Танцы на стекле

Часть 2. Одни из повешенных в смутное время

Слабость во всем теле заставляет очнуться. Марселла разлепляет глаза с трудом, хочется спать, уйти в небытие, но она слишком хорошо помнит все события праздника, который превратился в переворот. Ее ранили, и она потеряла много крови. Организм хочет отдохнуть, но, если он вырубится, не факт, что Марселла сможет очнуться.

Застонав, она приподнимается на локте. Свободной рукой продолжает зажимать рану. Грязное рваное платье лежит в лужи крови. Ее руки перепачканы и изуродованы. Марселла подползает к самому краю и аккуратно приподнимает скатерть.

Горы трупов пропали, но кровь все также покрывает весь мраморный пол. На троне восседает Несбитт в короне, рядом с ним, приложив правые руки к сердцу, стоят гвардейцы, выслушивают его приказы. Маро, стоящий за спиной Несбитта, что-то шепчет ему на самое ухо. Все пленные куда-то делись вместе с трупами.

Страшная мысль пронзает сознание Марселлы: Несбитт новый король Фейрилэнда. Теперь жестокость и насилие вернуться в порядок правления, начнутся убийства и преследования за выражения собственного мнения. Несбитт прошел два дворцовых переворота. Каждое проявление недовольства он будет жестоко подавлять.

Марселла спряталась обратно под скатерть. Долго находиться здесь нельзя: скоро начнут уборку в тронном зале, столы уберут, и ее убежище разоблачат. Нужно бежать, но куда и как? Марселла ранена, да и в тронном зале куча охраны. Неужели ей придется сдаваться в руки врагов?

Марселла на коленях начинает ползти под длинным королевским столом. Помимо крови девушка натыкается на крошки и осколки посуды. Ее тошнит, сил не хватает, надежды умерли, ради чего теперь сражаться? Однако Марселла упорно лезет вперед. Лабиринт из столов однажды должен ее куда-то привести. Джексон ведь не зря пожертвовал своей свободой ради жизни Марселлы.

Девушка искренне пугается, когда в конце стола замечает молодого человека, который лежит, опершись на деревянную ножку. Марселла ощупывает себя, но никакого оружия не находит. Конечно. Кинжал остался в одном из трупов.

Марселла подползает ближе и едва ли не начинает кричать, узнав в молодом человеке младшего принца Нортона. Почему он здесь? Нортон ведь был на стороне Несбитта, помогал ему, младшему принцу нет смысла прятаться от нового короля, ему нужно радоваться, что переворот удался. Как же хорошо, что Марселла сразу не выдала Нортона! Ведь тогда враг бы сразу убил ее.

Марселла грубо тормошит Нортона за плечо. Он неуклюже развалился, расставив руки и ноги в разные стороны. Его черный праздничный камзол испачкан, золотые пуговицы оторваны, воротник рубашки порван. Черные волосы слиплись, на щеке чья-то кровь. На месте все украшения, даже кольца на пальцах. Ладонь в крови, разрезана каким-то осколком. Может, он ранен и находится без сознания? Чья сторона хотела убить его? Скорее всего, люди Несбитта знали, что Нортон на их стороне. Неужели юные гвардейцы первого полка умудрились ранить младшего принца? Что ж, каждый из них даже после смерти заслуживает орден храбрости и справедливости.

Нортон никак не реагирует на прикосновения девушки. Марселла тихо ругается. Конечно, она может оставить его здесь, но ведь хочется узнать, что случилось с принцем. Может, он выдаст ей крайне важную информацию о тех пленниках, которых схватил Несбитт. Пленники... Среди них друзья Марселлы, гвардейцы первого полка, бесстрашно сражавшиеся за свободу...

Может, Марселле тоже удастся захватить важного пленника? Если Нортон играл значимую роль в плане Несбитта, если новый король планировал использовать младшего брата и дальше, Марселла способна извлечь выгоду из его похищения. Но как выволочь отсюда огромного парня?

Марселла ударила принца по щеке, испачкав ее еще сильнее, зато получив эффект. Принц дернулся и замотал головой. Его глаза медленно приоткрылись, Нортон одарил затуманенным взоров девушку, протянул к ней руку и залепетал еле разборчиво.

– Марселла...это сон? Все закончилось? Где мой братец Несбитт?..

