Танцы на стекле

Кассандра выглядит потрясающе. Марселле одновременно приятно и невыносимо больно на нее смотреть. Принцесса стоит перед зеркалом в своей спальне. Ее прямой худой стан кажется маленьким и хрупким, руки опущены по швам, голова прямо, но взгляд смотрит вниз. Ее черные волосы накручены в крупные кудри, льются по плечам. На фоне белого платья волосы кажутся чересчур черными. Лицо бледное, нанесен слой пудры и косметики так, что девушка с трудом моргает. На принцессе длинное белое платье прямого кроя, вышитое рюшками и узорами. Платье с длинными рукавами и высокими плечами-фонариками. На талии затянут корсет, сжимающий и так худую девушку. На ногах аккуратные туфли-лодочки, на руках кружевные белые перчатки.

Только Марселла замечает, как дрожат руки девушки и с какой ненавистью она смотрит на саму себя в зеркало. Марселла уже раз пять упоминала, что Кассандра не виновата, ей не нужно винить себя, но принцесса все еще не может даже видеть себя в белом платье, зная, что придется отдавать себя нелюбимому.

Рядом с Кассандрой носятся служанки, а на принесенном в комнату диване сидят принцессы Араэль и Амелота. Сложа руки, без особой радости, они глядят на подругу. Марселла в синем длинном скромном платье, с шелковыми рукавами, в перчатках, послушно стоит рядом, но не отрывает взгляда от принцессы.

Счастливы лишь те, кто не знал истинных эмоций Кассандры. И хотя принцессы Амелота и Араэль не знали о любовнике Кассандры, они прекрасно понимали, что советника Фури она не любит и замуж за него не хочет. Возможно, все грустны были и потому, что переживали: их ждет такая же участь, и шанс достаточно велик, что муж будет нелюбим.

Марселла чувствовала подавленность и жалость. Нервно теребя скрытое под перчатками королевское кольцо, она то поправляла волосы, то разглаживала складки на собственном платье, то пыталась прикоснуться к Кассандре, дабы легкий контакт поддержал ее.

Девушка выглядела безупречно. Больнее становилось от того, что на сегодняшнем празднике, за ночь до празднования дня Зарождения Фейрилэнда, с крыши Дворца наблюдать за гуляньем будет Джексон, и он увидит любовь в столь прекрасном одеянии, но не посмеет к ней прикоснуться.

– Принцесс вызывают в тронный зал! – внезапно раздалось за дверью спальни, и все синхронно вздрогнули. Кассандра бросила умоляющий взгляд на Марселлу. Но что шпионка могла сделать? Одним кинжалом со всем Дворцом не справишься.

Шествие в тронный зал напоминало траурное прощание с погребенным. Все шли в полном молчании, опустив взгляды в пол. Принцесса вздрагивала от каждого постороннего звука. Марселлу бросало то в жар, то в холод.

Первых в тронный зал пустили гостей, служанки вместе с невестой остались в коридоре. Когда Марселла, Амелота и Араэль оставили Кассандру, девушка окончательно сдалась.

Тронный зал выглядел великолепно. Его уже подготовили ко дню празднования Зарождения Фейрилэнда, украшения, которыми распоряжалась молодежь некоторое время назад, были усовершенствованы и аккуратно развешаны по всей зале.

Сердце Марселлы екнуло, вспоминая, какие теплые моменты они переживали здесь, когда бегали по тронному залу и приказывали слугам вешать украшения. Королю некогда было этим заниматься, и он отправил младшее поколение, куда Марселла была приглашена, как подруга Дворца. Ее раздражала тогда принцесса Араэль, флиртующая с Нортоном, вызывала любопытство скромная Амелота, раздражал, как обычно, Нортон, веселила Кассандра. Все это кажется таким далеким и ненастоящим, что Марселла сомневается, было ли это вообще.

Зала преобразилась. Распахнули двухстворчатые дверцы прихожей, оставив часть гостей (менее значимых и богатых) там. На троне восседал разодетый в золотую мантию Джэрод. На его голове лежала корона, и впервые она казалась слишком большой для него. Он широко улыбался. Рядом с ним стояла королевская гвардия, его личная стража в серебристых камзолах с фиолетовыми воротниками, одним из них был Алдис.

Справа от трона находилась свадебная арка с белыми живыми розами. К ней вела длинная белоснежная дорожка, а за свадебной аркой едва заметен алтарь со священником из местной церкви, которого в Фейрилэнде называют святочем. На нем длинная зеленая мантия и странная книжечка в руках, с помощью которой он, якобы, может общаться с ангелами и посланниками из Царства Света. Гости стоят по обеим сторонам дорожки к свадебной арке. Чем ближе к дорожке, тем ближе к королевской семье.

Несбитт и Нортон стоят ближе всех к алтарю и арке. Следом Лоцеа (все-таки женится его отец) и Аннет. Рядом с ними семья Марселлы, Маро с женой и младшим сыном, с краю Марселла и Д'арэн. Дальше какие-то графы, герцоги и важные персоны.

Марселла попыталась разглядеть Ван Мэноров, но лица так смешались, что в толпе кого-то увидеть было невозможно. К тому же, Линнет ее постоянно одергивала, заставляя стоять ровно и держаться своего положения. На деле Марселла занимала положение шпионки, и ей следовало находиться где-то за окнами или на крыше, где сейчас Джексон.

