Часть 10
Прошло несколько месяцев. Месяцев учёбы, тренировок, косых взглядов и ежедневного преодоления. И вот наконец-то наступил конец учебного года — долгожданный момент, когда можно было вздохнуть свободно.
Гарри и Дженнифер сидели в гостиной Слизерина, глядя на мерцающую за окнами воду Чёрного озера. Настроение было приподнятым, почти праздничным.
— Наконец-то, — выдохнула Дженнифер, откинувшись на спинку дивана. — Домой. Целое лето без Снейпа, без Малфоя, без этих вечных косых взглядов.
— И без Уизли, — усмехнулся Гарри. — Хотя, кажется, он будет преследовать нас даже в кошмарах.
Они рассмеялись, но смех быстро утих. Воспоминания о том, как их травили, как обзывали «ботаниками» только потому, что они хорошо учились, до сих пор были болезненны. Никто не знал их тайны. Никто не знал, что за их спинами стоят легендарные рейнджеры, что они сами прошли через такое, что многим и не снилось. Для всех они были просто «полукровками», выскочками, посмевшими занять место на лучшем факультете.
— Знаешь, — задумчиво сказал Гарри, — если бы они узнали, кто наши родители на самом деле… Им бы пришлось несладко.
— Им и так несладко, — фыркнула Дженнифер. — Они сами выбрали быть злыми и глупыми. А мы… мы просто будем жить дальше.
Они ещё немного поговорили о планах на лето: куда поехать, чем заняться, какие книги почитать. Впереди было столько свободного времени и столько возможностей! Но всё-таки нужно было идти в Большой зал — на заключительную церемонию.
***
Большой зал сиял огнями. Тысячи свечей парили под волшебным потолком, отражающим ясное ночное небо. Ученики сидели за своими столами, взволнованно перешёптываясь. В центре преподавательского стола возвышался Дамблдор, его голубые глаза за очками-полумесяцами лучились привычным добродушием.
— Итак, дорогие ученики, — начал он, и его голос разнёсся по залу, заглушая шёпот, — я хочу поздравить вас всех с окончанием учебного года и с тем, что вы преодолели ещё одну ступень образования. Этот год был полон событий, открытий и, конечно же, серьёзного соперничества за Кубок школы.
Он сделал паузу, обводя взглядом зал. В тишине было слышно, как потрескивают свечи.
— Четвёртое место, с 345 очками, занимает… Гриффиндор!
Гриффиндорский стол взорвался аплодисментами. Рыжие головы Уизли особенно выделялись в этой радостной суматохе. Они хлопали и кричали, явно довольные, что набрали столько очков, хотя и понимали, что оказались последними.
— Третье место, с 355 очками, — у Пуффендуя! — аплодисменты были вежливыми, но сдержанными. — Второе место, с 367 очками, — у Когтеврана! — за столом синих и бронзовых раздались радостные крики.
— И, наконец. — Дамблдор широко улыбнулся, — первое место, с 380 очками, занимает Слизерин!
Слизеринский стол взорвался ликованием. Старшекурсники вскакивали с мест, хлопали друг друга по плечам, кричали. Зелёные и серебряные флаги взметнулись в воздух. Гарри и Дженнифер натянули улыбки и тоже захлопали. Они делали это вежливо, но внутри у них всё кипело.
Только они знали правду. Почти все эти баллы были заработаны именно ими. Гарри и Дженнифер приносили факультету десятки очков на каждом уроке — за идеально сваренные зелья, за блестящие ответы, за сложные заклинания. А слизеринцы, которые их травили и обзывали, теперь пожинали плоды их трудов. Это было несправедливо, но таковы были правила.
После церемонии начался праздничный пир. Столы ломились от угощений. Гарри и Дженнифер наелись до отвала, стараясь не обращать внимания на фальшивые улыбки однокурсников, которые вдруг стали с ними любезны, когда поняли, что те принесли победу факультету.
— Ну их, — шепнула Дженнифер, когда какая-то девчонка попыталась заговорить с ними. — Пошли собираться.
Они быстро выскользнули из-за стола и направились в спальни. Сборы много времени не заняли — вещи были почти готовы. Уже через час они, с сумками в руках, шли к Хогвартс-экспрессу.
В поезде они быстро нашли пустое купе и устроились. За окном проплывали знакомые пейзажи, и с каждым километром напряжение, копившееся весь год, отпускало.
