позлить. Или, может быть, это кто-то из его бывших. Не нужно сразу вешать ярлыки на Стефана. Не спеши с выводами, девочка, ты ж не параноик».

Но внутренний детектив орет во все горло: «Стефан ведь сам сказал, что «наводил о тебе справки». А если наводил, то должен был знать о твоих отношениях с Лиамом. Тогда почему так общался с тобой в библиотеке? Почему, в конце концов, он сказал, что хочет тебя, зная всего несколько часов?»

Мозг трещит, как лампа в коридоре при перепаде напряжения. Я прикрываю глаза ладонью, делаю ещё один вдох.

-Не знаю, Мария, - признаюсь я. - Не знаю, кто это сделал. Но я обязательно это выясню.

Я открываю глаза и встречаю её взгляд. Он тёплый, внимательный, но с тонкой нотой тревоги.

Видимо, мои слова прозвучали слишком серьёзно. Или я действительно начинаю говорить как героиня остросюжетного триллера.

-Будь осторожна, Хлоя, - говорит она тихо. - И, если что-то случится, сразу звони мне. Я тут же примчусь. Даже если будет ночь. Даже если я буду смотреть финал сезона. Даже если... ну, ты поняла.

Я киваю и улыбаюсь ей.

-Обязательно. Спасибо, Мария. Ты всегда знаешь, что сказать. Иногда даже чересчур. Но за это тебя и люблю.

Перевожу взгляд на часы и подпрыгиваю.

-О, чёрт! Мне нужно бежать! - вскрикиваю и вскакиваю со стула, чуть не опрокидывая чашку. - Спасибо, что выслушала. Мне правда стало легче. Хоть немного.

Мария обнимает меня на прощание.

-Не забудь рассказать мне о своей практике. Я уверена, там будет много интересных персонажей. Серьёзно. Ты как будто притягиваешь сюжетные повороты, - смотрит на меня строго, почти как мама перед школьной экскурсией.

Смеюсь и машу ей рукой. Вот ведь сплетница!

Я выскакиваю из кофейни и запрыгиваю в машину. Мотор взрывается жизнерадостным ревом, и я выруливаю на улицы Сан-Франциско.

Обычно я кайфую от вождения. Любимая музыка, поток, концентрация. Микро-медитация на скорости. Но сейчас? Плейлист играет сам по себе, словно где-то в другом измерении. Я даже не уверена, что это моя музыка. Может, это внутренний саундтрек моего мозга, где «Стефан. Фотографии. Стефан. Фотографии» повторяются с назойливостью припева из рекламы шампуня.

«Хлоя, стоп. Хватит. Это уже не рефлексия - это обсессия.»

Я мысленно хлопаю себя по лбу. Сейчас не время превращаться в параноидального пациента. У меня есть чёткая задача: произвести впечатление, не облажаться и не попасть в список «новеньких, которых все игнорируют». Остальное - в папку «позже». Стефан -позже. Лиам - в корзину. Фотографии - в анализ после практики и бокала вина.

Навигатор вдруг женским голосом сообщает, что я почти на месте. Я моргаю. Боже мой, я даже не помню дорогу сюда. Видимо, ехала по правилам машинально. Вот это, пожалуй, и есть высший пилотаж бессознательного. Зигмунд Фрейд бы мной гордился. Или, наоборот, испугался.

Поднимаю голову и теряю дар речи. Если бы у меня был рот, полный мятной жвачки, я бы точно надула пузырь размером с мою голову. Потому что, вау.

Сказать, что здание впечатляет - это как сказать, что у кошки четыре лапы. Это не просто здание, это... архитектурное порно! Стекло, сталь, какие-то космические изгибы... кажется, будто оно вот-вот взлетит и отправится колонизировать Марс.

Волей-неволей проникаюсь уважением. Не важно, какие игры плетутся внутри, снаружи «ГлобалТек» впечатляет.

И тут меня накрывает волна осознания. Я, Хлоя Бейкер, буду работать вот здесь. В этом гигантском улье, полном амбиций, денег и, судя по всему, интриг. И чем мне придется заниматься? Судя по тому, что здание выглядит как штаб-квартира суперзлодея из комиксов Marvel, мне придется спасать от выгорания его приспешников.

Наконец, я прихожу в себя и направляюсь к подземной парковке. Моя малышка плавно скользит вниз, и я оказываюсь в просторном, хорошо освещенном помещении. Даже здесь все продумано до мелочей: идеально ровное покрытие, четкая разметка, электрозарядки на каждом шагу. В этом месте, кажется, собраны все самые дорогие автомобили города. Справа блестит Bentley, слева стоии чёрный как грех Rolls-Royce, дальше - Lamborghini с открытым верхом, будто подмигивает мне фарами... Боже, я что, попала на выставку? Моя RS7 здесь, конечно, не самая скромная, но и не самая вычурная. Скорее, этакая золотая середина - стильная и быстрая, как и я сама.

Ищу свободное место и, о чудо, нахожу его прямо возле лифта. Судьба? Или просто удачное стечение обстоятельств? В любом случае, я воспринимаю это как хороший знак.

Я почти подъезжаю, но тут ко мне уже несётся парень в белоснежной униформе, как актёр, застрявший в рекламной кампании BMW.

-Добрый день! Могу я вам помочь?

«Да, помогите мне не чувствовать себя деревенщиной, впервые увидевшей небоскреб!» - мысленно кричу я, но вслух вежливо отвечаю:

-Нет, спасибо, я сама.

Паркуюсь с хирургической аккуратностью - стараясь не чиркнуть рядом стоящий Maserati. Было бы крайне неловко начать свою карьеру с царапины на чьей-то дорогущей тачке. Хотя, с другой стороны, может, это был бы неплохой способ завести знакомства? «Ой, простите, я тут новенькая. Не подскажете, где здесь можно купить валерьянку?»

Глушу двигатель и на пару секунд замираю, собираясь с духом. Впереди - чертова неизвестность, которую я так не люблю. Как ко мне отнесутся? Как обычно относятся к студентам. С пренебрежением.

Делаю глубокий вдох, стараясь успокоить участившееся сердцебиение. Нужно выглядеть уверенно и профессионально. Никаких растерянных взглядов и открытых ртов. В конце концов, я же психолог! Я должна уметь скрывать свои эмоции... или, по крайней мере, делать вид, что умею.

Выхожу из машины, поправляю жакет и, стараясь держаться уверенно, направляюсь к лифту. Двери бесшумно открываются, и я захожу в просторную кабину, отделанную полированным металлом. Лифт плавно взмывает вверх, и вскоре я оказываюсь в просторном лобби.

