Часть 11
Прошёл месяц с тех пор, как Гарри, Дженнифер, Томми и остальные поселились в Рифсайде. Месяц, наполненный солнцем, смехом и удивительным покоем, которого так не хватало в стенах Хогвартса. Они жили в большом доме Томми, спрятанном в глубине леса, — идеальное убежище, которое охранялось не только мощной магией, но и передовыми технологиями рейнджеров. Ни один непрошеный гость не мог приблизиться к нему незамеченным.
За этот месяц многое изменилось. Мир стал чуточку ярче, дни — теплее и длиннее, а вечера наполнились таким искренним смехом, что даже стены дома, казалось, улыбались.
Каждое утро начиналось с тренировок. Это был незыблемый закон, установленный Томми.
— Встаём! — Его голос разносился по дому ровно в шесть утра. — Солнце уже встало, а вы ещё в кроватях! На пробежку!
Гарри и Дженнифер, ворча спросонья, но с улыбками на лицах, выбегали во двор. Томми, легендарный Зелёный Рейнджер, превратившийся в Белого и Красного, теперь не просто заботился о семье — он передавал детям свои знания. Он учил их не просто драться, а чувствовать тело, управлять энергией, предугадывать движения противника.
— Руки выше! — командовал он, поправляя стойку Гарри. — Ноги шире! Центр тяжести ниже! Ты не на балу, ты в бою!
Гарри, к удивлению всех, оказался невероятно способным учеником. Магия, текущая в его жилах, помогала, но он не пренебрегал и физическим развитием. Он впитывал каждое слово дяди, каждое движение, каждую хитрость.
Кимберли, верная и сильная спутница Томми, занималась с Дженнифер. Она учила её гимнастике, гибкости, умению падать и вставать. Дженнифер, лёгкая и грациозная, схватывала всё на лету.
— Мама, смотри! — кричала она, делая сальто в воздухе и приземляясь точнёхонько на ноги.
— Молодец, доченька! — Ким хлопала в ладоши. — А теперь помоги брату с равновесием.
И Дженнифер, смеясь, подбегала к Гарри, и они начинали дурачиться, отрабатывая парные приёмы. Их смех разносился по лесу, пугая птиц и заставляя Дэвида, выходившего на крыльцо с чашкой кофе, довольно улыбаться.
После тренировок начиналось самое весёлое — игры. Магические квиддичные гонки, где вместо мячей использовались зачарованные теннисные шарики, сменялись рейнджерскими паркур-трассами, которые Томми и Дэвид соорудили во дворе. Ребята бегали, прыгали, соревновались, кто быстрее преодолеет полосу препятствий. Они падали в мягкую траву, задыхались от смеха и хохотали до упаду.
Смех Дженнифер был заразительным — звонким, колокольчиковым, он разливался по поляне, заставляя всех вокруг улыбаться. И даже Гарри, который столько лет привык к тревоге и постоянному напряжению, наконец научился смеяться от души, забывая о шраме, о тёмных магах и о школе.
— Гарри, лови! — Дженнифер кинула ему мяч, и он, не глядя, поймал его одной рукой, сделав кувырок.
— А ты растешь, чемпион, — одобрительно хмыкнул Дэвид, наблюдавший за ними с веранды.
Общение с другими командами рейнджеров стало неотъемлемой частью их жизни. На стене в гостиной висел огромный экран — гибрид магии и технологии, подключённый к рейнджерской сети. Каждый вечер кто-нибудь выходил на связь.
— Эй, мелкие! — раздавался голос Джейсона из Калифорнии. — Как успехи? Томми вас там не загонял?
— Загонял, но мы держимся! — кричал в ответ Гарри.
Адам, Рокки, Трини, Билли, а иногда даже Зак подключались из разных уголков мира. Все делились историями, шутками, показывали новые тренировочные приёмы. Особенно весело было, когда взрослые начинали вспоминать былое.
— А помните, как мы однажды забыли выключить морферы и застряли в гипермаркете в полной экипировке? — ржал Зак, вытирая слёзы. — А продавщица подходит и спрашивает: «Молодые люди, у вас тут съёмки?»
— И мы такие: «Да, да, съёмки!» — подхватывал Джейсон. — А Томми тогда чуть не спалил отдел с телевизорами, потому что случайно активировал кинжал дракона!