– Да ты пьян, – выдохнула Марселла, когда Нортон опять закрыл глаза и попытался перевернуться, но тщетно. Марселла схватила его за плечо, еще раз потрясла, но принц только нахмурился и недовольно оттолкнул ее. Марселла зашипела от боли, к ней прикасаться сейчас нельзя.

Нортон вырубился. Марселла опять выругалась. Ситуация выходила из-под контроля, девушка не знала, как поступить. Нортон ценный пленник, но ее в любой момент могут схватить, убежать с ним тяжело.

– Только ты мог напиться до беспамятства во время кровопролитного дворцового переворота и опять создать проблем, – фыркнула Марселла и схватила его за плечи. Сопротивляться Нортон не стал. Он был сильно пьян, и Марселла боялась только одного, что внезапно он решит проснуться, заверещит, как обычно, и испортит весь ее хрупкий план, состоящий из единственного слова «побег».

Марселла потащила принца дальше по лабиринту столов. Скорость уменьшилась вдвое, адреналин в крови постепенно утихал, и руки Марселлы ослабли, принца она тянула словно огромную тушку оленя. Только вот оленя она бы потом съела, а принца нужно еще как-то вытаскивать из Дворца.

Длинный путь из столов заканчивался. Марселла совсем выдохлась и дышала так тяжело, что хотелось выплюнуть легкие, которые сейчас были совсем бесполезны. Каждый вздох отдавался кашлем, но издавать звуков было нельзя, поэтому Марселла содрогалась молча от боли.

По тронному залу еще ходили стражники, но они выполняли приказы Несбитта, поэтому требовалось просто подождать, пока они уйдут с очередным делом, но вот король уходить не собирался. Центральная дверь была закрыта для Марселлы. Она не знала, чего ожидать за ней. Безопасно дойти даже до кухни не получится. Слуги, может, и не выдадут ее, но стража полностью подчиняется Несбитту.

Марселла положила Нортона рядом и опять выглянула. Стол выходил на сторону окон, и все они были закрыты еще с того времени, как она и Джексон пытались спасти гостей. Но одно окно было разбито стражниками Несбитта, пытавшими предотвратить побег невинных гостей. До разбитого окна было недалеко. Если Несбитт отвлечется, она успеет юркнуть между столами, кинуть Нортона (она надеялась, принц не умрет) и выпрыгнуть самой.

Марселла принялась ждать. Клонило в сон, но напряжение, электризовавшее воздух, не давало успокоиться и уснуть. Марселла боялась, что ее заметят, она закашляется или потеряет сознание, а Нортон очнется. Было слишком много «но», и каждую минуту надежды на побег умирали.

Но вот в тронный зал вошел ровный строй стражников во главе с Алдисом. На брате был золотой мундир, какой присваивали заправляющим всей королевской охраны. Приложив кулаки к сердцу, они поклонились королю и начали докладывать о тех, кто погиб, сколько смертей, какие ранения, кто на чьей стороне сражался. Марселла поняла: это ее единственный шанс.

Риск был слишком высоким. В тронном зале находились стражники и король. Если ее хотя бы услышат, свободы ей не видать. Она выползла из-под стола, таща за собой тело Нортона. Если что, она его бросит и побежит одна. Все же пленник не стоит ее жизни. А Нортону во Дворце ничего не будет, Несбитт сделает его еще каким-нибудь высокопоставленным чиновником, когда этот напыщенный индюк проспится. Как вообще можно напиться в такой страшный момент? Тем более Нортон же все знал! Наверное, испугался. Что ж, они все испугались.

Марселла подтянула тело Нортона к разбитому окну. Мысленно благодаря того, кто строил Дворец и сделал окна в пол, Марселла выпихнула Нортона из-под стола. Прислушалась. Стражники продолжали докладывать о жертвах королю. Марселла выползла сама, приникая к полу, чтобы из-за стола король не увидел ее.

Тело Нортона спихнуть с окна получилось даже проще, чем Марселла думала. Послышался глухой удар. Ждать реакции короля и стражников не было времени. Марселла подползла к разбитому окну и спрыгнула следом.

Осколки больно резанули по открытым частям тела: рукам и лицу. К тому же, упасть нормально не удалось. Марселла зацепилась за осколки, платье порвалось, и, перевернувшись в воздухе, Марселла упала на живот в траву лицом. В носу все еще стоял запах крови, несмотря на свежий воздух.