Как только я переступаю порог лифта, чувствую на себе несколько взглядов. Такие скользящие, сдержанно-оценочные, не слишком долгие, но вполне достаточно, чтобы успеть прочитать в них привычную смесь любопытства и лёгкого осуждения. Ну конечно. Девушка в ярком костюме - это явно не то, что они привыкли видеть в этом царстве серого и черного. Надеюсь, я не выгляжу слишком глупо и неуместно.

Внутри еще более впечатляюще, чем снаружи. Огромный холл, высокие потолки, мраморный пол, на котором отражаются люстры, похожие на космические корабли. Впечатляет. Подавляет. Все одновременно. В воздухе витает стойкий запах дорогих духов, смешанный с чем-то гипнотическим. Ощущение, что я попала в какой-то фешенебельный отель.

Повсюду минималистичные скульптуры, больше похожие на инопланетные артефакты, и огромные плазменные экраны, транслирующие... что это? Курс акций «ГлобалТек» в режиме реального времени? Да они здесь просто помешаны на успехе!

Я чувствую себя маленькой и незначительной на фоне этого великолепия, словно я - всего лишь пиксель на огромном экране, который легко можно удалить одним нажатием кнопки. Браво, «ГлобалТек», психологический эффект достигнут с точностью до глубинной самооценки!

Мимоходом замечаю декоративный фонтан, в котором меланхолично покачиваются в воде какие-то полупрозрачные рыбки. Кажется, даже они страдают от перфекционизма и недосыпа. Надеюсь, им хотя бы дали соцпакет и корпоративную карту на рыбьи хлопья.

Направляюсь к стойке регистрации, стараясь не споткнуться о собственные ноги. За ней восседает девушка с таким выражением лица, будто она выиграла конкурс на самого незаинтересованного сотрудника месяца. Ее имя красуется на табличке - «Бекки». Ага. Ну, по крайней мере, не «Капрал Тоска». Интересно, она хотя бы иногда улыбается?

Я вежливо улыбаюсь и говорю, стараясь придать голосу уверенности:

-Здравствуйте. Я Хлоя Бейкер. У меня назначена производственная практика.

Бекки лениво поднимает на меня взгляд, словно я помешала ей решать важную задачу - например, считать пылинки на клавиатуре. Интересно, ей вообще знакомы эмоции, отличные от раздражения и скуки? Надо будет изучить это. Ради науки, естественно.

-К кому? - спрашивает она с таким тоном, словно я пытаюсь ограбить банк. На ее лице ни малейшего намека на дружелюбие, только презрение и раздражение.

«Хлоя, дыши. Не надо ей сразу ставить диагноз. Это неэтично. Даже если он просится сам.»

-К HR-менеджеру. Вас должны были предупредить, - произношу мягко, с натянутой, но профессиональной улыбкой. Позитивное подкрепление в действии: я вежливая - ты, может, тоже попробуешь.

Девушка сканирует меня взглядом с головы до ног, будто я - штрих-код. Видимо, проверяет, не пытаюсь ли я проникнуть сюда, чтобы украсть секретные формулы Coca-Cola. Затем закатывает глаза и принимается что-то искать в компьютере, стуча по клавишам своими длинными накладными ногтями.

Проходит несколько... секунд? Минут? Возможно, целая эпоха. Я успеваю придумать три возможных сценария отказа, два - бегства, и один - в котором я просыпаюсь и всё это оказывается сном.

-Пройдите прямо и поверните направо, - бурчит она, указывая в сторону коридора. - Там будет кабинет 132 и табличка «Сара Миллер».

Она выдает мне бейджик посетителя и тут же возвращается к своему компьютеру. Да что там у нее? Неразложенный пасьянс? Оправдаю ее, только если узнаю, что там уровень с тортиками из «Purble Place». Но не сегодня.

-Спасибо, - произношу с обострённой вежливостью, натягивая улыбку, стараясь не показать, как сильно мне хочется подарить ей курс по развитию эмоционального интеллекта.

Разворачиваюсь и иду в заданном направлении, чувствуя себя немного потерянной в этом лабиринте коридоров и кабинетов. Интересно, а что будет, если я не найду этот кабинет? Меня отправят обратно в университет с пометкой «не ориентируется в пространстве»?

Вокруг - движение. Люди спешат, разговаривают по телефону, что-то печатают в ноутбуках. Все двигаются с такой скоростью, будто участвуют в каком-то секретном марафоне. Я замедляюсь, чтобы не врезаться ни в кого, и чувствую себя немного... аутсайдером.

Ощущение, что коридоры спроектированы здесь так, чтобы ты чувствовал себя маленьким и незначительным. Стены увешаны мотивационными постерами с вдохновляющими цитатами о командной работе и достижении целей и раскрытии потенциала. Интересно, сколько человек в этой компании действительно верит в эту чушь? Или они просто делают вид, чтобы их не уволили?

Прохожу мимо кабинетов, заглядывая внутрь. Серые стены, одинаковые столы, унылые лица сотрудников... Кажется, тут даже воздух пропитан корпоративным духом. Что ж, Хлоя, добро пожаловать в мир, где креативность и индивидуальность - это слова ругательные. Посмотрим, как долго я смогу тут продержаться, прежде чем начну красить стены в радужный цвет и устраивать сеансы медитации прямо в опенспейсе. Да, я определенно внесу оживление в их серую жизнь!

Наконец, нахожу нужный кабинет. На двери - табличка с надписью «Сара Миллер, HR-менеджер». Шрифт строгий, без засечек - всё говорит о функциональности и отсутствии места для излишеств.

Ну что, Сара, готовься к встрече с самым жизнерадостным и слегка тревожным психологом-практикантом в истории «ГлобалТек». Главное, не распугать ее своим энтузиазмом. Вдруг у нее аллергия на позитив?

Делаю глубокий вдох, проверяю выражение лица в отражении стеклянной панели: лёгкая улыбка, подбородок чуть выше обычного - уверенность, но не агрессия. Стучусь.

-Войдите, - доносится приглушённый голос. Ни одной лишней эмоции, интонация деловая, отточенная. Уже интересно.

Вхожу, и первое, что бросается в глаза - это порядок. Нет, не просто порядок. Это маниакальный порядок. На столе - ни пылинки, ни единой смятой бумажки. Каждая ручка лежит на своем месте, словно по линейке. Даже мои собственные мысли, кажется, выстраиваются в шеренгу, боясь нарушить эту идеальную гармонию.

Передо мной - Сара Миллер, воплощение корпоративной элегантности. Безупречный костюм, аккуратная прическа, вежливая улыбка. Она смотрит на меня, как на новый гаджет, который нужно протестировать. Ну что ж, Сара, давай посмотрим, кто кого нащупает первым.

