Глава 6. Тени на двоих
— Но можем ли мы вернуться домой? — голос Глеба звучал напряжённо. Он уже и так опаздывал, и бабушка с дедушкой, наверняка, волновались.
Мистер Икс взглянул на него, уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке, но в ней не было ничего тёплого.
— Конечно... если вам есть куда возвращаться.
Его взгляд медленно скользнул к близнецам. Эндрю и Джеймс обменялись коротким, почти незаметным взглядом и лишь плотнее встали друг к другу. Они давно привыкли к этому вопросу, но каждый раз он отдавался неприятной пустотой, что-то холодное тянуло за душу. Это было не то чувство, которое могли бы понять окружающие. Но они чувствовали это друг с другом. Молчание было их обычным состоянием.
— Тогда возвращайтесь, — продолжил Мистер Икс, а его голос стал тверже. — Но помните: вы должны будете приходить сюда и развивать свои силы. За вами стоит будущее.
Он развёл руки в стороны, как бы подчеркивая важность каждого слова.
— Ну и брехня... — тихо пробормотал Глеб, пожав плечами и направляясь к выходу.
За ним последовали Миса и Кристофер. Никому из них не хотелось оставаться здесь дольше, чем необходимо. В воздухе всё ещё витала тяжёлая атмосфера, будто в доме поселилась эта незримая тень, которую они все не могли игнорировать. Время казалось растянутым, а пространство — пустым и каким-то чужим.
Когда дверь за ними захлопнулась, в доме воцарилась тишина.
Эндрю и Джеймс остались одни.
Мистер Икс исчез, как всегда, в тени, оставив их с этим странным ощущением присутствия. Его взгляд будто бы был за ними, в каждом уголке этого дома, заставляя их чувствовать, что они всё ещё находятся под его контролем.
— Ладно, давай осмотримся и найдём, где можно спать, — нарушил молчание Эндрю, пытаясь сделать шаг вперёд и вернуть хоть какую-то нормальность в этот странный день.
Братья неспешно пошли по дому, изучая пространство, которое теперь становилось их новым убежищем.
Некоторые комнаты выглядели заброшенными — толстый слой пыли, пустые стеллажи, старые, сломанные стулья. В других чувствовался странный порядок, будто их подготовили для чего-то, но так и не завершили. Здесь не было привычного уюта, какого-то семейного тепла, которое можно найти в обычном доме. Всё казалось временным, как будто хозяин этого места давно готовился к чему-то, но сам ещё не до конца знал, к чему именно. Эта неуверенность была ощущением, которое передавалось от стен, и они чувствовали её.
Но одна комната выделялась на фоне остальных.
Две просторные кровати, тумбочки с аккуратно расставленными ночниками, которые мягко освещали пространство. Большие окна были занавешены тяжёлыми шторами, приглушая свет уличных фонарей. Здесь было... спокойно. Впервые за весь день братья ощутили нечто похожее на комфорт. Никакого напряжения, никакого присутствия чуждых им людей. Здесь, в этой комнате, было так, как им нужно было. Спокойно.
— Видимо, это для нас, — пробормотал Джеймс, присаживаясь на одну из кроватей. Он вдавил свою тяжёлую спину в матрас, и тот встретил его скрипом, как будто сам был рад его весу. Эндрю, не раздумывая, занял вторую. Скинув с плеч рюкзак, он тут же подкатил его под кровать, как будто в попытке скрыть хотя бы частицу своей жизни, чтобы не было видно лишних следов.
Некоторое время они молчали, поглощённые своими мыслями.
Дом был тих. Тишина была странной, от неё на сердце становилось тяжело, но в то же время она дарила какое-то странное успокоение. Здесь не было грохота телевизора или скрипучих полов в их доме, где всё время кто-то разговаривал. Здесь было как-то по-другому. Тёмно и спокойно. Тишина заполнила пространство, позволяя мыслям пронизывать сознание без помех.
И именно в этой тишине их начали догонять мысли, как холодный дождь после жаркого дня.
Они оба знали, что бабушка даже не заметит их отсутствия. Они не помнили времени, когда она переживала за них. Сколько раз они пытались искать в ней ту самую опору , которую им так не хватало, но с каждым годом их усилия становились всё более бесполезными. Она давно была другой, и больше их не интересовало, почему. Они привыкли к этому.
— Как думаешь, что дальше? — спросил Эндрю, закинув руки за голову и уставившись в потолок, словно тот мог ответить ему.
— Не знаю... — Джеймс встал и подошёл к окну, отодвинув тяжёлые шторы. Снаружи была ночь, и только редкие машины мелькали в свете фонарей. Он продолжал смотреть вдаль, ощущая, как этот мир становится всё дальше и дальше. А он всё ближе и ближе к чему-то, о чём пока не мог подумать до конца.
Молчание между ними было насыщенным. В нём не было пустоты. Они просто чувствовали, как всё вокруг них меняется. Они были вместе. И эта мысль стала той, что наполнила их сердца уверенностью.
— Мы справимся, — сказал Эндрю.
— Да, — ответил Джеймс. — Вместе.
И в эту ночь, в чужом доме, вдали от привычного мира, они впервые за долгое время почувствовали, что не просто существуют, а двигаются вперёд.