Она издала слишком много звуков. Марселла поднялась на колени. Острая боль пронзила лодыжку. Выругавшись, Марселла подхватила Нортона за плечи, толкнула его в ближайшие кусты и спряталась следом за ним. Ногу жгла боль. Руки в крови. Лицо расцарапано осколками.

Сжимая челюсть, Марселла наблюдала за улицей. Кусты скрывали ее от посторонних глаз, но долго просидеть в королевском саду она не могла. Мог очнуться Нортон, или она все же потеряет сознание. Хотя, пережив такое напряжение, она в жизни теперь уснуть не сможет, а бодрости из-за подскочившего адреналина хватит еще на пару дней.

Марселла оглядела ногу. Кажется, вывих. Шевелить может, но сквозь боль. Отлично, идти она в состоянии. Пусть и не бежать, но однажды доберется до безопасного места. Но на ее плечах Нортон, нога болит. Да и куда ей идти? В особняк Маро нельзя, между ней и отцом отношения испортились окончательно. Скорее всего, Дворец разыскивает ее, чтобы убить. У нее нет настолько близких союзников, у которых можно спрятаться. Куда конкретно бежать? Да и насколько далеко ей удастся убежать?

У окна, через которое выпрыгнула Марселла, показались лица стражников и короля. Алдис, сомкнув бледные губы, сжал руки в кулаки, огляделся по сторонам, выглянул в окно, затем поднял с осколка кусок ткани, который оторвался от платья Марселлы. Марселла вновь выругалась. Теперь все знают, что она сбежала.

Алдис держал ткань подушечками пальцев, словно боялся испачкать свои и так грязные от несмываемой крови руки. Король фыркнул и, тоже оглядев сад, гневно приказал стражникам.

– Обыщите сад. Камиэль не убежит далеко. Насколько мне известно, девчонка ранена. Она нужна мне живой.

Отлично, ее хотят заполучить живой, чтобы пытать.

Стражники во главе Алдиса кивнули и, обнажив мечи, бегло направились к выходу. Несбитт еще раз оглядел сад, надеясь, что Марселла сама сдастся, покачал головой и медленно удалился.

У Марселлы было пару минут, прежде чем охранники во главе ее бесподобного братца обыщут каждый уголок сада. Пора бежать. Марселла вытащила из кустов Нортона и поволокла его по траве, внимательно глядя, чтобы за ним не тянулся кровавый след. Марселле повезло, Нортон всего лишь напился и не был ранен, а легкие царапины на руках уже не кровоточили. Грязные туфли Марселлы оставляли следы, но они смешались с общей грязью и не могли выдать ее.

Марселла протащила Нортона вокруг Дворца, чтобы случайно не столкнуться со стражниками, а затем поволокла в сторону леса, по той самой тропинке, по которой совсем недавно они тащили труп Фури. Тропка вела в лес, Марселла прекрасно помнила путь. А после леса был перекресток. И по словам принца, дорога вела в Замок. Это был идеальный путь для нее, ведь он был малолюдным. Что ж, Марселла надеялась, что у нее хватит сил.

***

Семь раз. Семь раз Марселла падала без сил рядом с телом Нортона. Дважды в лесу и четырежды по дороге к Замку. Когда Марселла касалась земли рядом с теплым телом Нортона, который посапывал в сладком хмельном сне, девушке тоже хотелось закрыть глаза, погрузиться в небытие и пустить свою жизнь на самотек. И плевать ей на стражников, и плевать поймают ли ее. Бороться совсем не хотелось.

Но Марселла бросала поспешный взгляд на Нортона, вспоминала, как он предал ее, а его старший брат совершил ужасный переворот. Она обязана мстить, обязана напомнить о себе и доказать, что она несет в себе не только гены прародительницы Фейрилэнда, но и Джулии, ее сестры, которая не испугалась бы смерти.

И Марселла вставала. Тащила Нортона дальше сначала по лесу, затем по дороге. Песок прилипал к телу Нортона, который начинал ворочаться. Марселла ругалась и только пыталась поторопиться, чтобы успеть дотащить Нортона до убежища.

Когда Марселла добралась до Замка, уже окончательно расцвело. Последние шаги дались легко. Марселла мучалась уже так долго, что была готова встречать победу. Хотя до победы ей было еще очень далеко.