Дети хохотали до слёз, представляя эту картину. Даже Кимберли, обычно сдержанная, смеялась, уткнувшись в плечо Томми.
Вечерами они собирались всей компанией. Иногда на заднем дворе устраивали барбекю — Дэвид был мастером по мясу, и ароматы разносились по всему лесу. Иногда просто играли в настолки, которые Кимберли волшебным образом адаптировала под местную реальность: фигурки двигались сами, карты меняли цвета, а игроки могли жульничать с помощью магии, но только если никто не видит.
Летние ночи были мягкими, звёздными, полными тепла. Дженнифер часто засыпала на плече у Томми, уставшая после долгого дня, а Гарри иногда сидел, глядя в бескрайнее небо, усыпанное миллионами звёзд. Он тихо благодарил судьбу за эту передышку. За этот дом. За эту семью. За то, что здесь, в лесу, он может просто быть собой.
И всё бы было идеально… если бы не одно «но».
Профессор Снейп.
Северус был, мягко говоря, недоволен. Нет, он был в бешенстве. Его, декана Слизерина, мастера зелий, грозу студентов, заставили провести лето, следя за «этими беспокойными детьми» и «взрослыми, не умеющими вести себя прилично». Он снял небольшой домик на окраине Рифсайда и каждый день, вооружившись мантией-невидимкой и маго-биноклем, наблюдал за происходящим в лесу.
И наблюдал он картины, от которых у него дёргался глаз.
Гарри Поттер, сын его заклятого врага, вместо того чтобы тихо сидеть в углу и учиться, бегал по крышам, прыгал с деревьев, тренировался с этим невозможным Томми. И ещё — о, ужас! — он осмеливался улыбаться. Открыто, искренне, заразительно.
— Это просто возмутительно, — шипел Снейп, записывая очередной отчёт для Дамблдора. — Они кричат, машут руками, принимают какие-то странные позы, которые называют «боевыми стойками»… Где, спрашивается, дисциплина?! Где порядок?! Где тишина и покой?!
Но он продолжал следить. Каждый день. Потому что Дамблдор приказал.
Он видел, как Томми терпеливо объясняет Гарри тонкости рукопашного боя. Как Кимберли учит Дженнифер делать сальто. Как Дэвид чинит забор, напевая какую-то маггловскую песенку. Как они все вместе смеются за ужином.
И в какой-то момент, сам того не желая, Снейп поймал себя на мысли, что эти люди… они не похожи на других. В них не было фальши. Не было той лицемерной доброты, которой так славился Дамблдор. Они были настоящими.
— Это ничего не меняет, — прошептал он себе под нос, откладывая бинокль. — Я просто выполняю приказ. Просто слежу.
Но где-то глубоко внутри, в самом тёмном уголке его души, что-то дрогнуло. Может быть, это была зависть. Может быть, тоска по тому, чего у него никогда не было. А может быть, просто усталость.
Он дописал отчёт, запечатал его и отправил совой в Хогвартс. Завтра будет новый день. И он снова будет следить. И снова будет злиться. И снова будет наблюдать за тем, как Гарри Поттер, окружённый любящей семьёй, учится быть счастливым.
***
Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая верхушки деревьев в золотисто-розовые тона. Воздух был напоён ароматом нагретой за день хвои и свежескошенной травы. Гарри и Дженнифер, уставшие после очередной тренировки, валялись на траве во дворе, глядя на проплывающие облака и лениво перебрасываясь шутками.
— Представляешь, — мечтательно протянула Дженнифер, — вот бы всё лето так и продолжалось. Никаких уроков зельеварения, никакого Снейпа, только солнце, тренировки и мы.
— Ага, — согласился Гарри. — И чтобы каждый день были эти… как их… нормальные люди вокруг. А не те, кто смотрит на тебя как на пустое место.
Их уютную идиллию прервал голос Кимберли, донёсшийся из дома. В нём звучали загадочные нотки, которые обычно предвещали что-то интересное.
— Ребята! В гостиную, живо! Взрослые хотят с вами поговорить!