— Так о чём мы говорили? — Дженнифер устроилась поудобнее. — Ах да, о лете. Ты правда хочешь куда-то съездить?
— Не знаю, — честно признался Гарри. — Я слышал, как папа говорил с мамой о каком-то большом мероприятии. Они вроде бы хотели взять нас с собой. Ты что-нибудь об этом знаешь?
— Я тоже слышала, — кивнула Дженнифер. — Но не знаю, что это. Думаешь, это правда? Или они просто так говорили?
— Думаю, да, правда, — уверенно сказал Гарри. — Дядя Томми не стал бы врать. Если они хотят взять нас куда-то — я только за. Всё лучше, чем сидеть дома и ждать, когда нас снова потащат в школу.
Они могли бы разговаривать ещё долго, но идиллия была нарушена самым наглым образом. Дверь купе с грохотом распахнулась, и на пороге возникла знакомая рыжая фигура.
Рон Уизли ввалился внутрь, плюхнулся на сиденье напротив и начал вещать:
— Гарри! Дженнифер! Слушайте, я тут подумал… ну, мало ли что там было в школе, все эти разногласия… Это же ничего не значит, правда? Мы могли бы стать друзьями! Я хороший, честное слово! Давайте помиримся и будем общаться на каникулах! Может, приедете к нам в гости? У нас весело, мама вкусно готовит…
Гарри и Дженнифер переглянулись. В их взглядах читалось одно и то же: «Опять двадцать пять».
— Извини, — вежливо, но твёрдо сказал Гарри. — Мы не хотим.
— Но почему? — Рон надулся. — Я же стараюсь!
— Потому что ты нам никто, — отрезала Дженнифер. — И не надо делать вид, что мы друзья. Уходи.
Уизли побагровел, вскочил и, громко хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла, вылетел из купе.
— Ну и ладно! — донеслось из коридора. — Больно надо!
Не успели они перевести дух, как дверь снова открылась. На этот раз без стука. На пороге стоял Драко Малфой, с привычной самодовольной ухмылкой на лице. За его спиной маячили Крэбб и Гойл.
— Дженнифер, — промурлыкал он, входя в купе и игнорируя Гарри. — Я подумал… каникулы длинные, скучные. Может, проведём их вместе? Я могу пригласить тебя в наш особняк. У нас бассейн, эльфы, лучшие сладости… Что скажешь?
Он протянул руку, пытаясь коснуться её плеча.
Гарри не стал ждать. Он резко вскинул руку, и перед Дженнифер мгновенно возник прозрачный, но прочный защитный барьер. Рука Малфоя наткнулась на невидимую стену, и он отдёрнул её, словно обжёгшись.
— Ах ты… — начал он, но договорить не успел.
Гарри вскочил, и в следующую секунду его кулак встретился с челюстью Драко. Удар был точным и сильным — сказались тренировки с Томми и Дэвидом. Малфой охнул, глаза его закатились, и он мешком осел на пол.
Крэбб и Гойл, не ожидавшие такого развития событий, испуганно попятились.
— Забирайте своего предводителя, — холодно сказал Гарри, — и валите отсюда. Пока я не рассердился по-настоящему.
Амбалы подхватили бессознательного Малфоя под мышки и поспешно выволокли его в коридор. Дверь за ними захлопнулась.
Дженнифер рассмеялась.
— Ри, ты не перестаёшь меня удивлять! Откуда у тебя этот барьер?
— Дядя Билли научил, — улыбнулся Гарри. — На всякий случай. Говорил, пригодится. И, как видишь, не ошибся.
Остаток пути прошёл спокойно. Через два часа поезд наконец прибыл на платформу девять и три четверти. Гарри быстро прошептал заклинание уменьшения, и их чемоданы стали легче пушинок — никаких тележек не понадобилось.
Они вышли из вагона и сразу заметили недовольного Рона Уизли, который в сопровождении своих братьев-близнецов и хмурой матери тащился к барьеру. Рон бросил на них злобный взгляд, полный обиды и зависти, но Гарри и Дженнифер даже не посмотрели в его сторону.
Они прошли сквозь волшебный барьер и… выдохнули.
Перед ними стояли они.
Томми, Кимберли и Дэвид. Родные лица, улыбки, распахнутые для объятий руки.
— Привет, ребята! — Кимберли первой подбежала и обняла обоих сразу.
— Мама! — Дженнифер прижалась к ней.
— Тётя Ким! — Гарри тоже обнял её.
