Сети Культа

<настоящие дни>

Окрестности деревни Хостер, Нельн

Двадцать девятый день Матира, год 1489 с.д.п.

Когда Мальстен закончил свой рассказ, Арреду уже окутал холодный дымчатый осенний мрак. Аэлин не сводила глаз с данталли, чьи черты сейчас, в ночном мороке становились загадочными и пугающими. Он не смотрел на нее, как не смотрел никогда во время откровенных разговоров. Взгляд Мальстена был устремлен вдаль, в глубину ночной темноты.

Аэлин тихо вздохнула, не находя нужных слов. Она чувствовала, что должна что-то сказать: в конце концов, не каждый раз Мальстен расщедривался на такой долгий рассказ — особенно о Малагории. Однако она не могла произнести ни слова.

Мальстен мимолетно взглянул на Аэлин и понимающе усмехнулся.

— Я не горжусь тем, о чем рассказал. С какой стороны ни посмотри, гордиться здесь нечем. Я предал и твоего отца, и Бэстифара, пойдя на поводу у собственного малодушия. Я не удивлюсь, если ты начнешь презирать меня после этой истории.

Аэлин недоуменно вздернула брови и невольно придвинулась поближе к нему.

— Мальстен, мне абсолютно не за что тебя презирать. Я вижу в этом поступке куда меньше малодушия, чем ты.

— Да? — кисло переспросил Мальстен. — Услышь эту историю Сезар, он сравнял бы меня за такое с землей. Он не учил меня быть таким.

Аэлин поджала губы. Уже не в первый раз, когда Мальстен упоминал о своем учителе, она испытывала стойкую неприязнь. Сезар казался ей едва ли не более жестоким тираном, чем Бенедикт Колер. И уж точно более жестоким, чем Бэстифар шим Мала.

— Мне кажется, твои детские впечатления об учителе несколько преувеличены, — осторожничая со словами, сказала Аэлин. — Ты сделал выбор, и я вполне понимаю, почему он был именно таким. Тут не за что тебя наказывать, ты и так натерпелся достаточно. — Почувствовав, как он напрягся от этих слов, Аэлин поспешила добавить: — Как по мне, ты поступил правильно.

— Мне кажется, о правильных поступках так не сожалеют... — покачал головой Мальстен.

— Сожалеют! — возразила Аэлин. — И еще как!

Она сжала его руку и нашла его хмурый взгляд в темноте.

— Мальстен, правильные поступки отнюдь не всегда видятся нам благими. Все зависит от обстоятельств. Тебя поставили в условия, в которых любое твое решение было для кого-то злом. И ты...

— Я постарался выбрать меньшее, — вздохнул Мальстен. — Здесь я с тобой соглашусь. — Он нехотя поднялся и набросил на плечо сумку. — Но мы потратили на этот рассказ много времени. Хостер совсем недалеко, и у меня есть желание сегодня заночевать под крышей. Ночи становятся все холоднее.

— Да, идем, — не стала возражать Аэлин и бодро поднялась. Ночевать под открытым небом ей тоже решительно не хотелось.

Несмотря на желание двигаться как можно быстрее, идти приходилось осторожно, пристально всматриваясь в дорогу из-за сгустившейся темноты. Повезло, что ночь выдалась относительно безоблачной, и свет звезд позволял худо-бедно ориентироваться в пути.

Первую четверть часа Мальстен и Аэлин провели в молчании. Затем тишину нарушил странный звук и треск ломающихся веток с западной стороны.

— Ты слышала? — шепнул Мальстен, тут же хватаясь за саблю. Аэлин не стала медлить и выхватила паранг. Вопрос она оставила без ответа: разумеется, она тоже слышала этот подозрительный шум.

Приготовившись, они замерли и уставились в тишину.

Звук приближался. Похоже, кто-то бежал в сторону путников, не пытаясь скрыть свое присутствие. Кто бы это ни был, он пришел один.

Вскоре в отдалении вновь послышался стук, треск веток и тихий отчаянный стон. Голос принадлежал либо женщине, либо ребенку.