Гарри и Дженнифер переглянулись. В их взглядах читалось одинаковое выражение: «Ну вот, началось». Обычно, когда взрослые начинали говорить «о важном», это оборачивалось либо долгой нудной лекцией о безопасности, либо, наоборот, чем-то совершенно неожиданным. Второй вариант им нравился больше.
Они мигом вскочили, побросали тренировочные перчатки прямо на траву (что вызвало бы у Томми недовольное ворчание, но сейчас было не до того) и вихрем влетели в дом.
В гостиной их уже ждали. Картина была впечатляющая: Томми сидел в своём любимом кожаном кресле, скрестив руки на груди и загадочно улыбаясь. Кимберли стояла у окна, и лучи заходящего солнца золотили её волосы. Рядом с ней, прислонившись к подоконнику, стоял Билли, который приехал на пару дней по делам рейнджерской научной базы — он явно что-то привёз, судя по объёмному чемоданчику у его ног. Дэвид и Хейли сидели на диване, обнявшись, и смотрели на ребят с выражением, которое бывает у родителей, когда они вот-вот сообщат нечто грандиозное.
Атмосфера была не напряжённой, но какой-то особенной. Сдержанной. Как перед объявлением долгожданного сюрприза.
— Ну что. — Томми встал и подошёл к детям, — пришло время рассказать вам одну интересную новость.
Он сделал паузу, наслаждаясь их нетерпением, и продолжил:
— Каждый второй год в Энджел Гроув проводится особое событие. Не просто встреча, а настоящее Собрание в честь первых рейнджеров. Это большой праздник для всего города. Представьте себе: улицы украшены баннерами с символикой всех команд, проходят парады, где можно увидеть старых героев. Работают выставки, где собрано легендарное снаряжение — те самые морферы, оружие, костюмы, которые носили рейнджеры разных поколений. Для детей устраивают интерактивные тренировки, где можно попробовать себя в роли защитника. А вечером — торжественная церемония, на которой чтят память всех, кто когда-либо носил морфер и сражался за добро.
Глаза Дженнифер становились всё больше и больше. Она уже открыла рот, чтобы засыпать отца вопросами, но Томми поднял руку, останавливая её.
— И вы, — он обвёл их обоих взглядом, полным гордости, — поедете туда с нами.
— ЧТО?! — вырвалось у Дженнифер.
— Правда?! — Гарри даже привстал на цыпочки.
— Именно, — подтвердил Томми. — Вы заслужили это. Мы с Кимберли, Дэвидом и Хейли давно хотели показать вам, что значит быть частью этой семьи не только в бою, но и в традициях. Энджел Гроув — это особенное место. Это город, где всё начиналось. Там прошлое встречается с настоящим. Там молодые рейнджеры могут увидеть, откуда мы пришли, кто были первые герои. И самое главное — вы почувствуете, что вы не одни. Что за вами стоит целая армия, целая история.
Кимберли подошла к ним и, обняв обоих за плечи, добавила:
— Завтра утром мы выезжаем. Так что бегом собирать вещи. И не забудьте что-нибудь нарядное — всё-таки праздник, церемония, всё такое.
— И захватите тренировочную форму, — вставил Билли, поправляя очки. — Там будут показательные выступления, возможно, вас пригласят поучаствовать.
Гарри и Дженнифер замерли на секунду, переваривая информацию. А потом…
— УРА-А-А-А!!! — завопили они хором так громко, что, кажется, с деревьев во дворе вспорхнули все птицы.
— Мы снова едем в Энджел Гроув! — Дженнифер запрыгала на месте, хлопая в ладоши. — Мы были там несколько раз, но в День Рейнджеров — это же совсем другое! Там будет всё! Все!
— Хочу увидеть, как празднуют, — подхватил Гарри, и его глаза сияли. — Уверен, там будет невероятно круто. И выставки, и парад… и может, мы кого-нибудь знаменитого увидим!
Они, не сговариваясь, рванули к лестнице, ведущей на второй этаж, наперебой обсуждая, что возьмут с собой, какие сувениры можно будет купить и встретят ли они там других молодых рейнджеров.
— Я беру фотоаппарат! — крикнула Дженнифер, взлетая по ступенькам.
— А я — блокнот, чтобы всё записывать! — отозвался Гарри.
Взрослые в гостиной переглянулись и рассмеялись.
