Квалиа
Я выше рисовал лестницу: сначала небытие стало бытием (Большой взрыв). Далее мертвая материя стала живой. Потом шагнула на следующую ступень, живое смертное стало разумным. Сейчас жизнь готовится к переходу с разумной смертной на разумную бессмертную. Как только люди будут умирать по своей воле, социум утратит внешнюю цель (на этот раз не потому, что перерос ее, как случилось в конце религиозной эпохи, а в связи с достижением цели).
Встает вопрос, а какой будет смысл жизни бессмертных? Полагаю, повторится тот же цикл. Бесцельное общество снова окуклится — станет потребительским, и его энергия пойдет внутрь. Оно будет развиваться и жиреть, копя силы для следующего перехода.
Хочется провести аналогию. Религиозное общество, что было до эпохи Просвещения – это религиозное общество № 1. Его характерная черта — стремление преодолеть смерть мистическими технологиями. Когда оно рушится, нарождается потребительское общество № 1 (мы в нем живем). Его характерная черта — отсутствие цели преодолеть смерть. Все ресурсы идут на бытоустроение и развлечение, что дает сумасшедший темп развития. Как только в нем появится цель ответить на вызов смерти рациональным способом, это будет религиозное общество № 2. Когда цель будет достигнута, сообщество бессмертных людей снова окуклится — станет потребительским обществом № 2. Оно точно так же будет копить жир для перехода на новый уровень. Люди так же будут развлекаться, как сейчас, только развлечения будут пропорциональны новому уровню развития.
Если мы, разумная смертная жизнь, компьютерные вселенные создаем, населяя их всякими энписишниками и ботами, то разумная бессмертная жизнь будет развлекаться на своем уровне — создавать вселенные и населять их биологическими энписишниками и ботами формата человек (коими мы сейчас вероятно, для кого-то являемся).
Когда общество потребления №2 накопит достаточно много жиру для перехода на следующую ступень, у него возникнет цель, до принятия которой оно интеллектуально доросло, и имеет нужную научно-техническую и материальную (энергетическую) базу. На нее она переведет свои ресурсы, как потребительское общество № 1 сейчас начнет переводить свои ресурсы на преодоление смерти (мы в данный момент ускоряем процесс).
На языке вертится вопрос, что же это будет за цель, к которой устремится общество потребления № 2 (в этот момент оно станет религиозным обществом № 3)? Я тут не то что ничего не могу сказать, я не знаю, как мыслить такой масштаб. У меня только получается, что не получается признать потолок в развитии. А это значит, всегда будет чередование перехода с одной ступени на другую, на которой копится жир, и когда его скапливается достаточно, совершается следующий фазовый переход.
Исходя из конституции жизни, живое всегда будет стремиться к своему благу. Но что это будет за благо — тут сфера за границами моей фантазии. Тут квалиа — чтобы понять, что хочет бессмертный человек в пике своего развития, по сути, божество, нужно быть божеством.
Чтобы не оставлять впечатления дурной бесконечности, подытожу это тем, что все переходы умещаются в понятие "Величина". И по моей логике получается, что как перед существованием должно быть то, что не определяется существующим, но при этом есть, так и перед бытием величин, какими бы беспредельно большими они не казались нам, стоит не-величина. И что это такое — вопрос не из нашей реальности.
Глядя с такого масштаба, я физически ощущаю, как какая-то рука словно убирает внешнюю цель, чтобы человечество остановилось и набралось сил для следующего этапа развития. А потом эта же рука вешает новую внешнюю цель, и процесс снова идет.
Нейробиология и нейропсихология подтверждает это ощущение. Наше хотение — результат биохимии. Мы желаем, когда мозг выделяет определенные нейромедиаторы. Все эти дофамины, серотонины, эндорфины и прочее он выдает на определенный образ или чувство, и в результате мы хотим получить то, образ или ощущения чего подкреплены гормонами. Не подкрепленный поощрением образ не имеет самостоятельной ценности и не вызывает желания. Если ваш мозг будет генерировать дофамин на трухлявый пенек, у вас будет такая же тяга к нему, как сейчас к самому желаемому вами объекту.
Все, от чего мы испытываем удовольствие (на что мозг выдает поощрение), то у нас формирует образ. Когда мы видим или представляем этот образ, у нас возникает желание (мозг дофамин выдает). Этот факт говорит, что человек на 100% управляемое существо.