Марселла замечала, что многие взгляды обращены к ней. Не все отражали дружелюбие, были и те, кто явно настроен враждебно. Марселла нервно передернула плечами. Было холодно, несмотря на огромную толпу, и неприятно от чужих взглядов. Что именно удивляло всю знать Фейрилэнда? Человеческое происхождение девушки? Популярность при дворе дочери генерала? Отсутствие у нее пышного платья? Скрытые руки и полы юбки? Марселла прятала под ними кольцо и кинжал, но другие могли разоблачить ее, почувствовав скрытую опасность.

Раскрылись передние двери, и гости в конце тронного зала восторженно ахнули. Марселла сжала руки в кулаки, чтобы не закричать от досады и не прервать свадьбу. На мгновение она обернулась в сторону принцев, Несбитт самодовольно ухмылялся, а Нортон вздрогнул, словно ему залепили пощечину.

Кассандра будто плыла по дорожке, и весь зал задержал дыхание. Никто не смел шевелиться, словно ангел пролетал мимо них. Марселла не дышала. Казалось, еще мгновение, и шпионка сама побежит под венец с принцессой. На ней было то самое шикарное свадебное платье, но теперь ее лицо прикрывала расшитая фата, а в руках девушка держала небольшой букет мелких белых ромашек, перевязанных атласной лентой.

Кассандра, такая бледная и несчастная, подошла к арке, оглянулась, словно еще можно было спастись, сделала глубокий вздох, всучила букет служанке и подошла к святочнику, низко поклонившись ему. Тот коснулся плеч девушки, брызнул на нее какой-то водой из золотого кувшина, стоящего неподалеку, и прошептал слова на фейрийском, но Марселла их не разобрала.

Невеста вернулась под венец. Двери вновь распахнулись, но на этот раз никто не ахнул. Вошел советник Фури в позолоченном камзоле. В светлых с проседью волосах торчали нежные цветы, привычные для женихов в Фейрилэнде. Улыбка на его лице освещала весь тронный зал, но Марселлу затошнило от лживости советника, от его мерзких мыслей и желаний жениться на юной Кассандре. Чего он хотел получить? Невинную молодую невесту? Не хотелось огорчать его, но, кажется, у Кассандры и Джексона все было достаточно серьезно, нежели известно. Или пожелал улучшить положение при дворе? У Фури отличные отношения и с Несбиттом, так что, возможно, свадьба вообще состоялась по инициативе старшего принца.

Кассандра держит себя в руках. Конечно, Марселла видит, как неприятен той Фури, как ненавистна свадьба и церемония в столь тяжелое для Фейрилэнда время. Однако никто другой этого не замечает. Или попросту не хочет замечать.

Святоч начинает свадьбу, читая привычные клятвы для молодых из своей пошарпанной книжечки. Все гости замирают и не дышат, Д'арэн, который тоже прекрасно знал Кассандру, хватает за руку Марселлу и сжимает ее пальцы. Дыхание Марселлы сбивается и становится таким громким, кажется, что оно эхом разносится по всему тронному залу. Шпионка пытается взять себя в руки, Кассандре у арки сейчас намного страшней, однако, ощущение такое, словно Марселла сейчас задохнется.

Марселла до последнего надеется, что произойдет чудо, случится все что угодно, лишь бы свадьба не состоялась, но в гробовой тишине залы раздается резкий удар часов, доносящийся из коридора, и святоч громко объявляет.

– Кассандра и Фури новая семья, закрепленная союзом по традициям Царства Света!

По телу Марселлы пробегают мурашки, и она чувствует, как ее пальцы от гнева и досады начинают нагреваться. Она одергивает руку брата и с мольбой оглядывается по сторонам. Но уже резко начинает играть музыка, громыхающая отовсюду, фейри рванули в пляс и к золотому вину. Вокруг так резко началась шумиха, что спокойствие и тишина минуту назад показались вымыслом.

Марселла с трудом отыскала свободное место за банкетным столом подальше от тех фейри, которые предлагали ей выпить и нагло ухмылялись, ведь думали, что на нее подействует местный напиток, раз в нем нет соли. Не будь состояние Марселлы таким тяжелым, она обязательно бы преподала им урок.

Марселла сделала глоток воды и, сжав переносицу, устало опустила голову вниз. Мир вокруг нее продолжал крутиться, но девушка выпала из реальности.

Когда чья-то рука легла на ее плечо, Марселла вздрогнула и резко обернулась, уже хватая незнакомца за кисть, чтобы вывернуть руку. Но увидя Д'арэна, Марселла моментально отпустила руку и подняла ладони вверх, как бы сдаваясь.

– Прости. Не стоит ко мне подкрадываться со спины.

Брат потер ушибленное запястье, в которое вцепилась сестра, и, слабо улыбнувшись, ответил.

– Все на нервах, я понимаю.

– Как Кассандра?

– Нам не удастся с ней поговорить. Она постоянно рядом с Фури и другими гостями, никто просто так не отпустит невесту.

– Кассандра переедет в их родовое поместье?

– Нортон, кажется, вымаливает у короля и брата, чтобы сестра, хотя бы на военное время, осталась в Замке якобы ради безопасности. Но Несбитт приводит новые и новые аргументы, то ли желая задобрить советника, то ли поскорее избавиться от сестры. Возможно, они добиваются какой-то общей цели. Например, укрепить свою власть.

– Мне не нравится этот праздник. Это даже не праздник! – возмущенно воскликнула Марселла. Несколько фейри за пару стульев от нее обернулись к ней, но девушка сделала вид, что ничего не заметила.

– Сегодня мы останемся во Дворце, – добавил Д'арэн. – Завтра луна окончательно приблизится к земле, и начнется праздник. Отец, похоже, вообще не планирует отсюда уезжать.

– Нам предоставят спальни?