— Такими мы их и хотели видеть, — сказала Хейли, прижимаясь к Дэвиду.
— Счастливыми, — кивнул Томми. — Просто счастливыми.
***
Но их радость, к сожалению, не осталась незамеченной.
Чуть поодаль от дома, за линией защитных чар, среди густых деревьев, стояла фигура, скрытая мощными чарами невидимости и отвода глаз. Северус Снейп, опершись спиной о ствол вековой сосны, наблюдал за происходящим в доме через специальный маго-бинокль. Он видел всё: и как дети вбежали в гостиную, и как им объявили новость, и как они повисли на шее у взрослых.
Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало сложную гамму чувств, среди которых главным было откровенное раздражение.
— Праздники, — прошипел он себе под нос, пряча бинокль в складках мантии. — Парады. Представления. Они действительно считают это важным? Бегают, кричат, как дети малые… Впрочем, они и есть дети.
Он резко развернулся, его чёрная мантия взметнулась, и через мгновение он исчез в вихре трансгрессии.
***
В Хогвартсе, в кабинете директора, горел камин. Дамблдор сидел в своём кресле, перебирая какие-то бумаги, когда в зелёном пламени появилась голова Снейпа.
— Директор, я должен доложить, — голос профессора звучал сухо. — Они собираются ехать в какой-то город под названием Энджел Гроув.
Дамблдор поднял голову, и его голубые глаза за очками-полумесяцами блеснули.
— Энджел Гроув? — переспросил он задумчиво. — Это же… кажется, там живут эти… рейнджеры?
— Именно, — подтвердил Снейп, появляясь из камина целиком и отряхивая мантию. — Там будет собрание каких-то первых рейнджеров. Они называют это «праздником». Парады, выставки, тренировки. И, как вы понимаете, Поттер едет с ними. Вся их компания.
Дамблдор медленно кивнул, потирая кончики пальцев друг о друга — привычный жест, означавший, что он обдумывает какую-то хитрость.
— Хорошо, Северус. Очень хорошо. — Он поднялся и подошёл к окну, глядя на тёмное озеро. — Ты должен ехать за ними. Следить за каждым их шагом. За каждым словом, которое они скажут. За каждым человеком, с которым они будут общаться. Мы не можем позволить Гарри попасть в неприятности, — он сделал паузу и добавил, понизив голос: — Особенно там, где пересекаются магия и эти их технологии. Кто знает, что они могут скрывать.
Снейп дёрнул щекой. Перспектива торчать в толпе празднующих рейнджеров, среди этих крикливых, мускулистых типов, вызывала у него физическое отвращение. Но выбора не было.
— Как будто у меня есть выбор, — холодно буркнул он.
Дамблдор повернулся к нему, и на мгновение в его глазах мелькнуло что-то тёмное, почти угрожающее.
— У тебя его действительно нет, Северус. Ты знаешь это.
Снейп молча поклонился и исчез в пламени камина, оставляя после себя лишь запах дыма и горечи.
Через минуту он уже стоял в своей временной каморке на окраине Рифсайда, собирая сумку. В ней были: сменная мантия, набор зелий на все случаи жизни, маго-бинокль и блокнот для записей.
— Энджел Гроув, — прошептал он, кривясь. — Город рейнджеров. Праздник. Смех. Абсолютно невыносимое веселье.
Он вздохнул, застегнул сумку и лёг на жёсткую кровать, глядя в потолок.
Завтра будет новый день. Завтра он отправится в этот город. И будет следить. И будет писать отчёты. И будет ненавидеть каждую минуту этого праздника жизни.
***
Утро началось с волнения и восторга, которые, казалось, заполнили собой весь дом. Гарри и Дженнифер проснулись раньше всех — солнце ещё только начинало золотить верхушки деревьев, а они уже носились по комнатам, как угорелые. Чемоданы были собраны ещё с вечера, тщательно упакованы и перепроверены по три раза, но это не мешало им то и дело заглядывать в сумки, пересчитывать вещи и спорить, не забыли ли они зубные щётки или зарядки для телефонов.
— Дженни, ты точно взяла фотоаппарат? — в сотый раз спросил Гарри, выбегая из своей комнаты.
— Точно! — донеслось из соседней. — И запасные карты памяти! И блокнот для автографов!