Всякая жизнь стремится к благу. Ощущение блага дают дофамины и серотонин. Без них человек не сможет желать. Но так как не от человека зависит, на какой образ его мозг начнет выделять эти гормоны, получается, человек желает то, что им предписано желать. Не от вас зависит, чего вы хотите, а от серотонина, эндорфина и прочих дофаминов.
Разработчики рекламных технологий понимает этот момент, и потому заставляют вас хотеть того, чего вам само по себе не захотелось бы. Например, к сексуальной девушке (это приятный образ) они привязывают объект, который нужно продать, не важно, утюг это или телефон. Мозг смотрит на утюг через образ девушки, даст гормоны удовольствия, и человек хочет купить утюг. Движет им не желание гладить, а дофамины, которые мозг выделяет на образ удовольствия от девушки. По сути, это тот же механизм, что у собаки Павлова. У нее идет слюноотделение на загоревшуюся лампочку, а у человека в роли лампочки выступают другие раздражители. Не хотите покупать лишних вещей – не вглядывайтесь в рекламу. Иначе у вас возникнет желание купить то, что вам не нужно.
Рекламные технологии построены исключительно на перекладывании приятных образов на товары и услуги, какие необходимо продать. Кока-кола продает вам не напиток, а образ счастья. Аналогично все крупные корпорации продают образ удовольствия, мечты, свободы. В предпраздничные дни продажи стремительно растут не потому, что люди вдруг обнаружили, что им не хватает вещей, а потому что вещи оборачивают в праздники. Люди покупают не вещи, а радость. Успешная рекламная кампания заворачивает продаваемый объект в приятное волнение, возникающее перед Новым годом, свиданием, путешествием.
Человек себе не принадлежит. Его страхи и желания — не продукт его воли и разума, а результат биохимии. Будь это не так, маховик потребления невозможно было бы так раскачать. Но так как созданы технологии, управляющие биохимией, люди хотят покупать.
Во второй половине ХХ века был поставлен эксперимент, получивший название «зефирный». Детям предлагали сладость и говорили, что они могут ее съесть сейчас. Но если потерпят 15 минут, то получить две сладости. Одна треть детей находила в себе силы отказаться от сиюминутного удовольствия ради большего удовольствия в будущем. Другие дети, две трети, не могли отказаться от сиюминутного соблазна и сразу съедали зефир.
Дальнейшие наблюдения за детьми показали однозначную корреляцию: кто мог отложить сиюминутное удовольствие ради будущего, те были успешнее в жизни, не имели лишнего веса, вредных привычек и прочее. Кто не мог отложить удовольствие, те ничего не добивались, имели проблемы с весом, здоровьем, были зависимыми и прочее.
Объясняется это тем, что у одних детей, которых меньшинство, мозг визуализирует образ будущей радости так же зримо, как и сиюминутно, и мозг выдает на нее дофамин. Ребенок по пути к будущему успеху человек получает поощрение — удовольствие.
У других детей, которых большинство, мозг не может так же ярко визуализировать образ будущей радости. Как следствие, мозг не выделяет дофамина на смутный образ. Поощряет он только настоящее. У такого ребенка нет стимула сдерживать себя.
Стремление к будущему благу и отказ от сиюминутного возможен, если образ будущего притягательнее сиюминутного, и мозг выдает на пути к нему поощрение. Если поощрения в пути нет, движение за будущим счастьем невозможно.
Человек движется за будущим счастьем, если в процессе получает удовольствие. Не будь любопытства, которое тоже есть удовольствие, человек никуда бы не двигался. В процессе находит новые источники удовольствия. Стремление к ним образует развитие.
Чтобы картина была полной, нужно сказать о страхе перед последствиями, которые наступят, если человек не начнет движения к цели, или начав, прекратит. Как бы ни было приятно сиюминутное удовольствие, но если образ последующего горя ярче, человек откажется от него. Если не отказывается, как это бывает у наркомана, значит, настоящее горе и желание от него избавиться перевешивает образ будущего горя, которое где-то там.
Есть два основных мнения на тему, почему одни способны визуализировать будущее, и их мозг выделяет дофамин на него, а другие не способны, и их мозг ничего не выделяет. Одни считают это генетической данностью, где от человека ничего не зависит. Как мы не выбираем себе цвет глаз или рост, так не выбираем и способность визуализации будущего.