– Думаю, разместят в гостевых комнатах тех, кто из богатых семей. Остальные вернутся домой и придут уже завтра заливать золотое вино по новому поводу. По крайней мере, Кассандра на эти дни тоже останется здесь. Ты сейчас особенно ей нужна. Вы же друзья.

– Какой из меня друг, если я ничего не смогла сделать? – печально вздохнула Марселла.

– Ты ни в чем не виновата также, как не виновата Кассандра. Мы ничего не могли сделать, нам не идти против короля и принца.

– Кассандра смирилась?

– Кажется, да. Когда ее повели под венец, она поняла, что дороги назад уже нет.

– Мне ее жаль. Мое сердце разбито.

– Не волнуйся, мы будем делать все, что в наших силах, – положил руку на ее плечо Д'арэн и слегка сжал. Марселла сделала глубокий вздох и слабо улыбнулся. После молчания Д'арэн добавил. – Скоро начнутся танцы. Не отталкивай всех герцогов и графов, которые мечтают с тобой потанцевать. Во-первых, это плохой тон, а, во-вторых, я знаю, что ты приставишь к их горлу кинжал. Оружие будет лишним.

– И как ты угадал... – проворчала Марселла, отворачиваясь от исчезающего в толпе брата. За ним хвостом прошли несколько девушек, томно вздыхая. Марселла скривила губы и отыскала глазами запечатанную бутылку золотого вина. Перед танцами точно придется расслабиться, чтобы не повздорить с назойливыми парнями.

Марселла взяла чистый бокал, налила больше половины и пригубила в пару глотков. Линнет точно бы сейчас не оценила то, с какой легкостью Марселла открыла бутылку вина и как быстро выпила первый бокал. Осушила его и не тянула, словно заигрывала с ним, как говорила мачеха.

Начались ненавистные Марселлой танцы. К этому времени она выпила уже второй бокал, стало немного легче, переживания и чувства притупились хотя бы на время. Д'арэн уже танцевал с Эделаидой, Маро с Линнет, Ониши бегал между кружащимися по танцполу парами, Фури слишком близко прижимал к себе Кассандру, а Несбитт умело танцевал с какой-то юной леди, которая всеми возможными способами старалась привлечь его внимание, но было видно, что он в ней совершенно не заинтересован.

Марселла уже потянулась к бутылке с вином, как сзади послышался деликатный кашель. Девушка закатила глаза и, натянув глупую улыбку, повернулась. За ее спиной стояли молодые графы, несколько братьев одного рода, про которых когда-то рассказывал ей Маро. Однако ей так было плевать на них, что имена вылетели из головы спустя секунду.

– Мисс Камиэль, – обратился один из них. – Мы с братьями не можем решить, кто из нас первый поимеет честь пригласить столь значимую персону, как вы. Будьте благосклонны, подайте вашу благородную руку тому, с кем хотите потанцевать.

Марселла озадаченно оглядела молодых парней. Что делать, если она не хочет танцевать вовсе? Эти фейри все на одно лицо, из одной семьи и различаются лишь возрастом. Тут даже отец бы не помог ей с правильным выбором, ведь они все равны.

– Послушайте, господа... – туманно начала Марселла, то ли не зная, как вежливо отказать, то ли влив в себя слишком много алкоголя.

Марселла отвела взгляд, чтобы ее решение казалось принятым от неловкости, а не от нежелания кружиться по тронному залу без настроения с неизвестными ей графами, но тут ее внимание привлек довольно страстный танец одной из пар. Девушка моментально узнала младшего принца, так яро прижимающего к себе морскую принцессу Араэль. Казалось, они должны враждовать, морю объявили войну, а Араэль также вертится вокруг Нортона. Марселла тихо хмыкнула: несколько дней назад Араэль уверяла, что планы изменились, а, по итогу, прилипла к Нортону.

Они пылко кружились по танцевальной части тронного зала, прижимались друг к другу, Нортон крутил вокруг себя даму, даже приподнимал ее на руки, ронял, придерживая. Было видно, как Араэль нравится это внимание, а вокруг гости перешептывались и переглядывались, уже приготовив сплетни на несколько балов вперед.

Марселла недовольно сжала губы. Она не знала, что именно ее задело: ложь Араэль или слишком довольное лицо Нортона, однако, на душе стало погано. Марселла натянула широкую улыбку и, развернувшись к графам, произнесла.

– Что ж, я с радостью потанцую с вами, – и подала руку парню, который разговаривал с ней. Тот самодовольно хмыкнул, бросил поспешный взгляд на расстроенных братьев и уверенно повел свою партнершу на танцпол.

Хотя граф держался на расстоянии, которого требовало светское общество, Марселла быстро сократила его, прижимаясь к высокому молодому фейри, и прикосновения того стали горячей, хотя в начале он явно смутился выходкам раскрепощенной девушки.

– Вы отменно танцуете, мисс Камиэль, – восхищенно произнес граф, когда по мраморному полу стучали каблуки Марселлы. Ее ноги энергично передвигались в такт музыке, оголяя щиколотки, и их вальс совсем не походил на тот, что танцевали другие.

– Никогда не слышала ни от кого такие комплименты, – хохотнула она.

– Вам не кажется, что на нас все смотрят?

– Вам не нравится привлекать внимание?

– С вами мне нравится все.

Марселла аккуратно посмотрела вокруг, правду ли сказал граф о всеобщем внимании. Другие пары не смотрели на них, лишь оглядывались, чтобы случайно не столкнуться, а вот взрослые дамы и господа, сидящие за столом, явно бурно обсуждали их пару.