— А я взял книгу, чтобы все рейнджеры мне её подписали! — похвастался Гарри.
На улице, у сверкающего чёрного минивэна, их уже ждали. Томми, опираясь на капот, с улыбкой наблюдал за суетой. Кимберли, элегантная даже в простых джинсах и футболке, проверяла сумки с провизией. Дэвид, как всегда, подшучивал над Хейли, которая пыталась удержать в руках огромный термос с кофе и одновременно поправлять съезжающую лямку рюкзака.
— Дженнифер! — крикнул Дэвид, заметив, как девочка тащит к машине непомерно большую сумку. — Ты что, собралась на месяц? Мы едем на три дня!
— Там наряды! — запыхавшись, ответила Дженнифер. — На все случаи жизни! Вдруг там будет бал? Или вечеринка? Или…
— Или ты просто хочешь выглядеть лучше всех, — рассмеялась Кимберли, забирая у дочери сумку и с лёгкостью закидывая её в багажник. — Ладно, уговорила. Пусть будет.
— Готовы? — Томми обвёл всех взглядом, проверяя, всё ли на месте.
— Даже слишком, — ухмыльнулся Гарри, запрыгивая на заднее сиденье.
— Тогда поехали. — Томми сел за руль и завёл мотор. — Энджел Гроув ждёт!
***
Поездка пролетела как одно мгновение. За окнами мелькали леса, поля, маленькие городки, а в машине царила атмосфера настоящего праздника. Дэвид травил байки из их с Томми бурной молодости, заставляя всех хохотать до слёз.
— …и представляете, — рассказывал он, размахивая руками, — мы тогда с Томми решили, что сами починим Zeo морфер, чтобы не тревожить Билли. Ну, думали, чего там сложного? Отвёрткой покрутить, проводочки соединить… В итоге морфер взорвался, нас засыпало сажей, а Ким потом неделю не разговаривала, потому что мы ей новый ковёр испортили!
— А я вам говорила! — Кимберли погрозила пальцем, но в её глазах плясали смешинки.
Хейли, пользуясь моментом, рассказывала о последних разработках в сфере энергонета — удивительной технологии, которая позволяла объединять магию и рейнджерские источники энергии. Гарри слушал, открыв рот, и задавал сотни вопросов, на которые Хейли терпеливо отвечала.
И вот, когда солнце уже поднялось высоко, машина въехала в Энджел Гроув.
Гарри и Дженнифер ахнули одновременно.
Город было не узнать. Он словно превратился в огромный праздничный музей под открытым небом. Улицы, обычно такие спокойные и уютные, теперь были заполнены людьми и украшены так, что дух захватывало. Повсюду висели флаги с символикой всех команд рейнджеров — от могучих динозавров до космических крейсеров. Витрины магазинов пестрели плакатами и инсталляциями в цветах Зордов. А над центральной площадью парили огромные голограммы, изображающие легендарные битвы и моменты единения рейнджеров.
— Невероятно, — прошептал Гарри, прижимаясь носом к стеклу.
— Я будто попала в живую энциклопедию героев, — восхищённо добавила Дженнифер. — Смотри, смотри! Там Зорд в виде тигра! А там дракон!
Вдоль тротуаров стояли ларьки с сувенирами, работали интерактивные площадки, где дети могли попробовать себя в роли рейнджеров, надев игрушечные морферы и управляя маленькими роботами. Повсюду сновали люди в костюмах, футболках с логотипами, со значками и игрушечным оружием. Атмосфера была пропитана радостью и единением.
Машина остановилась у отеля «Angel Grove Grand» — величественного здания с колоннами и огромными окнами. Перед входом уже собралась толпа. Гарри и Дженнифер, едва выбравшись из машины, замерли, узнавая знакомые лица.
Вот Джейсон, всё такой же крепкий и улыбчивый, обнимает Трини, которая что-то оживлённо рассказывает. Рядом с ними Зак, громко хохочущий над шуткой, и Билли, поправляющий очки и увлечённо разглядывающий какой-то прибор. Чуть поодаль Аиша и Адам спорят о чём-то, размахивая руками, а Рокки и Таня пытаются их утихомирить.
