Глава 7
Таил очнулся на невысоком каменном лежбище, плотно уложенном сверху теплыми звериными шкурами. Их прошлыми владельцами были мелкие зверьки, но более конкретно определить не получалось. Освещение – масляные лампы на стенах, слегка блеклые, но скорее всего достаточные даже для недолгого чтения. Окон нет, что только укрепляло статус неплохой освещенности. Импровизированная кровать стояла в центре опрятной и при этом, небольшой комнаты. Все поверхности обиты досками, у стен – удобные кресла, кроме этого, небольшая дубовая дверь.
В одном из кресел сидит старый человек... с абсолютно белыми глазами. На соседнем кресле стоит большой таз, заполненный прозрачной водой. Первое, что после такой картины сделал скрытник – протер глаза. Второе что он сделал – удивился. Проблем не возникло, протер именно глаза! Не глаз! Оба были на месте! Не веря в происходящее, он приподнялся, свешивая ноги с края. Старик как по щелчку поднялся, и не произнеся не слова направился к двери. Ощущал себя Таил прекрасно, даже лучше, чем до стычки с чужаком в особняке. Или с чужачкой? Впрочем, хотя это был важный вопрос, но не ключевой. По крайней мере, не сейчас.
Подскочив с кровати, скрытник схватил за запястье неизвестного, и заглянул ему в глаза. Издалека они казались полностью белыми, но с такого расстояния различалась тонкая серая граница радужки, и чуть более блеклый, но все же заполненный серым зрачок. Слепец? Не похоже, глаз движется осмысленно, изучая схватившего.
— Где я. И кто ты такой? — Ответа не последовало. Вообще ничего не последовало. Он словно и не услышал заданного вопроса. Еще с тройку секунд взаимного разглядывания, старик вырвал руку из захвата и вышел наружу, закрыв за собой дверь. Закрыв основательно, на ключ или засов – открываться она не захотела. Не совсем понимая свое положение, скрытник стоял в легком ступоре и размышлял. Оказаться у врага он не мог. Разве что, патруль тоже оказался предателями и выкрал его, но звучало абсурдно. Что ж...
Окинув комнату взглядом, приметилось, что лежбище не было монолитным. Оно держалось на такой же каменной ножке, слегка походящей на грибную. Легкое утолщение снизу, сильное сужение в центре, расширение к краям платформы сверху. Доски обивки – дубовые, в хорошем состоянии. Помещение напоминало баню, но не было очага.
Долго ждать не пришлось, дверь снова открылась. Первым внутрь зашел, слегка наклоняя голову тот, кого Таил ждал меньше всего... Асвард... Длинноволосый, длиннобородый старик, на вид лет семидесяти. Серая седина и легкие залысины на лбу ничуть не портили его величественного вида. С этим не справлялись и слегка оттопыренные уши, и многочисленные морщины. Грозные старческие скулы резко контрастировали с добрыми выцветшими глазами. Могучий, почти двухметровый рост и идеальная осанка довершали образ, а длиннющие прямые усы – подчеркивали. Одет он был в богатый балахонистый халат темно-синего цвета, с золотисто-оранжевым орнаментом. На шее висела массивная серебряная цепь, завершающаяся плоской подвеской в форме молота. Ошарашенный Таил не нашел ничего лучше, чем молча упасть на одно колено.
— Ну, ну. Довольно тебе, ты же знаешь, я не люблю такое. — Мягкий голос, казалось, принадлежал максимум пятидесятилетнему, но никак не древнему старцу, топчущему землю третий век. И как ему только удалось так сохраниться? Таил послушно встал, но не перестал держать голову в легком поклоне. За Асвардом в комнату прошли еще семеро человек. У всех – такие же белые глаза как у первого. Следом зашло еще два, на сей раз – воина. Латники с короткими одноручными мечами, подобными пользовались воины Астэрской армии. На удивление – они не снимали шлемов, и даже не поднимали забрал, хотя находились явно в безопасном помещении. Внутри становилось слегка тесновато. Асвард прошел к лежбищу, и ложась на него произнес.