Марселла взглядом поймала Д'арэна, танцующего с дочерью посла, тот ухмыльнулся и мотнул головой назад. Шпионка медленно перевела взгляд, не отрываясь от танца и графа. За Д'арэном танцевал Нортон с Араэль. Принц вдруг потерял всякий интерес к танцу, держал морскую принцессу как можно дальше от себя, а его черные глаза горели, в молчаливом гневе разглядывая каждого гостя в зале. Марселла церемонно громко хохотнула и прижалась к графу еще сильней. Да, она будет пользоваться предоставленным ей мужским вниманием, почему бы и нет?

Танец кончился, когда Марселла поняла, что больше не может резво двигаться. Она схватилась за ладонь графа, посмеялась и попросила остановиться. Почему-то сразу ей вспомнились рассказы про людей, которые танцевали среди фейри до тех пор, пока не упадут замертво. Граф поклонился, любезно поблагодарил за потраченное время и радостный ушел к своим братьям.

Марселла сидела в одиночестве. Ей не хотелось общаться с местными фейри, которые понятия не имели о ее жизни, но обсуждали и осуждали так, словно сами успели побывать в ее шкуре. Светское общество Фейрилэнда Марселла находила лицемерным, не считая нескольких персон. Но с этими персонами в общем гуле голосов, к сожалению, пообщаться было невозможно, поэтому девушка налила себе еще один бокал золотого вина и принялась ждать развитие этого бала, хотя, как она и предполагала, все просто будут пить, есть и танцевать до победного.

Потягивая вино, она рассматривала разодетых гостей. Ее голубое прямое платье казалось совсем непраздничным по сравнению с нарядами остальных девушек всех возрастов. Из толпы никто не выделялся, все казались одинаковыми. Марселла разочарованно вздохнула.

Внезапно к шпионке подсел Д'арэн, с размаху плюхнулся на стул, Марселла от испуга подавилась вином и грозно уставилась на брата. Тот хохотнул, поправил взмокшие пряди волос назад и легким движением руки потянулся за бокалом сестры. Марселла фыркнула и резко отвела руку.

– Иди бери бокал себе, это мой.

– Тебе на сегодня хватит.

– Почему? В особняк ехать не надо, ночевать можно здесь, значит я напьюсь.

Д'арэн покачала головой, и Марселла уже хотела сделать глоток вина, как вокруг бокала появилось небольшое серое облачко, следы магии Д'арэна, и бокал, вырвавшись из рук шпионки, медленно полетел над столом к Д'арэну. Марселла обиженно надула губы, однако, не сопротивлялась. Отчасти брат был прав: с ее положением лучше контролировать себя и уж тем более во Дворце.

– Мисс Камиэль, господин, – окликнули их за спиной. Марселла и Д'арэн обернулись, боясь увидеть очередную знать, с которой стоит быть любезным. Но перед ними стояли молодые супруги Ван Мэнор.

Марселла кинулась в объятия превосходной Элеоноры. Сказать, что она была служанкой еще пару месяцев назад, казалось невозможным. На ней было пышное длинное зеленое платье болотного оттенка, волосы уложены наверх, в ушах длинные и увесистые серьги, на руках кружевные перчатки, поверх золотое кольцо с фамильным гербом Ван Мэноров. Она широко улыбается. Элеонора поправилась, ее лицо приятно округлилось, пропала излишняя худоба. Рядом с ней стоял муж. В дорогом камзоле он выглядел старше, однако, он все также смотрел с добротой.

Шпионка крепко обняла бывшую служанку, затем подошла к Монте, тот уже потянулся поцеловать ее руку, но девушка не выдержала и тепло обняла его.

– Разве мы пережили недостаточно, чтобы приветствовать друг друга так? И, как вам супружеская жизнь? Я сделала благое дело или погубила сразу двоих?

– Мы только можем выразить благодарность вам, Марселла, – мягко улыбнулся Монте. – Мы живем душа в душу день ото дня с минуты бракосочетания.

– Нам очень жаль, что вас не было, – печально сказала Элеонора и схватила Марселлу за руки. Ее теплые прикосновения вызвали приятные эмоции в душе Марселлы.

– Как идет производство в Фейрилэнде?

– У меня есть много идей, того, что я видел на островах Кельта. Я хочу ввести многое оттуда для развития Фейрилэнда.

– Я поддержу вас, господин Ван Мэнор. За последнее время я многое узнала, и теперь мне со всех сторон выгодно поддерживать реформы в Фейрилэнде. Вы можете их внести.

– Благодарю за веру. Однако хочу добавить, что Эли мне помогает во всем. Вы были правы, из нее получилась идеальная хозяйка как поместья, так и рабочего производства.

– Я рада, что получилось так, как я и планировала. Как дела у Барбары?

– Учим ее ходить, говорить... – уклончиво ответила Элеонора. – Наняли няньку, как оказалось, совмещать все невозможно. Она скучает по вам, я это чувствую.

– Помнишь о моей просьбе?

– Да. Я не говорю ей о том, что она ведьма, – закончила говорить девушка едва слышно. – Но, если честно... – Элеонора бросила быстрый взгляд на мужа, тот кивнул, нежно улыбнувшись ей, и девушка выпалила. – Мы ждем еще одного ребенка.

Д'арэн кашлянул, а Марселла выпучила глаза и вырвала руки из хватки Элеоноры.

– Ты врешь? – прищурилась Марселла, недоверчиво глянув на девушку. Та мотнула головой. Марселла взвизгнула и еще раз обняла бывшую служанку.

– Будет еще один маленький Ван Мэнор!

Монте хохотнул.

– Надеюсь, вы будете посещать наш дом и до рождения ребенка, и после.

– Мне бы хотелось. Боюсь на вас навлечь беду. Пока моя работа не позволяет мне иметь много свободного времени.