— А вон там, смотри! — Дженнифер дёрнула брата за рукав, указывая на группу людей в ярких костюмах. — Это же команда ниндзя! И Мик с ними!
— И Картер с Эриком! — подхватил Гарри. — И Уэс, и Хантер, и Блейк! Кажется, тут правда почти все!
— Практически все, — подтвердил Томми, подходя к ним и кладя руки на плечи. — Некоторые, конечно, не смогли приехать — кто-то на заданиях, кто-то в других мирах, — он улыбнулся. — Но дух команды здесь, в каждом из нас.
— Кто-то остановится в отеле, кто-то у друзей, кто-то в старых домах, — добавил Дэвид, подходя с другой стороны. — Так всегда. Главное — быть вместе.
***
Заселение в отель прошло быстро. Номер Гарри и Дженнифер оказался на пятом этаже, с огромными панорамными окнами, выходящими прямо на центральный парк, где уже вовсю кипел праздник. Кровати были такими мягкими и облачными, что, казалось, в них можно утонуть.
— Ну что, идём? — Гарри нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
— Бежим! — скомандовала Дженнифер, и они пулей вылетели из номера.
Праздник в городском сквере уже набрал полную силу. Гремела музыка, сверкали огни, на нескольких сценах проходили представления. Малыши с игрушечными морферами носились по специальным трассам, участвуя в квестах и играх. Взрослые, разбившись на группы, вспоминали былое, обнимались, смеялись и показывали друг другу старые фотографии.
Гарри и Дженнифер носились от палатки к палатке, как угорелые. Они слушали захватывающие рассказы Эшли и Карлоса о приключениях в космосе, рассматривали огромные полотна с изображениями героических битв, участвовали в турнире «Собери своего Зорда», где нужно было на время собрать из деталей уменьшенную копию легендарного меха.
— Вы знали, что команда Галактики однажды потерялась в другом измерении на целый месяц? — выпалил Гарри, подбегая к сестре с горящими глазами. — Им пришлось выживать без связи, без поддержки, и они всё равно вернулись!
— А ты слышал, что один рейнджер, — Дженнифер заговорщически понизила голос, — управлял сразу двумя зордами на одной ноге? Представляешь, как он балансировал?
Они веселились до упаду. Дженнифер сфотографировалась буквально с каждым рейнджером, которого узнавала. Её фотоаппарат щёлкал без остановки, запечатлевая улыбки, объятия и счастливые моменты. Гарри надолго завис с Эриком из Силы Времени, обсуждая тактику ведения боя и стратегии против тёмных сил. Эрик, поначалу удивлённый глубокими познаниями мальчика, быстро увлёкся и даже показал пару приёмов.
Тем временем на главной сцене появились Томми и Кимберли. Толпа взорвалась аплодисментами. Томми поднял руку, призывая к тишине.
— Друзья! — Его голос, усиленный микрофоном, разнёсся над площадью. — Мы собрались здесь сегодня не просто так. Мы собрались, чтобы вспомнить, откуда мы пришли. Чтобы почтить тех, кто сражался рядом с нами, и тех, кого уже нет. Но главное — мы здесь, чтобы показать новому поколению, что значит быть рейнджером. Что значит быть семьёй!
Кимберли взяла микрофон:
— Сила рейнджера — не в морфере, не в зорде, не в оружии. Сила — в единстве. В умении доверять друг другу, защищать друг друга, любить друг друга. И сегодня мы видим эту силу в наших детях. — Она посмотрела в толпу и нашла глазами Гарри и Дженнифер. — В тех, кто продолжит наше дело.
Толпа снова зааплодировала, а Гарри и Дженнифер почувствовали, как у них защипало в глазах от гордости.
***
Поздно вечером, когда фейерверки давно погасли, а последние ноты торжественной музыки растаяли в ночном воздухе, Гарри и Дженнифер, уставшие до полного изнеможения, но счастливые до головокружения, наконец добрались до своего номера в отеле «Angel Grove Grand».
Глаза слипались, ноги гудели, а в голове всё ещё кружился калейдоскоп лиц, улыбок, ярких красок и незабываемых моментов. Дженнифер, даже не раздеваясь, рухнула на кровать, прижимая к груди целую гору сувениров — значки с символами любимых команд, брелоки в виде морферов, несколько программок с автографами и огромного плюшевого дракона, которого ей вручил Зак, подмигнув: «Для самого преданного фаната!».