Аэлин решительно двинулась на звук, будто позабыв обо всякой осторожности. Мальстен тихо окликнул ее, но она не обратила внимание, и он последовал за ней.

— П-помогите... пожалуйста... — послышался жалобный голос, и в следующий миг путники обнаружили перед собой подростка лет тринадцати, неуклюже распластавшегося на земле. Он сжимал зубы, явно борясь с болью.

Увидев, что незнакомцы вооружены, мальчик испуганно сжался и задрожал.

— Ой... нет... не убивайте! Пожалуйста... — пролепетал он.

— Тише, тише, — успокаивающе заговорила Аэлин, присаживаясь рядом с ним, ее голос зазвучал чуть выше обычного. Она быстро убрала паранг за пояс, чтобы не пугать ребенка. — Мы тебя не тронем. Все хорошо. Как тебя зовут?

— Юджин, — опасливо шепнул подросток, и по щекам его вдруг побежали слезы. — Боги, мой папа! Они забрали папу! Он мне крикнул, чтобы я бежал, а сам там остался... мы не успели до темноты вернуться... и теперь они его съедят!

Мальстен переглянулся с Аэлин и кивнул ей. Саблю он убирать не спешил и после сбивчивого рассказа мальчика начал пристальнее вглядываться в окружающее пространство.

— Так, Юджин, успокойся, — сказала Аэлин чуть жестче. — Давай по порядку. Кто забрал твоего отца?

— Квары! — прохныкал мальчик, заставив Аэлин едва заметно вздрогнуть. — Они тут поселились недавно. Мы с папой думали успеть до темноты вернуться и спрятаться, но не успели... они так резко выскочили.

— Где это было? — мрачно спросила Аэлин. — Далеко?

— Я не знаю... не уверен... — покачал головой Юджин, приподнимаясь на локтях. — Там.

Он указал направление позади себя, ведущее в небольшой перелесок. Попытавшись встать, он болезненно поморщился и ухватился за ногу. В темноте стало видно, что рука его перепачкана чем-то темным.

— Тебя укусили, — скорее утвердила, чем спросила Аэлин, и ребенок боязливо захныкал.

— Я стану, как они?

— Нет, не станешь, — ответила Аэлин. Как ни странно, резкость ее тона тут же заставила Юджина присмиреть. Тем не менее, Аэлин ободряюще улыбнулась и смягчила тон: — Это миф. Кварами от укусов не становятся. — Она обернулась и кивнула Мальстену: — Останься пока с ним, а я...

— Нет. Одна ты туда не сунешься, это не обсуждается.

— Мальстен...

— Нет.

Аэлин нахмурилась.

— Нужно помочь его отцу. И я знаю, как это сделать.

— Если там еще осталось, кому помогать, — тихо проворчал Мальстен. Юджин испуганно ахнул, и Аэлин обожгла его взглядом.

— Осталось, — отрезала она. — Квары не упускают добычу, они, должно быть, уже гонятся за Юджином. Отца его они покусают и обездвижат, чтобы он никуда не делся и дождался их. Я знаю повадки этих тварей. Часть стаи уже отправилась сюда.

— Тогда пойдем вместе, — упорствовал Мальстен. — Одну я тебя не пущу.

— Вы охотники? — дрожащим голосом спросил Юджин.

— Да, — помедлив, кивнула Аэлин, решительно взглянув на Мальстена. — И мы поможем. Но нужно, чтобы ты показал нам, где остался твой отец. Тебе надо быть очень смелым. Сможешь?

Дождавшись неуверенного кивка, Аэлин помогла Юджину подняться. Тот мужественно стиснул зубы и постарался не обращать внимания на болезненный укус на ноге. Крови было не очень много — квар прокусил кожу неглубоко, стало быть, на подвижности мальчика это сказаться не должно было.

— Хорошо. Идти можешь? — на всякий случай поинтересовалась Аэлин. Юджин осторожно кивнул. — Тогда держись между нами. Мы тебя защитим, не бойся.

Паранг вновь легко скользнул ей в руку, и все трое двинулись в указанном мальчиком направлении.