— Ну Таил, поговорим... — голос отдавал легкой грустью, было заметно, что этот диалог не казался ему приятным — Пожалуй, проще будет сначала показать... Начинайте — Ставшие к этому моменту в круг белоглазые люди принялись мычать что-то нечленораздельное и двигать руками. Некоторые зажимали в руках разные предметы, другие – двигали пустыми. Но не это было главным. Важно было то, что эти предметы загорались белым светом... Магическим белым светом! Приглядевшись, Таил разглядел у остальных кольца, браслеты, венки и прочие предметы, светящиеся так же, как и предметы в руках. Таил впал в глубокий ступор. Он непонимающе смотрел за тем, как над магистром Ордена борющегося с магией прямо сейчас ворожили семеро магов Белбога. Но взамен понимания происходящего, в голове медленно раскрывалась тайна долголетия... Маги Белбога, буквально врачи-маги, способные значительно продлить жизнь своей ворожбой! Какого Лешего тут происходит!?
— Как ты мог догадаться... — Начал было Асвард, но Таил позволил себе невероятную дерзость – перебил магистра.
— Да, я кажется, понял... Это... Магия? — Уверенности в словах не было. В глубине души он надеялся получить отрицательный ответ. Было очевидно, что это она, но ответь Асвард отрицательно – скрытник поверил бы. Это просто в голове не укладывалось, хотя, если задуматься и было более чем очевидно. К сожалению, в ответ послышался тяжелый вздох. Все же, это была магия.
— Я рассчитываю на твое понимание... Не могу раскрыть, но причины есть. И они заключаются не в моей жажде жить, уж поверь... Надеюсь, ты поймешь и мое решение по твоему нахождению здесь — Таил побледнел от пронесшегося в голове предположения. Его сильно ранили, он упал без сознания, а очнулся возле волшебника-лекаря... Опасение подтвердилось — Без их помощи ты бы не выжил... Поверь мне, Таил, придет время и ты все узнаешь... Осталось совсем не долго.
В голове роились совершенно разные мысли. От шока до ненависти, от понимания до неповиновения, от сострадания до мерзкой жалости. Получается, что Таил положил большую часть жизни на ложь? Что ж, можно было и догадаться... Больше двухсот лет без магии, и ни у кого не возникло подозрений?..
— Могу я спросить?
— Разумеется. Для этого я сейчас здесь. И для... — Асвард запнулся — Лечения. Но и на вопросы я бы хотел ответить.
— Кто-то еще знает?
— Догадываются. Насколько я знаю, их это не пугает... И чем больше таких окажется, тем лучше будет в дальнейшем. Я должен попросить тебя, Таил.
— Внимаю своему Магистру — четко проговорил Таил стандартную для любого члена ордена фразу. Асвард поморщился.
— Не стоит формальностей. Мне нужно, что бы ты с максимальной серьезностью относился ко всем донесениям о магах. Брось все силы именно на них — Проклятие! Неужели он хочет найти себе еще больше личных волшебных пешек? И почему те, что есть сейчас, так раздражающе мычат, а не читают заклятия?
— Будет исполнено. Что делать с магами, если они найдутся? — Таил думал, что знает - поймать и привести. Но ответ удивил.
— Убить. На месте. Без казни и прочих излишеств, как можно быстрее. Я не могу рассказывать много, но, если мои опасения подтвердятся... — Асвард перешел на шепот, теряя осмысленность взгляда. Один из магов прервал ворожбу и принялся снимать балахон с магистра. На оголившейся грудной клетке для взгляда открылся огромный шрам в форме молота. Что это, клеймо?.. — Дьявол, даже думать об этом не хочется, слишком рано, слишком... — Бормотание приобретало бредовый оттенок. Дьявол? Сказано так, словно это ругательство, но на каком языке? Ни в Ярольске, ни в родных степях он ни разу не слышал такого слова. Откуда его слышал магистр?..
Один из латников аккуратно тронул скрытника за плечо, прерывая размышления.
— Господин Таил, не хочу показаться грубым, но вам пора... — голос в действительности звучал слегка смущенно, поэтому агрессии не вызвал. Тем более, если в отличие от него, этих двоих посвятили в тайну. Они явно не из последних лиц в ордене. Он слегка рассеяно кивнул.
— Да, конечно...
— Считаю себя обязанным предупредить – не пугайтесь, когда посмотрите в зеркало — не позволив спросить, о чем речь, Таила аккуратно вытолкнули из комнаты. Все еще ошарашенный, скрытник осмотрелся. Перед лицом – массивная деревянная колонна. Обернувшись он увидел практически монолитную стену. Лишь небольшие щели выдавали наличие двери.
В целом, здание походило на знакомую резиденцию ордена в Гральске, но были и незаметные глазу отличия, которые он просто чувствовал. Пройдясь до окна и раздвинув шторы особого удивления не возникло – Кузнен, столица ордена. С возвышенности, на которой стоял замок-особняк ордена открывался прекрасный вид на не самый большой, но очень красивый, почти полностью перестроенный за двести лет Трепки-геноцида город.