-Мисс Бейкер, проходите, присаживайтесь, - говорит она с улыбкой, которая, кажется, была отрепетирована перед зеркалом. - Я рада вас видеть.

Ох, чувствую, будет весело.

-Здравствуйте, я тоже рада, - киваю в ответ и присаживаюсь в кресло напротив, пытаясь скрыть легкое волнение. Моя спина прямая, улыбка - дежурная, но внутри я чувствую себя студенткой первого курса, впервые попавшей на экзамен. Интересно, сколько времени потребуется, чтобы я начала мечтать о побеге на необитаемый остров?

-Итак, Хлоя, - начинает Сара, открывая папку с моим именем, словно архивную запись в базе данных. Я тут же вспоминаю о Стефане. «Интересно, у него такая же папочка?» - Начнем с формальностей. Вы проходите производственную практику в рамках программы университета...?

-Да, все верно, - подтверждаю я. - Университет сам меня сюда направил, так как я одна из лучших студенток на курсе. Ну, или так они говорят, чтобы мне не было грустно перед дипломом.

Сара улыбается. Чуть. Легкий изгиб губ - молниеносный, но его хватило, чтобы я мысленно запрыгала от радости, как будто приручила кошку.

-Отлично. Мы рады видеть у себя перспективных специалистов.

Сара начинает с формальностей, перечисляя обязанности, правила, политику компании. Она говорит ровным, монотонным голосом, и я всеми силами пытаюсь не заснуть. Я киваю, улыбаюсь, записываю в голове ключевые слова: «ответственность», «дисциплина», «структура», «конфиденциальность». Словно на чёрной доске моей памяти мелом выводится: «Здесь не место для хаоса, Хлоя».

Оформление документов, как я уже предчувствовала, занимает кучу времени. Тесты. Анкеты. Подписи. Бумаги, подтверждающие, что я обязуюсь не раскрывать корпоративные секреты даже под пытками.

Складывается впечатление, что я поступаю не на практику, а в разведку.

Следуют вопросы о моем образовании, опыте работы и о том, почему я выбрала психологию. Рассказываю ей свою историю, стараясь не вдаваться в личные подробности. Упоминаю о своем интересе к психологии с детства, о желании помогать людям, о стремлении понимать человеческую природу. Надеюсь, этого достаточно.

-Какие ваши сильные стороны, Хлоя? – спрашивает Сара, приподнимая бровь и глядя на меня поверх очков.

-Эмпатия, умение слушать, аналитическое мышление, - проговариваю с паузами, будто читаю с чек-листа. И тут же мысленно добавляю: «И умение выживать в этой безупречной, но немного пугающей среде.»

Сара кивает, не перебивая, и делает в блокноте пометку. Хочется заглянуть через стол и прочитать: «Типичная идеалистка. Возможно, склонна к переутомлению. Следить.» Но вместо этого я просто сижу и изображаю спокойствие Будды, запертого в офисе.

-Какие ваши слабые стороны? - следует следующий вопрос.

Ах, этот классический вопрос. Любимец всех интервьюеров и самый коварный для честных людей. Пора делать ход конём.

-Иногда я слишком прямолинейна, - говорю с лёгкой полуулыбкой, давая понять, что, возможно, я ещё и слегка ехидна. - И не всегда люблю следовать правилам. Но стараюсь не причинять этим никому вреда.

Маленькая провокация. Проверим, как она реагирует на несистемных игроков.

Сара слегка приподнимает бровь - уловила. Делает очередную пометку в блокноте. Я представляю, как там появляется строчка: «Возможна склонность к иронии. Контролировать проявления нонконформизма».

«Ну-ну, запиши и это, Сара. А ещё - то, что я умею замечать, когда собеседник пытается выстроить фасад. Угадайте, откуда знаю?»

-Опыт работы у вас... минимальный. Но это не страшно, для практики достаточно.

Минимальный? Да я работала волонтером в кризисном центре, помогала подросткам с депрессией, вела группы поддержки для людей с зависимостями. Но, видимо, для «ГлобалТек» это недостаточно гламурно.

Я киваю, дипломатично молчу. Не время бросаться аргументами. Психолог должен чувствовать момент. И подбирать слова, как сапёр.

-А теперь, - Сара откладывает бумаги и впервые смотрит на меня чуть менее официально, - расскажите мне о своих увлечениях.

Вот теперь начинается веселье. Я - человек-оркестр. У меня куча хобби, которые я меняю, как перчатки, в зависимости от настроения и фазы луны.

-О, у меня много увлечений, - говорю я с улыбкой, которая, надеюсь, выглядит искренне, а не как у человека, страдающего от дефицита сна и избытка креативных идей. - Я занимаюсь йогой, люблю читать, увлекаюсь фотографией, изучаю иностранные языки, занимаюсь верховой ездой, обожаю готовить, путешествую, когда есть возможность, в планах записаться на фехтование...

Я продолжаю перечислять свои увлечения, и замечаю, как у Сары начинают округляться глаза. Она явно не ожидала такого разнообразия интересов от обычной студентки на практике. Интересно, что она думает? Что я пытаюсь произвести впечатление? Или что я просто сумасшедшая?

-Действительно много, - произносит она, с той интонацией, которой обычно говорят: «Интересный случай». - Похвально, что вы находите время для всего этого. Важно уметь переключаться.

-Стараюсь, - отвечаю я. На самом деле, половина моих увлечений - это попытки убежать от реальности и сбежать от самой себя. - Иногда, чтобы помочь другим, нужно сначала научиться помогать себе. А для этого нужны увлечения. Иначе можно просто сгореть на работе. И, кстати, йога отлично помогает справляться со стрессом. Могу научить, если хотите, - добавляю я в шутку.

Сара улыбается, в ее глазах мелькает искорка интереса. Может, не такая уж она и железная.

-Хорошо, - говорит она, чуть откашлявшись и возвращая себе строгий облик. - Тогда вот. - Она протягивает мне визитку с безупречной гравировкой имени и должности. - Составьте график своей работы на время практики и пришлите мне на почту сегодня до вечера. Укажите, когда вы можете работать. Помните: у нас строгий график, и соблюдение сроков - одно из главных требований.

Я киваю, принимая визитку двумя пальцами, как будто это ключ к замку в неизведанное.

-Вопросы есть?

-Пока нет, - отвечаю честно. - Но, думаю, они появятся в процессе.

-Прекрасно, - Сара встает, давая понять, что разговор окончен. – Тогда на сегодня все. Я покажу вам ваш кабинет, и завтра вы сможете приступить к работе.

