Соцсеть
Перенесем картину на нашу действительность. Мы живем в безыдейном социуме. У людей есть запрос на смысл жизни, потребность в ответах на большие вопросы: «Что есть мир?», «Что из этого следует?», «Что есть Я?», «Что будет после смерти?», «Каков ответ на вызов смерти?». По сути, у людей есть потребность в религии, если понимать под ней не традиции и обряды, а ответы на глобальные вопросы. Эта потребность не может исчезнуть, ибо встроена в природу человека. Разумный человек не может не спрашивать.
Ни в одной развитой стране нет института, отвечающего на онтологические вопросы. США, Евросоюз, Канада, Китай и прочие передовые страны не имеют официального ответа ни на один вопрос. Если кто думает, что у России есть ответ, и укажет на Церковь, тому следует знать, что у власти есть православные реверансы, но никак не ответы. У РПЦ есть такие ответы (опускаю их качество, упор только на наличие), а у России нет.
Скажу более, России запрещено иметь такие ответы. Утверждение выглядит странно, но открываем Конституцию России и видим: «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» (ст. 13, п.2). Что такое идеология? Это набор идей и ценностей, вытекающих из ответов на большие вопросы. Как ни крути, а запрет на идеологию — это запрет иметь ответы на базовые вопросы. Или еще популярнее, запрет на высшие ценности, т.е. выведенные из мировоззрения.
Здесь немножко цирк начинается. Конституция в статье 2 заявляет высшей ценностью права и свободы. Позиционированы они не как непонятно откуда взятые и кем-то на досуге придуманные, а как выводы из идеологии либерализма. Получается, одна статья Конституции запрещает иметь высшие ценности. Другой статья Конституции провозглашает их. Эта ситуация показывает, какая каша творится в головах власти.
В мире, называемом развитым, все самые главные вопросы зависли в воздухе без ответов. И это при том, что чем больше людей, которым не грозит голод и холод, тем больше онтологических вопросов и запросов на ответы. Это глас вопиюшего в пустыне...
Единственные, у кого есть ответы на глобальные вопросы, — страны Третьего Мира, где религия встроена в государство. Но и там не все гладко... Религиозные ответы давно и по всем статьям не соответствуют развития современного общества. Поэтому они больше не в роли путеводной звезды выступают, а в роли инструмента управления социумом.
Свято место пусто. Общество подобно насыщенному блуждающими молекулами раствору. Молекулы не организованы, но демонстрируют поисковую активность. Если в такой раствор опустить крупинку, вокруг нее пойдет процесс кристаллизации.
Аналогичная реакция пойдет в социуме, погруженным в идейный вакуум. Если туда опустить мировоззренческую идею, соответствующую уровню развития социума, и из нее будут вытекать ответы на глобальные вопросы, вокруг нее начнется кристаллизация.
В условиях глобальной коммуникации люди начнут структурироваться вокруг идеи не в традиционную форму — не в партию, религиозную или общественную организацию, а в принципиально иную конструкцию, вынесенную за рамки материи.
Для визуализации образа представим: две тысячи лет назад древнеримская империя была погружена в идейный вакуум, как современный мир. Плюс к этому представим, что она имела либерально-демократическое устройство, компьютер, интернет и соцсети. И вот в такой империи возникает христианство. Оно говорит, что есть мир и дает ответы на все глобальные вопросы, единую цель и смысл жизни — преодолеть смерть и получить рай.
Свою проповедь она будет не на городских площадях и пригородных пустырях, а в интернете. Сторонники сначала будут распылены по всему интернету. Потом появятся группы в соцсетях, создающие и продвигающие контент, что ускорит процесс.
Когда число сторонников достигло бы критического объема, они создадут свою площадку в сети — отдельную тематическую соцсеть. По мере умножения сторонников будет расти площадка. Однажды идейная соцсеть охватит весь мир — станет глобальной.
Теперь вернемся к реальности. Древнеримская империя была авторитарной, без компьютеров, и имела ответы на все онтологические вопросы. Они были примитивны, но они устраивали население. В этих условиях появилось христианское учение. Сторонники оформились в инженерную модель — Церковь, бюрократический иерархичный институт.
Но если бы древнеримская империя была компьютеризированной, безыдейной и демократической, как сейчас любая западная страна, и если бы появилась христианская идея, христиане бы в ней оформились во что-то типа глобальной идейной соцсеть типа Фейсбук. Но с тем отличием от Фейсбука, что она была бы монолитной, а не распыленной.
Социальные Сети — такая же небиологическая форма жизни, как Государство или Религия, Язык или Наука. Всякая жизнь стремиться к своему благу. На первом этапе благо всякой жизни одно — выжить. На втором — усилить себя, это повышает шансы на жизнь.