Единственное, что Таил не понимал в своем бессознательном путешествии – каким образом он его пережил. Даже самая скорая карета в Гральске не довезла бы его быстрее четырех часов. Несмотря на магическое лечение, он без боли, но все же четко ощущал, что кинжал вонзился ему и в туловище, при чем глубоко. Выжил скрытник одним лишь чудом. Магическим, божественным, Лешего за ногу, чудом... Эту мысль нужно было переварить. И не на трезвую голову.
***
Грезник сидел за столиком близком к центру помещения и делал вид, что активно глушит забористое, отборное пиво из громадной деревянной кружки. Со стороны заказчика это было весьма ловко – выдать ровно столько монет предоплаты, сколько стоит вход на вечеринку. Тут бы и сэкономить, да пробраться как-то иначе, но для надежности нужно было попасть сюда легально. План, как обычно, был весьма безумным и более чем непродуманным. Скорее это был даже не план, а идея.
Как и было обещано, цель попалась на глаза сразу – никто кроме не пришел с охраной. Лакирта бы не удивился, выяснись что тот платит своим "друзьям" полноценное жалование. И честно признаться – было бы за что. Почти одинаковые на первый взгляд, очень крепкие, массивные, под два метра ростом, один лишь малость ниже другого. Рожи топором и особым интеллектом не обремененные. На лицах грубая неухоженная растительность, оба с завидной прытью поглощают алкоголь. Не отстает и "наниматель", шикующий на отцовские деньги. Рядом роится стайка заинтересованных девушек разных возрастов, тоже более чем поддатые. Сам Каллит-младший – имени Грезник не знал и не хотел знать, заинтересован ими не меньше. Благотворные условия для того, чтобы устроить немного лишнего шума, которого и без того хватало. Подгадав момент, когда музыканты заиграли веселый мотив, Лакирт привлек внимание части окружающих.
— Пять золотых ставлю, что он — ладонь указала на одного из верзил — уделает ваще кого хочет! Да ж товарища своего! — Грезник привычно для себя играл образ, подходящий под локацию и окружающих. Так и сейчас он отыгрывал образ перебравшего, и от того раззадоренного богатея. Результат порадовал – внимание обратили. На лицах обоих громил проскочило сильное недовольство, но у того, на кого указали можно было заметить еще что-то... Нотки гордости... Работать можно.
— А может, нам с тобой погулять выйти, да эти золотые забрать, мудила? — Нужно было отдать должное, вопрос задал тот, на кого делалась ставка. За товарища стоит горой, но это поправимо.
— А чего вам меня одного вдвоем колотить? Я-то сразу приметил, что ты ему одному не доверил бы... Хороший друг, извинения приношу, что ссорить пытался...
— Закопаю, уродец мля! — Второй активизировался, глядя как его не ставят вообще ни во что. Даже не обращаются, словно пустое место. Наемник хищно погладил перчатки, прошитые сталью на манер кастета. В очередной раз благодарил свое происхождение с Бвенорского архипелага, россыпи небольших островных княжеств, где дуэли традиционно проводились на кулаках... Но планам хорошо подраться суждено свершиться не было. Голос подал Каллит-Младший.
— А ну погодь, Кеча! — голос высокий, гнусавый... одним словом неприятный. Но как же он сладок в нынешней ситуации!
— Ну какой погодь, Аилс! Ты слышал, что оно мелит! — в ответ Калитка-младший, как выяснилось, Аилс, натурально шикнул, и верзила умерил пыл.
— Вот че сделаем! Косяк есть в словах, но вы все ж зарубитесь. Кто ляжет, тому пяток от него и пяток от меня. А если не прав окажется в ставке, то я с ним сам уже перетру, чего он язык распускает — даже лучше, чем могло было быть! Оставалось только расслабиться и посмотреть представление. Жертва сама загоняет себя в силки.
Переглянувшись сначала неохотно, верзилы стали в стойку. Окружающие быстро разбежались по сторонам. С каждой секундой их мысли разгонялись, а взгляды становились менее мученическими. Алкоголь делал свое, как и интерес – узнать кто сильнее было действительно занятным. Аилс не на шутку раззадорившись, и казалось, забыв в моменте о инициаторе и причинах драки, отдал команду к началу.