Томми и Дэвид подошли следом, хлопая детей по плечам и взъерошивая волосы.
— Молодцы, — сказал Томми. — Дождались. Наконец-то вы дома.
— Наконец-то каникулы, — улыбнулась Дженнифер. — Мы так соскучились!
— И мы по вам. — Дэвид подхватил один из чемоданов, удивлённо хмыкнув: — Ого, да он почти ничего не весит!
— Заклинание уменьшения, — пояснил Гарри. — Дядя Билли научил.
— Умница. — Томми подмигнул. — Ладно, поехали. У нас для вас сюрприз.
— Мы будем только рады! — хором ответили дети.
Томми загадочно улыбнулся и повёл их к машине — огромному чёрному внедорожнику, блестящему на солнце. Он открыл заднюю дверь, и Гарри с Дженнифер забрались внутрь, на мягкие кожаные сиденья. Кимберли села с ними, а Томми занял водительское место. Дэвид устроился рядом.
Машина плавно тронулась и исчезла в потоке лондонского транспорта.
***
Семейство Уизли, вышедшее из барьера следом, провожало их взглядами. Рон с ненавистью смотрел вслед удаляющемуся внедорожнику.
— Видела, мам? Они даже не поздоровались! — заныл он. — А этот Поттер вообще меня выгнал!
— Я всё видела, Рон, — поджала губы Молли. — Эти люди… они слишком высокого о себе мнения. Ничего, жизнь их расставит по местам.
Артур Уизли, в отличие от жены, смотрел на машину с нескрываемым восхищением.
— Какая красота! — прошептал он, провожая взглядом чёрный внедорожник. — Большая, чёрная, мощная… Я бы многое отдал, чтобы изучить её устройство!
— Артур! — Молли дёрнула его за рукав. — Хватит пялиться на маггловские железяки! Идём!
Артур вздохнул и, бросив последний тоскливый взгляд на скрывшуюся за поворотом машину, поплёлся за женой.
***
В Хогвартсе, в кабинете директора, царил полумрак. Альбус Дамблдор стоял у окна, глядя на тёмные воды озера. За его спиной, у стола, застыл Северус Снейп.
— Ты хочешь, чтобы я тратил своё личное время на слежку за этими… — Снейп скривился, подбирая слово, — за этими выскочками? Всё лето? Директор, у меня есть свои дела, свои исследования…
— Ну-ну, Северус, — голос Дамблдора звучал мягко, почти ласково. — Успокойся. Это всего лишь дети. Они ничего не понимают, ничего не знают. Но ты должен за ними наблюдать. Я понял, что этот Томас Оливер — не обычный маг. Он скрывает в себе нечто большее. За ним тянется шлейф силы, которую я не могу идентифицировать. Эти его друзья, эти рейнджеры… Они опасны.
Дамблдор медленно повернулся, и его голубые глаза за очками-полумесяцами встретились с чёрными глазами Снейпа.
— Ты ведь знаешь, где их дом, Северус. Рифсайд. Поселишься где-нибудь поблизости. Будешь следить хотя бы по несколько часов в день. Записывай всё, что увидишь, всё, что услышишь. И докладывай мне.
Снейп открыл рот, чтобы возразить, но вдруг почувствовал это. Чужое присутствие в своём разуме. Ледяные щупальца, проникающие в самые потаённые уголки сознания. Он попытался закрыться, воздвигнуть ментальные стены, но не успел. Сила, вторгшаяся в него, была колоссальной. Она подчинила его волю мгновенно, безжалостно, как тиски.
— Северус, — голос Дамблдора теперь звучал прямо у него в голове, мягко, но неумолимо. — Исполни эту просьбу. Я не хочу причинять тебе боль. Просто подчинись.
Снейп почувствовал, как его собственное «я» сжимается, тускнеет, уступая место чужой воле. Он хотел сопротивляться, но не мог. Это было сильнее его.
— Да, сэр, — услышал он свой собственный голос, звучащий ровно и безжизненно.
Он развернулся и, не сказав больше ни слова, вышел из кабинета. Его шаги эхом отдавались в пустом коридоре.
В своих апартаментах Снейп механически, словно заводная кукла, начал собирать вещи в дорожную сумку. Через час он уже стоял у камина, готовый к отправке. Завтра на рассвете он будет в Рифсайде. Будет следить. Будет подчиняться. Потому что выбора у него не было.
Продолжение следует…