Встаю и я, чувствуя, что напряжение немного спадает. Я прошла первый этап, справилась с формальностями и даже произвела какое-то впечатление. Теперь главное - не ударить в грязь лицом.

Сара величественно выходит из своего кабинета, и я, как послушный щенок, плетусь за ней по коридору. В этот момент мне кажется, что я попала в какой-то шпионский фильм, где каждый второй - агент под прикрытием, а коридоры - секретные проходы в тайные комнаты.

Мы идем мимо кабинетов, за стеклянными дверями которых мелькают сосредоточенные лица сотрудников. Я машинально анализирую, пытаясь угадать их характеры по выражению лица, одежде и деталям интерьера. Вот, например, кабинет, в котором всё вылизано до блеска, цветы на подоконнике стоят строго по симметрии, а канцелярия выстроена в ритуальный порядок - скорее всего, перфекционист с завышенными требованиями к себе и окружающим, страдающий от того, что коллега левша и кладёт бумагу не той стороной вверх. А вот - хаос на столе, горы бумаг, кофейная кружка без блюдца, фотографии на стене, цветные стикеры повсюду. Творческая натура. Импульсивная, возможно, с гиперактивным вниманием и лёгким пренебрежением к дедлайнам. Но, возможно, именно этот человек делает всю настоящую работу.

По пути Сара коротко бросает фразы о корпоративной культуре, дресс-коде и правилах пользования кофемашиной (видимо, это очень важная информация). Я же стараюсь не упустить ни одной детали, осматриваясь по сторонам, как турист в новом городе. Коридоры кажутся бесконечными, кабинеты - однотипными. Все вокруг - строгий минимализм, выдержанный в серых и белых тонах. Как будто здесь обитают роботы, а не люди. Или люди, которые старательно пытаются в них превратиться.

В какой-то момент мимо нас проходят двое сотрудников. Один из них - мужчина в костюме, с лицом, на котором, кажется, никогда не появлялась улыбка. Второй - девушка с идеальной укладкой и планшетом, прижатым к груди, как броня. Они едва замечают меня, но я уловила тот мимолётный взгляд: «А, вот это и есть новенькая. Ну-ну.»

Ставлю пять к одному, что она - аналитик, а он - внутренний аудитор. Потому что только аудитор может смотреть на мир, как на потенциальную налоговую махинацию.

Проходим мимо открытого офиса, где сотрудники сосредоточенно стучат по клавиатурам. Я пытаюсь уловить психологические портреты, мимолетно бросая взгляды на выражения лиц. Вот, например, молодой человек, нервно грызущий ручку - тревожность. Женщина, разговаривающая по телефону с агрессивным видом - возможно, невроз. А вот парень, увлеченно играющий в компьютерную игру - скорее всего, избегающее расстройство.

-Ваш кабинет находится на 31-м этаже, - сообщает Сара, заметив, что я замедлилась возле лифта.

На каком этаже?! Они что, не знают, что такое акрофобия? Ее у меня, конечно, нет, но я все равно ошарашена.

Стены лифта - зеркальные, и я невольно рассматриваю свое отражение. Все ли на месте? Пиджак не помят? Улыбка достаточно уверенная? Волосы не растрепались? Паранойя – наше все!

На 31-м этаже открывается захватывающий вид на Сан-Франциско. Город простирается до самого горизонта, словно игрушечный. Высота немного пугает, но и вдохновляет. Здесь, на вершине мира, кажется, можно все.

Сара продолжает свой путь, и я спешу за ней, оглядываясь по сторонам. Кабинеты на этом этаже чуть просторнее, а декор более... премиальный. Похоже, здесь живут те, чьи KPI давно превратились в бонусы, яхты и встречи на гольф-полях. Я внимательно фиксирую детали: где кулер, где принтер, где ближайшее место для тихой паники. Вдруг пригодится, мало ли что...

В голове невольно начинает выстраиваться ментальная карта этажа, как в RPG-игре: «Вы открыли новый уровень - Этаж 31. Получено достижение: Почти не запаниковала в лифте.»

В самом просторном помещении замечаю группу людей, оживлённо обсуждающих что-то у гигантского интерактивного экрана. Визуально - сцена из фильма о гениальных стартаперах, спасающих человечество от цифрового апокалипсиса. Они сосредоточены, напряжены, кто-то водит пальцем по экрану, кто-то жестикулирует с таким азартом, будто только что изобрёл способ телепортации кофе из офиса домой.

Наверное, разрабатывают какой-нибудь супер-пупер-мега-проект, который спасет мир. Или, как минимум, принесет «ГлобалТек» пару миллионов долларов.

Я уже собираюсь пройти мимо, с интересом фиксируя детали - один из них явно интроверт, постоянно избегает зрительного контакта, другой - лидер, доминирует в диалоге, третий что-то лихорадочно набирает в планшете, не отрываясь.

И тут... замираю.

Мой взгляд останавливается на уже знакомой фигуре. Высокий, широкоплечий, с безупречной прической... Не может быть! В самом центре этой группы стоит... Стефан? Что он тут делает? Я, конечно, допускала возможность столкнуться с ним снова, но чтобы он оказался здесь... это уже слишком. Это просто напоминает сюжет одного из дешевых романов, которыми я баловалась в подростковом возрасте. Я буквально слышу в голове драматичную скрипку. Или, может, это моя вегетативная нервная система решила сыграть тревожный сигнал.

Он стоит в окружении нескольких мужчин в строгих костюмах, что-то оживленно обсуждает, и его лицо выглядит серьезным и сосредоточенным. Видимо, в офисе он предпочитает оставлять свою самоуверенную ухмылку за дверью. Его уверенная поза, властный взгляд - всё в нем говорит о силе и влиянии. Я смотрю на него, словно завороженная, пытаясь понять, что же в нём такого, что так меня зацепило. Высокий уровень тестостерона? Харизма? Или просто природная наглость?

Стараюсь быстро проанализировать собственное состояние. Так, что это у нас? Удивление - галочка. Раздражение - ещё как. Лёгкая тревожность - определённо. Щеки горят, в груди что-то ноет, мысли скачут, как гиперактивный хомяк в колесе.

«Ну что ж, вот и здравствуй, старая добрая эмоциональная дисрегуляция.»

Он продолжает говорить, на лице - маска предельной деловитости. Ни тебе той ухмылки, которая вчера выводила меня из себя, ни того дерзкого взгляда, от которого я теряла ход мыслей. Сейчас он абсолютно другой - сконцентрированный, даже, осмелюсь сказать, зрелый. Как хороший сыр. Только я не уверена, хочу ли я его снова пробовать.

