Глава 11
Я стояла на пороге комнаты и смотрела, как преображается помещение, которой отвели роль детской. Рабочие уже закончили ремонт и в комнату уже вносили мебель, от которой пахло свежей древесиной. Анри попросил меня проследить, чтоб всё поставили, как следует. Теперь это была самая теплая и невероятно уютная комната в доме. Я лично выбирала мебель, шторы, средства для ухода за малышкой, пеленки-распашонки. Меня это невероятно увлекло и затянуло.
Ещё я усердно искала няню для малышки. Меня интересовала женщина с опытом, у которой хватит достаточной выдержки и любви для такого ребенка, как Милана. За нею ведь нужен будет специфический уход в силу ее физического развития. Нужны будут массажи. Я провела несколько собеседований и, в конце концов, остановилась на одной кандидатуре. Мадам Жюсто имела неплохие рекомендации от прежних нанимателей.
Чейз заметно нервничал, но мое объяснение вроде бы принял, хоть и весьма неохотно. Оставалось лишь помочь Анри с няней, присмотреть за ремонтом в детской и, можно было с чистой совестью покинуть этот дом.
Но всё пошло не так, как я планировала.
В тот день Анри привез малышку домой. Я, с помощью мадам Жюсто и новой горничной, которую я наняла вместо неблагодарной Эммы, украсила гостиную шарами и гирляндами. Там же расположили стол с закусками для немногочисленных гостей, которым тоже хотелось увидеть девочку. А точнее, приехали лишь Люк и Фелис, а Ада сослалась на занятость.
Анри внес пищащий комочек в люльке, и мы негромко поприветствовали этих двух, чтоб не испугать ребенка. Люк откупорил шампанское.
Арно, как гордый отец, осторожно поставил люльку на диван, чтобы присутствующие могли познакомиться с новым членом семьи. Люк и Фелис тут же склонились над спящей девочкой, а я продолжила цедить шампанское. Всё-таки они семья, а я... скоро уйду и забуду обо всем. Анри мягко улыбался, глядя на сладко посапывающего малыша, а у меня сердце дрогнуло непроизвольно от такой умильной картины. Ну, я и отвернулась, и принялась разглядывать красиво сервированный стол, будто он был намного интересней.
Мадам Жюсто, с разрешения Анри, забрала переноску и поднялась с ребенком наверх, в детскую.
- Ну, вот ты и отец, племянник, - Люк по-отечески похлопал парня по плечу. - Теперь ты поймешь, почему родители бывают строгими со своими детьми, ради их же блага.
Анри грустно улыбнулся. Должно быть, он вспомнил сейчас о своем отце, Камиле.
- Все же у Анри родилась девочка, - запротестовала Фелис. - А к девочкам нужен подход иной.
- Не стоит делать исключений, - категорично заявил дядя. – Только посмотри на свою сестру! Слишком вольготно живет. Эта вертихвостка забросила учебу и укатила на острова с друзьями. И ведь никто ей не указ. Промотает отцовское наследство, и моргнуть не успеет.
Наверное, этот вечер был самым спокойным и умиротворенным, который я провела в компании не только Анри, но и Фелис, и дяди Люка. Не было скованности, неловкости, многозначительного молчания. Скорей всего, это из-за того, что в этом доме появилась особа, которая оказалась достойна внимания всех членов семьи. И она не вызывала отторжения и негативных эмоций, как я.
Милана была ещё невинным младенцем, разумеется, все питали к ней только симпатию и расположение. Но, скорей всего, малышка повзрослеет и поймет, в какую семейку попала. Честно говоря, мне уже жаль это милое создание.
Спустя пару часов семейная чета Арно откланялась. Я решила, что самое время это сделать и мне. Наверняка новоиспеченному родителю не терпится пообщаться с дочерью.
- Анри, мне тоже нужно ехать.
Я собралась было вызвать такси, как голос мужчины заставил меня передумать.
- Не хочешь познакомиться с моей дочерью?