Новорожденные соцсети копируют стратегию государства. Чем больше государство контролирует территорию, тем больше собирается с нее налогов и природных ресурсов. Чем больше активов, тем соответственно, больше шансов выжить. На первом этапе двигателем развития является обретение новых территорий. На втором — удержание имеющихся территорий (на них всегда претендуют соседи). Это объясняет, почему все государства непрерывно воевали друг с другом за территорию — место под солнцем.
Аналогично и соцсети: чем больше вовлекут в себя клиентов, тем выше прибыль, и тем больше шансов выжить. Они расширяются, как пятна на карте. Чтобы представить процесс, вообразите планету в виде контурной карты. На ней появляются разноцветные точки. Они увеличиваются в объеме, расползаясь во все стороны. Так продолжается, пока они не упрутся друг в друга. Полное покрытие завершает первый этап эволюции. На втором этапе эволюции, когда соцсети уперлись друг в друга, и безграничная экспансия закончилась, они уподобились государствам, охватившим всю планету. Начинается война друг с другом за посетителя. Соцсети так же нападают друг на друга, стремясь перетащить клиентов. Как война государств за территорию стимулировала технический прогресс, кто не шел в ногу с ним, тот исчезал с политической карты, так война соцсетей стимулирует его. Мы видим, как старые услуги совершенствуются или отмирают, и рождаются новые.
Развитие соцсетей повторяет развитие автомобильной промышленности. Сначала все заводы отличались друг от друга качеством. Например, Кадиллак показывал рекламный трюк: разбирались три автомобиля на запчасти, и все детали смешивались в одну кучу. Из нее потом наугад доставали детали и снова собирали три автомобиля. А вот Форд не мог проделать такого со своими автомобилями. Он держался на рынке за счет низкой цены.
Эволюция стерла техническую разницу. Как заявил один авторитетный журнал в 2016 году, обозревающий рынок авто, плохих машин нет. Автомобили отличаются брендами, дизайном, комплектацией и прочее, но только не техническим качеством.
Дешевые автомобили не имеют некоторых опций не потому что компания не может их сделать, а потому что производитель не находит в этом коммерческого смысла. Сейчас нет вопроса, как сделать хороший автомобиль. Есть вопрос, как продать его.
Такой же путь проделали социальные сети, только значительно быстрее. Вчера они отличались техническим уровнем. Что могла сделать одна сеть, не могла другая. Сегодня таких проблем нет. Точнее, есть, но стремительно исчезают под лозунгом: все для клиента.
Все стремятся обеспечить клиента всем, чтобы ему не нужно было выходить с одной площадки на другую для поиска чего-то или общения с кем-то. Поисковики обретают функции для общения или просмотра контента, а соцсети обретают функции поисковиков.
Инженерные вопросы по созданию таких сетей давно исчезли. Нет никаких проблем создать техническую копию любой глобальной соцсети. Вот вообще никаких проблем. Единственная проблема сегодня не создать, а продать — наполнить ее посетителями.
На заре становления IT-сферы эту задачу решали за счет оригинальных идей. Сейчас такой надежды нет. Любую новую оригинальную идею гиганты покупают или копируют. Качество реализации идеи у гигантов будет несравненно выше, чем у ее изобретателя.
Глобальные соцсети на пике развития уперлись друг в друга и больше не растут. Некуда. Каждая испытывает давление со стороны конкурентов. Сопротивление всех против всех повышает внутреннее давление. Мировая система дрожит от напряжения.
Давление постоянно растет, и рост напряжения не может остановиться. Но это не может длиться бесконечно. Прогнозируется фазовый переход. Единственное направление перехода — от развития вширь к развитию вверх, из плоскости в объем. Как с войной, когда сражение из плоскости (в поле) вышло в объем — под воду, в воздух и космос.
Научно-технический прогресс и коммерческие мотивы перевели войну из плоскости в объем. Но они не могут поднять соцсети из плоскости в объем. Если у одной компании появятся фантастические технологии и сервис, завтра они появятся у всех. Техническое развитие будет наращивать качество, увеличивая напряжение системы. Таким образом, плоскость будет просто толще становиться, никакая соцсеть не поднимется выше.
Вчера соцсети были гусеницей. Сегодня они подобны куколке гусеницы в последней стадии — вот-вот лопнут от внутреннего напряжения. Чтобы куколка стала бабочкой, чтобы эволюция соцсетей вышла на следующую ступень, нужна мировоззренческая идея.
Глядя с этой позиций на совокупность ситуаций и деталей, мир — это великолепная подарочная коробка, драгоценный футляр из идейного вакуума, либеральной демократии и научно-технического прогресса. Она изготовлена под бриллиант невероятной ценности — мировоззренческую идею. Коробка пуста и распахнута в ожидании своего сокровища.