Осознаю, что смотрю на него дольше, чем позволяет приличие, и быстро отвожу взгляд. Чувствую, как по щекам проходит волна жара. Надеюсь, Сара ничего не заметила.

Но тут же не выдерживаю. Внутри горит вопрос.

-Сара, - голос выходит на тон выше, чем хотелось бы. - А кто это там, у экрана?

Сара следует за моим взглядом и на её лице появляется выражение, которое я бы классифицировала как сдержанное восхищение, перемешанное с лёгкой гордостью.

-А, это мистер Уилер, - отвечает она с легкой улыбкой. - Сын владельца корпорации, мистера Джека Уилера.

Мир делает сальто. Мой мозг, как старый компьютер, зависает, пытаясь обработать входящую информацию.

Сын владельца?

Мой внутренний аналитик начинает панически листать свои картотеки. Так, это многое объясняет. Например, его самоуверенность и наглость. Хотя, кто знает, может, это просто его врожденные качества.

-Он здесь работает? - спрашиваю как можно более невинно. Хотя внутри всё кипит.

-Да, - кивает Сара. - После окончания университета он сразу присоединился к семейному бизнесу. Сейчас он очень талантливый начальник IT-отдела.

Я киваю, стараясь переварить полученную информацию. Значит, он не просто богатенький наследник, разъезжающий на дорогой машине. Он - часть этого корпоративного монстра, этого стеклянного небоскреба, который давит на меня своим величием.

Интересно, а как он ведет себя с подчиненными? Контролирующий? Манипулятор? Демократичный лидер с теневой стороной? Или тиран, прикрывающийся харизмой? Как психологу, мне очень интересно это узнать.

-Стефан очень умный и целеустремленный, - продолжает Сара, словно читая мои мысли. - Он очень предан компании.

Внутри меня зарождается сложное чувство: смесь удивления, восхищения и... легкого раздражения. Потому что, если он - начальник, значит, он - мой босс. А это значит, что мне придется иметь с ним дело. Много дел. И это меня совсем не радует.

-Вот ваш кабинет, - голос Сары прерывает мои мысли.

Она указывает на дверь с табличкой, на которой аккуратным шрифтом выведено мое имя.

-Это ваш пропуск, - продолжает она, протягивая мне пластиковую карточку, на которой красуется моя фотография. - Он необходим для доступа в здание и для пользования лифтом. Если возникнут какие-либо вопросы, не стесняйтесь обращаться.

Я беру пропуск, мысленно отмечая, что на фото я выгляжу как преступница, только что выпущенная из тюрьмы. Надо будет попросить переделать. Сара смотрит на меня оценивающим взглядом, будто пытается просчитать все мои действия на несколько шагов вперед. Или, может, она просто ищет признаки надвигающегося нервного срыва.

-Спасибо, Сара, - говорю я, стараясь вложить в голос максимум профессиональной уверенности. Такой, знаете, как у актёра, которому забыли выдать сценарий, но он всё равно играет.

-Добро пожаловать в «ГлобалТек», Хлоя, - произносит она с улыбкой. - Надеюсь, вам здесь понравится.

«Понравится?» Сомневаюсь. Но вот скучно точно не будет.

И с этими словами она разворачивается и уходит, оставляя меня одну перед дверью моего нового кабинета. Я стою и смотрю на табличку со своим именем, чувствуя, как внутри меня нарастает смесь любопытства и тревоги. Кажется, моя практика будет гораздо интереснее, чем я ожидала. И гораздо сложнее.

Мой взгляд невольно скользит в сторону панорамного окна в холле... и, конечно же, останавливается на Стефане.

Он всё ещё там. Его фигура - как чужая статуя на фоне интерактивного экрана. И будто в кино - он поворачивается в мою сторону и наши взгляды встречаются. Времени на оценку реакции - доли секунды.

Глаза у него холодные, цепкие. В них скользит не то насмешка, не то узнавание. А может, это я уже додумываю. Он изучает меня, словно запомненное уравнение, к которому вернулся после перерыва. А затем лёгкая, почти незаметная усмешка. Её я знаю. Та самая - с оттенком превосходства, уверенности и... проклятой харизмы.

Вот черт! Он явно знает, что произвел на меня впечатление. И, честно говоря, он прав. Я впечатлена. Но не настолько, чтобы потерять голову.

Закатываю глаза так демонстративно, что, кажется, зрение на секунду уходит в астрал. Потом с нарочито деловым выражением лица прикладываю карточку к считывателю. Дверь щёлкает, и я юрко вхожу внутрь, будто прячусь в спасательной шлюпке.

«Всё. Я в безопасной зоне. Теоретически.»

И только сейчас замечаю, как от напряжения начинает пульсировать висок. Внутри - ментальный шум, как будто мысли барахтаются в тесной коробке: о Стефане, о том, как именно он оказался здесь, почему его взгляд прожигает насквозь и почему, чёрт подери, меня это волнует больше, чем должно.

Он красивый. Ладно, признаю. Уверенный. Харизматичный. И наглый, чертовски наглый. Наверняка привык получать всё, что хочет, не прилагая особых усилий. И тут я задаюсь вопросом: а чего он хочет? Может, он действительно заинтересован во мне? Или это просто игра? Развлечение для скучающего сына владельца корпорации?

Я сажусь в кресло и машинально кручу пропуск в пальцах. Механическое движение. Помогает сосредоточиться. Или хотя бы не кричать в пространство.

И вот тогда приходит мысль. Она медленно разворачивается, как змея, вылезающая из коробки с надписью «ОСТОРОЖНО: паранойя».

«А вдруг он всё это подстроил?»

Его отсутствие удивления, когда увидел меня. Даже это выражение лица - как у человека, который «ждал».

Если он действительно изучал моё дело, если у него был доступ к информации, то он не мог не знать о моей предстоящей практике. А значит... возможно, я не просто попала в эту компанию. Меня «поместили» сюда. Целенаправленно.

«Манипулятор? Психопат?»

Я закатываю глаза, уже сама надоела себе с этими подозрениями.

«Да нет. Ну может, чуть-чуть. Максимум — нарциссический радикал. Ну и врождённый талант к драме.»

Но тогда почему я так много о нем думаю, будто мне это... нравится.

В какой-то странной, извращённой плоскости это даже... бодрит. Адреналин? Любопытство? Нарушение профессиональной границы, на которое я внутренне готова, хоть и не признаю этого вслух?

В любом случае, я не позволю ему себя использовать. Я не марионетка, которую можно дергать за ниточки. Я - психолог. И я умею читать людей. Посмотрим, что он из себя представляет на самом деле. И какую роль он собирается играть в моей жизни.