Девушка протащила Нортона вокруг Замка. В самом здании прятаться опасно, это владение короля, и он может заявиться сюда в любую минуту. Знакомая стена, овитая плющом, закрывала от любопытных взоров черную дверь с массивным замком. Марселла подперла к стене Нортона, сама прислонилась к двери и попыталась ее толкнуть. Но то ли сил совсем не осталось, то ли дверь в подвал была слишком хорошей, открыть ее не удалось. Конечно. Она ведь заперта.

Марселла, тяжело дыша, стала оглядывать плющ и каменную стену. Она была уверена, где-то здесь запрятан ключ для других шпионов, потому что единственный экземпляр носил с собой обычно Джэрод. Как-то же Джексон проникал сюда в одиночку...

Грязные и трясущиеся пальцы Марселлы нащупывали каждый камешек, каждую щель в стене, даже под плющом. Наконец, ключ нашелся, был спрятан за камнем, который вытаскивался нажатием на него. Для такого замка ключ казался крошечным, и Марселла сначала посчитала, что нашла ключ вовсе не от этой двери. Но к замку он подошел.

Итак, самая неприятная в штабе часть для Марселлы являлась покатая лестница. Девушка затащила внутрь Нортона, закрыла входную дверь изнутри, забрав замок и ключ себе, и медленно зашагала вниз, ступень за ступенью.

Пусть Марселла и привыкла к темноте за год жизни в Фейрилэнде, такие темные проходы пугали ее до сих пор. Вглядываться в непроглядную темень было незачем: Марселла все равно ничего не увидела бы.

Ноги подкашивались, руки тряслись еще сильней прежнего. Марселла уронила Нортона, и он кубарем покатился вниз по лестнице, кряхтя. Марселла была уверена, он очнется, но принц только нахмурился и стал похрапывать громче. Марселла фыркнула. Что ж, этот напыщенный индюк заслуживал с ее стороны такого наказания. К тому же, она не специально. Однако извиняться Марселла явно не планировала.

Спустившись по лестнице, Марселла оказалась в холле штаба, который совсем не изменился с тех времен, когда она последний раз здесь была. Даже грязные кружки оставались на тех же местах. Она бегло оглядела помещение, схватила карты, лежащие на верхних полках, решила забрать с собой, чтобы Несбитту, если он догадается ее здесь искать, не удалось найти какой-либо документации о работе бывших шпионов. Марселла дернула рычаг на книжной полке, все действия она прекрасно запомнила, когда ее сюда впервые привели Д'арэн и Джексон. Открылся еще один черный проход.

Марселла уже волокла Нортона, а не тащила. Что ж, принц пережил сегодня достаточно, от парочки лишних ударов не пострадает, а у Марселлы уже нет сил. На стенах все также висели те самые номера. На миг Марселла задержалась у стены с номером 432. Здесь замурован дед Джексона. Марселла вздохнула. Как бы им всем не оказаться рядом с родственником ее друга.

Дальше Марселла помнила все еще лучше. На развилке путей свернуть налево, ввести время коронации Джэрода и наконец-то оказаться в главном штабе. Дверь за ней и Нортоном захлопнулась. Стрелки вернулись в прежнее положение. Марселла не решается зажигать факела. Света из крохотного оконца пока достаточно. Не стоит привлекать лишнего внимания, мало ли, вдруг отблеск огня виден со стороны дороги.

Марселла хватает один из стульев, садит на него Нортона, берет со шкафа веревку и привязывает руки и ноги принца к стулу. Узлы получаются тугими и запутанными, вряд ли даже сама Марселла сумеет позже развязать их. Сама девушка забирается на кресло, на котором раньше восседал Джэрод, сворачивается в клубочек и закрывает глаза.

У нее получилось добраться до штаба вместе с пленником. У нее получилось сбежать. Джексон пожертвовал своей свободой не просто так. Скоро Марселла разработает план, вытащит своих людей из плена и нанесет сокрушительный удар Несбитту и Маро. Она будет бороться до последней капли крови и до последнего вздоха.

Марселла проваливается в небытие с блаженной улыбкой на губах.