Подтверждает эту теорию тот факт, что во все века 2/3 людей не могли отложить сиюминутное удовольствие ради будущего. Не могли побороть лень (ленится приятно), отказаться от вкусной еды или выполнить обещание. И только 1/3 была способна к этому.
Еще одно подтверждение неполиткорректное: у детей разных рас разная устойчивая корреляция между способными и неспособными отказаться от удовольствия. Например, у детей европейской и негроидной расы наблюдаются разные показатели.
Согласно этой теории, силы духа и воли не существует. Есть только генетическая способность или неспособность мозга к визуализации будущего удовольствия. Потому от безвольных родителей рождаются безвольные дети, а от волевых — волевые.
Если бы воля могла формироваться искусственно, со сменой воспитания менялась бы пропорция волевых и безвольных людей. Но если она одинаковая при любой системе воспитания, в любых культурах и народах, значит, причина в генах, а не воспитании.
Хорошим примером тут будет история американца Пэджетта. Это был заурядный человек, бытовой правонарушитель и выпивоха, не замеченный в проблеске интеллекта. Однажды в драке ему так повредили голову, что он стал видеть окружающие предметы как геометрические конструкции и чувствовать их гармонию. Ему это понравилось. Мозг стал выделять ему поощрение на погружение в эту сферу, и в результате он стал математиком.
Если завтра ваш мозг начнет поощрять вас за занятия химией, вы гарантированно станете химиком. Потому что всякая жизнь стремится к благу. А концентрация в каком-то конкретном направлении всегда приносит результаты.
Разум тут играет скромную роль – выбирает из двух возможных удовольствий, из сиюминутного и будущего, то, что больше. Если я могу получить удовольствие сейчас, а могут отложить его ради будущего, я выбираю большее. Если нравится лениться и лежать на диване, поглощая вкусную еду, но я нахожу большим благом здоровье и красоту, плюс по пути к нему получаю сиюминутную приятность, по размеру и качеству сравнимое с едой, а отказываюсь от вкусной вредной пищи и иду заниматься спортом. Никакого подвига я тут не совершаю, потому что имею удовольствие во время занятия спортом и от предвкушения будущего блага, и потом имею удовольствие от полученного результата.
Если я не могу отложить сиюминутное удовольствие ради будущего, потому что мозг не дает поощрений, разум помогает избавиться от дискомфорта и изыскивает оправдания. Как было сказано, толстяк знает, что ему нужно правильное питание и фитнес, но так как мозг не выделяет дофамин на пути к здоровью и фигуре, толстяк с гамбургером в руке лежит на диване. А разум ищет ему оправдания, поощряющие его времяпровождение.
Такой человек встает с дивана и идет что-то делать только под угрозой голода и тому подобных проблем. Чтобы он был дееспособен, его нужно поощрять. В крайних случаях ему нужно поощрение в конце дня. Разгрузил вагон или выкопал яму — получил деньги.
Большинство может терпеть без поощрения две недели. Но по прошествии этого срока поощрение обязательно — аванс и потом получка. Этот тип людей физически не может взяться за проект, реализация которого требует годы.
Хочу подчеркнуть, что если человек работает наемным сотрудником, из этого никак не следует, что он безвольный. Человек склонен отдаваться потоку, в котором живет, не задумываясь, а зачем. Если он живет в среде, где работа по найму является нормой, он ей следует не потому, что не может взяться за большее, а потому что у него нет в голове такой мысли. А вот если появляется, а он все равно не может, тогда да, это показатель безволия.
Человек в этой теории суть крыса в опыте — давит на педальку, от которой в ее мозг в центр удовольствия поступает слабый электрический, и крыса пребывает в блаженстве. У одних в виде педальки выступают сериалы, соцсети, фастфуд. У других большие цели, по пути к которым они ощущают все свое величие и от этого удовольствие.
В том, что люди, именуемые волевыми, могут идти к цели, в том нет их заслуги. Они идут, потому что получают сиюминутную радость. Равно как нет вины людей в том, что они не способны идти к будущей цели, потому что их никто не поощряет по пути.
Другая теория гласит, что преодолеть соблазн сиюминутного удовольствия может каждый. Любой человек может перестать лениться и заставить себя делать то, чего не хочет, только за счет осознания необходимости, без дополнительных мотивов в виде угроз.