– Служба Дворцу всегда была трудной. Желаю удачи. Вы всегда можете обратиться за помощью... – любезно предложил Ван Мэнор, а самое главное искренне. Однако Марселла его последние слова не услышала.

За спиной графа промелькнул разъяренный Нортон. Он подошел к одному герцогу, затем к другому. Его прядь черных волос выбилась из прически и свисала на лоб, а глаза пылали огнем. Он расстегнул сюртук, оголяя белую шелковую рубашку, что вообще было запрещено по правилам этикета и нормам опрятности, но никто не смел сказать слово принцу.

Он явно кого-то искал. Его низкий голос спрашивал что-то у гостей, но те только разводили руками и испуганно отшатывались назад. Нортон приблизился к очередному парню, и Марселла узнала того, с кем танцевала недавно. Девушка непроизвольно вздрогнула, когда принц аккуратно, но грубо схватил партнера Марселлы за грудки. Его бас оказался настолько гневным и громким, что Марселла сумела расслышать его слова.

– Мисс Камиэль где? – низким басом спросил он. В его голосе звучала нескрываемая угроза.

– Н-не знаю, – заикнулся тот. Рядом возникли его братья и удивленно уставились на разворачивающуюся картину. – О какой из Камиэль вы говорите, Ваше Высочество? Мисс Аннет весь вечер рядом с Лоцеа, продолжает работу...

– Не строй из себя дурака, – рыкнул тот, сжимая тонкие пальцы на одежде парня. Марселла внимательно следила за происходящим, не зная, что делать, бежать самой или спасать тех братьев. – Ты прекрасно понимаешь, что я о младшей. Ты танцевал с Марселлой. Где она сейчас? – вопрос прозвучал устрашающе, словно граф планировал убить шпионку.

– Ваше Высочество, я оставил ее за столом, я не... Ваше Высочество, ­– забормотал он, уже не зная, что добавить, ведь рассказывать и правда было нечего, однако, принца такой ответ точно не устроит.

– Куда вы смотрите? – изогнув бровь, спросил Ван Мэнор. Марселла удивленно перевела на него взгляд, совсем забыв, что он еще здесь. Граф медленно повернулся, чтобы узнать причину заинтересованности дочери генерала, но Марселла быстро схватила его за плечи и попросила стоять ровно.

– Пожалуйста, не двигайтесь, Ван Мэнор. За вашей спиной принц Нортон. И, похоже, он разыскивает меня, – холодок прошелся по спине Марселла, и она устало выдохнула. Что бы ни планировал вывалить на нее Нортон, у него явно нет настроения, и Марселла не хочет попасться под его горячую руку.

– Что ты успела устроить, что принц Нортон в гневе ищет тебя по всему тронному залу? – провел рукой по лицу Д'арэн. Ван Мэнор стоял по стойке смирно, слушаясь девушку.

– Он прямо в гневе, да? – переспросила Марселла, недовольно цокнув языком. – Вечно он не в духе! Думаю, мне лучше уйти сейчас.

– Куда ты пойдешь? – настороженно спросил Д'арэн.

– Спрячусь во Дворце.

– Всюду охрана.

– Я знаю место, где сегодня никого не будет.

– Ты опять ткнула его ножом?

– Такое было лишь раз! – обиженно фыркнула Марселла под удивленный взгляд Ван Мэнора.

Когда Нортон медленно отпустил графа, и тот отшатнулся на пару шагов, чтобы выдержать безопасное расстояние, Марселла, прячась за спинами брата и Ван Мэноров, понеслась прочь из тронного зала. Нортон мог предъявить ей все что угодно, Д'арэн сказал, что принц в гневе. Помнила Марселла его в гневе последний раз. Силу темной материи она не переживет.

Хлопнула дверь тронного зала, и только тогда Марселла почувствовала себя в безопасности. У входа стояли стражники, но увидев знатную персону только поклонились и спросили, нужна ли помощь. Марселла отмахнулась от стражников и понеслась на второй этаж Дворца, чтобы не только избежать назойливого разозленного Нортона, но и шумную толпу, от которой болела голова.

Конечно, Ван Мэноры разбавили эту встречу своим появлением и радостными новостями. Марселле было приятно, что в их жизни все получается, имеется какой-то баланс и счастливые вести. Чем Ван Мэноров в Фейрилэнде станет больше, тем лучше для развития королевства. А происхождение Барбары лучше оставить в тайне. Главное, чтобы война сейчас не разрушила все планы Монте, и он правда выдвинул Фейрилэнд в развитии на новый уровень.

Марселла пробежала по коридору, все еще волнуясь, что за ней будет погоня в лице принца Фейрилэнда, однако, было тихо. Чем ближе к выходу на балкон была Марселла, тем меньше стражников становилось. Когда она подошла к широкой двери библиотеки, охрана и вовсе испарилась.

Девушка легонько толкнула дверь. Что ж, Нортон разрешал ей посещать библиотеку, возможно, ей захотелось поучиться сейчас, почему нет? Вряд ли во время свадьбы Кассандры кто-то будет ее здесь искать. Нортон сейчас успокоится, оставит ее в покое, а потом на свежую голову скажет, что планировал вывалить в гневе.

Дверь оказалась открытой, и Марселла тихо прошмыгнула внутрь. Из-за тишины вокруг дверь закрылась шумно. Шпионка прислушалась, но в коридоре так и не возникли ничьи шаги, охрана хлопнувшую дверь библиотеки не услышала.