Улыбаюсь сама себе. Тонко. Почти хищно.

«Посмотрим, мистер Уилер. Посмотрим, кто кого прочитает первым.»

Успокоившись - ну или хотя бы сделав вид, что успокоилась, - поднимаюсь с кресла и решаю осмотреться. Надо оценить масштаб бедствия... то есть, работы.

Честно говоря, я ожидала чего-то более унылого. Какой-нибудь серо-бежевый короб с мебелью цвета «офисная тоска». Но нет - кабинет, хотя и вполне стандартный, обладает некоторыми зачатками индивидуальности. Просторный, с высокими потолками. Огромное окно во всю стену открывает панорамный вид на город - и это, безусловно, огромный плюс. Естественный свет - это не только красиво, но и доказанно полезно: снижает уровень кортизола, улучшает концентрацию и, как минимум, спасает от желания залезть под стол и рыдать после утреннего совещания.

Удобное кожаное кресло, хоть и немного затертое, обещает комфорт во время долгих часов работы. Огромный письменный стол, словно созданный для того, чтобы на него в отчаянии кидали папки с надписями «строго конфиденциально». Полки с книгами, аккуратно выставленными, но покрытыми таким слоем равнодушия, что становится ясно - их никто не трогал с тех самых времён, когда Windows был еще 95-м.

Мысленно провожу быструю ревизию: визуальная перегрузка - нет, углы - мягкие, света достаточно, личностных деталей - ноль. В общем, стерильная нейтральность с легким налётом душевной пустоты. Почва благодатная - пора культивировать.

Первым делом надо добавить цвета. Избавлюсь от этих унылых картин в рамках. Серьезно, это же ад какой-то! Заменю их на что-нибудь более вдохновляющее. Например, на абстракции ярких цветов, чтобы стимулировать креативность. Или на фотографии природы, чтобы напоминать о красоте мира за пределами этих четырех стен.

Обязательно принесу сюда свои любимые растения. Пара сочных суккулентов на стол, а в угол поставлю высокий фикус. Растения не только очищают воздух, но и создают более уютную и живую атмосферу. И, кстати, они доказано снижают уровень стресса. Буду проводить сеансы фитотерапии для особо нервных сотрудников!

На полках с книгами устрою небольшую революцию. Поставлю туда свои любимые издания по психологии, философии и искусству. Да, и томик Оскара Уайльда затесать не помешает - для поднятия настроения и цитирования в особо грустных случаях.

И, конечно же, фотографии. Без них никуда. Фотографии моих близких, друзей... И парочку снимков из путешествий, чтобы напоминать себе, что жизнь - это не только работа, но и приключения.

А еще - пару ароматических свечей. Лаванда, ваниль или даже что-нибудь с лёгкой нотой шалфея. Только не слишком сильные - мне не нужен офис, пахнущий как йога-студия из Инстаграма. И коврик на пол. Мягкий и пушистый. Чтобы можно было ходить босиком, когда никто не видит.

В общем, планов громадье. Превратить этот кабинет в оазис спокойствия и вдохновения - моя главная задача. Чтобы каждый, кто сюда заходил, чувствовал себя комфортно и мог открыться. А то ведь так и будут ходить все с каменными лицами и затаенными обидами.

И тут - пилик. Телефон издаёт характерный звук напоминалки. Я хватаю его автоматически и читаю: «Студия живописи через час».

Вот черт, я совсем забыла о своих дальнейших планах на сегодняшний день. Хотя, если подумать, нет лучшего способа сбросить накопившееся за день напряжение, чем размазать краску по холсту.

Выхожу из кабинета, осматриваюсь. Этаж – как зеркальное отражение лобби: стильный, минималистичный, с преобладанием стекла и металла.

Я иду к лифту, и, почти неосознанно, краем глаза начинаю высматривать знакомую фигуру. Чёрт бы побрал это подсознание - оно всегда на шаг впереди логики. Конечно, я ищу Стефана. Не специально. Ну ладно, почти не специально.

Но, к счастью, его нет. Слава богу! Я явно еще не готова к его присутствию. Он сбил меня с толку, всколыхнул эмоции, которые я предпочла бы держать под контролем. Я еще не знаю, как относиться к нему. Он как сложный пазл, собрать который придется еще постараться.

Сердце немного успокаивается, плечи расслабляются. Чувствую себя немного увереннее, спокойнее. Можно сказать, немного выдохнула. В голове проносится мысль: хорошо, что его нет! Слишком много вопросов, слишком много напряжения. Может, стоит притвориться, что его вообще не существует? Ну, до поры до времени, конечно.

Подхожу к лифту и нажимаю кнопку вызова. Жду, разглядывая план этажа. Интересно, где находится запасной выход? Хочу знать, куда мне бежать, если мне вдруг срочно понадобится помощь.

Минута тянется мучительно. Начинаю нервно постукивать ногой по полу. Все-таки ожидание - худшая пытка. Особенно когда ждешь лифт в здании, где, по ощущениям, живет миллион человек.

Двери лифта раздвигаются с деликатным шипением. Я поднимаю глаза... и, конечно же. Конечно. «Конечно».

Стефан Уилер. Как по заказу. Стоит внутри - безупречно одетый, с выражением лёгкой ленивой иронии на лице, будто он здесь просто фоновая фантазия.

Спасибо, вселенная, теперь я окончательно уверена: это не роман, это ситком с элементами теленовеллы и сценаристом-садистом. Меня раздражают эти нелепые совпадения. Все это слишком наигранно, слишком предсказуемо. Теперь по законам жанра я должна споткнуться, неловко вскрикнуть и упасть в объятия этого красивого принца. Но нет, спасибо, я не фанат клише.

Он смотрит прямо на меня. Его глаза находят мои с такой лёгкостью, будто у него встроен радар на мою тревожность. И, конечно же, ухмылка. Эта самая. Самодовольная, ленивая, будто он прекрасно знает, что мой мозг в этот момент прокручивает тысячу версий диалога, ни одну из которых я, разумеется, не выберу.

Я замираю. Внутри - ком. Грудная клетка словно на пару секунд перестает функционировать. Стою, как наивный кролик перед удавом, только вместо травы вокруг хромированный интерьер и корпоративные нейтральные тона.

Внутри - буря. Мои барьеры, которые я так старательно строила: холодная вежливость, дистанция, непрошибаемая ирония рушатся с грохотом, как карточный домик под дуновением его взгляда. Он, черт побери, видит это. И, судя по едва заметному прищуру, получает от этого определенное... удовольствие.