Сокровище — это что может удержать вокруг себя все 7,5 миллиардов человек — все человечество. Никакой коммерческий проект не обладает таким потенциалом. Если идея не мировоззренческая, не важно, какая она, научная, развлекательная, гастрономическая или бытовая. Важно, что она не сможет удержать на себе миллиарды. Идея кататься на мотоцикле или болеть за футбол, идея экологии или равноправия полов могут привлечь и удержать много людей. Но даже в теории они не могут привлечь все человечество.
Единственное, что сегодня может удержать на себе всех — идея преодоления смерти. Никто не может быть уверен в сохранении достигнутого блага. Кто сегодня счастлив, завтра может оказаться несчастным. Кто избежит несчастья, тот не избежит немощи, старости и смерти. Президенты и миллиардеры умирают от старости или от рака точно так же, как простые люди. Вся разница – одни умирают среди золота, другие в подворотне. Покойников хоронят в гробах разного качества, но богатые покойники не чувствуют себя лучше бедных. У всех трупов одинаковое состояние и ни один из них не оценит интерьер.
Все люди смертны, и все хотели бы умирать по своей воле. Даже самые верующие. То, что они говорят, что хотели бы по воле Бога — пустые слова, не подтверждающиеся практикой. Иначе бы верующие не лечили свои болезни. Потому что, как они говорят, болезни насылает на них за грехи Бог. И если так, противятся этим болезням, значит, противятся воле Бога. Но они придумали себе объяснения и противятся посланным Богом болезням. Так и тут, как только появится возможность умирать по своей воле, они ей будут пользоваться. И забудут о том, что умирать нужно по воле Бога, а не по своей.
Вокруг идеи возникнет идейная соцсеть. Какое значение я вкладываю в понятие идейная, возьмем воздух в помещении вокруг вас — он стоит. Вы не чувствуете никакого ветерка. И это при том, что каждая молекула движется со сверхзвуковой скоростью — 1500-2000 км/час. Но так как они хаотично сталкиваются друг с другом, происходит обнуление энергии каждой молекулы, что создает ощущение неподвижности воздуха.
А теперь представьте, хаотичное движение молекул сменилось целенаправленным, все они устремились в одну сторону. Чтобы визуализировать, что случится, держите в уме, что шкала Бофорта, определяющая силу ветра, заканчивается на значении «больше 117 км/час». Максимальная скорость ветра за всю историю наблюдений — 512 км/час. При такой скорости ветер поднимает в воздух, как пушинку, тяжелые грузовики и локомотивы с железнодорожными вагонами, разрушает фундаментальные здания. Если все молекулы полетят в одну сторону, скорость ветра будет сильнее максимальной в три-четыре раза.
Такой ветер появится на Земле, если она остановит вращение вокруг своей оси. У нас будет как на Луне — на одной стороне всегда очень холодно, на другой слишком жарко. Разница температур создаст постоянный ветер сверхзвуковой скорости. Никакая известная форма жизни в таких условиях будет невозможна
Если все молекулы в помещении, где вы сейчас находитесь, двинутся в одну сторону, возникнет ветер, дующий со скоростью, минимум, 1500 км/час. Такой поток снесет все на своем пути. Кирпичную стену он вынесет как пушинку.
Гигантская сила возникнет не оттого, что молекулы стали другими, или выросла их скорость. Все молекулы остались прежними и их скорость не изменилась. Изменилось только направление. Они перестали биться друг о друга и устремились одним курсом. Это и создаст всесокрушающую силу.
Собранные в коммерческую соцсеть люди подобны воздуху в вашем помещении. Они преследует свои развлекательные, познавательные и рациональные цели. Никому нет дела друг до друга. Люди совершают броуновское движение и не представляют никакой силы — воздух стоит. Но если эти же люди станут сторонниками идеи и соберутся в соцсеть, они двинутся к единой цели и станут непреодолимой силой. «А если в партию сгрудились малые, сдайся враг замри и ляг» (Маяковский «Владимир Ильич Ленин»)
Идейная глобальная соцсеть будет как корабль,плывущий в порт назначения. Собравшиеся там люди так же общаются друг с другоми любуются морскими пейзажами, а фирмы предлагают им услуги. Но у нихпоявляются такие качества, каких не может быть без цели. Когда нет цели, всеравно, куда плывет корабль. Цель дает непреодолимую целеустремленность. Еслитечения, ветры и форс-мажоры сбивают с курса, люди могут горы сдвинуть, чтобывернуться на курс. За деньги человек никогда не выдаст максимум.