Пахло затхлостью, видимо, библиотекой пользовались во Дворце нечасто. В темноте ничего нельзя было разглядеть, канделябры стояли на высоких ножках без свечей, поэтому зажечь их Марселла не могла. Узкий коридор постепенно расширялся, книжные шкафы устраивали лабиринт. Большие окна завешаны пыльными шторами, в воздухе витают пылинки.

Марселла стянула зубами перчатку и, размяв пальцы, сконцентрировала силы на ладони. Они нагрелись, и появилось небольшое пламя, освещавшее пространство рядом с лицом Марселлы. Девушка подошла к окну и отодвинула тяжелую штору, открыла настежь окно. Лунный свет озарил комнату, прохладный ветерок освежил девушку. Она вздрогнула, пламя погасло.

Марселла вновь зажгла пламя на своей ладони и, пока комната проветривалась от затхлости и пыли, шпионка решила прогуляться по лабиринту книг. Можно было с легкостью заметить, какими шкафами пользовались чаще обычного благодаря отсутствию паутины и следы пальцев на пыли. Историей во Дворце интересовались больше, нежели математикой или литературой, однако, кое-где все-таки были видны следы поклонников чтения.

Марселле нравилось учиться, пусть книги и не вызвали в ней огромного отклика в сердце, однако, получить новые знания срочно захотелось. Она только представила, сколько всего можно узнать из этих книг, выгодно использовать в своей жизни, что дыхание перехватило. Девушка была готова остаться в библиотеке для вечного изучения бесконечных томов.

Внезапно оконная рама скрипнула. Марселла замерла и прислушалась. Вокруг стояла тишина, и лишь окно продолжало медленно двигаться, словно его только что задели. Нащупав свободной рукой кинжал, девушка подошла к окну, вглядываясь в темноту ночи и каждую тень за окном.

Страх охватил Марселлу. Неужели во Дворце что-то произошло? Почему ее искал Нортон? А сейчас вдруг оказывается кто-то второй в забытой всеми библиотеке. Ей не дают остаться наедине с собой. Пламя на руке колышется, но не потухает. Марселла подходит к самому окну, выглядывает на улицу, в сад Дворца.

Резкий голос раздается над ухом.

– Небезопасно высовываться, вдруг меня наняли тебя убить, – несмотря на саркастический помысел, слова звучат печально. Марселла, взмахнув волосами, поднимает взгляд. За окном, держась одними пальцами за небольшой выступ, находится Джексон.

Девушка отходит, запуская шпиона в библиотеку, и спрашивает, затухая пламя на руке и побыстрее натягивая перчатку, дабы скрыть перстень.

– Что ты здесь делаешь? Как разведка?

– Я устал за ними следить. Все пьют, будто не видели вина. А я увидел, как ты выбегаешь из тронного зала, подумал, вдруг, чего случилось.

– Я убегала от Нортона.

– Как Кассандра?

– Ей плохо. Но она, похоже, смирилась. Джексон...

– О, нет, – покачал головой Джексон и хищно ухмыльнулся. – Все вокруг думают, что она смирилась, на деле я готов отпустить ее ради безопасной жизни во Дворце, а она нет. Она вкусила запретный плод, ощутила частичку свободы.

– Она продолжала быть во Дворце...

– Также как и ты в особняке Маро. Но ты понимаешь, о чем я говорю. О свободе. О внутренней свободе, о мыслях счастливых мгновений.

– Я пыталась, Джексон. Я едва ли не продала душу ведьме, узнав о камнях короны, я буквально своими руками начала войну в Фейрилэнде, и первый вопрос мой был, можно ли теперь отменить свадьбу Кассандры. Несбитт не позволил. Джэрод не захотел менять мнение.

– В этом никто не виноват. Такова судьба. Почему Нортон ищет тебя? Что случилось в тронном зале? Я не видел каких-то проблем. Все вполне дружно пили.

– Да кто ж его знает, – фыркнула Марселла. – Ты ж понимаешь его характер. Вспыльчив, недоволен каждым моим движением.

– Будь осторожна.

– Спасибо, но это нужно советовать...

– Замолчи, – грубо оборвал ее Джексон, вслушиваясь в тишину библиотеки. Где-то вдалеке шумели гости, веселились. Но ближе прозвучали шаги. Совсем рядом с дверью библиотеки глухие удары разносились по пустому коридору.

Марселла испуганно всплеснула руками и толкнула Джексона в сторону окна. Тот ловко схватился за подоконник, перелез через него, руки уцепились за выступ, он обернулся напоследок к Марселле, печально улыбнулся и растворился в ночной тьме. Марселла поспешно закрыла окно, спрятала его за пыльной шторой, разворошив многолетнюю грязь, и громко чихнула.

Девушка замерла. В пустой комнате ее чих раздался эхом. Шаги в коридоре внезапно замолкли, остановились. Сердце Марселлы забилось, как сумасшедшее, руки дрожали. Если ее обнаружат в королевской библиотеке, что ей говорить? Что у нее есть пропуск? А если это Несбитт? Он же убьет ее и глазом не моргнет.

Кажется, Марселла в опасности.

Дверь скрипнула, полоса света пробралась в библиотеку. Марселла нащупала кинжал, приготовилась защищаться, но не нападать. Быть может, все обойдется, и любопытный незнакомец просто уйдет. Девушка затаилась в тени, не двигалась, не дышала, лишь бы не издавать лишних звуков.

Силуэт человека появился в библиотеке. Дверь тихо скрипнула и закрылась за его спиной. Марселла мысленно выругалась, но продолжала беззвучно ждать. Человек потоптался на месте, и вдруг раздался до боли знакомый низкий голос, от которого Марселла вздрогнула, надеясь, что он галлюцинация.