В голове проносится тысяча мыслей: «Что сказать?», «Как себя вести?», «Стоит ли мне вообще заходить в этот лифт?». Я ведь так старательно строила имидж уверенной в себе, рассудительной дамы. А сейчас... сейчас я выгляжу, наверное, как наивная школьница, впервые увидевшая голливудскую звезду.

Но в груди просыпается упрямая часть меня - та, которая сдала экзамены без срывов и может делать дыхательные практики, не моргнув.

Расправляю плечи, поднимаю подбородок и, стараясь выглядеть максимально невозмутимо, захожу в лифт. Плевать, что внутри меня бушует торнадо. Смотрю прямо перед собой, стараясь не встречаться с ним взглядом в зеркальном отражении.

Он отступает в сторону, не произнося ни слова. Благородно освобождает пространство. Слишком благородно. Прямо как охотник, делающий шаг назад, чтобы дать своей жертве иллюзию свободы.

Я стараюсь не смотреть в его сторону. В упор. Прямо перед собой. На стену. На табличку «в случае пожара не пользоваться лифтом». Удивительно, как много информации в этой табличке. Просто кладезь. Сейчас бы только не заговорить с ней.

Двери закрываются, и мы остаемся наедине. В замкнутом пространстве, пропитанном странным напряжением. Оно ощущается буквально физически, как будто воздух стал плотнее. Хочется щелкнуть пальцами - проверить, не застыл ли он.

-Добрый день, Хлоя, - нарушает тишину его низкий голос. Низкий, тягучий, как мёд с ядом. В нем чувствуется что-то вроде... насмешки? Или мне просто кажется? Черт, да кто его знает, что у него на уме!

«Добрый день? Серьезно? После того, как ты заявил, что хочешь меня, ты просто говоришь «Добрый день»? Эй, парень, у нас тут психологическая драма, а не чаепитие!» - бушует во мне.

-Здравствуйте, мистер Уилер, - отчеканиваю, добавляя лёд в голос, как бармен добавляет лёд в виски. Нужно держать дистанцию - и чем она холоднее, тем лучше.

Я специально делаю акцент на «мистер». Да, я знаю, как работает язык. Формальности - идеальный способ отгородиться. Одна из древнейших психологических защит. Упаковка власти в обёртку приличий. Ну, и звучит как будто я читаю ему приговор. Немного удовольствия мне можно.

Он слегка склоняет голову, словно забавляется. Опирается плечом о стену лифта, скрещивает руки на груди - поза, открытая и в то же время демонстративно расслабленная. Чистая демонстрация уверенности. Он контролирует пространство. И он знает, что я это вижу.

Боже, ну почему он выглядит так... чертовски привлекательно? Неужели я успела забыть, как он выглядит после всего лишь одной ночи? Ну-ну, Хлоя, соберись!

-Как практика? - спрашивает он, приподнимая бровь с ленивым интересом. Его голос спокойный, уверенный, будто он разговаривает не со мной, а с предсказуемым эпизодом новостей. Тем не менее, в глазах поблёскивает азарт. Кажется, он смакует мою неловкость. Или всё же просто пытается завязать разговор? Опять гадаю.

-Пока ничего особенного. Знаете, стандартные процедуры: формальности, знакомство с рабочим местом... Я еще даже не успела понять, где здесь туалет, - говорю я, скрестив руки на груди, будто прикрываясь щитом. Подкидываю немного юмора в тон, надеясь, что он прозвучит непринуждённо. Не хочу казаться слишком напряжённой. Хотя, если бы кто-то сейчас провёл у меня ЭКГ, аппарат бы взорвался.

-Не сомневаюсь, что со временем освоишься. И не только с туалетом, - усмехается он. Губы едва тронула ухмылка, а в голосе - мягкая насмешка, в которой чувствуется нечто... опасно личное.

-А как же, я быстро схватываю, - парирую я и чуть приподнимаю подбородок. В голосе стараюсь удержать тонкую грань между лёгкой иронией и профессиональной холодностью. Главное - не позволить ему подумать, что он меня задел. Хотя... чёрт, да он задел. Глазами, интонацией, даже тем, как дышит.

«Переведи тему. Уйди с минного поля. Сейчас он улыбается, но в следующий момент может устроить психологический шахматный блиц. А у тебя сегодня был только один кофе.»

-Не знала, что начальники катаются в лифтах с простыми смертными, - бросаю я, стараясь, чтобы прозвучало легко. Но в ушах слышу собственную натужность. Слишком очевидная попытка сменить угол. Он поймёт. Конечно, поймёт.

Его губы снова трогаются в ухмылке. Опасной, притягательной. Такой, что хочется выдать ему штраф за превышение дозволенного обаяния в общественном месте.

-Только с теми, кто ездит на Audi, - тянет он, и в его голосе отчетливо слышится игра.

Ох, вот оно! Переходим к делу.

-Кстати, о машинах, - я невинно хлопаю глазками, - мой бампер все еще хранит память о нашей первой встрече. Такая... трогательная деталь.

Он не отвечает сразу. Его глаза на мгновение прищуриваются, уголок губ поднимается - едва, но достаточно, чтобы я уловила. Вот он, микроэкспрессия. Интерес. Снисходительная самодовольная ухмылка.

-Напоминаете мне о моей забывчивости, мисс Бейкер? - его голос становится ниже, как будто намеренно. И вот теперь точно: мурашки. По спине, по рукам, даже по коленям. «Мурашки, Хлоя? Ты серьезно? Возьми себя в руки, тряпка!»

-Боюсь, это сложно забыть, когда ездишь на помятой машине из-за чужой невнимательности, - парирую я, поднимая бровь. Надо показать ему, что я не из робкого десятка.

-Я как раз направляюсь в автосервис, чтобы проконтролировать процесс, - произносит он чуть более серьёзно. И тут в его голосе впервые появляется оттенок... заботы? Нет, Хлоя, не ведись. Это не забота. Это стратегия. - Твою машину забрали с парковки около двадцати минут назад.

Я в шоке чуть ли не раскрываю рот. Мою машину забрали без моего ведома? Я думала, это будет как-то... иначе. Что-то я не припомню, чтобы давала согласие на эвакуацию моей любимицы. Это вообще законно?

-Мой водитель отвезет вас домой, - продолжает он буднично, будто обсуждает доставку пакета документов.

Мой внутренний психолог тут же включается в работу.

«Он берёт инициативу, устраняет проблему до того, как я успела даже предъявить претензию. Контроль. Контроль над ситуацией, над логистикой... надо мной?»

