Танцы на стекле

– Ты выходишь замуж, – объявляет Марселла, сидя на новом кресле, что ей подарил Д'арэн, в своих покоях и разматывая бинты с ног, чтобы еще раз продезинфицировать раны. Элеонора, сидящая рядом на табуретке и держащая на руках вязание, вздрогнула. Барбара, ползающая по полу, обернулась на сестру и няньку, словно что-то поняла, и поползла дальше.

– Ваша воля, госпожа, – тихо пробормотала она и вернулась к собственному делу.

– Ты даже не будешь противиться? – удивленно спросила Марселла, разглядывая свои раненные ноги. – А если я хочу выдать тебя замуж за мерзкого старика?

– Это будет ваша воля, значит, вы посчитаете такую жизнь лучшей для меня.

– Я не настолько жестока. Я подыскала тебе отличный вариант. Вместе с Барбарой вскоре ты будешь перевезена к нему. О ее происхождении девочке не рассказывай, силам не потакай, скажи, пусть учится контролировать себя.

– Кого же вы подыскали для меня, госпожа?

– Твоим супругом станет граф Монте Ван Мэнор. Если он, конечно, предоставит мне обещанную информацию.

Элеонора замерла и подняла взгляд на Марселлу. Прядка ее шелковистых русых волос выбилась из высокой прически, на глаза выступили слезы. Она вдруг побледнела и наклонилась к Марселле.

– Вы ведь шутите надо мной, госпожа. Он никогда не согласится жениться на такой, как я.

– Он уже согласен, милая, – Марселла нежно коснулась ее головы. – Но тебе придется помогать ему с хозяйством и ведением дел. Он хороший мужчина и никогда не позволит себе лишнего.

– Я не могу поверить своему счастью! – воскликнула она и подорвалась с табуретки. Юная нянька закружилась по комнате, подхватила малолетнюю дочь, засмеялась. – Барбара, нас ждет счастливая жизнь! И все благодаря нашей уважаемой госпоже! Царство Света не забудет ваших добрых дел и моих молитв, госпожа!

– Ну-ну, ничего хорошего я не сделала, лишь поступила так, как считаю нужным. К тому же, я устраиваю жизнь близких мне людей.

Марселла поднялась. Подошла к окну. Она все еще хромала. Мелькнула чья-то тень, всполошились кусты прямиком за забором особняка. Марселла задержала взор на листве, напрягшись всем телом. На ярком встающем солнце блеснуло лезвие оружия. Девушка резко вскинула руку вперед, направив всю свою еще не восстановившуюся энергию в пальцы. Она представила, как воздух подчиняется ей. Мгновение, и кусты раздвинулись, листья послушно зашевелились. Марселла самодовольно ухмыльнулась. Неужели она потихоньку учится контролировать свои силы?

Правда, ветер слушался ее недолго. Листва тут же вернулась в прежнее положение, однако, мелькнувшую фигуру она уловила. Марселла нахмурилась и повернулась к няньке.

– Немедленно позови Д'арэна. Уведи Барбару и не подходи к окнам.

Элеонора не задавала лишних вопросов, зная, с кем она живет. Марселла достала свой любимый кинжал, открыл настежь окно и приготовилась дать отпор незваному гостю.

Спустя мгновение над ухом пролетела стрела, раздался свист, и наточенный металл ударился о выставленный вперед кинжал. Стрела ударилась о лезвие и со стуком упала на пол. Фигура между листвой скрылась.

Марселла хмыкнула и подняла упавшую на пол стрелу. Прямо на деревянном древке была выцарапана надпись: «Будь начеку всегда, тень короля». Марселла еще раз хмыкнула бездарности Несбитта. Неужели он пытается поймать ее на такой глупости? Неужели он верит в точность своих стрелков? Неужели думает, что Марселла потакает королю?

Наверное, поэтому средний принц еще верит, что Марселла помеха, от которой нужно избавиться. Не зря Нортон обо всем знает. Похоже, о взаимоотношениях братьев известно даже во Дворце. Следовало бы допросить Несбитта. Возможно, он знает о тех, кто планирует в Фейрилэнде восстание. Вот только разве он проговориться? И если он так рьяно хочет нападать на море, значит ли это, что они и правда враги фейри?

Дверь тихонько отворилась, вошел хмурый Д'арэн. Марселла отметила, что последние дни он все больше и больше печалится по поводу происшествий в Фейрилэнде. Когда он узнал, что было во время ужина, то впал в ярость, испугавшись не только за Марселлу, но и за королевскую семью, на которую служил.

Конечно, Марселла не разглашала информацию, кто по-настоящему напал и подослал гвардейцев, которых, на удивление, послушались остальные стражники и отправились в башню якобы на учение. Марселла как-никак планировала разобраться с личным врагом сама. Перед всеми шпионами стояла более громоздкая цель: выяснить врага всего Фейрилэнда и истребить его.

– Элеонора сказала, что ты попросила немедленно зайти. Что-то случилось?

– Отправь от меня срочную записку гонцом к Ван Мэнору.

– Что написать?