– Я вижу тебя. Прекрати прятаться, Марселла.

Конечно, чего стоило ожидать от принца фейри? Он может найти тебя даже в покрытой тьмой библиотеке. Марселла сделала уверенный шаг вперед и ответила.

– Я не пряталась. Просто хотелось побыть одной.

– Ты ведь видела, что я искал тебя. Поэтому и убежала.

– Как ты понял, что я здесь?

– На самом деле я думал, что ты на балконе. Шумом ты сама выдала себя.

Марселла опять выругалась, пообещав себе, что больше так не оплошает. Несмотря на то, что перед ней стоял Нортон, Марселла нащупывала пальцами кинжал, все же боясь оставаться наедине в темноте с младшим принцем. Особенно, когда тот в гневе. И гнев этот направлен на нее.

– Зачем ты искал меня?

– Что за граф танцевал с тобой?

– Думаешь, я помню его фамилию?

– Ожидалось, что я буду так похабно себя вести, но точно не младшенькая дочка генерала.

– Так ты пока обгоняешь меня, Нортон, – ухмыльнулась Марселла. – Араэль недавно клялась мне, что ваши планы изменились, что вы больше не являетесь парой и любовниками, которым предсказан брак и вечный союз. Хотя, не буду врать, она пользовалась другими словами, возможно, потому что таких и не знает.

– Не оскорбляй моих друзей.

– Не в этом суть. Ваш сегодняшний страстный танец не был похож на дружеский.

– Только для вида. Надо показать, что Араэль зависит сейчас от Фейрилэнда, что она поступит так, как ей прикажут здесь. На деле, я правда не собираюсь на ней жениться.

– Тогда мой танец тоже был видовым. Для светского общества, – Марселла передернула плечом.

– Ты не должна была с ним танцевать, – фыркнул он.

– Я чувствую нотки ревности в твоем голосе, – издевательски фыркнула девушка. – Раз так не хотел, чтобы я с кем-то танцевала, пригласил бы сам. Знал ведь, что я заполучу мужское внимание на сегодняшнем празднике. Ах да, прости, я забыла, ты же лапал в центре тронного зала русалку для вида светского общества!

– Мне плевать, с кем ты танцевала, но ты работаешь на Дворец, и ты должна вести себя достойно в его стенах.

– Праведник, иди учи морали своего дружка Лоцеа и его папашу, который женился на юной девушке ради красоты и тела. Если ты в гневе разыскивал меня по всему тронному залу только ради того, чтобы отчитать меня за танец с графом, то тогда нам не о чем разговаривать. Я не маленькая девочка, чтобы ты посмел запрещать мне. Я не твоя собственность.

– Я принц.

– Все проблемы в своей жизни этой фразой ты не решишь. Будь проще, Нортон. И я не собираюсь подчиняться тебе, ты слишком хорошо меня знаешь.

– Своевольная нахальная девчонка, – фыркнул он, хватая Марселлу за локоть. Она не вырвалась, лишь бросила ему в лицо.

– Напыщенный индюк.

Нортон оскалился, но отпустил руку Марселлы. Она ухмыльнулась и уже направилась в сторону выхода, как внезапно раздались шаги в коридоре. Принц и шпионка замерли, недоуменно переглянувшись. В этой части не ходили даже стражники. Неужели кто-то отправился покурить на балкон? Но это неразумно, он намного дальше сада. Может быть, любовная парочка ищет себе местечко для романтики?

– Сюда кто-то идет, – недовольно проворчал Нортон.

– Да ты капитан очевидность! – фыркнула Марселла раздраженно, но ее сердце испуганно пропустило удар.

Шаги приближались. Марселла понимала, что убежать отсюда она не успеет, а попасться в темной библиотеке вдвоем с Нортоном не хотелось. Девушка достала кинжал, приготовилась защищаться. Но внезапно, когда шаги раздались у самой двери, Нортон схватил Марселлу в охапку и толкнул в первый пролет между пыльными стеллажами книг.

Марселла начала вырываться, но Нортон ловко заткнул ей ладонью рот, чтобы, как минимум, она не издала лишних звуков. Марселла приставила кинжал к Нортону куда-то в области живота, но, похоже, принц совершенно не испугался лезвия. Наверное, такие угрозы от Марселлы уже не работали, он к ним привык. Марселла должна была как-то немедленно избавиться от его хватки, но идеи в голове лишь судорожно мелькали под воздействием ситуации и стресса.

Марселла пихнула Нортона локтем, не желая пока использовать холодное оружие, но принц этого будто не почувствовал. Марселла извивалась, словно змея, и Нортон наклонился к уху девушки и зашипел.

– Будешь дергаться, я тебя накажу.

Слова Нортона только сильнее вывели Марселлу из себя, но она перестала двигаться, понимая, что так их рассекретят быстрее, а нужно оставаться в тени до последнего. Нортон тихо хмыкнул над головой шпионки, и будь они в другом месте, девушка бы уже хорошенько врезала ему по его смазливому лицу.

Двери библиотеки резко распахнулись, озаряя коридор комнаты светом, и Марселла задержала дыхание, волнуясь, что их увидят. Мелькнули тени, Марселла прищурилась, и узнала Лоцеа с его другом из Академии, каким-то графом, который, кажется, был его значительно младше. Они тихо переговаривались между собой, но даже с середины диалога все становилось понятно.

– Осталось буквально одно мгновение. Они ждали этого три года с момента прошлого дня Зарождения Фейрилэнда, – томно произнес Лоцеа. – Слишком долго, ты же понимаешь.

– Будет жестоко? Скажи, на чью сторону вставать, – попросил его спутник.