Вторая теория ничем не обоснована. В нее просто хочется верить, потому что она привычная. Тысячелетиями культивировалась мысль, что у каждого есть воля и он может все. Но эти жизнеутверждающие заявления противоречат не только фактам, но и базовым качествам жизни, а именно — стремлению к благу. Если образ будущей цели не вызывает у меня приятных ощущений сию минуту, что меня подвигнет идти к ней? Разум? У него нет механизма формирования желаний. А без желания действовать действие невозможно.
Как ни крути, а человеком управляют эмоции — желания. Если человек не может сам себе формировать желания, получается, он существо, себе не принадлежащее. Он всегда в плену стандартов и шаблонов. И вот тот, кто формирует ему эти желания, тот и управляет им. Как именно, мышкой по столу двигает или формирует гены, заставляющие мозг вырабатывать нейромедиаторы на определенный образ – это уже частности.
Самый примитивный способ управления человеком демонстрирует реклама или политики на выборах, специально узнающие, что массе обещать и какие образы рисовать. Но если смотреть на ситуацию шире, видна рука управляющего другого уровня. Из-за его размера о нем не получится серьезно говорить. Но и отрицать его не получается.
Тесла говорил, что человека можно мыслить как автомат, мысли которого «заводит» окружающая среда. Незначительные события порождают причинно-следственную связь, и мы принимаем решения, которые нам кажутся нашими, тогда как они не наши.
И если так, то люди — это фигуры, из которых кто-то складывает нечто вне нашего масштаба. И удушающие объятия системы — это не само собой, естественно и случайно. Это технология создания чего-то... Не знаю, как тут и продолжить фразу...
Но если человек в состоянии понимать этот факт, значит, в состоянии преодолеть его. Человек может уйти от улавливающей его системы через пропорциональную реакцию на ее скорость развития. Для этого должен действовать с ориентиром не на образы, на какие ему мозг выдает гормоны радости, а на выводы разума. Но это уже будут не человек.
Чтобы показать мысль глубже, представьте пять больных детей лежат в палате. Каждому срочно нужно пересадить один орган, иначе они умрут. Их приходит навестить здоровый мальчик с подарками. Если разобрать его на органы, все пять детей будут спасены. Если ничего не делать, пятеро умрут. Представьте, решение зависит от вашей подписи. Что вы подпишите, пропуск здоровому ребенку на выход, а пятерым детям пропуск в морг, или предписание здоровому в операционную, а пятерым больным выписку из больницы в связи с полным излечением? Или еще жестче, чтобы вы вполне ощутили силу эмоций и осознали свою подчиненность им и тотальную зависимость от них, что вы сделаете, отведете ребенка за ручку в операционную или на выход к дому?
Если рационально, то нужно умертвить здорового мальчика. Если эмоционально, то пустить ситуацию на самотек, фактически умертвив детей. Абсолютное большинство не сможет следовать доводам разума. Люди последует приказу эмоций.
Избежать поглощения развивающейся мировой системой могут только свободные от пещерной и генетической памяти (от эмоций) люди. Но эти люди не подходят под понятие «традиционный человек». Это будет совершенно иная форма жизни.
Что есть традиционный человек? Это синтез животного и компьютера, эмоций и разума, где доминируют животное и эмоции. Освободившийся от эмоций человек (не знаю как, но допустим) – это уже будет не человек, а сверхчеловек. Я не берусь оценивать это существо. Скажу только, что противостоять блицкригу системы сможет только он.
В будущем человечество в привычном смысле исчезнет. Большая часть людей будет в роли биологических шестеренок, образующих некую сущность, как клетки образуют тело. Ничтожная часть людей выскочит в иную реальность. Третьего варианта я не вижу.
По Ницше человек — канат, натянутый между обезьяной и сверхчеловеком. Человек нечто, что должно преодолеть. Я согласен с ним, что кто не может повелевать себе, должен повиноваться. Смысл земли не человек, а сверхчеловек, и человек от животного идет к сверхчеловеку — к своему закату, который новое утро, где нет человека.
Человечество в известномвиде неизбежно будет раздавлено. Человек прекратит свое бытие «Человекисчезнет, как исчезает лицо, начертанное на прибрежном песке» (М. Фуко). Сейчасна наших глазах человечество растягивается между верхним и нижним миром какрезинка. Скоро оно разорвется, и каждая часть уйдет к своему полюсу. Однистанут ниже понятия «человек» — биологическими деталями рождающейся у нас наглазах мировой системы нового типа. Другие будут выше человека — божествами.