Быстро сблизив дистанцию, они не менее быстро начали поединок. Кеча, против которого ставил Лакирт, получил в себя стремительный удар первым. Даже приняв его на блок, равновесие все равно потерялось. Словив пару легких ударов по корпусу и чудом увернувшись от одного по голове, он уперся в стол, заботливо выставленный вперед столешницей кем-то из гостей, на манер перегородки. Пару промахов от второго, и загнанному к стенке удается сделать свой меткий удар по лицу, заставив тем самым отшатнуться соперника.
Обрадовавшись своему успеху и слегка расслабившись, он совершил ошибку, и пропустил мощный удар в висок. Тем не менее, здоровяк устоял и нанес пару ответных, хотя и менее мощных, по лицу противника, окончательно захватывая инициативу. Ставка Лакирта не сыграла – Кеча оказался проворнее и точнее. Еще серия ударов по голове, уже мало контролируемых, и товарищ падает. К этому моменту лица обоих уже были разбиты в кровь, даже победитель пошатывался. Бой продлился меньше половины минуты, но оказался весьма красочным. И плодотворным... Особенно хорошо было, что теперь Грезника ждал "личный разговор".
Кеча яростно зарычал, бросая злобный взгляд на Лакирта. В свою очередь Лакирт всеми силами отыгрывал взглядом возникшее как по волшебству уважение.
— Проспорил ты, братец! Гони монеты! — обратился к наемнику довольный увиденным зрелищем Аилс. И не плохо было бы угостить нас кружечкой крепкого, особенно Кечу!
— Что правда то правда! — расставаться с деньгами было просто. Мало того, что они в ближайшее время вернуться. Грезник и в целом не питал особого уважения к деньгам, расценивал их как инструмент. Вкладывая в руки монеты не забыл для виду поинтересоваться — Как звать то тебя?
— А не знаешь что-ль? Аилс я, сын Каллита. Про батяню моего хоть слыхал?
— Слыхааал, как не слыхать! — переходя на шепот Грезник не стал тянуть — Ну, к делу, пожалуй. Чего должен я тебе, за слова-то?
— А вот это — на последнее слово повеса сделал явный акцент — Мы на улице обсудим. Ушей поменьше что б было. Если хочешь, я вот приглушу — он кивнул на почти пустую кружку — и отойдем перетрем. Парни как раз в себя чуток придут.
— А чего ж тянуть, пойдем — Ждать пришлось не долго – Аилсу хватило одного глотка.
— Девчат, вы тут посидите пока, поворкуйте. — Недавно полученные пять золотых, словно и не были обещаны победителю хлестко упали на стол возле "девчат".
Улица встретила их прохладным и свежим воздухом. Лакирт вдохнул полной грудью и шумно выдохнул. Бояться на площади Аилсу действительно было нечего – почетный караул у кузнеческого монумента в случае чего помог бы. Однако, на них он взглянул с неприязнью.
— Пошли за таверну заглянем — многозначительно кивнул он на стражу и бодрой пьяной походкой побрел ровно в ту сторону, куда и было нужно – на улочку с винодельней.
Пройдя совсем немного, он завернул в первый попавшийся переулок. Грезник слегка напрягся, на всякий случай. Аилс не спешил разворачиваться, но остановился. Руки забегали по карманам, и найдя в них что то, подвелись к лицу. Чиркнул дорогой механизм – небольшое, удобное огниво. Лишь выпустив дымок от каких-то курительных трав и с неподдельным удовольствием вздохнув, он повернулся лицом к Грезнику.
— Будешь? — Лакирт утвердительно качнул головой, хотя курить не собирался. Взяв из рук закрутку, он поднес ее ко рту. Стоило Аилсу только подойти, чтобы зажечь ее... Резкий удар в солнечное сплетение выбил из рук дорогую зажигалку, с металлическим звоном упавшую на брусчатку, а из легких – воздух. Второй удар по животу закрепил эффект. Правая, не ведущая рука наемника рванула в висок, левая – снова в живот. Серия неожиданных ударов заняла меньше трех секунд, а отвечать противник уже не мог. Он не сумел даже вскричать, потому как рот ему заткнули и принялись душить.
Стоило тому чутка обмякнуть, Грезник сразу ослабил хватку, не довершая удушения до конца – придурок был нужен живым. Сложилось все настолько идеально, насколько было вообще возможно. Перекинув руку своего нового "товарища" через свое плечо, и подхватив его под руку, Грезник тихо затянул пьяную песню, и волоча за собой бессознательную тушу побрел к винодельне.