— Гарри, — пробормотала она, уже проваливаясь в сон, — это был лучший день в моей жизни… Честно…
— Ага, — отозвался Гарри, сидя на своей кровати и перебирая свою коллекцию: редкий значок команды «КПД», подписанная фотография от Эрика с пожеланием «Всегда бить в слабые места противника» и маленькая модель Зорда-тигра, светящаяся в темноте. — Спокойной ночи, Дженни.
Он ещё несколько минут смотрел на сувениры, улыбаясь своим мыслям, а потом и его сморил сон. Так они и уснули — в одежде, в обнимку с подарками, счастливые и умиротворённые.
***
Где-то далеко, на крыше соседнего здания, в полном одиночестве стоял Северус Снейп. Чёрный силуэт на фоне звёздного неба, скрытый мощными чарами невидимости и отвода глаз. Он снова наблюдал. Это стало его привычкой, его проклятием, его навязчивой идеей.
Всю ночь, сменяя друг друга, его мучили вопросы. Он ждал чего-то. Чего-то, что оправдало бы его присутствие здесь, его слежку, его унизительное положение шпиона, подглядывающего за чужой жизнью. Тайного ритуала. Сбора магической энергии. Внезапного перемещения в иной мир. Чего-то, что подтвердило бы его подозрения, что эти люди — угроза, что они скрывают нечто тёмное и опасное.
Но ничего не происходило.
Только праздник. Только свет. Только смех. Только люди, которые искренне любили друг друга и были счастливы просто быть вместе.
Снейп смотрел, как Томми, стоя в кругу друзей, обнимает Кимберли, как они смеются над какой-то шуткой Джейсона, как Дэвид подкидывает в воздух маленькую девочку, дочку кого-то из рейнджеров, и та визжит от восторга. Он смотрел на Гарри, который ловил каждый момент, запоминая, впитывая, и на его лице не было ни тени той тревоги, что постоянно преследовала мальчика в Хогвартсе.
— Герои, — прошептал Снейп, и в его голосе впервые не было сарказма. Только удивлённая, почти растерянная констатация факта. — Не маги. Не тёмные колдуны. Не интриганы. А… герои.
Он перевёл взгляд на Томми, который в этот момент что-то увлечённо рассказывал, жестикулируя, и его лицо светилось в свете фонарей.
— Он… не просто маг, — пробормотал Снейп, хмурясь. Эта мысль преследовала его уже несколько недель. — Он… какой-то супергерой. Эта сила, что исходит от него… это не хогвартсовская магия. Это не заклинания, не трансфигурация, не зелья. Это… что-то другое. Что-то более древнее? Более чистое?
Он нахмурился ещё сильнее. Не потому, что что-то пошло не так. А потому, что он не мог понять. Не мог классифицировать. Не мог вписать этих людей в свою привычную картину мира, где всё делилось на магию и магглов, на тёмных и светлых, на Дамблдора и Волдеморта.
Здесь были другие категории. Другие ценности. Другая сила.
— Сила рейнджера — не в морфере, не в Зорде, не в оружии, — вспомнил он слова Кимберли, сказанные днём со сцены. — Сила — в единстве. В умении доверять друг другу, защищать друг друга, любить друг друга.
Снейп почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло. Эти слова… они звучали так просто и так недостижимо. В его мире, в мире магии, не было такого единства. Были интриги, была ложь, были манипуляции. Были Пожиратели Смерти и Орден Феникса, которые, по сути, мало чем отличались друг от друга. А здесь… здесь была семья. Настоящая.
— Томми Оливер скрывает куда больше, чем кажется, — прошептал он, но в этих словах уже не было подозрительности. Скорее, признание собственного бессилия.
Он постоял ещё немного, глядя на огни отеля, за которыми спали счастливые люди. Потом развернулся и, не издав ни звука, исчез в ночи, растворившись во тьме.
Но в его голове, впервые за долгое время, не было готового отчёта для Дамблдора. Только вопросы. Только смутное чувство, что мир сложнее, чем ему казалось. И что, возможно, он всю жизнь искал не там.
Продолжение следует…