«Интересно... Он так всегда? Или просто чувствует необходимость заглаживать свою вину? А может, это продуманная попытка расположить ко мне? Навязчивая доброжелательность - ещё один способ установить доминирование. Подарки, услуги, забота - всё, чтобы ты почувствовала себя обязанной. Мягкий захват.»

-Ох, как предусмотрительно. А что, вы теперь еще и мой личный транспортный менеджер? - кидаю я с ухмылкой, голосом - игриво, но с подтекстом. Пусть знает: я всё вижу.

-Скорее, гарант качества. Не хочу, чтобы ты каталась на такси. Не в моих интересах, - отвечает он, его взгляд прикован к моему лицу. Господи, этот взгляд! Кажется, я начинаю понимать, почему женщины теряют голову от таких мужчин.

«Вот сейчас - мурашки. Второй раунд. И звоночек. Так делают только те, кто любит наблюдать за тем, как ты начинаешь тонуть в собственных чувствах.»

Тут же меня осеняет. Его водитель? Тот самый водитель, который чуть не превратил мою машину в груду металлолома? Нет уж, спасибочки!

-Ну, что ж, спасибо за заботу, - пою я с таким сладким сарказмом, что даже сама себе аплодирую внутренне. - Я как-то больше доверяю профессионалам, а не людям, которые путают педаль газа с тормозом. Знаете, мелочь, а приятно.

Я внимательно слежу за его лицом. И вот - о, блаженство! - его брови слегка сходятся на переносице. Щёлк! Первая трещина на его идеальной маске. Уязвимость зафиксирована.

«Мужчины с гиперразвитым контролем не выносят, когда их критикуют в мелочах. Особенно публично, даже если «публика» - всего лишь я и зеркальная стенка лифта.»

-Тот водитель был лишь заменой на время болезни моего основного, - резко отвечает он. Челюсть чуть напряжена, голос с оттенком раздражения. - Не стоит судить обо всех по одному неудачному опыту.

Перевод: «не надо копаться в моей несовершенности, Хлоя, я предпочитаю, когда мной восхищаются». Ага, нарциссическое пятно полыхнуло. И всё-таки как же приятно, когда человек, привыкший управлять всем и всеми, слегка теряет равновесие.

-И все же, - протягиваю я медленно, с таким невинным выражением лица, что впору номинироваться на «Оскар за лицемерие года», - с чего вы вообще взяли, что я еду домой?

Он замирает. Всего на секунду. Но для внимательного наблюдателя - эта пауза говорит больше, чем целая лекция по невербальному общению. Стефан Уилер, властный, собранный, всегда уверенный в себе, теряет темп.

Вот оно, короткое зависание в модели поведения. Смена сценария, которого он не ожидал. Не люблю манипуляторов, особенно тех, кто думает, что держит сценарий в руках. Сюрприз, Стефан - я тоже умею писать диалоги.

Я изо всех сил сдерживаю улыбку. Чувствую, как уголки губ дрожат от переизбытка удовольствия. Ещё чуть-чуть - и моё лицо просто расползётся в ухмылке, как у Джокера на выходном.

-Водитель готов отвезти тебя, куда пожелаешь, - игнорирует он мой выпад, явно пытаясь вернуть контроль. - Могу лично проследить, чтобы он доставил тебя в целости и сохранности.

Теперь он смотрит мне прямо в глаза. Без флирта, без улыбки - просто смотрит. Внимательно, пристально, с этим своим фирменным «я всё про тебя знаю» выражением.

А лифт тем временем продолжает своё плавное погружение вниз, а вместе с ним - и моя самооценка... вверх. Да, необычная динамика.

«Резкая смена тона, контроль маршрута, предложение «проследить лично» - демонстрация власти. Это не забота. Это контроль, замаскированный под вежливость. Классика доминантного поведения. И ведь срабатывает же. Только не на меня, дорогуша.»

-Благодарю за предложение, но я лучше воспользуюсь такси. У меня плотный график, - говорю я с самой безмятежной улыбкой в истории улыбок.

-Плотный график? - с сомнением переспрашивает он, слегка склоняя голову. Скепсис у него получается знатный - как будто я только что сказала, что собираюсь на обед с Далай-ламой и Илоном Маском одновременно.

Я гордо вскидываю подбородок и готовлюсь выдать самую умопомрачительную ложь, на которую только способна моя богатая фантазия в данную секунду.

-Да, у меня грандиозные планы.

Я вдохновенно, почти торжественно начинаю отсчёт:

-Сначала урок живописи - я сейчас работаю над серией «Эмоции после ДТП». Очень экспрессивное направление. Потом тренировка по боксу - знаете, нужно уметь не только держать удар, но и метко бить. Затем забегу в торговый центр за новой помадой, - делаю лёгкий жест пальцем к губам. - А вечером у меня свидание.

Произношу это слово, и тут же ощущаю, как в лифте становится еще жарче.

Вот тут его, что называется, «переклинивает». В его лице появляется тень. Даже не тень - целое грозовое облако. Он как будто замыкается изнутри, и в глазах появляется... злость? Не ревность. Не раздражение. Именно эта тихая, глубокая, почти животная злость.

Психологически, конечно, это объяснимо: удар по самолюбию, чувство потери контроля, ревность, наконец. Но как же приятно! Я для самой себя с удивлением открываю, что испытываю от этого просто громаднейшее удовольствие. Как психолог, я вижу все насквозь. Он явно заинтересован во мне, но его эго не позволяет ему признать это. Высокомерие и собственничество - гремучая смесь. Нужно будет понаблюдать за ним внимательнее.

-Свидание? - выдыхает он, и голос его уже не тот. Более грубый, обнажённый, почти рычащий. Плотный, с таким количеством подавленных эмоций, что хочется выдать ему брошюру о техниках управления гневом. - С тем парнем, с которым ты вчера танцевала?

Ах, вот мы где. Пошла ревизия контактов. Показания по свидетелям. Следующий этап - допрос с пристрастием?

-По-моему, это не ваше дело, с кем я хожу на свидания, - спокойно, почти ласково произношу я. - К тому же, я не помню, чтобы мы переходили на «ты».

Сильный ход. Подчёркнутая дистанция. Возврат к формальной позиции - ещё один удар по его самоуверенности. Упс.

Двери лифта открываются, и я выскальзываю из кабины, будто из ловушки, и иду по коридору быстрым, уверенным шагом, не оглядываясь. Хотя чувствую.

Чувствую, как его взгляд буквально прожигает мне спину. В нём нет лёгкости. Он тяжёлый, настойчивый. Охотничий.

Что ж, Стефан. Ты открыл сезон охоты? Замечательно. Только не забывай: я тоже умею стрелять. И у меня очень хороший прицел.

Это будет интересная практика... очень интересная.