Он складывал тарелки в посудомоечную машинку и даже головы не повернул в мою сторону. Но я почему-то была уверена, что Анри сейчас улыбается.
- Не знаю... а можно?
Любопытство мне присуще, как любой женщине. Конечно, мне хотелось бы посмотреть, насколько гены Арно взяли верх?
- Конечно. Пусть посмотрит в глаза той, кто ей такую отвратительно-розовую комнату сделал.
- Она не розовая, - обиженно возразила. - Этот оттенок называется «пудровая роза», очень нежный и приятный.
Анри пожал плечами, мол, как скажешь. И да, он действительно улыбался. Мы поднялись с ним на второй этаж и вошли в комнату осторожно, стараясь практически не шевелиться и не дышать.
У кроватки стояла мадам Жюсто и качала в колыбельной ребенка. Вообще, эта часть кроватки качается автоматически, я сама выбирала эту модель. Но няня делала это так бережно и трепетно, что я и не подумала сделать ей замечание.
- Не спит? – прошептал Анри.
- Нет.
Мы подошли к кроватке, мадам Жюсто деликатно отошла чуть в сторону. Я склонилась над кроваткой и замерла. Девочка была совсем крохотной. Ее маленькое тельце буквально утонуло в вещах, которые я купила. Сердце сжалось в болезненном спазме. Как можно было бросить такого ангелочка?
- Привет, еще одна женщина Арно, - мой дрожащий голос выдавал моё волнение с потрохами.
- Ей пора есть, - улыбался Анри, глядя на дочь. – Видишь, ищет губами соску? Я сейчас принесу смесь.
Я была рада, что Арно оставил меня с ребёнком наедине, и мадам Жюсто последовала за ним. По щекам покатились горячие слёзы. Вдруг разом на меня нахлынули воспоминания о том дне, когда её мать покатилась с лестницы. Не дай бог, не успей вовремя бригада врачей, этой малышки могло и не быть в живых. И так больно, так обидно от осознания, что родись Милана попозже, она могла бы быть крепче и здоровей. И косвенно я виновата перед ней. Если бы я не вступила в разговор с Адель, если бы я не жила в этом доме, если бы не дала согласие на этот брак. У малышки могла быть другая судьба.
- Хочешь ее покормить? – Анри осторожно вынул ребёнка из люльки.
- Я? – спросила, наспех вытирая влагу со щёк рукавом свитера.
- Конечно, почему нет? В больнице мне позволяли это делать. Хочешь, научу?
Внимание мужчины было всецело приковано к ценному свертку в его руках, так что он не заметил моих движений.
- Я ведь подрабатывала няней раньше, помнишь? Просто таких крохотных не видела никогда.
- Она сильнее, чем ты думаешь, - не без гордости в голосе ответил он.
Я уселась в кресло-качалку, приняла из рук Арно малышку, прижала к своей груди бережно, боясь навредить ей, взяла из рук няни бутылочку. Милана закряхтела, а когда я коснулась соской её губ, и она тут же с готовностью приоткрыла рот. Ей-то эти манипуляции были отлично знакомы. Я смотрела, словно завороженная, как подрагивают ее веки и как ходуном ходят щеки. Несмотря на маленькое тельце и хилый внешний вид, аппетит у неё был богатырский. Она ела с жадностью, даже покряхтывала от удовольствия. Я не могла не улыбнуться. Такой маленький и такой живой комочек.
Анри примостился у моих ног, усевшись прямо на пол. Он тепло улыбался, гладя на свою дочь. Я подумала о том, что хотела бы, чтоб отец моего ребенка вот так же сидел у моих ног и улыбался нашему малышу. Однажды. Ведь я тоже захочу стать мамой. А мы с Чейзом ни разу не говорили о детях. Вдруг, он совсем не планирует детей?
- Она просто чудо, - тихо прошептала я.
- Теперь в моей жизни есть смысл. Надеюсь, что хотя бы эту женщину я не разочарую.
- Всё в твоих руках, Анри.