Марселла замерла и прислушалась, ожидая развязки всего, для чего она работала без устали несколько месяцев, новости, кто же является бунтовщиком, врагом королевской семьи и всего Фейрилэнда. Одна сплетня – но ее будет достаточно, чтобы узнать того, кого они шпионами так тяжело искали. Марселла представила, как сдает бунтовщика королю, ее повышают до ближайшего советника, и отец с принцами кусают локти, что юная Марселла всех обошла.

Лоцеа оглядывается по сторонам. Видно, что он собирается поведать правду собеседнику. По лицу Марселлы, все еще закрытому ладонью принца, растекается ухмылка. Она сдаст с потрохами предателя, и выйдет победительницей, спасет свое королевство.

Внезапно Нортон за ее спиной напрягается. Марселла чувствует напряженное дыхание в свою макушку, жесткую ладонь, которая сильнее зажимает рот, твердый стан, готовый к нападению. У девушки закрадываются нехорошие мысли. С чего Нортон так реагирует? Не боится ли он, что Лоцеа скажет его имя? Но неужели Нортон предатель?

По спине шпионки бежит холодок. Джэрод всегда говорил ей, что работа на Дворец опасна, особенна та, которую исполняют шпионы, но полностью это осознала Марселла только сейчас. Если Нортон предатель, он избавится от нее, как от свидетеля, не моргнув и глазом. Никакой кинжал не спасет ее от реальной угрозы Нортона ­– черной материи.

В последний момент Лоцеа, будто что-то почувствовал, наклонился к уху собеседника и прошептал ему что-то еле слышно, отчего Марселла, конечно, ничего не уловила. Нортон вдруг расслабился как по щелчку пальцев, даже отодвинулся от Марселлы, приспустил руку так, что девушка теперь тяжело дышала ему на пальцы. Неужели Нортон замешан в восстании? Неужели Марселла все это время шла рука об руку с бунтовщиком?

Глаза спутника Лоцеа округляются. Он удивленно смотрит на сына советника и кусает губы.

– Это...неожиданно... – тихо шепчет он. Марселла напрягается, чтобы слышать их диалог. – Кто-то еще знает? Скорее, я понимаю, что кто-то знает, это же целое собрание, но... Знает ли кто-то во Дворце, не принадлежавший союзу?

– Да. Есть те, с кем ты не пропадешь. Нортон.

Он сказал это четко, без колебаний. Марселле не могло это послышаться, не могло показаться. Она знала, Лоцеа назвал имя младшего принца, и ужас окутал ее тело, но разум так не хотел верить в это, не хотел думать, что фейри, которому она начинала доверять, покрывал предателя.

Нортон вновь напрягся, и с его губ сорвался тяжелый вздох осознания: время уже не вернуть, сказанное не забыть. Спутник Лоцеа вновь округлил глаза, удивленно моргнул и кивнул, словно младший принц логичнее всего мог знать о бунтовщике.

Лоцеа и его спутник открыли окно, Марселла вздрогнула, надеясь, что Джексон успел уйти с этой стороны Дворца. Сын советника и его друг закурили, впуская в библиотеку одновременно морозный воздух и запах сигарет.

Марселла задрожала. Но она старалась сдерживаться, стоять ровно и не думать о том, что за ее спиной принц, который все это время был на стороне врага. Неизвестные поэтому и обгоняли их, ведь Нортон спокойно рассказывал обо всем, о чем знал. А Марселла верила ему. Верила, как последняя идиотка.

Когда Лоцеа и его друг ушли, заперев двери библиотеки, Марселла отскочила от Нортона, который уже не держал ее, повернулась к нему и подставила к горлу кинжал. Ее руки дрожали. Нортон не шевелился, он даже не противился, не язвил и не отнекивался. Он понимал, что солгать по-настоящему не сможет, а приукрасить данную историю не получится.

– Почему, Нортон?.. – голос Марселлы дрогнул, хоть она и пыталась сдержаться. Он молчал. Слезы набежали на глаза девушки. – Почему?! – уже порывистей спросила она, убирая кинжал. – Скажи, зачем ты врал, неужели ты даже не испытывал каплю тех дружеских чувств, которыми я привязалась к тебе? – печально спросила Марселла. Она наклонилась к нему ближе и схватила за грудки, смяв выглаженный камзол. Ее охватывало отчаяние, а сердце заполнялось невыносимой болью предательства. – Почему ты врал мне? Почему ты предаешь Фейрилэнд? Своего брата? Всю семью...

– Тебе неинтересно кто бунтовщик?

– Да разве в нем дело?! – воскликнула она, отпуская Нортона и толкая его.

– Я клянусь, что не разглашал ту информацию, которую мы узнавали с тобой.

– Ты лжец! Ты предатель! Как после этого кому-то можно доверять в Фейрилэнде?

– Я говорил, что я монстр, но ты не хотела мне верить.

– Зачем ты спасал меня? Все это время в больших передрягах ты вытаскивал меня, поднимал со дна, не позволял распоряжаться моей свободой, ты использовал темную материю, защищая в том числе и меня. Неужели я обольщалась? Неужели ошибалась? Мы лучшие друзья с твоей сестрой, но для тебя я была никем?

– Ты ведь давно говорила, что между нами не может быть дружбы, – передернул плечами Нортон. Марселла отступила на шаг назад. Библиотека вокруг нее закружилась. Она не могла поверить, что все время жила во лжи младшего принца, что он пользовался ей, что все душевные разговоры были посвящены ей от скуки, а не от желания дружить.

– Я ненавижу тебя, Нортон Драммонд, – гневно бросила Марселла и выбежала из библиотеки.