***

Раны невыносимо ноют, когда Марселла прикладывает к ним вымоченные в спирте тряпки, которые нашла в шкафах штаба. Рана в боку была глубже, чем Марселла думала, и явно опасней, но ее медицинские возможности ограничены, поэтому она только запихала под платье тряпку в спирте. От нее так несло спиртом, что запах въелся в нос и окутывал все помещение. Переодеться было не во что, и грязное платье явно могло навредить свежим ранам, но Марселла изо всех сил пыталась убить микробов. Ей нужно восстановиться как можно быстрее.

Нортон так резко поднял голову с груди, что Марселле почудилось, будто голова сейчас оторвется. Его слипшиеся волосы упали на глаза. Он дернулся, но не сразу понял, что связан. Марселла даже не шелохнулась. Пусть сначала из него выветрится весь алкоголь, а потом они начнут говорить.

Нортон дернулся еще раз. Поняв, что не может двигаться, попытался оглядеться. Его взор принял ясность, следов золотого вина практически не осталось. Запах спирта, исходивший от Марселлы, перебивал едкий запах алкоголя, принадлежащий Нортону.

– Что?.. – хрипло спросил он. Откашлялся. В замкнутом помещении его кашель раздался эхом.

– Тише ты, – зашипела на него Марселла. – Твои же приехали, Замок осматривают.

– Где я? – проигнорировал слова Марселлы Нортон.

– В штабе шпионов. Бывшем штабе шпионов, – сквозь боль произнесла Марселла, замерев на несколько секунд.

– Почему я связан?

– Не раздражай меня своими скучными допросами, – фыркнула девушка, откладывая спиртовые тряпки, перепачканные грязью и кровью.

– Ты ранена? – продолжал он.

– Хотя бы жива. Но мне досталось явно больше, чем тебе. Что ж, я не жалуюсь.

– Развяжи меня, – приказным тоном заявил Нортон. Марселла оскалилась.

– Еще чего?

– Воды хочется.

– Мне тоже, – буркнула Марселла. – Но выходить нельзя. Да я и не смогу, – добавила она, печально глядя в крошечное окошко под потолком. – Уже практически стемнело. Твои приехали около двух часов назад и патрулируют Замок. Думаю, перевернули его с ног на голову. Похоже, уверены, что я здесь. Они заходили в подвал, благо я утащила нас глубже.

– Кто «мои»? – опять дернулся Нортон.

– Несбитт был здесь. Сейчас остались стражники во главе с Алдисом. Они ищут нас. Меня хотят убить, тебя спасти. Ты ведь так дорог своему братцу, – презрительно бросила Марселла. – Почему не оставался рядом с ним во время переворота? Почему не сражался? Я бы лично попросила бой с тобой.

– Я напился, чтобы ничего не понимать. Прошлый переворот...

– В нем погибла Джулия! – гневно бросила Марселла, оборачиваясь на Нортона. Нортон сжал губы, но взгляд не отвел. Внимательно взирал на Марселлу. – А в этот раз убили Джэрода. Короля, которому я была верна и обещала помочь найти выход из ситуации. Твой дорогой Несбитт вонзил ему кинжал в грудь! – Марселла подскочила к Нортону и тыкнула ему пальцем в грудь. – Твой Несбитт, которому ты был так верен, убил при всех Джэрода! А потом перерезал почти весь первый полк гвардейцев, а живых взял в плен! – Марселла сжала губы, боясь расплакаться. Сглотнув ком в горле, она продолжила. – Джексон пожертвовал своей свободой ради меня. Кассандра, твоя же сестра, моя подруга, оказалась в заточении Несбитта! А сколько жертв? Я не знаю исходов переворота! И знаешь, что самое обидное? – она сильнее прижала палец к его груди. – Если бы ты позволил мне уйти от королевского хранилища, откуда я не взяла ни одного камня, не сослал бы меня в темницу, я бы попыталась, я бы могла... – она всхлипнула, дыхание перехватило, но Нортон перебил девушку.

– Умереть, – угрюмо добавил он, опуская взгляд. Марселла была слишком близко, запах алкоголя и спирта смешивался. – Если бы я не сослал тебя в темницу, Несбитт убил бы тебя на перевороте. Он хотел лично уничтожить тебя и положить твой труп рядом с Джэродом. А потом ему в голову пришла эта идиотская идея с публичной казнью. Хотел показать, что случается с такими инициативными, как ты. Я оттянул твою смерть, зная, что ты сумеешь сбежать.