– Передай, что на меня совершили очередное покушение, сроки сужаются насчет нашей сделки, пусть приезжает уже сегодня. Это дело набирает обороты. Чтобы меня не убили, мне требуется быть у всех на виду. Чтобы быть у всех на виду, требуется информация, которую я запросила у графа.

– Когда на тебя успели совершить покушение?

– Стрела, – Марселла указала на оружие у себя в руках. – Выстрелили через открытое окно, я отбила кинжалом.

Д'арэн тяжело вздохнул.

– Не передумала насчет побега?

– Ты готов оставить Фейрилэнд сейчас?

– Нет. Но не хочется умирать.

– Смерть за родное королевство не страшна.

– Чересчур патриотично.

– Я не смогу убежать отсюда, бросив всех.

– Я понял: отправить гонца с посланием к графу.

– Да. И передай Элеоноре собирать вещи. Думаю, граф не сорвет нашу сделку.

– Куда отправляется Элеонора?

– Как? Я выдаю ее замуж, – спокойно выносит она приговор, который для нее самой стал бы смертным. Однако Элеонора счастлива.

Граф Монте Ван Мэнор приезжает только к закату. Марселла успевает вздремнуть, принять долгую ванну, получить, прочитать и даже ответить на письма от Кассандры и Джексона. Наконец, прибегает служанка с вестью, что приехал граф Ван Мэнор.

Марселла в своей рабочей одежде, которая представляет из себя темные штаны с кожаными наколенниками и ножнами, объемную белую шелковую рубашку, тугой зеленый корсет, в который тоже можно спрятать необходимое оружие, и высокие черные сапоги, спускается на первый этаж, попутно прибирая длинные волосы.

В доме царит хаос: со службы вернулись Алдис и Маро, они продолжают раздавать приказы, которые Марселла обычно игнорирует. Линнет пришла от своей подруги и сплетничает с кухаркой на кухне. Ониши бегает по всему дому, но, увидев графа, замирает, приветствует его и убегает на второй этаж.

Граф кланяется Марселле, та улыбается, и делает легкий книксен, который никак не вяжется с ее образом. Ван Мэнор тоже улыбается, и Марселла предлагает пройти в пустующую сейчас гостиную.

Спустя мгновение к ним присоединяется Д'арэн, все знакомятся и, словно старые друзья, располагаются на шикарных софах. Марселла, закинув ногу на ногу, вальяжно следит за гостем.

– Как ваши ноги, мисс Камиэль? – искренне интересуется граф. – Вы сильно пострадали.

– Все в порядке, благодарю. Королевские противоядия самые действенные.

– Я рад. Однако во мне еще осталось потрясение после случившегося.

– Такое тут часто. Стоит привыкать. Итак, перейдем к делу. Ваша часть сделки выполнена, господин Ван Мэнор? Или столь короткий срок сбил вас с толку?

– Ваш гонец, безусловно, ввел меня в ступор. Вы ограничили меня, мисс Камиэль! Но я нашел все, что смог, – в этот момент граф передал Марселле новенькие документы. – Здесь вся та информация, которая мне стала известна. Поверьте, я заплатил за эти свежие бумажки немаленькую сумму.

– Я безумно вам благодарна, – ослепительно улыбнулась Марселла, но передала бумаги в руки брата, который принялся их изучать. – Перескажите мне эту любопытную историю вкратце?

– Кузнец, о котором вы спрашивали, был бессмертен, но после смерти первой правительницы Фейрилэнда ушел в людской мир. Было известно, что он перешел грань миров в лесу и, в связи со старыми временами, далеко от родины уходить не стал, обосновался в том же лесу, чуть поодаль от границы, чтобы случайно не наткнуться на нее. Спустя пару веков кузнеца отыскали. Я сумел узнать местоположение его дома в те времена. Не знаю, переселялся ли он, но путь к тому дому указан в бумагах.

– Ох, Ван Мэнор, вы становитесь для меня привлекательнее и привлекательнее! Надеюсь, мы станем часто сотрудничать с вами.

– Что насчет вашей части договора?

– Ох, все подготовлено, конечно! – опять ослепительно улыбнулась Марселла. Вошла служанка. Подала чай. Девушка попросила ее привести немедленно Элеонору и Барбару. Те пришли практически моментально. Юная нянька пылала, ребенок с опаской поглядывал на новое лицо. – Вот, Ван Мэнор. Элеонора, ваша невеста.

Граф поднялся, поцеловал руку девушки.

– Что ж, она красавица.

– Я брак благословляю. Мороки со свадьбой уже ваше дело, я отправляю девицу к вам в дом. Элеонора, ты счастлива? – спросила Марселла, все же волнуясь, что нянька может стать такой же жертвой, какой могла быть она сама.

– Безумно, – и ее глаза правда сверкали. Марселла кивнула, но в ее голове пронеслась мысль: не всех девушек она сможет понять.

– Что ж, мисс Камиэль, вы будете почетным гостем не только на нашей свадьбе, но и в моем фамильном особняке.

– Каждую свободную минуту буду проводить именно у вас.