– Ты предал меня, – холодно выдала девушка, отстраняясь. Ее трясло. – Ты предатель. Все это время, пока мы шли рука об руку и сближались, ты был верен Несбитту, а я служила Джэроду. Мы изначально были врагами. Мы должны были ими оставаться.

– Должны были, – поддакнул он, опять поднимая взгляд. Тот самый томный взгляд черных очей, какой преследовал Марселлу все светские мероприятия. Мурашки пробежали по коже девушки, все воспоминания нахлынули разом. Каждая встреча Марселлы и Нортона оборачивалась спектаклем со стороны младшего принца. Он обожал злить ее, выводить из себя, саркастически шутить, и все это превратилось в огромное предательство, которое Марселла так болезненно восприняла.

– Ты ведь знал все изначально, да? – сжала Марселла кулак. – И когда мы лежали втроем в спальне в этом самом Замке только несколькими этажами выше? И когда говорил мне, что меня выдадут выгодно замуж? И когда отказал в этом самом замужестве за Ван Мэнора моему отцу? И когда рвался в бой, используя темную материю? И когда мы сидели на коленях друг перед другом, и раненная я плакала, считала секунды до своей смерти, а ты сжимал меня в объятиях, словно все было хорошо? Все это время, зная, что я борюсь за справедливость и честь Джэрода, ты лгал мне и после этого рассказывал все Несбитту? Вы долго смеялись надо мной? Представляли, как убьете?

Нортон дернулся и зарычал.

– Я никогда не рассказывал ничего о тебе Несбитту. Он не знал, с кем я вожусь, с кем провожу время. Я попросил тебя не трогать, но он не желал слушать...

– Также, как я не хочу слушать тебя! Ложь! Ты подорвал мое доверие. Впрочем, сейчас это уже неважно, – Марселла отвернулась от принца, затем повернулась опять, но в глаза уже не смотрела. – Ван Мэноры, Аннет, мачеха с Ониши...они были гостями. Нам с Джексоном удалось спасти гостей, но всех ли? Мы выкидывали их из окон, понимаешь? Женщин с детьми, стариков, молодых... Д'арэна ранили стрелой. Его тащил в лазарет юный гвардеец на своих плечах, когда произошел переворот. Д'арэн уже был без сознания. Кассандре не позволяли сделать и шага, она смотрела на весь этот ужас. Джексон сдался, чтобы позволить спрятаться мне. Все...все, понимаешь, полегли там! Кто из нас сможет оправиться после этого?

– Я не хотел, чтобы ты видела переворот. Надеялся, что ты переждешь его в темнице, а потом сбежишь в суматохе.

– Как это сделал ты?! – гневно бросила она. – Я бы осталась в стороне, когда все мои близкие сражались? Я ни за что не позволила бы себе такого. Кстати! – Марселла подлетела к Нортону и схватила его за грудки, зашипев от боли: задела раны на руках. – Ты отдал мне кольцо?!

Нортон молчал.

– Ты! Ты подбросил его... – протянула Марселла. – Урод! Поиздеваться решил надо мной? – Марселла толкнула Нортона, он пошатнулся на стуле, а она стянула кольцо и бросила его куда-то в стену. Схватившись за бок, Марселла отстранилась, прикрыв глаза. Голова резко закружилась.

– Ты ранена, тебе срочно нужно сделать перевязку.

– Заткнись. Я не хочу слышать твой голос.

– Тогда зачем ты притащила меня сюда? Убить? Проволокла от Дворца, пока я был в отключке, до Замка для того, чтобы убить?

– Нет, – сквозь зубы проговорила Марселла. – Я попрошу за тебя выкуп в виде других пленников. Уверена, Несбитт успел схватить многих. А если ты окажешься не таким уж дорогим товаром для Несбитта, я либо продам тебя, либо убью.

– Несбитт попытается тебя обмануть.

– Не на ту нарвался, – фыркнула Марселла, хотя мороз прошелся по коже. Она знала, на что способен Несбитт, и это пугало.

– Несбитт хотел сделать меня своим советником, чтобы взрастить достойного наследника.

– Я не удивлена. Вы друг друга стоите. Хотя, хочу разочаровать Несбитта, ты тряпка по сравнению с ним.

– Знаю. Поэтому верил, что он передумает.

– Сейчас в его советниках Маро, который теперь ненавидит меня. Я лично приказала первому полку нападать на стражников Несбитта.

– Бесстрашная идиотка.

– Напыщенный индюк.

– У тебя вообще есть инстинкт самосохранения?

– А у тебя вообще есть совесть?

– Я ее пропил.

– А я тогда потеряла.

– Совесть?

– Инстинкт самосохранения.

– А совесть?

– Ты даже сейчас издеваешься!

– А что мне остается? Ты планируешь продать меня, мне тебе ножки расцеловать?

– Поблагодари меня, что я не стала убивать тебя и не бросила твою пьяную тушку под окном тронного зала.

– Ты выкинула меня в окно?

– Простите, Ваше Высочество, что сервис оказался не высококачественный.

– Мы здесь долго не протянем, – резко перевел тему Нортон. – Здесь нет еды и воды, тебе нужны лекарства.

– Мое здоровье тебя волновать не должно. А ты откинешься, я могу съесть тебя.

– Это мерзко.

– Ты постоянно ведешь себя мерзко, – Марселла придвинулась к Нортону ближе, нависая над ним, и ощупала его камзол. Принц задрал голову и, оскалившись, заглянул в глаза девушке. Его лицо было совсем близко к шее Марселлы. Обдав ее жаром дыхания, он хрипло произнес.

– Хочешь потрогать меня, пока я связан?

– Играй в свои ролевые игры с Араэль, я ищу у тебя оружие, – фыркнула Марселла, но руки ее дрогнули. Нортон это почувствовал. Услышав имя Араэль, он ощетинился, словно Марселла сказала что-то крайне грубое. – Что, уже неприятно слышать имя своей любовницы? А я так надеялась, что вы еще вместе, у вас такая прекрасная любовь, – пропитанным сарказмом голосом, добавила она. – Нашему Высочеству надоели пошлости? Он захотел разнообразия? Духовной связи? Зачем спасал меня? Надеялся развести также, как этих юных дур, что падали к тебе под одеяло при первой возможности? – Марселла ухмыльнулась и схватила Нортона за подбородок, приближаясь к его лицу. Глаза Нортона сверкнули и, несмотря на его неудобное положение, игра его полностью устраивала. – Чего же вы молчите, Ваше Высочество? Поверьте, я не так опытна, как наша русалочка.

Его ухмылка стала еще шире, а пальцы Марселлы впились в бледную и нежную кожу принца. На его подбородке точно останутся следы. Нортон подался вперед, обдавая ее новой волной жаркого дыхания, и Марселла скривила губы в ухмылке. Ее вторая рука также блуждала по его телу, нащупывая оружие. Нортон дернулся, когда Марселла ощутила под тканью лезвие. Ее рука замерла, но доставать кинжал она не торопилась, все еще близко держась к принцу.

– Играешь с огнем, Марселла.

– Ты ведь хочешь этого, – зашептала она, глядя на его губы. – Хочешь, потому что я не похожа на них, потому что я, по неизвестным для тебя причинам, не попыталась прыгнуть к тебе в постель только потому, что ты харизматичный младший принц Фейрилэнда.

– Думаешь, мне нужно поставить «галочку» рядом с твоим именем?

– А у тебя и список требуемый имеется? – хмыкнула она, притягивая принца ближе к себе, но сама наклонилась к его уху и страстно зашептала. – Я видела как-то, что ты писал в своей записной книжке в спальне Замка. Висела на карнизе и наблюдала за тобой, пылким, эмоциональным, словно душу свою разворошил. Неужели ты с такими эмоциями пишешь об очередной девушке? – закончила она еле слышно. Нортон вздрогнул в крепкой хватке Марселлы, но ничего не ответил.

Девушка осторожно, прижимаясь к нему еще ближе, слизала языком каплю крови на шее принца и обдала еще одной волной разгоряченного дыхания. Принц опять вздрогнул от такого интимного прикосновения. Во рту Марселлы остался металлический привкус.

– Только тебе придется особенно постараться, чтобы затащить в постель меня, – едва ли не промурлыкала она.

Марселла достала из внутреннего кармана камзола Нортона кинжал. Его взгляд мигом переменился. Он тихо выругался, но также смело заглянул Марселле в глаза. Однако девушка знала: она добилась желаемого эффекта.

Повертев в руках кинжал, Марселла мигом позабыла про сцену минуту назад. Она сжала рукоять, которая подозрительно идеально легла в ее ладонь, и подняла изумленный взгляд на Нортона.

– Это шутка? Это моя кинжал! Тот самый... – она запнулась.

– Которым ты проткнула мне руку в башне Академии, – с наглой ухмылкой закончил он.

Марселла провела пальцем по лезвию, оглядела рукоять. Буква «К» почти стерлась, а фамильный герб отца остался. Лезвие наточено, похоже, Нортон пользовался им.

– Зачем ты хранишь его? – грубо спросила Марселла.

– Чтоб в каждом сражении вспоминать о тебе, – хрипло проговорил он. Марселла слышала сарказм, отчетливо уловила его, но все равно почему-то поверила его словам.

– Да ты сумасшедший! – фыркнула она.

– Ты же оставила мое колечко.

– Уже нет.

– Так и я возвращаю тебе кинжал.

Марселла прильнула обратно к Нортону и подставила кинжал к его горлу. Лезвие коснулось нежной бледной кожи, но давить девушка не спешила.

– Ты прекрати играть со мной, – зашептала она, глядя ему в глаза. – Ты сейчас в том положении, в каком всегда оказывалась я. В опасном. В положении, когда первый удар всегда придется на тебя, а ответить ты не можешь. Нравится чувствовать себя жертвой? Но все же ты не перестаешь язвить.

– Так и ты тоже. Раз ты так боялась меня, почему вела себя дерзко рядом со мной?

– Потому что я знала, что умереть от твоей руки не так уж позорно. Ты бы победил меня, но это только значило, что между нами был бой, и я не побоялась сразиться.

– Джулия начинала также, – будто бы озвучил мысли вслух Нортон. Марселла инстинктивно сжала кинжал и придвинулась к Нортону ближе, услышав имя старшей сестры.

– Что Джулия начинала также?

– Она однажды тоже вот так подставила кинжал к моему горлу и сказала, что я не посмею предать ее не потому, что я слишком юн, а потому, что тогда я погибну сам.

– Ты общался с ней... – выдохнула Марселла. – Ты знал ее, Джулию...

– Ее мало, кто не знал.

– И что Джулия сделала потом, когда сказала тебе это? Просто убрала кинжал от твоего горла, даже не оставив памятного шрама?

– Толкнула меня и гордо ушла дальше. У нее было слишком мало времени возиться с такой незначительной пешкой, как я.

– А ты также хотел затащить ее в постель? – хмыкнула Марселла, свободной рукой касаясь щеки принца.

– Половина боялись ее, вторая половина хотели. И я относился сразу к обеим сторонам. Но тогда я еще не славился таким завидным холостяком на все земли Фейрилэнда.

– А сейчас славишься, – хмыкнула Марселла ему в самые губы. Нортон облизал пересохшие губы, и его язык практически коснулся лица Марселлы. – Ты думаешь, что играешься со мной, а на деле играюсь я.

– Именно ты взбесилась после моего предательства.

– Именно ты был рядом все это время, – рыкнула на него Марселла, прижимая кинжал к горлу. – Но, если ты боишься, что я не оправлюсь от твоего предательства, не волнуйся, я переживу.

– Я и не сомневаюсь. Но запомнить-то ты меня запомнишь.

– Как наглого, бессовестного принца-предателя!..

– Ты можешь поцеловать меня сейчас.

– Что? – Марселлу бросило в жар, и рука с кинжалом дрогнула. Что он несет?

– Что? – усмехнулся Нортон. – Ты бы могла поцеловать меня сейчас. Слишком близко. Ты находишься от меня слишком близко.

– Ты переходишь грань.

– Не боишься, что потом начнешь вымаливать мои поцелуи?

– Когда? Когда верну тебя твоему бесподобному братцу? И когда вы начнете вместе тиранить Дворы?

– Я... – начал он вполне уверенно, но Марселла резко прервала его.

– К тому же, посмотрим, кто еще будет вымаливать поцелуи.

Нортон удивленно вскинул бровь, и Марселла отстранилась, убирая с шеи принца кинжал. Легкую царапину она все же оставила. Случайно. На эмоциях. Нортон виноват сам. Марселла сжала губы, окинула взглядом связанного самодовольного Нортона и озвучила мысли вслух, которые лучше стоило оставить при себе.

– Мы с тобой начинали также: с сарказма и дерзких шуток.